Закат на берегу Эгейского моря

Детство – это лучшая пора, да? Ты не думаешь о будущем, гуляешь каждый день, летний ветер трепещет твои волосы, бегаешь без остановки пока не разобьешь коленки. Я родилась в Сеуле и провела почти все свое детство там. У меня не было так много друзей, кто-то даже чаще дразнил меня, поэтому я до сих пор не уверена, можно ли назвать их настоящими друзьями. Но я не жаловалась. Когда мне исполнилось тринадцать, мы с родителями и старшей сестрой переехали в Грецию. Отец ещё давно мечтал переехать туда, а мама была только рада, ведь постоянно палящее солнце и Эгейское море совсем рядом с домом ей было вполне по душе. Наш дом стоял на небольшом склоне, оттуда открывался вид на воду и довольно завораживающие закаты, на которые я часто засматривалась, читая очередную японскую литературу. Книги не особо привлекали меня, скорее это была некая отдушина, которую я находила для себя. Я долго не могла найти тут хоть какого-то общения. Училась я в самой обычной среднеобразовательной школе, где все говорили на греческом. Я лишь совсем иногда слышала для себя понятную английскую речь, поэтому мне пришлось потратит год для обучения греческого. Но! вы не поверите, я нашла здесь одну девушку, которая говорит на корейском. Она приехала в Грецию совсем недавно, её семья долго путешествовала, они вернулись из Канады и решили ненадолго остановиться здесь. Какое счастье было узнать, что хоть кто-то в этом месте понимает меня. Её звали Чхве Джису, или же, как она просила себя называть, Лиа. Она свободно говорила на английском, у неё даже не было акцента! Её греческий был намного лучше моего, поэтому раньше я часто ходила с ней под ручку, дабы не потеряться в незнакомой для меня речи. Насколько я помню, здесь у неё были какие-то дальние родственники, которые лишь пару раз приезжали по праздникам, поэтому проблем с жильём у них не было. Она ездила до школы на электричке, их дом располагался в городе Киато, поэтому её путь до нас, в Афины, был достаточно долгий. Мы часто опаздавали в школу из-за этого, ведь я всегда ждала её на станции, прежде чем отправиться в школу. Я много раз ездила к ней в гости, их дом стоял прямо рядом с берегом Корнифского залива, где мы часто купались, нежась под лучами тёплого солнца. С тех пор прошло много времени, Джису после окончания старшей школы переехала обратно в Корею, где поступила в университет иностранных языков. А я же, в свою очередь, помогала родителям, готовясь к вступительным в университет. Сейчас была середина мая, поэтому у меня было ещё полтора месяца до сдачи. Был тёплый день, солнце пекло, будто не делало этого уже много дней подряд, восполняя свои потерянное время. Мои рыжие волосы неприятно липли ко лбу из-за кепки и пота, поэтому изредка приходилось снимать её, протерая лоб. Мама попросила сходить на ближайший рынок за бараниной и овощами. Она собиралась приготовить свою фирменную мусаку, и я совру, если скажу, что она плохо у неё получается. Люди ужасно толпились, создавая такую духоту, что я, казалось, не выдержу на этой жалкой планете ещё и минуты. Мне пришлось с силой расталкивать потные тела толпящегося народа, пока я случайно не наткнулась на спину какой-то дамы в слишком уж большой шляпе. И я слишком поздно поняла, что совсем столкнула ее с ног. – Ой! извините, простите меня, пожалуйста, - Я попыталась протянуть ей руку, но кто-то сзади, видимо, почувствовал, что места стало больше и толкнулся в меня своим задом, из-за чего я не выдержав равновесия, рухнула прямо на неё. Мы глупо стукнулись лбами и я наконец разглядела её лицо. Изначально я подумала, что она была местной гречанкой, в особенности из-за её этой слишком большой шляпки, у них тут какая-то странная мода на них была. Но каково было моё удивление, когда я увидела совсем не европейские черты лица, а вполне себе восточные. Она может была схожа на японку, но что-то мне подсказывало, что это было не так. – Ух.. - Она тихо что-то промычала, потерая свой такой же вспотевший лоб. Я же совсем замолчала, кажется слишком долго разглядывая её миловидное лицо. Её густые брови были сдвинуты домиком, а пухлые губы свернулись в тонкую линию. – Позвольте помочь, - Я протянула её за руку и нам все же удалось встать. Мы отошли от оживленной дороги, остановившись у какого-то магазина, где на витрине стояли манекены с новой коллекцией одежды, наверняка люксового бренда. – А я, смотрю, вы не отсюда, да? - Я начала на греческом, но по её удивленному лицу поняла, что она не разобрала ни единого моего слова. Чуть вскинув брови и усмехнувшись, я повторила ей на корейском: – Вы не отсюда? что такая красивая девушка делает одна на рынке? - такое тупое высказывание, будто из самого очевидного романтического фильма, но я правда не могла отметить то, насколько она была красивой. Она похлопала своими чёрными ресницами, кажется, пару секунд ещё находясь в ступоре, вскоре решилась мне ответить: – О! да, вы правы, я не отсюда, ‐ Она как-то загадочно подняла голову, смотря на небо, будто возвращая взгляд на свою родину. – Вы прям оттуда? - Перебила я её, устремив взгляд за ней. – Неужели я встретила ангела, - Я видела, как её щеки залились краской от моего высказывания, но она быстро взяла себя в руки, будто проигнорировав мои слова. – Я из Кореи, приехала сюда, чтобы отдохнуть. - Она взглянула на меня, чуть