«Когда приходит утро»

Утро в этот день было особенным. Оно начиналось медленно, словно не спеша разгоралось мягким светом сквозь шторы. Комната была наполнена приглушённым теплом — таким уютным, что вставать совершенно не хотелось. Но Чонгук уже не лежал рядом. Вместо него Тэхён почувствовал пустоту и тёплый, но остывающий угол подушки. Он лениво потянулся, прижимая одеяло к груди, и прислушался. Из кухни доносились тихие звуки: скрип пола, приглушённые движения, лёгкий звон посуды. И запах… запах чего-то невероятно вкусного. Он улыбнулся. Вставать, конечно, не хотелось, но любопытство оказалось сильнее. Когда Тэхён, босиком и в растянутой футболке, спустился вниз, перед ним открылась картина: Чонгук стоял у плиты, в одной руке сжимая лопатку, а в другой — телефон. Он явно пытался следовать рецепту, но, судя по нахмуренным бровям и сжатым губам, не всё шло гладко. На столе уже стояла сервировка: две тарелки, аккуратно сложенные салфетки, чашки с дымящимся кофе. В центре — свежие ягоды, немного мёда, масло, сироп. В воздухе пахло чем-то сладким, сливочным — возможно, тостами или панкейками. Тэхён усмехнулся и, скрестив руки на груди, прислонился к дверному косяку. — Ты не представляешь, насколько ты сейчас очарователен. Чонгук вздрогнул, обернулся и смущённо улыбнулся: — Ты же должен был спать ещё! — Ага, а ты тут устраиваешь утреннюю симфонию. Чонгук фыркнул и указал на стул: — Садись. Всё готово. Сегодня твой день. Тэхён сел за стол, наблюдая, как Чонгук выкладывает на тарелку золотистые панкейки, поливает их сиропом и кладёт сверху несколько ягод. В глазах его мелькала гордость и… что-то ещё. Что-то тёплое, родное. — С днём рождения, Тэхён. Тэхён улыбнулся, взял вилку и сделал первый укус. И в этот момент он понял — не важно, какие подарки будут сегодня, какие слова прозвучат. Важно вот это: утренний свет, аромат кофе, тёплый завтрак и человек напротив. — Это лучшее утро. Чонгук усмехнулся, подперев щёку рукой: — И оно только начинается. Тэхён оторвался от своей тарелки, недоверчиво моргнул и чуть приподнял брови. — Ты что-то подготовил? — в его голосе слышалась смесь удивления и любопытства. Чонгук довольно кивнул, откинувшись на спинку стула. В глазах светилось лукавое предвкушение. — Сегодня только всё для тебя. Тэхён ухмыльнулся, поставил вилку на край тарелки и сложил руки на груди. — Так, интересно… Рассказывай, что у тебя на уме? Чонгук сделал глоток кофе, чуть наклонился к нему и, будто раскрывая большой секрет, заговорил: — У меня сегодня выходной. Я поменялся сменами. Так что после завтрака мы с тобой идём кататься на коньках. Тэхён замер. — Что? Чонгук усмехнулся и пожал плечами, продолжая смотреть на него с самым невинным выражением лица. — Каток. Лёд. Коньки. Зима. Твой день рождения. Всё складывается идеально, правда? Тэхён слегка приоткрыл рот, переваривая услышанное. — Но я… Я не катался на коньках уже сто лет! Я упаду! Чонгук весело рассмеялся, поставил чашку на стол и накрыл ладонью руку Тэхёна. — Вот для этого я и иду с тобой. Буду ловить, если что. Тэхён покачал головой, но в уголках его губ уже мелькала улыбка. — Ты, конечно, очень настойчивый. — А ты думал? — Чонгук хитро прищурился. — Сегодня твой день, Тэхён, и он должен быть особенным. Тэхён глубоко вдохнул, чуть подался вперёд и посмотрел Чонгуку прямо в глаза. — Ты сумасшедший. — Спасибо, я знаю. И в этот момент Тэхён понял, что, несмотря на страх поскользнуться и грохнуться на лед, он совершенно не против провести этот день именно так. Потому что, в конце концов, какое это имеет значение, если рядом с тобой человек, который всегда подхватит, если ты вдруг упадёшь? Тэхён стоял у зеркала в спальне, застёгивая молнию на тёплом