Я все смогу

… — Ви, иди сюда, — строго сказал Междумирец, стоя внизу. Два брата готовы были ко всем трудностям, да и расправиться с красным не было особо проблем… Но отец — это другой уровень. Повернув свои головы, снизу был виден этот мрачный силуэт. В том же темном наряде, украшая свое же пальто нежным серебром, но всё никак не менялось, эта его страшная улыбка. Внутри у первого пронеслись картины, как тот… был готов его растерзать, забрать и никогда его не отпустить.  Холод, который должен ощущать шатен, словно рукой снесло, сейчас всё внимание на отце и понимание, всё тузы в его рукаве. Ведь он же «взрослый», и никаких ограничений, связанных с магией, на него не действует, но не суть. Ви без каких-либо эмоций тут же убрал свое оружие. Лицо стало каменным, а его действия, словно машина, делали, что ему прикажут… 💭 — Какого черта с этим красным? Я всю жизнь его знаю, он никогда таким не был, он… Как и мы, хотел воли и мечтал об военной службе. Мы ушли, он остался, теперь он не тот, кто был раньше, его изменили досконально, — стал размышлять Джони, держа в своих зубах очки, а свою руку машинально подпёр свою головушку.  — Лололошка! Джон! Как я рад вас видеть, как вы поживаете? — со своей ядовитой улыбкой спросил отец.  Лололошка ничего не мог сказать, голова трещала, эти картины, словно ножи на душе. Зрачки уменьшились, оставив себя наедине с собой…

꒷꒦︶꒦꒷✧꒷꒦︶꒦꒷

— Ты разве не понимаешь, ты не причастен к этому, ты… всего лишь не в том месте и не в том времени, — в голове у голубоглазого говорит нежный голос, такой грубый и знакомый, но в то же время родной… — Ты кто? Я тебя знаю? — начав диалог с самим собой в голове, сказал шатен, осмотрев вокруг. Вокруг была ночь. Все пространство было темно, лишь одно выделялось, это мироходец. Посмотрев вверх, он увидел, кто виновен в этом… его же маска. — Ты, только умней. Я не понимаю тебя, ты теперь знаешь, кто ты, но не идёшь к своей семье, хоть я и есть твой мозг, но эти решения мне не подвластны, так скажи, зачем этот спектакль? — стал размышлять голос, смотря на Лололошку сверху вниз.  Шатен, осмотрев, не знал, что ему отвечать, банальное… «друзья» не пройдет, ведь там, где он был, мироходец явно не один.  — Потому-то… Потому что…  — Не тяни время, оно и так на волоске от нас, — с злобой в голосе сказало это пространство, ждя свой ответ… Первый стоит, словно вкопан в это вязкое пространство, голова не работает, а глаза с каждой секундой чернеют. Руки стали пропадать, а его тело стало покрываться его же прошлым.  — Потому что здесь есть я сам, — сказал Лололошка, подняв голову, его глаза вернули свой оттенок, только руки… они были в крови.  Посмотрев прямо в глаза своей же маске, он ожидал всего, но только не разьярëного смеха. Этот смех проходил огромным бассом по всему пространству, а тело шатена стало невольно дергаться…  — И ты думаешь, этого достаточно? Ты здесь нужен всем лишь ради забав, — сказала маска сквозь свой злобный смех, а в темном окружении появились фиолетовые руки, что, словно змеи, охватили лололошку со всех сторон. Шатен старался выбраться, да только все тщетно.  Эти руки схватили слишком крепко, став оглаживать его, лезть туда, куда не надо, а шатен ничего не может сделать. Глаза снова чернеют, только руки те же, а внутри безнадежность, словно он маленький ребенок, у которого так легко все отнять.  — Ты для всех просто парень на ночь, особенно для богов. Смотри, как легко тебя схватить и подчинить себе же, — говоря аллегориями, протянул эту противную фразу его же голова.  Шатен лишь заметил одно… Насколько он слаб, если даже собственная голова способна его победить. Очернив свое же имя, или просто продать самого себя…  — Почему ты не можешь мне помочь? - без эмоций, но все же стараясь выбраться, сказал Мирохрдец, на что маска расхохоталась все сильнее. — В смысле не могу? Я всегда могу помочь тебе переубивать их всех, как в старые добрые, - смеялась маска, не обдумав свои слова, ведь те были довольно странные. — Как в старые добрые? Что это означает? - глаза вернулись в нормальное состояние, а эти фиолетовые руки остановились.  Сам Лололошка был на эмоциях. После этих слов он не знал, что даже думать о себе, ведь он был убийцей? Или так маска старается его запутать? Или это всё большой кошмар при виде отца? Но шатен не нервничал, его глаза прямо были направлены на свою же маску, ожидая ответа от нее же. — Не могу…  — Как это понимать? В смысле не можешь? - светясь своими голубыми частицами, уже на повышенных тонах сказал лоши, а руки вокруг пропали без следов. Маска впервые в этом диалоге оказалась в плохом положении, ведь ответа нету… — НͫЕ М́ОГ̓Уͤ,— закричал в пространство, как тут же оно изменилось, вернувшись в нормаль.  Первое, что шатен сделал, так это посмотрел на свои руки, без крови, такие же, как и были раньше. Вокруг было тоже солнышко, что освещало все пути для новых целей. Шальной ветер, что бороздил весь мир по кругу. Все сияло приятными красками, но явно автор использовал не тот свет, вставив в пейзаж Междумирца…  Глаза — были те же, только немного увереннее, но улыбка исчезла с лица, оставив все хорошее позади…

꒷꒦︶꒦꒷✧꒷꒦︶꒦꒷

