Ночь. Улица. Фонарь.

***

Ночной город замирает, весь мир погружён в сон. В это момент все звуки становятся более чёткими. В тишине можно услышать завывание ветра, редкие капли дождя, стучащие по крышам, и одинокие машины, проносящиеся мимо. Но особенно завораживает шум проезжающего вдалеке поезда. Его гулкая песнь пленяет своей размеренностью и обыденностью. Резкий гудок, доносящийся издалека, словно пробуждает спящую тишину. Он ещё едва различим, но уже доносит до слушателя мистические ноты железа и нарастающего кипения. Потом присоединяются колёса, как тонометр они отстукивают свой ритм о рельсы. Тихо дребезжит земля. Поезд, мчащийся по рельсам, словно гигантский зверь, нарушающий покой спящей природы. Его свист, то далёкий и едва уловимый, то близкий и оглушительный, словно дыхание неведомого существа, заставляет сердце биться чаще. В этом звуке — и сила, и таинственность, и что-то мистическое, словно сам поезд — вестник иного мира, проносящийся сквозь время и пространство. Если встать на пути этого железного зверя, то он даже не заметит такую сошку как человек. Был и не был. А зверь движется дальше. У него расписание. У него всё структурно. Хаос там, он за пределами железной дороги. Тут же только размеренность, рельсы-рельсы , шпалы-шпалы. В месте, где сходятся пути и судьбы, мысли о случайности и неизбежности кажутся особенно острыми. Был человек и не был Завтра для тебя может не настать Есть ли смысл тратить сегодня на что-то пустое? А есть ли смысл хоть в чём-то? Горький сигаретный дым заполнял его лёгкие пока он смотрел в окно и размышлял о жизни. За последние годы всё безумно изменилось. На первом курсе он и представить не мог, что будет жить так. Хотя безумие, творившееся тогда, гораздо хуже того, как он живёт сейчас. Он честен перед собой, ему не приходится думать о мнениях других.

***

Доктор сказал, что нужно написать письмо. Будто я рассказываю о себе своему старому другу. Новая форма проработки личности и познования себя. И возможно это поможет избавиться от бессонницы. Но пока я чувствую, себя как семнадцатилетняя девица, которая покурила, посмотрела в окошко, послушала, как поезд делает тютюх-тютюх, и обиженная на весь мир садится писать в свой любимый дневник. Ладно Я теперь у матушки проработанный. Поэтому еще и психологических терминов накидаю. Мой старый друг) Прежде всего, хочу подчеркнуть, что психологические трансформации, связанные с переживанием войны, являются глубокими и многогранными. Они могут включать в себя не только изменение личностных черт, но и посттравматическое стрессовое расстройство, изменение системы ценностей и жизненных приоритетов. До войны я был мажором, окружённым вниманием и привилегиями. Жизнь казалась лёгкой и беззаботной, я был уверен в себе и склонен к нарциссизму. Весь мир был у моих ног. Каждый хотел иметь такого друга как я - ЭЛИТУ. Однако за этой внешней оболочкой скрывалась глубокая боль и неуверенность, вызванные жестоким обращением отца. Он бил меня, если я играл с домовиками, бил, если проявлял слабость. (Бля, ну серьёзно избить шестилетку за то, что он плачет.) Отец заставлял унижать других, чтобы поддерживать свою мнимую власть и иллюзию важности. Это не оправдание. Драко Малфой был реальным гавнюком. Я ведь искренне верил в чистоту крови и прочую хрень. Думал, что мы лучше, богаче, круче. С началом войны мой мир рухнул. Я оказался в эпицентре событий, которые потребовали от меня не только физической, но и психологической выносливости. Ни того, ни другого у меня не было. В то время, я правда был бы рад умереть в туалете истекая кровью, но умереть от ЕГО руки. В меноре, я видел ужасы, которые раньше не мог себе представить, и это изменило меня. Ну реально изменило. Постепенно я начал осознавать, что мои прежние ценности и убеждения полный бред. Чистота крови нечто. Она одинаково алая у маглов, чистокровных, полукровок и маглорождённых. И когда твои руки в этой самой жидкости, все границы стираются в ноль. Деньги тебе не помогут. Если кто-то до сих пор думает, что сила в деньгах, то я вам искренне сочувствую. Когда конченный псих угрожает твоей семье, эти бумажки для него нечто. Как и ты сам. После второй магической я стал более внимательным к другим людям, научился сопереживать и понимать их. Война научила меня ценить жизнь во всех её проявлениях. Я понял, что каждый момент может быть последним, и это заставило меня пересмотреть свои приоритеты. Теперь для меня важно не то, что думают обо мне другие, а то, как я сам себя чувствую и что делаю. Я правда стараюсь жить по совести. Я стараюсь забыть своё прошлое. Но ЕГО я забыть почему-то не могу. Забавно что этот «Диалог» выходит ещё более откровенным чем приёмы у психолога. Тут мне и правда не неловко писать о Гарри. Ну пока не будем о нём. Так о моей трансформации... Конечно, этот путь был непростым. Я сталкивался с кошмарами, воспоминаниями, которые преследовали меня по ночам. Но я научился справляться с ними, находить способы справиться с травматическим опытом. Я стал более независимым от чужого мнения (что-то я повторюсь) научился принимать решения, основываясь на своих ценностях и убеждениях. Теперь я живу своей жизнью, полной смысла и цели. Я помогаю другим людям, делюсь своим опытом и знаниями. Я больше не тот человек, который когда-то был мажором-нарциссом. Я стал добрым и отзывчивым человеком, который ценит каждый момент жизни и стремится делать мир лучше. Вроде стал... Блин, какая чушь.