Благодарность

      Встреча таинственного Голоса и заурядной оперной хористки стала настоящим чудом для последней. И хотя, когда учитель наконец-то раскрыл тайну своей личности, мистический ореол их знакомства потускнел, сменившись чем-то более приемлемым, менее чудесным это событие не стало.       Прошло больше шести месяцев с тех пор, как замкнутая грустная девушка впервые услышала гипнотическое пение. Ах, сколько изменений произошло за этот срок! Куда ушла скромная невыразительная выпускница консерватории? Ее место заняла яркая полная жизни и невинности примадонна, которую приветствует весь Париж.       Сначала Кристина была ошеломлена тем, как легко и стремительно переменчивая публика возвела ее на пьедестал обожания, но вскоре стала наслаждаться этим. Новоиспеченной звезде без числа поступали соблазнительные предложения, ходили разговоры о будущих гастролях в Вену, Милан… Однако, Кристина ясно понимала, что никогда не смогла бы достичь всего этого без ее учителя.       У них были сложные отношения, случались жаркие размолвки и трогательные примирения, но в театре темпераментные люди обычное дело, поэтому Кристина не была удивлена. Эрик боготворил ее, поэтому ревность с его стороны ее не удивляла. Даже льстила. К тому же, иногда особенно настойчивые поклонники, не испытывая недостатка в деньгах и власти, порой забывали о приличиях, поэтому она была рада, что неуловимый Призрак оперы следит за ней. Ей было спокойнее, зная, что в его компании она в безопасности в стенах оперного театра и за пределами.       Вместе с тем Кристина была уверена, что сам Эрик никогда не перейдет границ дозволенного. Он всегда был предельно вежлив с нею, обращался со своей ученицей как с драгоценностью. Несмотря на все его заверения, что он обычный мужчина, который любит ее, он никогда не делал попыток изменить их отношения учителя и ученика.        Иногда он касался ее руки: если нужно было помочь выйти из лодки, или предлагал локоть для поддержки во время прогулки по парку. Однажды, коснулся ее спины, исправляя осанку, но больше ничего. Ах, да, был еще памятный случай во время маскарада. В тот раз Кристина хотела поблагодарить учителя за чудесный вечер и на прощанье поцеловала его. Сложный грим и устрашающая маска открывали подбородок, и она не преминула воспользоваться этим. Это так взволновало Эрика, что он был вынужден срочно оставить свою разочарованную спутницу и исчезнуть за зеркалом. Задержавшись в гримерке, она могла поклясться, что слышала тихие рыдания по ту сторону.       Это начало всерьез беспокоить Кристину. Проведя так много времени вдвоем, она чувствовала влечение к этому странному человеку. Какое-то щемящее новое чувство поселилось в глубинах ее души. Иногда, когда он пел ей чарующим голосом, она ощущала, как это чувство приятным теплом расходится по ее телу. Ей хотелось большего.         В своих фантазиях она представляла его пальцы на ее шее, груди, сжимающие ее и ласкающие как изысканный инструмент. Что же сделать, чтобы фантазии стали реальностью?       Певица задавалась вопросом, почему Эрик столь сдержан с ней, хотя иногда она могла физически почувствовать волну его желания. Причиной тому была природная скромность, застенчивость или боязнь отказа из-за уродства? А может все вместе сразу?       Секреты Эрика могли быть сколько угодно его секретами, но со временем Кристина получила представление, что скрывает маска. Слухи о лице Призрака от работников театра, плоский профиль учителя в тканевой маске только укрепили ее подозрения. Подозрения подтвердились после особенно удачного выступления. Их совместный триумф они отметили хересом. Тогда измотанный от переживаний за свою протеже, захмелевший после выпитого на пустой желудок, Эрик задремал в кресле. Каким-то образом маска съехала на бок, открыв достаточно, чтобы получить представление о том, что было под ней.       