My thoughts are racing around you | Мои мысли кружатся вокруг тебя

Вдалеке слышался плеск шумящей реки, что беспокойно трепетала. Она расстилалась внизу: широкая, тёмная, равнодушная и несущая смерть. Озверевший ветер рьяно поднимал волны — холодная вода алчно облизывала песчаные берега, полузатопленную каменную переправу на другую её сторону, гладкие скользкие камни, выглядывающие из-под бушующих вод. Кроны деревьев беспокойно шуршат вверху под натиском ветреных порывов, угрожающе покачиваясь из стороны в сторону, и почти в панике шелестят зеленоватые листья. Чахлое солнце возвышалось в зените, вяло играя янтарными отблесками по земле, продираясь сквозь густой зелёный покров папоротников, травы да самих деревьев. Ветер нёс следом за собой, казалось, предшествующее горе, в которое никому не хотелось верить. Но оно случилось. Речное племя, как донёс недавно явившийся впопыхах патруль, решило вновь заявиться на Нагретые камни. — И почему этим рыбожорам не сидится на месте?! — шипел рядом чей-то знакомый голос. Галка — молодой чёрный воитель — с трудом переставлял лапы от долгого бега и истощенности. Но в его голосе скользило враждебное рычание. Его можно понять — никто не хочет, чтобы какие-то Речные коты отобрали то, что принадлежит по праву им, Грозовым котам, что находится именно на их территории. Ещё немного и они достигнут реки! Вот тогда-то Грозовые воины покажут, кому принадлежат Нагретые камни! Кленовница чувствовала, как сердце грохочет в груди, а кровь в ушах заслоняет все окружающие её звуки. Эти драки и бои с потерями за какие-то камушки бессмысленны! Но даже так, она всё равно хотела показать Речным воинам, чья это территория. Да и ко всему этому… Это ведь какой-никакой, но способ повидаться с… — Вы никогда не заполучите Нагретые камни, жалкие лисьи морды! Пёстрая воительница и не заметила, как почти половина племени, сбежавшая в приближающийся бой, остановилась, стоя близко к друг другу, словно стараясь укрыть своим телом другого товарища. Смелый крик Берестенника, тёмно-коричневого с полосами воителя, разрезал на куски напряжённую тишину. Испепеляющие взгляды Речных воинов устремились на Грозовых котов. Слышалось шипение, чувствовалась откровенная вражда и презрение одного племени к другому. Шерсть на загривке Кленовницы медленно встала дыбом, когти впились в землю под собой, слабо её царапая. Пушистый хвост тревожно метался из стороны в сторону, и пока глашатаи двух сторон, Шипогрив и Пчелохвост, бросались едкими оскорблениями в сторону друг дружки, глаза пёстрой воительницы лихорадочно скользили с одного кота на другого, выискивая нужного. Того, от присутствия которого сердце взволнованно трепетало в груди, а в теле разливалось непривычное тягучее тепло. Янтарный взор зацепился за светло-коричневую шёрстку воителя, видневшуюся среди его соплеменников. Её сердце ухнуло в груди, а глаза засияли, но она поспешно отвела взгляд в сторону, уткнувшись в полусырую землю после недавно прошедшего дождя. Воительница и не должна думать о нём в такое время! «О, любовь моя! Как жаль, что нам приходится в последнее время встречаться лишь при таких обстоятельствах… Великие звёздные предки, прошу, лишь бы Яблочник не пострадал в этой никчёмной битве!..» — в её мыслях, в её мольбе смешались лёгкая горечь и вся любовь, которой она пылала к Речному коту. Ну вот и как так можно было однажды случайно влюбиться в него? Всем своим телом воительница ощущает, как накаляется атмосфера. Где-то рядом, в потоке соплеменников мелькает крапчатая золотистая шёрстка, заставляющая взгляд зацепиться именно за неё. Веснушка держится рядом с Берестенником. Кленовница внезапно вспомнила, что он является её братом, и только сейчас до её сознания окончательно дошло, почему эти воители держатся рядом с друг дружкой — они являются опорой и