Koishiteru

Еще одним из множества открытий о Хинате стало то, что, кажется, она ненавидела всю посуду Саске, которую он однажды купил на барахолке. Это был непримечательный серый набор мисок, тарелок и чашек из светло-серого фарфора. И посуда была не просто однотонной, ее украшали красные вкрапления. Саске вообще было все равно, как она выглядит. Стоило не дорого, да и полный набор. Сначала Хината "случайно" разбила тарелку, и откуда не возьмись появилась новая. Потом это была большая супница, от которой неизвестно как откололся целый кусок. А сейчас он подскочил с кровати от грохота, доносившегося с кухни, запнулся об пушистый коврик, который, кстати, тоже купила Хината, но он не возражал, потому что он и правда был приятным на ощупь, а затем упал грудью на невысокий комод. В любом случае вся это череда неприятностей заняла не больше секунды, и он выскочил из спальни во всеоружии, то есть с активированными глазами и неистово бегущей по каналам чакрой. Вчера ночью, когда они с Хинатой закончили со всеми приятными занятиями, он, как и всегда, натянул на себя домашние штаны. Спать голыми им мешало не только воспитание, но и прагматизм. Никто из шиноби не спал без одежды по множеству причин, и быть всегда наготове была одной из них. На их с Хинатой гнездышко мог напасть, кто угодно, и Саске всегда это осознавал. Его не любили, Хината вообще была обещана другому, но Слава Ками в этот раз это была всего лишь очередная разбитая тарелка. — В этот раз я правда нечаянно, — виновато сказала Хината, собирая осколки с пола, но когда подняла глаза, ахнула. — Саске, что случилось? — Ничего? — не понял он вопроса. — Я подумал, что что-то произошло. — Но почему у тебя на груди висит кактус? Саске опустил глаза ниже, и действительно маленькие колючки впились ему в кожу. Видимо, он задел кактус, когда припал грудью на комод. — Я был неосторожен, — Саске одним резким движением освободил грудь и поставил, с позволения сказать, растение на пол. Хината молча взяла ватку и прошлась по мелким каплям крови, которые выступили, на его коже, где и так было достаточно шрамов. — Извини, я не хотела тебя будить. Саске накрыл ее руку своей и покачал головой. Это было неважно. Ни коврик, ни кактус, ни разбитая посуда. Важна была только Хината, которую он снова оставлял одну, чтобы пуститься на очередную миссию. Недавно он предложил Какаши собрать постоянный развед отряд, который бы курировал сам Саске, и Хокаге вроде как согласился протолкнуть эту идею совету, но гарантий на положительный ответ не было. Со стороны других деревень отказ был ожидаем, но поэтому Саске и подкинул мысль — собрать шиноби из всех скрытых поселений. Здесь он собирался сыграть на доверии, которого к нему не было ни у кого. Возможно, даже у Какаши. Вообще-то раньше он не думал об этом, пытаясь полностью искупить свою вину. Быть в курсе всех событий тоже определенно было плюсом, как и постоянное отсутсвие в деревне, но теперь, когда он сделал очень серьезный для себя шаг, когда у него появилась надежда иметь настоящую семью, Саске должен бы предпринять хоть что-нибудь, чтобы чаще бывать дома. Однако до реализации этой идеи было еще далеко, поэтому он в который раз с тяжестью в сердце оставлял Хинату одну. Ему не хотелось покидать ее, особенно сейчас, когда краски начали сгущаться, когда их будущий официальный союз стал известен ее бывшим сокомандникам, когда, очевидно, к ней прибегут Хьюга. Но не уйти он не мог. Если он нарушит хоть один приказ, он покинет Хинату еще на больший срок. Возможно, его упекут в одну из тюрем какурезато на всю оставшуюся жизнь. Конечно, если успеют перехватить. — Ты напряжен, — раздалось у его груди, и он спешно сморгнул наплывающие мысли. — Не хочу оставлять тебя, — Саске почувствовал как Хината крепко сжала руки вокруг его тела. — Я справлюсь, — уже глуше то ли из-за их позы, то ли из-за ее эмоциональности сказала Хината. — Все будет хорошо. Чаще всего ее "Все будет хорошо" заставляло его делать немыслимые вещи, чтобы всегда возвращаться к ней. Но сейчас эта фраза только растревожила и без того бушующий рой мыслей в голове. После завтрака, часового чаепития и разговоров Саске принялся собирать вещи для миссии, но быстро осознал, что почти все необходимое уже лежит в его рюкзаке. Все вещи, что были там с прошлого задания, стали чистыми и приятно пахнущими. И Саске не тешил себя иллюзиями, что это произошло само собой. Он действительно ценил подобные вещи, он чувствовал себя любимым, нужным... окрыленным. Какая ирония, что долгие годы шумной любви Сакуры не давали и капли этих теплых чувств, что дают ему снисходительные улыбки и робкие взмахи ресниц Хинаты. Забота в виде приготовленной еды и свеже постиранных вещей, конечно, не мало важно, но то, как он чувствует себя рядом с ней, ощущает безмолвную поддержку, каждый раз это заставляет его хотеть большего. Сначала больше времени с ней, потом больше разговоров, потом поцелуев, потом близости, теперь семьи и детей. Он никогда не хотел иметь семью, никогда не собирался приводить в этот мир невинного ребенка. Но стоило ему встретить подходящего человека, как в голове сложился пазл, недостающая часть которого долго не давала ему спокойно жить. Саске казалось, что у такого, как он не может быть будущего. Он был уверен, что не достоин ни семьи, ни счастья, ни дома, но, как только услышал от Хинаты, что она влюблена, не смог совладать с собственными чувствами. Может он и не достоин, но она точно заслужила всего, чего хотела и когда-нибудь захочет в будущем. — Ты уже уходишь? — Саске даже не заметил, что Хината вошла в спальню и уже какое-то время наблюдала за ним. — Еще ведь рано. Да, Саске почти всегда предпочитал перемещаться в темное время суток, но сейчас ему было необходимо заскочить в одно место. — В этот раз, я уйду раньше, — он встал с колен и поднял рюкзак, поворачиваясь. — Это долгая миссия. — Ты говорил, — напряженно выдохнула она. — Будь осторожна. — Я всегда осторожна, — вымученно фыркнула Хината, пытаясь вести себя менее удручено. Она не хотела, чтобы Саске уходил с тяжелым сердцем. — Ни о чем не думай, ладно? — он склонил голову к правому плечу, что всегда умиляло Хинату. Иногда его сигналы были настолько очевидны, что это забавляло. — Ладно, — улыбнулась она. — Я все решу. — Ладно, — повторила Хината, и Саске вопросительно изогнул бровь. Девушка рассмеялась, — Я поняла, — исправилась она и подошла к Саске. — Все будет хорошо. — Все уже идеально, — он поцеловал Хинату в лоб, обошел ее и вышел из квартиры.