свитере. Он с лёгкой улыбкой смотрел на своё отражение, пытаясь привыкнуть к тому, что сегодня его день — день, который Чонгук пообещал сделать особенным. Тем временем Чонгук, убедившись, что Тэхён всё ещё в комнате, быстро набрал номер Юнги и вышел в коридор, чуть прикрыв за собой дверь. — Юнги, ну ты где? — голос его был чуть взволнованным, но полным радостного предвкушения. На другом конце послышался сонный, но всё же довольный голос: — Я уже в аэропорту, жду такси. Всё по плану. — Хорошо. Я оставлю ключи в тайном месте, ты знаешь, где их найти. — Знаю, знаю, не маленький. — Юнги зевнул. — И Хосок тоже будет? — Да, он присоединится к тебе, чтобы подготовить вечер. А ты не забудь заехать за подарком. Юнги усмехнулся. — Думаешь, я мог бы забыть? Чонгук улыбнулся и понизил голос, опасаясь, что Тэхён может выйти в коридор: — Просто хочу, чтобы всё было идеально. Он не должен ничего заподозрить. — Не заподозрит. У вас же там романтика с коньками? — Именно. — Тогда не теряйте время. Я всё сделаю. — Спасибо, Юнги. — Да ладно, хватит этой нежности, я скоро буду. Чонгук тихо рассмеялся и закончил звонок. Он быстро убрал телефон в карман, глубоко вдохнул, собрался с мыслями и вернулся на кухню, где уже слышались шаги Тэхёна. Важно было сделать вид, что ничего необычного не происходило, ведь впереди у них был день, который должен был стать по-настоящему особенным. Такси мягко тронулось с места, и Тэхён, устроившись у окна, посмотрел на улицу. Декабрь в этом году был необычно тёплым — не пронизывающий холод, не завывающий ветер, а лёгкий морозец, который приятно освежал. Снег медленно кружился в воздухе, словно в замедленной съёмке, укрывая землю мягким белым покрывалом. Деревья, украшенные гирляндами, создавали уютную атмосферу, а тёплый свет фонарей придавал улице сказочный вид. Тэхён улыбнулся. Всё вокруг казалось каким-то волшебным. — Какая красивая погода, — тихо сказал он, не отрывая взгляда от снежных хлопьев, плавно опускающихся на стекло. Чонгук, сидящий рядом, тоже посмотрел в окно и довольно кивнул. — Идеальный день, правда? Не холодно, не жарко, лёгкий снежок… Именно так я себе его и представлял. Тэхён перевёл на него взгляд и заметил, что Чонгук улыбался. Лёгкая, тёплая, искренняя улыбка. От этого становилось так спокойно на душе. — Ты правда всё так хорошо спланировал? — спросил Тэхён, слегка склонив голову набок. — Конечно, — с гордостью ответил Чонгук. — Сегодня только для тебя. Тэхён покачал головой и тихонько засмеялся. — Ты слишком заботливый, Чонгук. — А ты заслуживаешь этого, — без раздумий ответил тот, и Тэхён почувствовал, как его сердце на мгновение сжалось. Он не знал, как правильно выразить свою благодарность за всё это, но одно было очевидно — рядом с Чонгуком он чувствовал себя счастливым. Такси свернуло с главной улицы и выехало к катку. Уже издалека были слышны весёлые голоса катающихся людей, звонкий смех детей и лёгкие переливы новогодней музыки. Свет гирлянд отражался в льду, создавая эффект зимней сказки. Чонгук первым выбрался из машины и протянул Тэхёну руку. — Готов, именинник? Тэхён взял его за руку и, улыбаясь, кивнул: — Готов. — Гуки, мне страшно… — пробормотал Тэхён, стоя на льду в коньках, кутаясь в длинный шарф. Его пушистая шапка с бубоном слегка сползла набок, а глаза округлились от испуга. Он цеплялся за Чонгука, боясь сделать хоть одно неверное движение. Чонгук усмехнулся, сдерживая смех. — Ты такой смелый мужчина, а ведёшь себя, как ребёнок. — Гуки! — возмутился Тэхён, но стоило ему чуть ослабить хватку, как он тут же потерял равновесие. — Спокойно, спокойно, держи меня, — успокаивающе сказал Чонгук, крепко обхватывая его за талию. Тэхён сделал первый неуверенный