поддержкой друг другу. Веснушка не могла прожить и дня без донесения новостей своему братцу, за чем часто наблюдала Кленовница, а Берестенник, в свою очередь, сразу же делился успехами своей ученицы — Цветолапки — со своей сестрицей. — Кленовница! — хриплый надрывающийся голос вырвал её из глубины мыслей, и воительница, вернувшись в реальность, пошатнулась, почувствовав спиной землю. Её морду обдало отвратным рыбным запахом. Кричал кто-то из соплеменников, тут же исчезнув в бурлящем потоке визжащих, дерущихся и прыгающих воителей. Смертоносные крики заполнили её голову, проникая в мозг, словно извивающиеся черви. Кто-то больно впился в её плечи загнутыми когтями. Пёстрая кошка зашипела от боли, когда кровавые капли украсили землю подле неё. Она напрягла задние лапы, отбросив Речного воителя в сторону, и сразу же бросилась наутёк — почти к самой ужасающей бойне между Грозовым и Речным племенами. Кровь грохотала в голове, и Кленовница слышала оглушающий стук своего сердца, который, как ей казалось, заполнил весь лес. Шерсть в одно мгновение стала всклокоченной, а плечи обжигающе горели. Лапы сами понесли воительницу вперёд с угрожающим рычанием — сражение только начинается! Как только кошка разогналась, перед ней тут же выскользнула гибкая пушистая фигура со светло-коричневой шерстью. Две маленькие зелёные вспышки пронеслись перед её глазами, когда она едва не врезалась в фигуру кота, оцепенев и уставившись на него невидящим взглядом. — Яблочник!.. — только и выдохнула Кленовница, стараясь перейти почти на шёпот, что мгновенно ускользал, сливаясь с жестоким шумом боя. Воитель навострил уши, в один прыжок оказавшись рядом с ней, он осторожно, тихо прошипел, вздыбив шерсть на загривке для вида: «О великие звёздные предки, это слишком заметно! Слишком подозрительно, слишком…» — Прошу, будь аккуратна, любимая, — тихо мурлыкнул воитель ей на ухо, отчего её сердце болезненно начало биться об рёбра, а по телу прошлась знакомая дрожь с кончика хвоста по самые лапы. — И ты… Обещай, что не пострадаешь! — отозвалась она порывистым срывающимся шёпотом. — Я… — Яблочник! — громкий крик маленькой кошечки пошатнул мир Кленовницы в её глазах, отчего она отпрянула в сторону, тяжело дыша, словно только-только вырвалась из лап противника. — Не трожь Кленовницу! Светло-коричневый кот яростно зашипел, когда юная ученица впилась острыми когтями в его загривок, цепко держась на его спине. Тело прошибло, будто мороз решил пробраться и растечься в костях мучительным ядом, и пёстрая воительница грозно зашипела, вновь принимая участие в гремящем вовсю сражении. — Цветолапка, прочь! Я сама разберусь с этим лисом! — рявкнула Кленовница, и Цветолапка послушно выпустила шипящего и уворачивающегося Яблочника, оставив на его шкуре пару-тройку меток своих когтей. Когда её шёрстка потонула в кровавой битве, только тогда двое возлюбленных переглянулись в последний раз, прежде чем сделать вид, словно они друг другу враги. Взглянув с тяжестью в ярко-зелёные глаза любимого, Кленовница едва заметно кивнула и, набравшись сил, бросилась в самую гущу сражения, потеряв из виду Яблочника. **** Она ощущала жгучую боль в ранах, нещадно наносимых противником. Окровавленные когти задели чьё-то ухо, и алые капли окропили землю подле, словно опавшие лепестки мака. Мышцы болезненно отзывались при каждом резком движении, дыхание было прерывистым, тяжёлым и неприятно царапающим горло изнутри. Перед глазами плясали размытые цветные пятна, уносимые нескончаемой болью. Веснушка, болезненно взвизгнув, едва смогла выбраться из-под речного воителя, воинственно зашипев и царапнув когтями в землю. Взгляд лихорадочно метался из стороны в сторону; то и дело старался одновременно улавливать движения врагов, а ещё… Сердце пропустило тягучий удар, в горле встал ощутимый ком, когда взор не