В мясо

Прекрасно одетый, ухоженный и такой несчастный Джон Дейви Харрис запрыгнул ногами на рояль в каком-то баре, название которого он даже не помнил, как и его местоположение. Из-за него всем приходилось несладко. Видно директор заведения экономит как может, ибо до бухущего Джона ещё никакой охранник не доебался. Лишь барменша орала, чтобы "этого неугомонного" сняли с рояля и желательно выкинули из бара. Джон же стоял с бутылкой чего-то крепкого, которую он пронёс с собой, и показывал "козу" всем посетителям. Кто-то с него смеялся, другие еле терпели. Удосужившись всё же спрыгнуть с бедного рояля, заметив, что к нему кто-то подходит, Харрис уселся на пол, залпом допивая бутылку, которую он после просто оставил у первого попавшегося столика. Он шатаясь дошёл до барной стойки и кинул пятитысячную купюру на стол, гордо улыбаясь, но при этом его лицо было мокрым не только от пота, но и от дорожки слёз, текущей из хрустальных глаз. – Мне самое дорогое, остальное вам на чай! – Джон указал пальцем на купюру и усмехнулся, как бы говоря "я богатый, пиздатый - любуйтесь". Браменша уже устала от "этого неугомонного" и не удосужилась что-то даже говорить ему, просто налив самый дорогой коктейль из списка. Джон разом выпил его, громко выдыхая и кривясь: – Ваше пойло - блевотное днище, конечно... Барменша что-то хотела сказать ему эдакое грубое, но Харрис уже смотался от неё, словно попрыгнучик, что не мог прыгать просто на месте, а летал по всей комнате. Он еле как дошёл до столика, за которым сидели двое парней и одна девушка и сел на край дивана, чуть двигая какого-то парня. Кто бы не заметил яркую, заплаканную и пьяную тушу возле себя, которая ещё и так неприятно ухмылялась. Парень, что сидел рядом с девушкой, тут же расправил плечи, пьяно наезжая на Джона: – Те чо надо?! Именно так Джон оказался на полу, с разбитой губой, сигаретой во рту и разбитым сердцем. Он вздыхал, чувствуя, что в глазах темнеет, но в голове крутились лишь образы Ло - его любимого Ло. Харрис так сожалел о том, что делал ранее, но побоялся пойти извиняться на трезвую голову, из-за чего решил зайти в бар и не мог уже как второй час выйти оттуда. Он пил и пил, пил и пил, а в голове всё крутились и крутились воспоминания с довольным Ло. Ло, который с утра сонно пил кофе Ло, который постоянно беззлобно ругался на Джона за какие-то его мелкие проделки. Ло, который по-детски радовался, получая и даря подарки. Лололошка, который выгнал Джона из их квартиры, говоря, что ему нужно побыть одному после ссоры. А Харрис возможно воспринял это всё слишком летально, из-за чего пошёл напиваться, и лишь спустя час беготни в баре понял, что они не расставались, а лишь поругались. Поругались из-за него - Джона. Он целый месяц появлялся дома лишь ради того, чтобы поспать, а с утра шёл на работу и до ночи сидел там. Конечно, тут у каждого возникнет мысль, что любимый человек ему изменяет, например со своей красавицей-секретаршей. Из-за чего и поднялась ругань в полпервого ночи. Из-за чего Джон ещё и перешёл границы, сказав пару неприятных слов своему любимому. Но он был уставший, встревоженный, так ещё и на нервах. Хотя, если честно, оправдывать себя он не горел желанием, и так прекрасно понимая, что практически перестал проводить время с Ло. Но он никогда его не обманывал. На работе и вправду был завал, так ещё и почти целое отделение ушло на карантин. Джон собирался чуть потдать, купить букет пионов, пачку презервативов и достойно извиниться. А по итогу что? Он сейчас валяется побитый в луже винища, куря горькую сигарету, которую стрельнул у какого-то мужика с улицы. На нём дорогущий белый плащ, не менее дорогой белый костюм с оранжевым галстуком. Но при этом, он находится в дешёвом баре для отчаявшихся, с разбитой губой и сердцем. Докурив сигарету и затушив её об пол, Джон еле встал на ноги, покачиваясь. Он вновь поплёлся к барной стойке, чтобы выпить последний шот и свалить куда-нибудь с этой дыры. Потрогав себя по карманам, Харрис заметил, что телефон куда-то пропал, он оглянулся по сторонам, не находя его нигде, и просто махнул рукой, мол "похуй". Сесть за барную стойку он уже не успел, кто-то схватил его под руки и потащил на выход. Джон и не сопротивлялся, понимая, что до этого должно было дойти. Его тащили под говор пьяных людей, которые, как-раз таки, обсуждали именно его: – Кажись женщина бросила. Та и поделом ему. Джон грозно глянул на стол, за которым сидели эти сплетники. Жаль, что он уже не может навалять им, а так хотелось, ведь его никто не бросил! Ещё ничего не потеряно! Вот только, что делать, если даже телефона у него больше нет? Как поговорить с Ло? Как извиниться? Джона усадили на скамью, которая находилась прямо напротив бара. Он просто хмыкнул, совсем проигнорировав тот факт, что его выгнали, и посмотрел на ночное небо, украшенное яркими и не очень звёздами. Он так и уснул на этой скамье, размышляя о Ло, думая над будущем извинением. Джон бы так и просидел там, на весеннем холоде, пока кто-то аккуратно не постучал ему по щекам, что-то приговаривая. И Харрис бы просто проигнорировал наглеца, если бы не этот родной и знакомый голос, зовущий его. Приоткрыв глаза, Джон улыбнулся, разглядывая обеспокоенное лицо Лололошки перед собой. Хоть в его глазах всё и плыло, но он пытался максимально сосредоточиться. – Ты просто... я не знаю, у меня даже слов нет! – Лололошка нахмурился, увидев довольную пьяную морду перед собой. Джон наблюдал за быстро меняющимися эмоциями любимого, ещё шире улыбаясь. Даже сквозь ужасную головную боль, он радовался и чувствовал себя просто прекрасно лишь от того факта, что Ло пришёл его забрать обратно домой, словно потерянного пёсика, некогда сбежавшего с поводка. – Извини меня. Джону показалось, что он не прогадал с извинениями, что как раз самое время. Только вот цветы не купил и презервативы, но это можно потом сделать. Лололошка лишь вздохнул в ответ и приподнял Джона за руки, хватая того под плечо. – Идём домой, идиот. Харрис усмехнулся с самого себя, с этой глупой пьянки. Он вновь посмотрел на небо, но уже не запрокидывая голову, а лишь слегка её подняв, чтобы не потерять равновесие, и спокойно произнёс, адресовывая эти слова Лололошке: – Я в мясо из-за тебя.