Только этот разговор не был длинным, ведь для всех остальных он был как одно мгновение, пока Лошка был до сих ошеломлен.  Джони за это маленькое мгновение продумал все исходы отступления, но все они тщетны, ведь даже с этим стабилизатором магии в телепорт можно забрать одного… 💭 — Брата не брошу, с меня хватит, — сказал Джон, как его руки уже слегка светились ярко-зеленым цветом, означая готовность к сражению.  Лололошка, заметив напряжение брата, лишь одного взгляда хватило, чтобы он всё объяснил. Джон же сразу понял и оставил магию в себе, оставив силы на потом. Междумирец в эту минуту начинал злиться, ведь родные дети совсем отбились рук, даже на банальный вопрос ответить не могут… — Мне долго ждать? — убрав свою улыбку с лица, сказал отец. В это время Ви уже был около отца, но на нем не было лица, а голова опущена.  💭 — Вививилка полностью сломлен, я уже представляю, что было бы с Джоном… Что ж, нам определенно повезло, но ситуация плоха, ведь мы уйти не сможем. — размышлял мироходец. Лололошка более чувствителен к магии, что и помогло ему. Вокруг ощущалась сильная магия, запрещающая куда-либо сбежать, оставив их наедине с Междумирцом… — Да, — сказал Лололошка и повернулся лицом к Джону.  Джон был в шоке с такого ответа и понимал, к чему это будет идти, их жизни и так сейчас на волоске, а теперь уже кажется в гробу. Отец был зол не на шутку от такого «приятного» ответа сына.  — Повтори, — сказал отец, подойдя ближе к ступеням, но не поднимаясь наверх.  Лололошка понимал, что злит его, но это и есть его задача, ведь всё уже спланировано. Мироходец подмигнул рыжему, чтоб заметил это только он. Внутри Джона боролся страх и вера. Страх за свою и Лололошки жизнь, он боялся вернуться в этот ад и знал, Ло достанется намного неприятнее… Вера в брата лишь его останавливала его, он понял, что ценность эта слишком дорога и нельзя полагаться лишь на себя… — Я верю тебе, — слегка спустив очки и подмигнув в ответ, тихо сказал Джон со своей знаменитой улыбочкой и тут же повернулся к папане, что уже был готов чуть ли не убить их.  Лололошку внутри что-то кольнуло, но не боль, а что-то приятное, словно говоря, что рядом с ним тот, кто по-настоящему поверил в него, и улыбка на лице сама засияла, оставив всю неуверенность позади.  💭 — Я покажу тебе, маска, кто я такой на самом деле, — с необыкновенной улыбкой сказал внутри себя шатен.  — Покажи… — Повторю.  Ты… никчемен, отец. За счет своего эгоизма и самолюбия ты забрал у Варнера нашу маму, у дяди… Что внутри тебе было в то время? — став глагольствовать и разводить руками вокруг, олицетворяя всю жизнь междумирца и каждый грех на его спине.  Черноволосый промолчал на этот контрудар. Внутри всё бушевало, но в груди колит, а воспоминания давят, словно ты держишь кита на спине. Но отец слишком опытен в данных вопросах, поэтому Лололошка ничего не мог понять по его эмоциям, ведь лицо неподвижно, а он, как скульптура, ничего не делает.  — Знаешь, с одной стороны, ты прав, но с другой… Почему я вас всех не перебил? Оставив каждое отродье в живых и дав крышу над головой? — прямо в глаза сказал междумирец, а его руки стали светиться темно-фиолетовым цветом, а эта ядовитая улыбка вернулась во свояси.  Ви, тот, кто стоял и ничего не понимал. Ведь этот диалог он не мог никак понять… 💭 — В смысле дядя? Все это время отец мне врал? Не м-может быть… Я ведь знаю его, а эти придурки… — загнав самого себя в тупик мыслей, размышлял алый.   Но в его головушку пришел один вопрос, который он не мог задать, ведь иначе как он сможет смотреть своему спасителю в глаза?  — У тебя есть брат? — без каких-либо эмоций, все так же смотря на слегка мокрый асфальт, спросил Вивилка.  Междумирца напрягали эти слова. Он понимал, куда идет, но расчета на Ви не было, а был расчет на Агния и Санфиша, которые явно задержались не там, где надо…  В руках отца появилось его копье, Джон с Лололошкой тут же напряглись. Руки апельсина светились ярче светлячков, в то время как у Междумирца на поясе появилось его маска.  Лололошка случайно касается ее, кинув свой взгляд на нее, он тут же увидел в ней невидимое одобрение, его удивление было явно предсказуемо. — Молчать. Этот вопрос будет решаться дома за столом, — сказал отец, прислонив остриё копья к шее Ви… Только тот не шелохнулся, а просто кивнул в знак согласия.  Джон закипал, он не узнает Ви от слова совсем. Тот, кто никогда не терпел, теперь никого не задирал и сам по себе даже на учебе, ведь раньше он даже был готов поругаться с отцом, а сейчас…  — Ви, что, блять, с тобой? Почему ты позволяешь относиться к себе как к тряпке, не обессудь, Ло. — пройдя чуть вперед и наконец повернувшись к брату с улыбочкой, на что Ло лишь закатил глаза в эти солнцезащитные очки… — Почему ты позволяешь этому психу так с тобой разговаривать? Или ты уже совсем всё забыл? — чуть ли не крича говорил шатен, да только всё мимо. Ви как стоял, так и стоит. Отец уже понял, к чему это идет… Что ж, тогда стоит убить одного из трех братьев.  — Джон… Не будь так печален, я уверен, что с ним будет всё хорошо, только с тобой… явно в морге будут кое-какие траблы… — с полным хладнокровием сказал отец, как тут же швырнул копье прямиком в Джона.  Джон ожидал всего, но не атаки. Копье летело слишком быстро… И... В миллиметре от глаза кончик копья, другие иглы готовы были размазать это надменное лицо. Его очки были напуганны, а сам… уже принял свою смерть, к сожалению, так и погибнет великий и наипрекраснейший Джон Дейви Харрис, оставив все свои мысли и муки на безликом лице… 💭 — Видимо… Я так и не стану звездой этого города. — стараясь закрыть глаза перед своей смертью, но вдруг копье останавливается, а рядом с ним чья-то черная рука, полностью перебитая белыми татуировками… Само копье с темно-фиолетового окраса превращалось в более теплый белый цвет, олицетворяя силу созидания! — Неужели мой любимый Джонни готов был проститься с жизнью? Я бы тебя так просто не отдал, — сказал добрый «Междумирец», улыбнувшись тому в лицо и остановившись буквально в паре миллиметров от лица рыжего.  Джон, тот, кто считал себя гением и самостоятельным, уже был готов простится со своей жизнью, да только любимый дяденька опять всё обломал! Джон, открыв свои глаза и увидев эти яркие фиолетовые глаза, тут же крепко обнял его и дав волю своим слезам, уже не в силах держать свои эмоции… —Я знал, что ты придешь, — сказал Джон и уткнулся в пальто дяди, пока сам хоть чутка старался скрыть свои эмоции. Варнер на это промолчал и лишь крепче обнял Харриса и взглядом подозвал Лололошку, который попросту не успел среагировать и уже стоял рядом, не зная, что делать дальше, только Варнер, как обычно, решил этот вопрос за него.  