зарисовки по Достагатам.

Снежные хлопья падали с небес, напоминая о существовании зимнего сезона. оледеневшие стопы делали медленные и непринужденные шаги по белому снегу, вызывая дрожь в теле от холода. голубые глаза опустились на записку, кою юная дама держала в своих элегантных пальцах. "милая моя голубка, Агата. любви ты достойна самой большой, но боюсь, для таких дел душевных не создан был я. мои муки овладели моим сознанием и телом. каков смысл и далее держаться за бытье твоих очертаний? каков смысл быть запредельно близким с тобой? пускай ты проведешь этот мрачный сумрак с желанием, а я буду витать рядом в морозном воздухе. пускай твоя кожа замёрзнет как можно сильнее и быстрее. пускай, моя ненаглядная, кровь, что испускают мои вены, в этот день будет тепла лишь для твоих очей и прикосновений." Достоевский всегда странно выражал свою любовь. особенно странно, когда нож провернулся где-то под грудями в спине Кристи. нет, он не хотел закончить на ней. он хотел показать ей глубину своих чувств. больная привязанность. но не в этом ли заключается Фёдор. демон воистине. хрупкий белый хлопок. он не окрасился в алый. наоборот, приобрел белый, когда этот нож оказался лишь иллюзией. игрой с нервными окончаниями. Брюнет тоже стоял весьма в легкой одежде. тоже без обуви. у них был свой ритуал. свое просвещение в их чувства. свой танец их душ. - я почти что поверила, дорогуша. - ах, милая Кристи, ты меня недооцениваешь.