шаг, затем ещё один… — Видишь? Уже лучше. Но в следующий миг лёд сыграл с ним злую шутку. Его ноги разъехались в разные стороны, и он с глухим стуком рухнул на ледяную поверхность, увлекая за собой и Чонгука. Мгновение тишины. А потом заливистый смех. Чонгук не выдержал первым — смеялся так искренне, что даже глаза заблестели от слёз. Тэхён сначала обиженно надул губы, но потом тоже не смог сдержаться и прыснул. — Я же говорил, что мне страшно! — сквозь смех выговорил он, потирая локоть. — Тэхён, ты просто прирождённый фигурист! — продолжал подшучивать Чонгук, помогая ему подняться. Его ладони нежно скользнули по запястьям Тэхёна, крепко удерживая его. От прикосновения пошли мурашки. Чонгук не выпускал его руку, а взгляд его был тёплым, наполненным заботой. — Давай ещё раз, но теперь я не отпущу тебя, обещаю, — мягко сказал он, обхватывая Тэхёна за талию. Тэхён глубоко вдохнул и сделал ещё один шаг, на этот раз чувствуя тепло рук Чонгука, который вёл его вперёд. Они двигались медленно, но уверенно, всё больше привыкая друг к другу. Через несколько минут Тэхён уже смело скользил по льду, держа Чонгука за руку. — Смотри, Гуки! Я сам еду! — радостно крикнул он. Чонгук улыбнулся, наблюдая за ним. — Да, малыш, я горжусь тобой. Юнги и Хосок приехали почти одновременно. Как только они вошли в дом Чонгука, Юнги с порога принял командование. — Так, Хосок, слушай сюда. Сейчас привезут ёлку и украшения. Ты наряжаешь ёлку и украшаешь дом, а я готовлю. Хосок, который уже скинул куртку и потирал замёрзшие руки, замер, недоумённо моргнув. — А чё это я украшаю, а ты готовишь? Юнги закатил глаза и, не глядя на друга, направился на кухню. — Потому что ты с гирляндами управляешься лучше, чем с ножом, — отозвался он спокойно. — Ой, спасибо! — возмутился Хосок, скрестив руки на груди. Юнги даже не обернулся, только лениво махнул рукой. — Хосок, я старше, не спорь со мной. — Да ну тебя! — проворчал тот, но уже через минуту с азартом распаковывал коробки с игрушками и гирляндами. Через некоторое время в доме раздались звуки музыки, потрескивание свечей и аромат запекаемого мяса. Юнги, полностью погружённый в процесс готовки, краем глаза наблюдал, как Хосок скачет вокруг ёлки, энергично развешивая игрушки. — Осторожнее там, а то запутаешься в своих же гирляндах! — бросил Юнги, не отрываясь от нарезки овощей. — Да-да, мистер «я тут главный», займись своим мясом, — буркнул Хосок, но на его губах играла довольная улыбка. Дом наполнялся теплом, уютом и запахом праздника. Всё шло по плану. Юнги вытер руки о полотенце и обернулся к Хосоку, который в это время распутывал гирлянду, ворча себе под нос. — Слушай, Хосок, мне нужно съездить в одно место, тут по поручению Чонгука, — сказал он, заправляя рукава свитера. — Я быстро, а ты пока тут это, смотри за ёлкой и за гирляндами, понял? Чтоб не сгорело ничё. — Да что тут может сгореть? — фыркнул Хосок, но всё же бросил подозрительный взгляд на тёпло мигающие лампочки. — А я откуда знаю? Вдруг ты их так запутаешь, что они искрить начнут, — подначил Юнги, ухмыляясь. Хосок буркнул что-то невнятное, но сам улыбался. — Ладно-ладно, иди уже. Я тут не один буду. Юнги приподнял бровь. — Это ещё что значит? — А то и значит, что сейчас приедет Сонми, — с гордостью заявил Хосок, выпрямляясь. — Сонми? — Юнги на секунду задумался, но потом кивнул. — Ну тогда ладно, хоть кто-то за тобой приглядывать будет. Хосок только закатил глаза, но ничего не ответил — вместо этого он уже предвкушал, как его жена поможет ему с украшением дома. Как только Юнги уехал, Хосок занялся гирляндами, но вскоре за окном послышался звук подъехавшего такси. Он поспешно вытер руки о штаны и подбежал к двери, чтобы открыть её. На