Обняв друга друга и создав этот семейный треугольник, вот тут Междумирец был зол настолько, что руки были готовы крошить всё, готовы убить любого, только не видеть это детское дерьмо. Ви так и стоял с поникшей головой, даже не стараясь ее поднять, да только это не помогло бы. Ведь одним щелчком Ви оказался в «любимом» доме.  — Долго нежиться будете? — не скрывая свою злость, сказал «отец». Руки сжаты в кулаки, а искры магии так и летели, но здесь Междумирец полностью и трезво осмыслил эту ситуацию… К сожалению, шансов нету.  Прекратив обнимашки, и трое лиц взглянули на папашу года. В оранжевых очках виднелось это счастье и еще следы от слезинок, которые благополучно были вытерты об пальтишко Варюши. Лололошка был напряжён и… до сих пор не мог понять, что это были за слова? И как здесь правильно реагировать. Варнер за долгое время для детей был показан серьезным, ведь на его плечах сейчас лежит большая ответственность, и он ее не упустит во второй раз… — Междумирец!! Как я рад тебя видеть, словно годы прошли, а ты всё такой чудесный брат. Жаль, что отец из тебя такой себе, ведь в родного сына кинуть копье… Мда. Я хотя бы забочусь о своих детях. — с хищной улыбкой смотря прямо в глаза, проговорил босс. Дети лишь держались за него и надеялись, что в данной ситуации им он сможет помочь.  Отец… отец, он был в ярости. Слышать, как этот высокомерный сказал, что это его дети. Словно скрежет металла по сердцу, а для дракона это звучало еще больнее. Глаза загорелись, а в руках виднелись уже другие копья. Выпустив весь гнев из себя и наконец показав всему миру, что драконы существуют и до сих пор. Его красивые фиолетовые крылья порвали его черную рубаху, словно легкую тряпочку. Единственное, что его может остановить, это его же брат… — Кто? Отец? ТЫ НЕ МОЖЕШЬ СЕБЯ ТАК ЗВАТЬ! Ты никчемнейший дракон средь всех мертвых, а ебучая удача снова тебе помогла, у тебя не так много сил, так как ты собираешь драться со мной? Я обещаю… Я выпотрошу твое тело… — сжав еще сильнее копья в руках и готовым напасть, прокричал дракон разрушения. Варнер ожидал этого и понимал, может, сегодня его последний день.  Сила созидания и разрушения равноправны, и в этой битве не будет победителя, а другие здесь никак не смогут помочь, ведь это битва будет длинной в один удар. Повернув свою голову обратно к детям и посмотрев на их боящиеся лица… На лице Варнера появилась искренняя улыбка, сняв пальто с себя и надев на лололошку, чтоб тот не мерз, и оставил себя в одной черной рубашке. На шее цепь в главной роли черная роза.  — Всё будет нормально, правда, не переживайте… И станьте за мной, — со своей улыбкой он коснулся плеч двух братьев, а на его лице появилась еле видимая слеза, но от взгляда Джона и Лололошки это не уйдет…  — Мы можем п…  —ВАРНЕ-Е-ЕР! Ну ты где? А то всё произойдет намного раньше, чем ты думаешь, — прервав всё, что было и дает осознать, прошлое всё еще на плечах дяди.  Прикрыв свои глаза и в последний раз взглянув на своих детей… Он сейчас один из самых счастливых людей, и этот момент длился так мало. На лице братьев виднелись слезы, с детства отец всегда им говорил не плакать и строил их солдатами нового времени, но чувства есть у каждого человека…  — Дядь… Мы в тебя вер-рим! — сказал в спину своему папе Джон, на лице виднелись слезы, и это заикание сразу как-то переклинило его, но ладонь голубоглазого на плече тут же вернула его в реальность, а его глаза дали понять, они все трое вместе, как три мушкетера…  Варнер на это улыбнулся, и посмотрев вверх, он увидел, что сейчас происходит. Вся погода и вся территория была готова к бою. Сквозь облака и туч еле как старались выбраться души солнца.  Ведь осенние облака всегда старались их удержать, подчинить себе, но, как и все остальные, Лучи тоже имеют свое «я». Выбравшись из оков, все они устремились в одну персону… Варнер Харрис…  💭 — Может, я и плохой человек, но видно, что я не один. Глаза загорелись, а в его руке появился белый меч, а его одежда изменилась в цвета. Белые брюки, белая рубаха, а на голове белая шапка с черным бантом наверху.  — Я пойду на все ради семьи, даже если мне это будет стоить жизни. — С глаз текли слезы, но руки сжали меч сильнее, а на его наряде прошлись золотые полосы. На его белой рубахе виднелись выемки, вдруг с них показались его белоснежные крылья, ни одного изъяна, лишь идеал.  В глазах Междумиреца гнев и обида, на руках пошла кровь от столь сильных пережиманий рукояти, а одной рукой случайно коснулся наконечника. Внутри он ощущал пустоту, ведь он один… За что он дерётся?  Слова брата пронеслись эхом в голове, его фиолетовые и размеренные глаза сместились, оставив еле видный оттенок, с его пальцев текла кровь, ведь только сейчас он понял… Душа расколота на куски, что не собрать никогда. Он дерётся за себя, даже не за свою жизнь, а за свое эго. Копья пропали, на глазах слезы, а его крылья пропали, показав, что он все же что-то ощущает…  — Хех… хе… а за что дерусь я? — сказал сам себе отец.  Варнер стоял в недоумении, он был готов умереть, но, видимо, его жизнь продолжится, все же повидать еще много чего надо. Джон и Лололошка были в шоке. Они за всю свою жизнь ни разу не видели отца таким, чтоб тот плакал? Это было ненормально.  💭 — Чего? — у себя в мыслях сказали вместе братья, их недоумение можно было понять, только Варнер не столь прост, как дети.  Варнер сам был столь удивлен, как и дети, да вот только он знал, кто перед ним, и надо всегда держать ухо востро, иначе головы на плечах не останется. Варнер сквозь все ступени подошел вплотную к брату, который уже стоял на коленях и смотрел в мокрый асфальт, в его руках кроме крови ничего не осталось, а с его черного подбородка тихо стекали слезы… Вот оно! Победа! Но не для Варнера Харриса.  — Что? Грехи по смене прошлись? - со всей серьезностью в голосе сказал дядя, направив свой белый меч к шее дяди, тот в свою очередь никак не пошевельнулся.  — Семья… Знаешь… Я ведь раньше тоже это имел, имел любимую жену. - сквозь слезы, но тем же твердым голосом говорит отец.  