приподнимая уголки своих губ. – Приятно слышать здесь родную речь, ‐ Я отзеркалила её улыбку. – Раз уж вы тут впервые, как я полагаю, могу я провести экскурсию специально для вас? Мы пройдёмся по самым живописным местам, выпьем дорогое вино и закончим на берегу моря, под красный закат. Как вам? - Я чётко расписала наш план, даже не обращая внимания на то, что эта загадочная девушка могла быть не одна, но моя удача сыграла на руку. Она снова задумалась на секунду, но ответила: – Звучит заманчиво, я согласна. - Мы сразу же отправились в один знакомый мне ресторан, дабы слегка перекусить и отправиться гулять по Афинским улицам. Удивительно, но мы почти сразу нашли общий язык. Я узнала, что она учится на первом курсе университета в Сеуле, ей двадцать один год, она всего лишь на год младше меня, и зовут её Шин Рюджин, что значит "подлинная" и "настоящая". И я сразу разглядела эту её "настоящую" сторону. После прогулки по длинным улицам мы отправились к морю, уже изрядно подпивышие, но все ещё в состоянии здраво мыслить. Мы стояли у самого берега, песок ещё был тёплый, хоть и солнце почти садилось, оставляя за собой ярко оранжевый закат. Даже если здесь было тепло и невыносимо жарко первую половину дня, к вечеру начинало холодать и появлялся небольшой ветер. Рюджин смеялась с чего-то и я подхватывала её, глядя куда-то за горизонт. Она все ещё была в этой дурацкой шляпе, подумалось мне. – Шляпка у тебя эта дурацкая, - с небольшим смешком сказала я, начиная уж совсем откровенничать. – Правда? Я думала, что буду больше похожа на местную, если надену её, - Она вдруг сняла, рассматривая. – Но ты права.. дурацкая. - И одним движением руки она отправила её в дальнее плавание. Шляпка чуть раскачивалась на волнах, уплывая все дальше от наших глаз. Я удивилась, не думала, что она вот так расстанется с этой шляпкой лишь от моих слов. – Йеджи, - Она позвала меня – Мм? - Я повернула голову на неё, рассматривая её профиль. – Холодно, давай пойдём отсюда. - И я взяла ее за руку, направляясь в сторону сколна, где стоял наш двухэтажный дом. Мне резко вспомнилось, что я должна была принести маме продукты и баранину, но все мои мысли заполнила Рюджин. Думаю, мама простит меня за это. Мы тихо проскользнули на второй этаж, где находилась моя комната, она тихо хихикала где-то у меня за спиной, ближе прижимаясь к моей руке. Я сразу рухнула на кровать, а она рядом со мной, распластываясь звездой по всей кровати. – Знаешь, я бы не подумала, что приехав сюда встречу того, кто сможет развеять мои скучные дни. Я рада, что вышла на рынок в такую толкучку. Пусть мы и знакомы всего несколько часов. - Она будто хотела добавить что-то ещё, но резко замолкла, смотря прямо мне в глаза. Её слова почему-то заставили биться моё сердце быстрее. Она выглядела по-божественному красиво, особенно когда на её лицо слегка пробивался лунный свет из-за незашторенных окон. Мне так сильно захотелось её поцеловать, что я не решила останавливать этот порыв. Когда наши губы слились, я ощутила слегка терпкий вкус вина и винограда, которым она закусывала ещё пару часов назад. Её губы были мягкие, ощущаясь совсем как сладкий зефир, что продаётся где-то в небольших магазничиках Франции. Мы оторвались друг от друга совсем ненадолго, только чтобы я спросила: – Ты же позволишь зайти мне дальше? - Я старалась быть к ней как можно нежнее, не знаю, может это алкоголь в моей крови, но тогда я ужасно хотела почувствовать её. Она медленно кивнула, и я не стала медлить. Я проходилась поцелуями по её фарфоровой шее, изредка позволяя оставить себе яркие следы. Она крепко держалась за мои плечи, будто боясь, что я уйду от неё, но я бы никогда не ушла от такого ангела, что обрушился на меня всего лишь несколько часов назад, вернув свет в мои одинокие дни. Растегнув пуговицы на её хлопковом платье, я примкнула к ключицам, поочерёдно целуя их, с каждым разом спускаясь все ниже к груди. Она тихо вздыхала, впутывая свои пальцы в мои рыжие локоны, чуть оттягивая. Я спустилась к её впалому животу, пряча голову под подолом платья. Белоснежное кружево наконец было отодвинуто и никаких преград мне не представлялось, я слегка надавила на её ноги, чтобы она раздвинула их шире. Я почти порнографично высунула язык, проходясь им по возбужденному клитору, руками же поглаживая её подрагивающие ноги. Мой язык спускался ко входу, слегка проникая, дразня, затем снова поднимался к чувствительной горошине. Её стоны с каждым моим нажимом усиливались, пока она совсем не сорвалась на громкий вскрик, уже не заботясь о сидящих внизу родителях. Я продолжала вылизывать её, продлевая удовольствие. Она погладила меня по голове и я отстранилась, ложась рядом с ней. Её голова легла на моё плечо и тело прижалось к моему. Затем мы уснули. На утро я проснулась от яркого солнца, что пробивалось сквозь окно, которое мы забыли зашторить вечером. Она лежала рядом, тихо посапывая. Кажется, мы остались в том же положении, как и уснули, поэтому я постаралась вытащить свою занемевшую руку из под её спины, но оказалось провально. Рюджин замычала, поворачиваясь ко мне лицом. – Доброе утро.. - О, этот её сонный голос. И тут я поняла, что хочу слушать его каждое божее утро, хочу жить с ней, хочу чувствовать её и любить всей своей душой, пусть и грешной. С этого момента у меня началась новая и счастливая жизнь.