В тот вечер, побледневшая Кристина, полная сострадания к своему несчастному маэстро, тихо удалилась в свою спальню, а на следующее утро вела себя как ни в чем не бывало. Это потребовало всех ее актерских талантов, потому что Эрик весь день был взвинчен, подозрителен, сверля ее беспокойным взглядом, и только к вечеру, когда она предложила сыграть в карты, немного расслабился. Игра в карты означала возможность блеснуть талантом волшебника, а он никогда не упускал случая продемонстрировать свои лучшие стороны.       Кристина хотела отблагодарить гениального маэстро за доброту к ней. Не раз она ломала голову, обдумывая возможные варианты. Что можно дать значимого Призраку оперы за то, что он изменил ее судьбу? Спрашивать было бессмысленно, однако у самой Кристины спустя время появились некоторые идеи на этот счет. Это означало, что нужно было взять решение этого вопроса в свои руки.       В тот день в доме под озером урок начался позже обычного из-за примерок новых костюмов, поэтому поужинали они поздно. Вернее, ужинала Кристина, лениво расправляясь с куриным крылышком, а Эрик, не спуская с гостьи обожающего взгляда, неловко приподняв край тканевой маски, попивал чай из большой чашки, украшенной затейливыми орнаментами.       Кристина устала, поэтому решила остаться на ночь в своей комнате, о чем и сообщила учителю. Взгляд Эрика потеплел. Он всегда был рад, когда она проводила больше с ним времени. Они закончили ужинать и перешли в гостиную, где удобно устроились на диване перед зажженным камином. Эрик взял либретто оперы над которой работал и принялся делать пометки, то и дело бросая быстрый взгляд на Кристину, словно чтобы удостовериться, что она все еще здесь.       Кристина некоторое время делала вид, что заинтересована книгой, но невозможно было читать, когда одна и та же назойливая горячая непристойная мысль владела ее сознанием. Она закрыла книгу и подсела немного ближе к поглощенному работой маэстро. Казалось, он не заметил ее перемещения, пока она не накрыла рукой его пальцы, лежащие на спинке дивана.       Его тело сразу напряглось, он поднял голову, удивленно посмотрев на нее, но ничего не сказав и не убрав руку. Она молча придвинулась к его бедру еще немного, настолько близко, насколько позволяло пышное платье.       - Кристина? – его голос звучал сухо и надломлено. – Тебе что-то нужно?       - Хотела узнать, как долго ты собираешься работать над этим? – она кивнула в сторону листов и улыбнулась, пытаясь выглядеть невинной, словно она ничего не задумала.       Румянец, расползавшийся по ее лицу, предательски выдал ее.       - Если это мешает… - Эрик запнулся, откладывая заметки на столик.       Его вторая рука по-прежнему лежала под ее рукой, словно приросла к коже.        – Все, Эрик с этим закончил. Чем бы ты хотела заняться, моя дорогая? – спросил он беспечным тоном, пытаясь замаскировать дрожь в голосе, вызванную столь близким и, по его мнению, скандальным соседством с Кристиной.       - Ах, кое-чем… - пробормотала она, легко качая головой, предпочитая умереть, чем произнести вслух то, что было у нее на уме.       - Ну же, Эрик не сможет помочь тебе, если не будет знать, что это… - попытался он подбодрить ее.       Кристина повернулась к учителю, чувствуя, как кровь прилила в голову. Она призвала все свое мужество. Это было более волнующе чем первое выступление в качестве Маргариты.       - Мне бы хотелось отблагодарить тебя за то, что ты для меня сделал. - Кристина заставила себя смотреть ему прямо в глаза.  - Не только за сегодняшний вечер, а вообще за все твои добрые дела. За твой вклад в мой голос, за твою помощь, - в ее тихом голосе появилась неожиданная хрипотца, - и поддержку.       - Ты уже отблагодарила Эрика, милая девочка, - тотчас ответил он, качая головой. -  Твое появление в его жизни уже самая большая награда…       - Нет… - прервала она, наклонившись к нему, вдыхая запах одеколона. – Я не об этом.       - Нет? – безусловно он был встревожен ее словами и необычным поведением.       - Так ты позволишь мне отблагодарить тебя? – тихонько прошептала она ему прямо в ухо.       Он молчал, не зная, что сказать, только глаза блеснули за маской. Молчание затянулось. Наконец, он откашлялся.       - Дорогая, пожалуйста, выражайся яснее. – Эрик размашисто взмахнул рукой. - О чем речь?       В уме Кристины мелькнули не прошенные образы разгоряченных переплетенных тел. Она сглотнула слюну. Такое было невозможно произнести в слух. Слишком скандально, слишком интимно, слишком постыдно… Такое нельзя сказать человеку, который застывал от простого прикосновения. Вместо этого, она сделала глубокий вздох, и запрещая себе думать, провела пальцами по его бедру, легко прижав ладонь к тому месту, которого она ни при каких обстоятельствах не должна была касаться.       Мгновенье тишины, затем Эрик шокировано вскрикнул и оттолкнув ее, отскочив в прыжке как можно дальше. От неожиданности Кристина покачнулась и упала на локти на диван, испуганно смотря на него.  Эрик тяжело дышал, сжимая и разжимая кулаки.       - Зачем ты это сделала?! – прошипел он. – Откуда… Кто тебя этому научил?! – она не торопилась с ответом. – Отвечай!       Кристина села ровно, сложив руки на коленях, избегая смотреть на него. Ее лицо было пунцовым от стыда. И зачем только она потакала своим глупым мыслям? Это мог быть такой хороший вечер, но она все испортила. Но ведь он любил ее, разве нет? Почему же он так рассердился?       - Кристина… - в его голосе зазвучали угрожающие ноты.       - Мне хотелось отблагодарить тебя. Вот и все. Говорят, что лучший способ, который понравится любому мужчине, это… - она на секунду запнулась, - если коснуться в определенном месте с помощью пальцев или рта…       - Кристина! – он всплеснул руками, делая ей знак немедленно замолчать. – Всемогущий боже, откуда ты это узнала?       - Мы же в опере, Эрик! Об этом знают даже самые младшие девочки кордебалета, – она с обидой посмотрела на него, поджав губы. – Кроме того, я взрослая женщина, которая много путешествовала, распевая на ярмарках. Ты же представляешь, что я там видела?       - Ах, да, ярмарки, будь они прокляты… - пробормотал он и тут же застыл в неподдельном ужасе.       - Ты уже делала это с кем-нибудь? – его голос дрожал, пальцы сжали ткань на брюках.       - Нет-нет, - поспешила она успокоить взволнованного учителя. – Прежде, я никогда никого не хотела отблагодарить таким способом. Только ты значишь для меня так много.       - То, о чем ты говоришь… Эти действия, - он неопределенно пожал плечами, - они предназначены только для твоего мужа. Ни для кого больше. Ты меня поняла?       - Да, Эрик, - Кристина кивнула словно заводная игрушка, только чтобы побыстрее закончить этот неловкий разговор.       - Пожалуй, будет лучше, если мы закончим вечер, и ты отправишься спать прямо сейчас, - жестко произнес он, ожидая возможных возражений, но их не последовало.       Кристина лишь пожелала спокойной ночи и ретировалась к себе в комнату. Произошедшее сильно взволновало ее, поэтому она не пыталась уснуть. Она переоделась в ночную сорочку, накинула сверху халат и принялась читать, расположившись прямо поверх одеяла. К счастью, в ее спальне лежал роман как раз на такой случай. Строчки плыли перед ее глазами, она плохо понимала сюжет, прокручивая в голове слова Эрика. Его реакция обидела ее и она чувствовала себя ужасно.       