нашёл знакомой тёмно-коричневой шерсти. Берестенник затерялся в гуще толпы, или… Да где же он?! Ярый грохот сердца затмевал собой любые звуки, и воительнице казалось, словно её сделали беспомощным, глухим котёнком со слепотой. Казалось, словно вся лесная жизнь упивается её тревожностью и болью. Казалось, словно… Тяжёлый удар отрезвил Веснушку, когда тело шмякнулось о землю, щеку поцарапала какая-то ветка, а после полусырая земля пригладила тупую боль. На другой щеке зиял кровавый след когтей, оставленный речным воином, склонившимся над отброшенной для нового удара. В голове всё звенело, и мысли расплывались, будто в нечётком сне. Но каждый, кто принадлежал племени, должен был продолжать бой. Странно было лишь то, что в этой битве у неё совсем не было сил сражаться. Вскочив на лапы, Веснушка с визгом вцепилась в плечо, как она поняла по запаху, Шипохвоста, продолжая наносить ему меткие удары когтями. Глашатай взвыл, в порыве боли полоснул её по спине и одним сильным ударом отбросил воительницу в сторону, пригвоздив к земле. Горячий рыбный запах опалил её мордочку. — Нагретые камни принадлежат лишь Речному племени, а грозовое отребье и не смеет даже соваться на них! — прошипел он, оскалившись. — Нет, Шипохвост! Нагретые камни по праву принадлежат нам — Грозовым котам! — закричала Веснушка, впиваясь окровавленными когтями в его шерсть на груди. Внезапно чей-то надрывающийся, пронизанный страхом крик заставил тишину громоздким валуном обрушиться на поле сражения, остановив бой. — Берестенник, осторожнее!!! Зрачки глаз Веснушки расширились, когда Шипохвост, словно одурманенный, внезапно соскочил с её туши, уставившись в одну точку. Воительница вскочила на лапы, узрев картину, которую и в жизни представить не могла: Одним мощным ударом лапы Яблочник — светло-коричневый воин Речного племени — сбивает с лап тёмно-коричневого кота с полосами, и Грозовой воитель срывается с вершины самого высокого камня прямиком в очумевшие воды взбесившейся реки. Жадные пенистые волны поглотили Берестенника, скрыв его в своих глубинах. «Великое Звёздное племя…»

«Нет…»

– Берестенник! – всё тот же знакомый крик пронзает слух, но отзывается глухо в ушах, словно Шипохвост пустил тело Веснушки в реку, где бушующие воды с упованием затянули её на сумрачное дно. Мелькают разношёрстные цвета перед взглядом, что испуганно мечутся меж собой, сливаясь в одну цветную гущу, испачканную словно бы в брусничном соке. Сморгнув бельмо нереальности, Веснушка скользнула взором по молодому телу, несущемся на каменную переправу – Цветолапка – молодая ученица её брата, которая смело устремляется к обрывистому берегу реки и, оттолкнувшись ловкими лапами, прыгает вниз, следом за наставником. Тишина тяжёлой завесой внедрилась в землю, воздух, делая его густым, истребляя возможность вдохнуть его. Казалось, словно всё вокруг замерло. Сошедшиеся в битве оцепенели, замерев на месте и пронзая сотнями парами глаз ужасающую сцену. Кто-то тихо ахнул, когда голова Берестенника и Цветолапки, что тщетно старается приподнять его над водой, выныривают на миг из под волн, прежде чем котов уносит вниз сильное течение, прямиком на полузатопленную каменную переправу. Раздался вопль ужаса, пронзивший замерших на скалах котов, и предсмертников поглощает бурлящая пена. Неверяще заметался взгляд, а по внутренностям будто бы прошёлся поцелуй зимнего мороза. Рядом с золотистой воительницей кто-то дрожал, и лишь спустя несколько долгих секунд Веснушка поняла, что дрожит она сама. Когти погрузились в полусырую землю – окровавленные, отзывающиеся болью в лапах. Издалека слышался призывной, приглушённый призыв, и разношёрстные воины заскользили в разные стороны – переплывая реку, неся лапы в тень испуганно затихших деревьев. Веснушка почувствовала чьё-то мягкое плечо, обладатель которого осторожно пошёл рядом с ней, ведя воительницу за собой в неизвестном направлении и тихо шепча ей что-то. – Веснушка, всё хорошо... Спокойно, будь спокойна... – успокаивающий её голос дрожал. – ...