Он вспоминал все эти моменты жизни, когда рядом была Саша и все было по-настоящему, ведь Междумирец ее полюбил… Или нет?  На сердце Варнера выскочила кровь. Кровь от того, что сейчас перед ним на коленях стоит виновник всех проблем в этом чертовом городе свободы, да только… Его жизнь уже покарала… Сев на одно колено прямо напротив брата, на лице Варнера появилась улыбка, а тот все так же смотрит в асфальт…  — Как ты считаешь, братец, какое самое лучшее наказание для тебя? — чуть улыбаясь и с небольшой игривостью в голосе сказал дракон созидания. Джон и Лололошка молча стояли и знали, влазить нельзя, иначе смерть за спиной откажется перед тобой.  Междумирец промолчал, ему тут нечего говорить, ведь всё и так ясно, а с проницательностью Варнеру можно сказать, что Отец был открытой книгой для его… — Смерть? Ты что, нет, конечно, для тебя лучшее наказание — жить Чтобы ты каждый день ощущал, как с твоих рук стекает кровь твоей же любимой жены, как все твои сыновья отреклись от тебя, ведь знаешь… Тут не скинешь ни на кого, как в старые добрые, я прав? - проговоря чуть серьезнее и сохранив улыбку на лице, сказал дядя, а у Междумирца лишь с этого потекла слеза…  — Ты прав, как же ты… ЧЕРТОВСКИ ПРАВ!    - его слезы перешли в ненормальщину, на лице дикая улыбка, а в его руках отравленный кинжал, сейчас это тот шанс, когда он может выжить!  Ведь Междумирец неглубоко и абсолютно знал, здесь шанс смерти был очевиден, но никто не отменял доверчивость Варнера. Дядя был удивлен… Он думал, что научился видеть в людях хорошее и плохое, но теперь явно надо что-то менять… Только поздно.  Кинжал вонзился в сердце, вся его одежда из чистого белого оттенка вернулась в нормальный черный, его яркие глаза потухли…  От Варнера Харриса осталось лишь имя, как и честь…  Междумирец, вонзив нож в сердце брата… был… был счастливее всех живых! Наконец перед ним нет преград! И сила будет его, значит он станет тем, кем должен быть… — Я убил Варнера… Я его убил… Я ЕГО УБИЛ!!! — почти во весь голос ликовал отец, на его лице появилась самодостаточная улыбка, и он наконец смог обыграть своего надоедливого брата, а значит… у этого города теперь нет шансов…  Джон и Лололошка не знали, что говорить здесь. В руках Джона были его очки, только увидев лежачее тело того человека, который по-настоящему показал, что такое семейная любовь, и видеть, как по мокрому асфальту стекает кровь… Вот это боль. Оранжевые очки выпали из рук Джона, а по щекам пошли слезы и безысходность. Лололошка тоже не смог сдержать эмоций, тот, кто оберегал, тот, кто первый ему показался адекватным и веселым среди всей его семьи… теперь не отвечает на колкие фразы…  Хех… Теперь-то всё точно изменится… Жаль, что прямо сейчас я вас не заберу, уж слишком много сил пришлось приложить ради этого момента, но это стоило того… — на всю глотку заорал Междумирец, чтобы слышал его весь город, а для подростков это был удар ниже пояса, оставив их одних…  У отца не было сил много говорить, поэтому без особого многословия он исчез, оставив детей наедине с «телом».  Лололошка и Джон, как только увидели, что отца больше нету, дали воли эмоциям и тут же рванули к мертвому дяде, окружив его со всех сторон. Оба брата свалились на его тело, а их руки были в его крови. Джон смотрел в его пустые глаза, ее сердце не могло этого принять, опять терять близкого человека… За что, жизнь? — Дя-д-я, очнись… Прошу, - чуть со слезами на глазах и заиканием в голове сказал Джон Харрис. Ему было абсолютно наплевать на всех, кто и что об нем думают, сейчас он лишь надеется на лучшее.  — Прош-шу, - сквозь скрежет своих зубов и слезы, чуть приобняв своего дядю, сказал Лололошка, ему было больно… больно видеть близкого человека таким…  Джон и Лололошка не знали, что теперь делать. Их души будут теперь использовать как игрушек, а этот кукловод никого жалеть не собирается, а лишь избивать и заставлять страдать.  Только за счет этих откровений и большого всплеска эмоций братья не услышали довольно знакомый и ритмичный топот…  — Покойся с миром… Варнер Харрис, — еле сдерживая улыбку, сказал мужчина сзади , пока братья были в недоумении…  Сейчас перед ними, точнее, сидит рядом с ними Чертов Варнер Харрис во всем белом, его крылья все такие же живые, глаза светятся белым оттенком, а на лице светится улыбка.  — Ну что молчите? Вы думали, что я так просто ум… — ну успел договорить дядя, как братья повалили его на землю и заобнимали чуть ли не до смерти, только это было приятно чувствовать, насколько они стали одной семьей…  Лололошка, почувствовав истинную душу Варнера, обнял его белую рубаху, его слезы лились, словно с бездонного моря, а рубаха дяди служила нейкой губкой для всех этих нужд. Джон в свою очередь чуть бил Варнера по спине, как тот мог так поступить с ними, вот как?  — Дя-ядя! Как ты мог так поступить, мы б-были расстроены, — сказал Джон, посмотрев в эти яркие бездонные очи. На что Варнер из неоткуда достал оранжевые очки и одел на Джона, не забыв ему подмигнуть… — Простите, иначе никак, но все же. Слезайте с меня, живой я живой! — сказал дядька, стараясь хоть как-то выбраться, вот кого-кого, а их он никогда коготком не тронет…  — Хорошо, — хором сказали братцы, как с лезли, и тут же встали рядом с «трупом дяди». Тот в свою очередь сделал то же самое, но, посмотрев на себя явно не в самом лучшем виде, он щёлкнул пальцами, как вся кровь и тело мигом исчезли…  — Как? — спросил то, что вертелось на языке у голубоглазого. Варнер на чуть усмехнулся, но понимал этот вопрос.  — Дети, всё очень просто, я ведь обладаю силой созидания как никак! Во время своего прыжка к вашему отцу, — поставив мыслимые кавычки руками, Варнер, — во время прыжка я создал своего клона, а сам стал за этим наблюдать, как призрак. Вы все равно были увлечены данной сценой, и так и так не заметили бы, — улыбнулся дядя.  