Периодически казалось, что она слышит осторожные шаги за дверью, но Эрик всегда ходил бесшумно, так что она отбросила эту мысль.       Кристина лениво переворачивала страницы и незаметно помимо воли задремала. Голова тяжело опустилась на подушку. Неизвестно сколько прошло времени, как вдруг она очнулась. Шея затекла и болела. Она потерла ее со стоном. Комната была погружена в полумрак, но книга была на месте, страница зашуршала под пальцами.       Дверь в спальню была открыта. В проеме, скрестив на груди руки стоял учитель, уставившись на нее пристальным взглядом. Он никогда прежде не заходил в комнату без приглашения. Формально он и сейчас не зашел, но обнаружить его у раскрытой двери, смотрящего на нее пристальным взглядом было тревожно.       - Эрик? – шепотом спросила она, - что ты здесь делаешь?       - Милая благородная Кристина… - его сладкий голос резко контрастировал с напряженной позой. – Ты лучшее, что когда-либо могло быть у Эрика. Ты думала о нем как о мужчине… - он тяжело вздохнул. – Он недостоин твоего внимания. И никогда не будет.       - Это не так, - мягко возразила она, убирая книгу на комод и садясь на кровать.       Не нужно было быть гением, чтобы понять, зачем он пришел. Кристина посмотрела на него, пытаясь уловить выражение глаз за маской, но он закрыл их, делая вид, что все в полном порядке и для него нет ничего более обычного, чем наблюдать за гостьей в ее спальне посреди ночи. Конечно же, Эрик никогда не сделает первый шаг. Она хотела подойти к нему, взять за руку, но не решилась, опасаясь, что это вынудит его уйти.       - Почему бы тебе не зайти в комнату? – прошептала Кристина.       Он посмотрел на нее неуверенно, она приглашающе улыбнулась. Эрик тихонько застонал.       - Это неподобающий поступок для учителя, который заботится о своей ученице. Ты моя гостья, в конце концов. Твоя комната неприкосновенна.       - Я не возражаю, - она легкомысленно пожала плечами, пытаясь придумать, как переубедить его. – Ведь я сама тебя пригласила.       - Но где же мы будем, если станем нарушать правила… - он махнул рукой, переминаясь с ноги на ногу.       - Ты ведь хочешь этого? – мягко спросила она.       - Милое дитя, не имеет значения, что хочет Эрик. Он последний, чье мнение можно учитывать.       - А как насчет меня? Я хочу этого. Слышишь? Присядь со мной.       - Эрик не смеет, - он грустно покачал головой. – Нет-нет, он должен вернуться к себе. Есть работа, которую он должен сделать.       - Ты же обещал, что будешь выполнять все мои желания, - с легкой укоризной напомнила Кристина.       - Да, - он замер. -  Эрик не может ни в чем отказать Кристине. Но… Но если это какой-то мимолетный каприз, то мы оба об этом горько пожалеем, - прозвучал его едва слышный шепот.       - Это не так! – тотчас перебила она, не желая, чтобы переменчивое настроение ее учителя испортилось в столь уязвимый для них момент.       Она похлопала по кровати рядом с собой и погасила свет, надеясь, что в темноте он станет смелее. Это то, чего они оба хотели, не так ли?       Мучительно потекли минуты. Послышался скрип, кровать с противоположной от нее стороны немного прогнулась. И снова наступила продолжительная тишина. Несмотря на новизну - они никогда прежде не были столь близко друг к другу в ее спальне, Кристина начала терять терпение. Его уважительное обращение к ней сейчас определенно мешало.       - Эрик, я буду счастлива, если ты ляжешь рядом со мной.       