Мы победили. – Это ещё не конец! Мы всё равно отобьём Нагретые камни у Грозового отребья! – с другого берега слышалось враждебное шипение, которое заставляло сердце биться о рёбра с новой болью и ощущать жжение в груди, словно нутро изрядно исцарапали острые когти. Эту битву Грозовое племя покидало с победой. Но казалось, словно все воины вмиг растеряли все силы в попытке, наполненной отчаяньем, добраться домой. По крапчатой золотистой спинке воительницы играли блеклые лучи, исчезающие в её шерсти. В глазах Веснушки будто мир внезапно, в глухом безмолвии, рухнул на её глазах, облачился в серую одежду и стал неестественным. Бескровным. И блеклым. Время стало таким же нереальным, как и реальность. Но что такое вообще реальность? Она рассыпалась на мелкие частицы, что пропадали в бездне боли. Веснушке казалось, словно это всё не вправду. Это случайность. Совпадение. Глаза и разум не хотели верить произошедшему, но глухо упавшее в груди сердце избивало рёбра, стуча о том, что это действительно. Что это действительно произошло. Её брата больше нет. Берестенник попал в объятия Звёздного племени, а тело его грубо сжали в своих лапах пенистые волны, унёсшие и его, и Цветолапку в мир, где они смогут обрести вечный покой. Добралась воительница до лагеря с трудом, ведь время невыносимо растягивалось, словно длинная нить тонкой паутины. Лапы подгибались, тело дрожало, будто от лихорадки, уголки глаз жгли слёзы. Но как только её довели до лагеря, трепетно шепча успокаивающие слова, Веснушка сразу же бросилась в палатку предводителя. Протиснувшись через заросли лозы, не видя ничего размытым взглядом, не замечая глашатая и двух патрульных, что докладывали о всём произошедшем в битве, воительница сразу же с разбегу накинулась на Дубозвёзда, уткнувшись в шерсть на его груди. – Отец! – её голос стал хриплым, он надрывался во всхлипываниях, и Веснушке лишь приходилось дрожать и прижиматься к отцу, слыша оглушительное биение сердца. Соплеменники взглянули на кошку с нескрываемым сочувствием и печалью, понуро кивнув Дубозвёзду, они мгновенно покинули его покои, оставив наедине с убитой горем дочерью. – Берестенник..! Он... – её голос превратился в дрожащие всхлипы, переросшие в тихое рыдание. Щёки обжигали слёзы, и капли оставляли мокрые следы на каменном полу. Дубозвёзд тихо вздохнул, с тяжестью слыша плач Веснушки. Его сердце тоже пропиталось отчаяньем и горем, но внешне он оставался непреклонным, лишь печальный взгляд выдавал всю муку потери собственного сына и боль дочери. – Да, я знаю об этом, милая, – бурый кот положил подбородок на её макушку, в попытках придать ей ощущение того, что он рядом с ней, она в безопасности. Голос предводителя на секунду дрогнул, прежде чем вновь через силу стать твёрдым. – Это действительно тяжело. Берестенник... Дубозвёзд выдохнул, стараясь набраться сил и терпения, совершенно не зная, как успокоить воительницу. Потеря сильного и преданного воина была ужасной утратой, но когда он приходится тебе родным сыном, твоей кровью, твоей частицей души? А если ты потерял ещё и будущую воительницу? Нужно оставаться сильным ради племени и ради собственного котёнка, пускай и с должностью воителя. – ...Он был прекрасным воином, а Цветолапка была прекрасной ученицей, и они навсегда заполнят часть наших сердец своим присутствием. Мы должны помнить их. Сейчас они пребывают в Звёздном племени, и... – Я не могу! Он был моим братом! Как я могу смириться с его смертью?! – внезапно вскрикнула Веснушка, заставив Дубозвёзда вздрогнуть и осторожно лизнуть её между ушей, после чего лизнуть её в щёку, чтобы вернуть её в реальность. Её взгляд дрогнул, когда она взглянула в опечаленные глаза отца, и притихла на какое-то время, прежде чем срывающимся шёпотом спросить. – ...