Студенты были шокированы, как тот смог так быстро всё продумать и тут же реализовать эту идею в жизнь, всё же быть Творцом явно труднее, чем быть разрушителем…  — И теперь мы имеем преимущество! — гордо продолжил Варнер, пока Джон и Лололошка глазели на него чуть непонимающими глазами. Джон хоть старался примерно понять картину, но ему всегда не хватало пару деталей, пока Лололошка от слова совсем не мог всё осознать…  — Тебе выгодно, чтобы отец считал тебя мертвым? — выпалил Джони, а на его лице вернулась фирменная улыбка самой моды, пока у мироходца картина стала формироваться…  — В точку, но и тут есть свои подводные камни. Во-первых, теперь Междумирец будет считать, что он смог заполучить общий дар всех сил, да вот только я-то не умер, а значит, и силы ему не ведать. Второе, что теперь он явно будет готов завладеть моей территорией, но здесь я-то и его подловлю! Пока он будет потихонечку на дно идти, я соберу все досье на его фабрики и подам на них в милицию, собственно так, я смогу прикрыть лавочку под названием «чудо творца», — словно рассказав всё на одном дыхании и подметив правильное мышление Джона, сказал Варюша. Только вот теперь братья не до конца уже его догоняли. Варнер же с того не особо удивился, ведь еще не достаточно взрослы, чтоб с дядькой тягаться!  — Ладно всё, самое главное — я жив теперь. Лололошка идет в ресторан, а ты идешь домой, усекли? — серьезно сказал Варнер, указав на двоих пальцами.  Лололошка не ожидал, откуда дядя мог всё узнать, если они даже об этом еще не говорили? Может, профессор Арнир? Нет… Они так себе общаются… Может…  Джон в свою очередь перечить не стал, ему и самому домой хотелось, вот только мироходцу придется сегодня несладко…  — Откуда ты зн…? — не успел спросить голубоглазый, как его рот прикрыла Чернявская ладонь, а посмотрев чуть выше, можно было заметить то лицо, которое явно не желало ему зла…  — Не бойся, не я один знаю это! А теперь мне придется с вами проститься, ведь меня пока никто не должен видеть, иначе, может, план пойдет по одному месту, прощайте, детишки, — с улыбкой сказал Варнер, как по своему щелчку испарился. Оставив братцев наедине с собой…  — Пиздец, — сказали оба брата в унисон.

∴ ════ ∴ ✦ ∴ ════ ∴

С того момента прошло пару часов. За это время братья успели разойтись по своим делам, кто куда. Джон пошел домой, ведь ему надо было чуть восстановиться от всей этой пурги, в отличие от Лололошки. Он знал, что такое событие лучше не пропускать, а то Джодах его из-под земли достанет, пока тот даже яму вырыть не успел. Зайдя в свою комнату, к счастью шатена, никого там не было. Он первым делом рванул к своему шкафу, открыв его, он достал оттуда ларец с невероятно душевными частями. Накинув на себя шарфик, и он чувствовал себя полноценнее, и в моменте голубые частицы озарили всю комнату…  — Как и должно было быть, — сказал тот голос маски, а по спине шатена прошлись мурашки, обернувшись, за спиной никого не было.  — Как же ты бесишь меня, а еще своими странными фразами… — сказал мироходец и продолжил дальше одеваться на это мероприятие, а маска в свою очередь промолчала, оставив наедине студента.  Лололошка не хотел особо париться по поводу одежды, поэтому тут по сути всё просто. Черные брюки, хоть они и были слегка помяты, но смотрелись на шатене отлично, хотя как иначе. Поверх своего шарфа одел простую белую рубаху, а одной из заколок он решил закрепить свои волосы, тем самым сместив слегка их вправо. И финальный штрих! Очки! Одев свои солнцезащитные очки, вот теперь всё так, как и должно быть!  — Думаю, я выгляжу приемлемо для данной посиделки, не находишь, чудила? — став разговаривать со своей головой Лоши, да только ответа не последовало…  — Ну и ладно, всё будет хорошо, — сказал сам себе шатен и вышел из комнаты… Только это было его первой ошибкой… Спустя некоторое время шатен и не успел заметить, как стоит напротив входа в тот самый ресторан «Белуга»…  💭 — Хмм… Рыбная кухня… Удивительно, — подумал сам про себя шатен, с чего сам-то и посмеялся.  Осмотрев всё вокруг, ему это явно не вело доверия, ведь уже было темно. На улице загорались фонари и освещали проход тихим душам. Листья не шелестили, машин-то тоже нету, словно все к чему-то готовится, и это явно не к добру. Внутри Лололошка чувствовал свои же мысли: «Не надо!», «Одумайся!», «С тобой точно что-то случится!», да только мироходец выкинул все эти мысли прочь, сейчас на первом месте — наконец закончить эту сделку. Сквозь его очки можно заметить этот огонь и уверенность в его глазах. Недолго думая, шатен открыл дверь в этот ресторан.  Первое, что встречает нашего героя, так это администратор у входа. Обычно в элитных ресторанах у всех так, да только шатен в таких не был и был слегка удивлен…  — Здравствуйте, вам что-то подсказать? — натянула на себя улыбку девушка и стала «оценивать» человека перед ней.  Сама же дева была явно здесь не из-за благополучия. Одев голубенькую короткую юбку, сверху белую рубаху, добавляя всем этим чертов синий галстук, что так и душил ее. Эта работа ее выводила из себя, видеть этих олигархов, которые готовы здесь поедать эту рыбу снова и снова, вот это ее выводило, точнее ненависть к самой себе. Но… осмотрев парня и увидев этот уличный стиль, ей он тут же не понравился, и она подумала, что студент ошибся рестораном, ведь таким, как он, вход запрещен.  — Вы уверены, что туда попали? Просто… — девушка своими глазами явно указала на внешний вид парня. Лололошка был чуть шокирован, ведь он думал, что довольно симпатично, а тут его ставят на место, так еще и преграждают дорогу, может, это знак? Но если быть честным, шатену она тоже не понравилась, ведь его напудренное лицо и тонна макияжа уже чуть ли не пахла за километр, а чего-то живого она на себе не ощущала.  