пороге стояла Сонми — в длинном светло-бежевом пальто, с небольшим подарочным пакетом в руках и искренней улыбкой на лице. — Ну, привет, любимый! — весело сказала она, заходя внутрь и на секунду задерживаясь в дверях, разуваясь. — Как продвигаются дела? — Привет, красавица, — Хосок легко чмокнул её в щёку и отступил, давая осмотреть дом. — Да вот, Юнги как всегда: наорал на меня, заставил всё делать самому и сбежал. Сонми рассмеялась и, наконец, посмотрела вокруг. Гостиная сияла тёплым светом гирлянд, аккуратно развешанных по стенам и мебели. В центре комнаты стояла большая пушистая ёлка — ветки ещё немного неравномерно украшены, но уже переливающиеся золотыми и красными шарами. Под потолком висели тонкие блестящие ленты, а на каминной полке стояли маленькие рождественские фигурки — олени, снеговики и крошечные домики с имитацией снега на крышах. — Как красиво, — восхищённо выдохнула Сонми. — Да, но это ещё не конец! — гордо заявил Хосок. — Мне нужен твой талант, любимая. Она улыбнулась и подошла к ёлке, поправляя немного сбившиеся игрушки. — Так, а где верхушка? Мы же не можем оставить её голой. — О, точно! — Хосок схватился за голову. — Юнги сказал, что она где-то в коробке… Он стал рыться в оставленных на полу упаковках, и через минуту торжественно достал большую звезду. Сонми аккуратно взяла её и поднялась на носочки, чтобы установить на вершине. — Вот теперь — идеально, — довольно сказала она, отступая назад и любуясь их работой. — Не зря же мы тут старались, — ухмыльнулся Хосок и обнял жену за талию. Сонми повернула к нему голову и чуть мягче, с нежностью, добавила: — Я так рада за Чонгука и Тэхёна. Знаешь, не у всех получается найти друг друга, но они смогли. И вот уже четыре года вместе. Хосок кивнул, глядя на сверкающие гирлянды. — Да, это правда. Они прошли через многое, но теперь у них всё хорошо. И будет ещё лучше. Сонми посмотрела на мужа и крепче сжала его руку. — Потому что рядом есть те, кто их любит и поддерживает. Хосок улыбнулся и поцеловал её в висок. — Ну что, будем ждать именинника? — Конечно. И пока можно проверить, не сгорело ли у Юнги ничего на кухне, — пошутила Сонми, направляясь в сторону плиты. После весёлого катания на коньках, когда их щёки ещё горели от мороза и смеха, Чонгук и Тэхён решили согреться чем-то горячим. Они нашли небольшое уютное кафе неподалёку от катка — в окнах мерцали огоньки гирлянд, а воздух внутри был наполнен ароматом корицы, цитрусов и чего-то сладкого. Они уселись за столик у окна, наблюдая, как за стеклом падают лёгкие снежинки. Заказав глинтвейн, Тэхён с нетерпением обхватил руками тёплую керамическую кружку и вдохнул пряный аромат. Напиток был насыщенного гранатового цвета, с дольками апельсина, плавающими на поверхности, и палочкой корицы, придающей ему особый тёплый запах. — Боже, он такой вкусный, — выдохнул Тэхён после первого глотка. Напиток согревал изнутри, мягко обволакивая своим терпким вкусом вина, сладостью мёда и лёгкой горчинкой специй. — Угу, согревает моментально, — улыбнулся Чонгук, делая глоток. Он смотрел на Тэхёна с каким-то особым выражением в глазах — словно запоминал каждый его жест, каждую эмоцию. После того, как кружки опустели, они вышли на улицу, решив немного прогуляться. Уже темнело, но парк был наполнен тёплым светом фонарей, снег под ногами тихо похрустывал, а в воздухе витало предвкушение праздника. Они шли неспешно, наслаждаясь моментом. — Мы целый день провели вместе, — с улыбкой сказал Тэхён, прижимая руки к лицу, чтобы немного согреть. — Мы так давно не проводили с тобой времени вместе… Чонгук вдруг остановился, развернул его к себе и бережно притянул ближе. Его ладони оказались тёплыми, несмотря на мороз, а взгляд — таким мягким и тёплым, что у Тэхёна вдруг перехватило дыхание. — Я люблю тебя, Тэхён, — произнёс Чонгук, прежде чем нежно поцеловать его. Поцелуй был лёгким, тёплым, словно первый снег, который касается кожи. — Я так счастлив, что ты у меня есть, — тихо добавил Чонгук, коснувшись его щеки. Тэхён закрыл глаза, вдыхая аромат его шарфа, его кожи, и почувствовал, как сердце наполняется бесконечной нежностью. Он улыбнулся и прижался к нему крепче, чувствуя, как в этом зимнем холоде его согревает только одно — любовь Чонгука. Когда такси подъехало к их дому, Тэхён потянулся, разминая затёкшие пальцы. День был долгим, но таким тёплым и наполненным счастьем, что уходить в его завершение даже не хотелось. — Ну что, поехали домой? — спросил Чонгук, оборачиваясь к нему с лёгкой улыбкой. Тэхён кивнул, улыбаясь в ответ. — Поехали. Они вышли из машины, и холодный воздух приятно охладил их горячие щеки. Тэхён, совершенно не подозревая о сюрпризе, первым зашёл в дом, скинул куртку и потянулся к выключателю. И вдруг — разом вспыхнул свет, осветив всё пространство тёплым сиянием гирлянд и свечей. — С днём рождения! — раздалось хором, и от неожиданности Тэхён даже замер на мгновение. Перед ним стояли Юнги, Хосок с женой, улыбавшиеся друзья, а в центре гостиной красовался праздничный стол с красиво оформленными блюдами. В воздухе витал аромат чего-то вкусного, а в уголке гостиной переливалась огнями ёлка, украшенная тёплыми лампочками и игрушками. Тэхён перевёл взгляд на Чонгука, который смотрел на него с ожиданием. — Ты… — Тэхён осёкся, не находя слов. — Конечно, я, — усмехнулся Чонгук, кладя руки ему на плечи. — Ты думал, я не подготовлюсь к твоему дню? Тэхён почувствовал, как его сердце сжалось от переполнявших эмоций. Он посмотрел на всех своих друзей, на этот уютный дом, наполненный любовью и заботой, и вдруг ощутил, насколько он счастлив. — Спасибо… — прошептал он, улыбаясь и глядя на Чонгука. — Твой день, Тэхён, — мягко сказал Чонгук, притягивая его в объятия. И в этот момент Тэхён понял, что этот день рождения станет одним из самых особенных в его жизни. Все расселись за столом, в воздухе витала радость и тепло. Вино в бокалах отражало мягкий свет гирлянд, а на лицах друзей играли довольные улыбки. Чонгук поднял свой бокал, и в комнате воцарилась тишина. Тэхён посмотрел на него с лёгким удивлением, не ожидая столь серьёзного тона. — Я хочу сказать тебе, Тэхён, — начал Чонгук, и в его голосе слышалась искренность, — что за все эти годы ни на секунду не усомнился в том, что ты — самое лучшее, что случалось со мной. Тэхён смущённо опустил глаза, но улыбка сама расплывалась на его губах. — Я не просто рад, что встретил тебя, — продолжил Чонгук, — я счастлив, что ты выбрал быть рядом. Что ты доверил мне свою боль, свои радости, свою любовь. Каждую секунду с тобой я чувствую себя живым. И знаешь… — он сделал паузу, — я хочу прожить с тобой всю свою жизнь. По комнате пробежал лёгкий вздох, кто-то улыбнулся, Юнги ухмыльнулся, а Хосок подмигнул жене. Тэхён не знал, что сказать. Чонгук смотрел на него с такой уверенностью, с таким светом в глазах, что у него перехватило дыхание. Но вдруг Чонгук на секунду отвёл взгляд и незаметно посмотрел на Юнги, задавая немой вопрос: Ты сделал то, о чём я просил? Юнги, не меняя выражения лица, едва заметно кивнул. Чонгук вернулся к Тэхёну и, чуть лукаво улыбнувшись, добавил: — Но у меня есть ещё один подарок для тебя. Он ждёт в нашей комнате. Тэхён вопросительно прищурился, но Чонгук только поднял бокал: — Давайте сначала выпьем, а потом… потом мы с тобой пройдём в комнату. Тэхён не отрывал от него взгляда, чувствуя, как внутри разгорается тёплое волнение. Что же Чонгук для него подготовил? После