Но мы можем хотя бы найти его... Их тела? Можем ли мы проводить Цветолапку и Берестенника в последний путь? Я не могу... Я не могу спать при мысли о том, что их тела... – Я обещаю тебе, что мы обязательно найдём тело Берестенника и Цветолапки. Мы простимся с ними подобающим образом, – собрав всю свою выдержку, как можно увереннее и твёрже заявил Дубозвёзд, глядя в янтарно-жёлтые глаза Веснушки. – Но пока что, дочь моя, ты ранена. Отправляйся к Вранокрылу. Немедленно. Его голос вновь стал зычным и властным, как подобает предводителю, отдающему приказ своему соплеменнику. С трудом отступив от Веснушки, Дубозвёзд тихо кивнул ей, прикрыв глаза. Чтобы не видеть её боли и унять свою собственную, растерзавшую его сердце в ошмётки. Золотистую воительницу пробивала дрожь, перед глазами всё ещё больше плыло и двоилось, медленным шагом, дрожа, она побрела через поляну к целительской поляне. А дойдёт ли она? – Ах, Веснушка, тише, тише... Давай я помогу тебе дойти? – раздался чей-то знакомый голос. Кленовница! Её лучшая подруга... Она почувствовала пушистую шерсть, шершавый язык, что прошёлся по её макушке, ласково успокаивая. – Вранокрыл тебя подлечит... Её голос был пронизан грустью, плечи были также опущены, хвост лежал на плече несчастной, когда черепаховая воительница вела её к целительской палатке, где её сразу же принял Вранокрыл. Веснушка не чувствовала боли в своих ранах, что отозвались жгучим острым ощущением в теле.

***

– Веснушка, ты останешься здесь на ночь, хорошо? – голос Вранокрыла был спокоен, его синие глаза сияли в полумраке палатки. До сих пор рядом с Веснушкой была Кленовница, беспокойно проверяющая её состояние. – Понимаешь, мне нужно следить за твоим состоянием. Эту ночь проведёшь здесь. Воительница могла лишь вяло кивнуть. Сил к вечеру совсем не осталось, сонливость наползала, или, даже скорее накрывала чем-то тяжёлым с головы до ног, но тревожность перебивала её, оттесняя назад. Сердце билось в груди всё с той же бешеной скоростью, глаза болели от слёз, тело дрожало от слабости, невозможности расслабиться. Плечи опустились, взгляд опустошенный – уставился в землю. Золотистая воительница обессиленно смогла упасть на только-только приготовленную подругой подстилку, тихо выдохнув с облегчением за такое долгое время. Мягкость перьев и мха расслабляло тело, но через какое-то время, как только Веснушка начала думала, что уже проваливается в яму сна, страшное воспоминание о реке, о Берестеннике, о спрыгнувшей за ним Цветолапке заставило её тело забиться в обессиленном рыдании, ужасающей дрожи и всхлипываний. Дыхание перехватило, словно кислород в палатке внезапно закончился, его оборвали. – Веснушка, приди в себя! Успокойся! Кленовница, держи её, я принесу маковых зёрен. Это должно облегчить её состояние, – беспокойный голос целителя исчез в нише с травами, где он пропал на недолгое время в поисках трав. Мягкая лапа Кленовницы опустилась на бок подруги, мурлыкающий голос, призванный успокоить её совершенно не помогал. Через мгновение в нос ударил запах каких-то трав, запах Вранокрыла. Судорога стала менее болезненной, но всё также пробивала тело, словно внезапно настигшая воительницу лихорадка. – Вот, съешь парочку этих зёрен, они облегчат твоё состояние, – произнёс Вранокрыл, внимательно глядя на Веснушку. Золотистая воительница почти без сил приподняла голову, невидящим взглядом прожгла парочку чёрных зёрнышек, лежащих перед её подстилкой, и под уговаривающий шёпот Кленовницы наклонила голову, слизнув их. Во рту появился сладковатый привкус, прежде чем Веснушка внезапно провалилась в сон без цветных картин. Просто в чёрную бездну, такую невероятно спокойную, что становилось не по себе.