Лололошка хотел было что-то ответить, как заметил, что прям сзади той администраторши стоит Джодах, чуть ли не больше той на две головы. Девушка посмотрела вверх, вернула свою голову обратно. На ее лице пошли небольшие капли пота, ведь сейчас ее больше окутывал страх смерти, чем что-либо другое. Крылья Джодаха окружили даму, а его руки коснулись ее плеч, теперь-то тут проблемы. — Соизвольте узнать…  Госпожа. Почему вы не пускаете моего человека? — строго сказал Джодах грубым голосом на повышенном тоне. Девушка уже была готова проволитсч под землю, но никак… никак.  Лололошку в свою очередь эта ситуация забовляла. Словно ястреб схватил свою добычу за шкирки и теперь решил с ней поиграться. Может и лололовшке и было, чуть жалк девушку… Хотя нет, не жалко. Но вот что интересно, так это как одет этот пернатый. Джодах одет сегодня презентабельно. Гламурные белые туфли красиво сочетались с его ярко-седыми волосами. Его передние пряди были завязаны в красивые узелки, придавая этому богу дикости и красоты. А те же аметистовые глаза как же пылали сейчас, по ним было видно, как внутри боролась и любовь, и ненависть к злым персонам, но тут явно понятно, кто виноват. И самая изюминка — это его костюм… Одеть гламурно-фиолетовый костюм, так еще приправить это цветком магнолии у себя чуть выше кармана… 💭 — Это красиво… И уверено, — ничего кроме этого подумать пока не мог Мироходец, продолжая смотреть своими глазами за ситуацией, только пока он рассматривал внешний вид процессора, он даже глазом не успел моргнуть, как девушка пропала, оставив их наедине.  — Вот мы и одни… Ты как? А то твое лицо какое-то странное сегодня, — подошел чуть поближе ангел смерти и дотронулся до плеч шатена, став заводить его пряди за ухо, пока тот чуть недоумевал с этой ситуации, но быстро среагировал, убрав его руки с себя полностью.  — Не трогайте меня, я на это не подписывался, ну а так сегодня слишком много чего прошло, — чуть честно сказал первый, посмотрев в глаза богу. Тот в свою очередь лишь сделал чуть недовольную гримасу, но быстро вернул улыбочку на лице.  — Как скажешь, но… За столом я-то могу сделать всё, что пожелаю, и ты это знаешь, — улыбнулся и подмигнул Джодах Ави, чуть поправив свои крылья. Лололошку знал это и не мог тут что-либо отрицать, поэтому и кивнул.  — Отлично, нам не стоит тратить наше время? Как считаешь? Пойдем наверх быстрее, — подойдя вплотную к боку Лололошки, сказал Ави, открыв наконец взор Лололошке на этот ресторан в полной красе, а то из-за его плеч ничего не было видно…  В глазах шатена аж искорки появились, как же здесь красиво! Ведь всё в этом здании было в белых цветах, лишь они пока стояли на алом ковре. Перед глазами шатена сразу была лестница, которая вела наверх, но если посмотреть внимательнее, то за лестницей тоже есть двери, интересно, куда ведут. На перилах были вывешены какие-то золотистые колокольчики вместе с небольшими вазочками с цветами, прибавляя живности в столь сухую картину. Но было одно, то, что удивляло больше всего, так это люстра сверху… Она была выполнена полностью из золота в виде самой рыбы «Белуга».  💭 — Вау… Я… — не знал даже, о чем думать шатен, такого-то видеть он точно не ожидал, но не успел он больше разглядеть, какая горячая рука Джодаха коснулась, а его крыло чуть прикрыло взор, показывая, теперь он в его власти.  — Давай пойдем, там еще красивее, — с «улыбочкой» сказал профессор своего предмета. Хариису ничего не осталось, как пойти вместе с ним.  Начав поднимать, шатен чувствовал, как с каждым шагом тяжесть была всё сильнее и сильнее, но она была не сильно видна для него, ведь Джодах в этом деле очень хорош. Дверь открывается… в само небытие.  Звезды в глазах шатена еще более загорелись от всех этих красот! Ведь это был огромный и красивый зал. По центру стоял красивый фонтан, в главной роли там как раз таки символ этого ресторана, белуга, еще что чуть пугало мироходца, так это количество столов здесь. Целых 67 круглых столов… Не удивляйтесь, для Лололошки это плевое делать посчитать. Все столы были почти заняты, только за ними он никого из знакомых не видел, что, конечно, радовало. Джодах прошел чуть вперед, пройдя к их столу, и взялся за стул шатена, и, как истинный джентльмен, помог своему «другу». Лололошка чуть загляделся вокруг, но быстро пришел в себя, копал увидел ждущего Джодаха около стульчика и быстренько подбежал туда…  — Простите, — сказал Лоши и сел за свой стул, пока Джодах задвинул стул, специально касаясь его волос, это даже было приятно, но почему-то до боли странно… Словно здесь везде какой-то дурманящий запах…  — Ничего, и помнишь, о чем говорили? Здесь я не твой профессор, а ты не мой студент, — сказал своим грубым, но моментами нежным голосом Ави и присел напротив студента. Вот здесь и начинается точка невозврата…  Лололошка не знал, насчет чего говорить, перед ним его профессор, который до сих пор у него видит, а если я возьму не те слова? А если ему не понравится мое поведение, он же может меня засадить на сессии, и я там ничего сказать не смогу. А если… а если… только эти мысли в голове порхали, Лололошка Харрис даже не заметил, как им принесли бокалы дорогого вина. Джодаху такое не нравилось, ведь он хочет, чтобы его внимание было только на нем, этот вечер запомнится ему!  — Лололошка, смотри, — сказал профессор, указывая пальцем на фонтан. Лололошке, чтобы посмотреть на этот фонтан, надо было полностью развернуться, ведь он повернут к нему спиной, что ж, сегодня он обещал… Поэтому ему все же пришлось это сделать, и не пожалел…  По середине, рядом с фонтаном, встал один из официантов, в его руках гитара, а сам он явно знает толк в музыке. Усевшись за стул и разложив свои пальцы на струнах, он стал играть мелодию, пока в это время из пальцев Джодаха появились фиолетовые искры, которые он направил все на бокал Лоши, ведь теперь он необычен. Только есть проблемы: от его магии осталось очень много этой дымки. Профессор не нашел ничего лучше, как взять и подуть в сторону Лоши, касаясь ветерком его открытой шейки. Лололошка тут же на него посмотрел и не заметил никакого дыма, ведь тот успел рассеяться, а Джодах прямо смотрел в глаза мироходцу, даже чуть страшно стало, если честно. — Что-то со мной не так? — спросил Лоши, взяв свой бокал в руки и отпив чуть вина, это вино ему запомнится надолго… Но оно было чертовски вкусным. Такими приятным и румяным, и столь игривым и неоднородным, идеальным… Как и Лололошка для Джодаха, теперь тот будет говорить всё прямо.  