ужина и множества тёплых поздравлений вечер подходил к своему логическому завершению. Но Чонгук ещё не закончил удивлять Тэхёна. Он нежно взял его за руку, переплетая их пальцы, и потянул наверх. — Пойдём, — шепнул он с лёгкой улыбкой. Тэхён с интересом взглянул на него. — Гуки, ну скажи, что ты придумал? Ну скажи! — не унимался он, чуть ускоряя шаг. Чонгук усмехнулся, глядя на его горящие глаза, полные любопытства. — Тэ, ты уже взрослый, но иногда ведёшь себя, как ребёнок, — поддразнил он. — Будь терпеливее. Сейчас всё увидишь. Тэхён вздохнул, но спорить не стал. Его сердце билось чаще от предвкушения. Чонгук привёл его к одной из дверей в конце коридора, положил ладонь на ручку, но прежде чем открыть, слегка наклонился вперёд и сказал: — Тэ, ты готов? Чонгук открыл дверь, и перед Тэхёном предстала картина, от которой он застыл в неверии. На пушистом пледе, аккуратно разложенном в углу комнаты, сидел маленький золотистый ретривер. Его шерсть была мягкой, переливающейся в свете ночника, а глаза — тёмными бусинками, полными искренней преданности. Щенок посмотрел на Тэхёна, завилял хвостиком и тихонько тявкнул. Тэхён не мог ничего сказать. Он просто стоял и смотрел, не веря своим глазам. Внутри что-то защемило — воспоминания о прошлом. А теперь… Он повернулся к Чонгуку, его глаза заблестели от слёз. В следующий миг он обнял его, крепко, всем телом, уткнувшись лицом в плечо. — Спасибо тебе, — едва слышно прошептал он сквозь слёзы, а затем отстранился и поцеловал Чонгука, вложив в этот поцелуй всё своё счастье, всю любовь, которую чувствовал к нему. — Я очень тебя люблю, — выдохнул он. А внизу под ними, на мягком лежаке, маленький ретривер смотрел на них, радостно виляя хвостиком, словно понимая, что теперь у него тоже есть дом. — Ну что ты, не плачь, всё же хорошо, — Чонгук улыбнулся и вытер слёзы с щёк Тэхёна, а потом снова обнял его. — Я просто подумал, что наша семья должна быть больше. Согласись? Тэхён всё так же стоял, обнимая его, но теперь уже с широкой улыбкой. Маленький щенок внизу радостно крутился у них в ногах, пытаясь привлечь внимание. Тэхён опустился, аккуратно взял его на руки и прижал к груди. — Ну здравствуй, Морис, — нежно сказал он, поглаживая мягкую шерсть щенка. Чонгук улыбнулся, наблюдая за ними, а затем взял Тэхёна за руку и повёл вниз, в гостиную. Там их тут же встретили друзья. Юнги, Хосок и его жена сидели на диване, обсуждая что-то весёлое, а когда увидели щенка, реакция была разной. — Ой, какой милаш! — радостно воскликнула жена Хосока и тут же потянулась погладить щенка. — О боже, он просто чудо! — присоединился Хосок, хлопая в ладоши. Но Юнги только фыркнул, скрестив руки на груди. — Ну и зачем он вам? — буркнул он, покачав головой. Чонгук посмотрел на него так, будто услышал какую-то глупость. — Что значит «зачем»? — он возмущённо округлил глаза. — Это теперь наш ребёнок! Мы будем с ним нянчиться, воспитывать, любить! — Тэхён, скажи ему, что он сумасшедший, — закатил глаза Юнги. — Гуки, ты сумасшедший, — серьёзно кивнул Тэхён, но затем улыбнулся. — Но я тебя люблю. — Да-да, я всё понял, — отмахнулся Юнги, но в уголках его губ мелькала лёгкая усмешка. В этот момент Морис громко тявкнул, словно заявляя о своём праве быть здесь, и начал весело бегать по гостиной. Все рассмеялись, наблюдая за его маленькими лапками, топающими по полу. А Чонгук наклонился к Тэхёну и шёпотом добавил: — Вот увидишь, Юнги первым будет с ним нянчиться, только сделает вид, что ненавидит его. — Ага, и ещё будет ворчать, что ничего не делает, а в итоге будет прятать у себя в кармане лакомства, — тихо засмеялся Тэхён. Они переглянулись и ещё раз улыбнулись друг другу. Этот день рождения был идеальным.