***

— Она помолвлена. — Не знаю, можно ли назвать помолвкой тот спектакль, что вы устроили, — пожал плечами Саске и отодвинул от себя чашку с чаем, услужливо поставленную перед ним какой-то девушкой. — Ты не сможешь жениться на ней, — выплюнул глава клана Хьюга. Ко, которого он уже успел запомнить, стоял в комнате возле седзи, буравя Саске гневным взглядом. — Я пришел сюда не обмениваться любезностями. Моя просьба проста — оставьте Хинату в покое... — Она моя дочь, — взбеленился Хиаши, не дав договорить. — Хината, — сделал ударение Саске, — скоро станет частью моего клана. Поэтому я прошу вас решать все возникающие вопросы со мной, так как именно я являюсь действующим главой клана Учиха. Хиаши неискренне рассмеялся. — Нельзя быть главой клана без самого клана. Ты единственный человек... — Скоро нас станет двое, а потом наши дети... — Наглец, — Хиаши стукнул кулаком по столу, — кто так решил? — Я и Хината. Хьюга буравил его белесыми глазами, поддёрнутыми старческой пеленой. — Феодал не откажется от союза с Хьюга, — снова попробовал Хиаши, а Саске лишь пожал плечами, — но даже если это произойдет, старейшины выберут другого нареченного. — Это будет проблематично, — Саске все же понюхал ярко коричневую жидкость, которую здесь называли чаем, — учитывая, что Хината будет в официальном браке. Я просто прошу вас не тревожить ее. Неожиданно отец Хинаты устало вздохнул. — Пойми, — его плечи опустились будто от бессилия, — я всего лишь следую законам нашего клана. Я не против того, чтобы разорвать помолвку с Кицуёси, — вот Саске и узнал фамилию Феодала, правда он уже давно знал ее. — Но Учиха — не вариант для моей дочери. — Ваша дочь пережила войну, и в состоянии сама решить, что для нее вариант, а что нет. — Вашего брака не будет, — Саске снова пожал плечами и встал из-за стола. — Я пойду к Хокаге. — Хорошо, — кивнул он, подтверждая свои слова. — вы в праве делать то, что хотите. Вы можете идти к хокаге, старейшинам, совету. Но Хинату оставьте в покое. Хиаши что-то говорил, но Саске уже не слышал, перемещаясь на клановые крыши и не спеша двигаясь к воротам. Как раз уже стемнело, ведь его заставили ждать главу Хьюга не один час. Конечно, он действительно может делать то, что хочет, а Саске будет делать то, что может. И плевать он хотел на их правила и желания коптящих небо стариков.