Ведь для Джодаха Лоши был идеален. Его запах вина опьянял намного больше, чем это приторное винишко. Его приятные волосы так красиво вились, словно в помещении даже ветерок есть, только заколку Ави бы убрал, ему нравится, когда он выглядит чуть более живым, но и так тоже сексуально.  А его глаза, жаль, что он одел эти нелепые очки, ведь они закрывают ему взор на его глаза, была бы его воля… Он так бы и хотел видеть Лололошку раздетым, чтобы тот полностью отдался процессу, чтобы тот ничего не мог сказать профессору… Чтобы тот |/был/| его. Но это чуть позднее, не надо спешить впереди вагона…  — Да нет, просто… — протянул через весь стол Ави к рукам Лоши и схватил их в своеобразный замочек, мироходец тут же почувствовал это тепло, которое так быстро оцепенело всё его тело, да только с каждой секундой, пока держал его руки Джодах, от Лоши уходили его жизненные силы…  — Просто что? — продолжая речь, Ави сказал Лоши, ведь он сильный человек и у него не так-то просто всё высосать, да только Джодах с каждой секундой становится сильнее!  — Просто ты очень красив, а твой запах… Меня дурманит сильнее, чем любая дорогая выпивка, может, мне уже снесло башню? Кто знает… — уже с легкой улыбкой говорил Джодах, словно он перебрал, да только это не так…  Пока он высасывал силы с Лоши, его они также дурманили, можно считать, что теперь он перебрал с алкоголем, только это не проблема для Ави, он хоть выпьет три бочки пива, все равно будет себя контролировать.  Все эти слова для мироходца, конечно, приятными, да… Но они словно педали его изнутри, как такое может говорить профессор студенту? Как? Только пока Харрис задавал сам себе вопросы, Джодах становился все сильнее и сильнее…  — Вот к чему я клоню, может мы… — Джодаху уже было наплевать, что случится, и он случайно развернул свой бокал и опрокинул на пол, его руки полезли дальше, касаясь локтей Лоши. Для Лололошки это было еще страннее, и это стало отправной точкой, ведь иначе это из строя могло пройти как какой-то порнофильм в конце, где герои после ресторана уходят в квартиру и остаются там до утра…  — Джодах, прости, мне надо подышать… — быстро отцепив свои руки от этого наглого павлина, сказал Лоши и встал из-за стола, не забыв взять свой бокал с собой. Джодах же не смог так быстро подорваться с места и его остановить, иль прислонить к себе, в его голове слишком много страшных сцен, где он в главной роли…  — Как скажешь, Лоши, я буду ждать тебя прям здесь, — указывая на свои огромные колени, сказал Джодах и стал попивать из бокала вино. Лоши решил времени зря не терять и пошел прочь от этого стола.  — Конечно, — тихо и со злостью сказал шатен, чтобы тот не услышал. Став посреди этого ресторана, он увидел чуть вдали красивый выход на балкон, у которого по бокам, словно два стражника, висели две рыбы. Эти рыбы для шатена уже будут чуть мерещиться… Зачем так много этой рыбы, Лоши как для дизайнера стало это очень сильно бесить… Только на это шатен не хотел особо обращать внимания, поэтому быстрым шагом пошел в сторону этого балкона и не прогадал.  Выйдя на балкон, первое, что его встретило, так это холодный осенний ветер, касаясь каждой открытой части тела. Посмотрев чуть выше, можно было заметить одно: сегодня полнолуние. Для Лоши полнолуние ассоциируется не с самыми лучшими событиями, ведь именно в полнолуние умерла мама… Но, как она сама говорила, не стоит грустить, рано или поздно мы все умрем, оказавшись там, где мы и должны были быть… Пройдя чуть вперед и на том самом балкончике, поставив свой бокал, Лоши стал разглядывать всё, что душе угодно, только, как оказалось, он тут не один. Сзади послышался чей-то ходьба, шатен хотел бы повернуться посмотреть, только у него словно забрали все силы и сейчас единственное, чего он хочет, так это спать.  — Не холодно ли вам, мадам? — с серьезным выражением лица подошёл рядом мужчина во всем черном, на вид лет сорока, в руках его ничего не было, единственное, что он стал делать, так это сам посмотрел на луну.  — Сами вы, мадам, а я парень, — с грустью сказал шатен и в данной ситуации был прав, да только парню напротив это было как-то даже удивительно.  — Как скажешь, да только как ты объяснишь, что за тобой везде ухаживает этот бог? — с улыбкой повернулся лицом и туловищем к Лололошке мужчина. Лололошка хотел было тут же съязвить ему, да только… Он ведь прав. Почему Джодах в этот вечер позволял себе так много, это прям бесило, но еще одна причина.  — А когда мы успели перейти на личности, господин? — сказал мироходец, сделав то же самое, что и тот мужчина, теперь-то было видно его лицо.  По нему можно сказать, что человек явно опытный. На его пальто можно увидеть всякие ордена, однако само оно было уже старовато, но нельзя сказать, что оно дешевое, наоборот, эта старость придает еще более разнообразный характер его одеянию. Прическа у него жгуче черного оттенка, только коротковато.   Его глаза… отличаются от всех тех, которые он видел раньше. Его глаза фиолетового оттенка, только эти фиолетовые глаза много у кого. У междумирца в них читалась власть и жажда большего, в глазах у варнера можно заметить тоже нотки власти, но явно в меньших манерах, в последнее время в его глазах появился новый взгляд, который наполнен счастьем… И Лололошка искренне рад этому. Глаза Джодаха напоминают шатену один из смертных грехов, а именно похоть, словно кажется, что они так и манят пойти на все ради него, а потом ты оказываешься в ловушке, но эти глаза отличаются. В глазах этого темного мужчины можно заметить ноты справедливости и отчаяния, как бы он сейчас ни держал улыбку, сейчас он не может сказать, что она искренняя, а тем более… настоящая.  — А почему бы и нет? Знаешь ли, меня звать Войд, тебя как? — спросил мужчина с абсолютно белой кожей, взяв в одну руку бокал, чуть выпив вина. Лололошка последовал его примеру, тем самым отпив чуть-чуть со своего бокала, ведь ему казалось, что на сегодня с него хватит…  — Меня… ? Лололошка Харрис, приятно познакомиться, — сказал Лололошка, повернувшись обратно к луне, а свой бокал поставил на пол, чтоб тот не мешал. Войду было очень неприятно в данной ситуации, единственное, что он может делать, так это стоять и смотреть… Может, его слова смогут помочь? Подойдя чуть ли не вплотную, их плечи встретились друг с другом, а их взгляды с небесным сиянием…  — Приятно познакомиться… — сказал Войд, опустив взгляд вниз. Лололошка не смотрел на него, а чувствовал и понимал, с ним явно что-то не то, таким его оставить не стоило бы…  — Что тебя гложет? — прямо и без каких-либо формальностей сказал шатен, не отрывая взгляд. Войд в свою очередь был этому удивлен, удивлен такой проницательности и умению ощущать, этот парень явно не промах.  — Я не могу сказать. — уверенно сказал Войд, убрав с себя всю эту нежность с лица. Лололошка совершенно не был этому удивлен, он сразу понял, кто перед ним, новости все же существуют в мире… — Я понимаю вас, инспектор, вы не хотите говорить мне, потому что сами сомневаетесь в ответе, ведь так? Словно мешаетесь с одной и с другой стороны… Хех… Я тоже хотел усидеть на двух стульях, да только в этом мире нельзя… — сказал Лололошка, как чуть наклонил свою голову на плечо Войд. У инспектора жгло сердце, он знал, этот порошок уже действовал на Лололошку и тот уже почти засыпает, но он должен хотя бы попробовать! — Лололошка, у тебя есть четыре секунды… — Что, какие секунды? — сказал Лоши, неожиданно подняв голову, почти протрезвев… — Три… — Ты что несёшь, Войд?  — Две…   — Это шутка какая-то? — не осознавая всю ситуацию, улыбался Лололошка, только со стороны ресторана стало слышно не ритмичные шаги.  — Один… — сказал шепотом Войд, и чуть отвернувшись от студента.  Лололошка повернулся к входу на балкон и был ошарашен. У входа стоят чуть ли не весь университет, а именно: Агний, Смотрящий, Арнир и, конечно, Джодах. У каждого из них глаза были похожи на хищнические, словно они все хотят меня съесть. Мироходец решает воспользоваться магией, но четко, словно вся сила куда-то ушла, и магии в крови не осталось… Голова закружилась, в глазах появились какие-то помутнения, и нельзя было нормально с чем-то разобраться, ноги ватные, он полностью ослаб. Неожиданно к нему тут подходит Джодах, а рядом с ними стоит Арнир... — Что происходит… — хотел было сказать Лоши сквозь свое дерьмовое состояние, только огромная ладонь Ави прикрыла ему и рот, и глаза, а Арнир слегка придерживал и оглаживал его молодое тельце…  — Чшш… Всё хорошо, засыпай, скоро мы придем домой и ляжем спать, — старался успокоить Лололошку Джодах, только вот мироходец уже, считай, заснул, это крылатый переборщил с дозой, и теперь он будет во сне не двадцать минут, как планировалось, а все два часа! Арнир и все остальные были вообще не удивлены этому, да только особо это не проблема, теперь та Варнера Харриса нет! И им ничего не грозит!  — Придурок, он уже спит, пойдем, только не урони его, — сказал Арнир, как полностью положил спящего шатена на руки Ангелу смерти, тому лишь в радость были, и те скрылись. Оставив троицу богов и инспектора наедине…  — Войд! Каков сюрприз, как тебе вечер? С нами на долгожданный пир, не желаешь? — со всей улыбкой сказал бог Ада, небрежно смеясь и касаясь Войда…  — На хуй шел, — грубо ответил инспектор, как хотел ответить богу, только неожиданно руки связались цепями, с чего Агний еще больше рассмеялся, а Время лишь поддерживал его в этом…  — Какой острый ты сегодня, но не забывай, — в руках у демона появился контракт с подписью войда о том, что будет служить богам всем, чем сможет.  — Ты у мен… у нас в цепях, кстати, помнишь свою женушку Зельду? Как там поживает? — сказал с явной угрозой Агний. Войда больше не напрягал этот алый черт, как другой бог, он знал. Без Смотрящего он не имеет прав делать такие мероприятия, значит, смертей не должно быть…  —  Инспектор, вы язык проглотили? Или даже пару слов связать не в силах? — чуть разведя руками, в диалог вступил и Смотрящий, вот чего и боялся инспектор. На Агния можно не обращать внимания, но со смотрящим такое не пройдет…  — Никуда я с вами не пойду, до свидания, — хотел было тут же уйти с балкона, но произошла проблема, на шее образовалась цепь, а тем, кто ее держит, был как раз таки директор университета, главного зачинщика всей этой конторы…  — Как скажешь, но у меня для тебя есть поручение, — подошёл вплотную к человеку бог времени, душа его еще сильнее, что тот почти не мог дышать, войду оставалось ждать, иначе одно неверное движение могло привести к смерти…  — Ка-кое, — еле сказал войд, на что Агний и Смотрящий усмехнулись.  — Очень простое…  Твоя задача — убить и принести мне голову Джона Дейви Харриса, дерзай, — наконец отпустив черноволосого, тот тут же упал на пол, а боги лишь опять усмехнулись и ушли, только пока Агний быстро ушел, ведь ему это не было интересно от слова совсем, но не другому богу, ведь это дело /ему было/ поручено…  — Срок неделя, — дополнил бог времени и скрылся в своем тумане, оставив униженного и побитого инспектора одного.  В Холе уже стояли все четыре бога и глазели на этого малыша, они уже были готовы прямо здесь его раздеть, сделать то, чего хотят их души, но лишь Смотрящий их держал на привязи.  — Машина подъехала? — строго спросил директор. На что Арнир и Джодах кивнули, став выходить на улицу. Агний, в свою очередь, уже создал для себя разнообразные рода вещи для более «веселого» времени провождения. Выйдя на улицу, перед богами уже стояла черная машина, теперь осталось лишь… — Далеко едете? — спросил... To be continued...