Еще томительная минута и она почувствовала движение. Он вытянулся вдоль кровати, напряженный, словно струна. Кристина взволновано облизнула губы и мягко улыбнулась. Рассеянного света из коридора хватало, чтобы ее привыкшие в темноте глаза могли видеть контуры предметов, но Эрик видел в темноте намного лучше. Нерешительность Эрика пробудила в Кристине приятное чувство. Обычно ее учитель все контролировал в ее жизни, но не здесь, спальня – это были ее владения, и это пьянило сильнее вина.       - Ближе, - попросила она.       Он немного подвинулся, чем она тут же воспользовалась придвинувшись со своей стороны, положив руку ему на грудь, слушая как быстро бьется сердце. Эрик замер, перестав дышать. Прижавшись к его бедру, она чувствовала восхитительное тепло тела.       - Ах, - выдохнул он.       Она медленно, перебирая складки рубашки, нежно погладила его по груди.       - Ты заслуживаешь благодарности, Эрик. Пожалуйста, позволь мне...       - Кристина… - он тяжело задышал. – Ты не понимаешь, чего просишь.       - О, я вполне понимаю.       Пытаясь придать уверенность голосу, она осознавала, что это прозвучало скорее жалко. Коварная обольстительница без опыта - вот кем она была. Слова никогда не были ее сильной стороной. Пение – да, но не разговор. В беседе ее учитель превосходил ее многократно, хотя не похоже, чтобы сейчас ему это как-то помогло.       Она еще раз погладила его по груди, верх-вниз, а затем осторожно сместилась к животу. Он напрягся. Струна, которой стал Эрик, грозила лопнуть. Его рука быстро схватила ее запястье, как раз в тот момент, когда продвинулась еще ниже.       - Это не для Эрика! - отчаянно сказал он, задыхаясь. – Это только для мужа Кристины. Эрик не может…  Это испортит Кристину, извратит ее.       - Кристина хочет дать это тебе, - она придвинулась к нему еще ближе, наклонившись к уху. Он пах ароматно и у него были влажные волосы. Эрик принял ванну перед тем как прийти сюда, а значит на что-то рассчитывал, несмотря на все заверения. Осознание этого факта придало ей уверенности.       - Пожалуйста, я очень хочу прикоснуться к тебе.       - Ты точно в этом уверена? Действительно? – его голос дрожал. - Этого не вернешь обратно. Ты хочешь этого со мной? Со мной? – последние слова прозвучали болезненно.       - Я совершенно уверенна, что ты единственный мужчина, с которым я бы хотела это сделать. Это не случайная прихоть. Мне давно хотелось это сделать, но я не знала, как сказать тебе.       Это подкосило его решимость. Он был шокирован и польщен одновременно. Эрик замер, пытаясь разглядеть ложь на ее лице, но потерпев неудачу откинулся на подушку и убрал руку, признавая свое поражение.          Кристина возликовала. Она продолжила исследования, проведя рукой по его брюкам. Томительная пытка для них обоих. И вот она здесь, чего она ожидала? К счастью для неопытной Кристины, Эрик был слишком взбудоражен последними событиями, поэтому его тело откликнулось мгновенно. Что-то под брюками начало быстро твердеть и увеличиваться в размерах. Кристина с интересом провела ткани и немного увеличила усилие. Эрик застонал, поспешно прикусив кулак.       Она испуганно остановилась, но нет, все было в порядке. Снова немного надавила и снова услышала приглушенный стон. Теперь у нее был полный контроль над его телом, но этого было уже недостаточно. Обеими руками она нащупала пуговицы брюк и расстегнула их, одну за другой. Легкое поглаживающее движение по голой коже внизу живота вызвало у него еще один сладостный стон. Ее пальцы встретили жесткие завитки волос, пока она продолжала опускаться все ниже, пока не наткнулась на твердую, гладкую вещь.       Кристина помимо воли сглотнула, замерев. Ее храбрость куда-то улетучилась, но она была достаточно любопытна, чтобы продолжать. Тем более, что прерваться сейчас было совершенно невозможно, иначе она потеряет доверие своего учителя навсегда. Она аккуратно погладила его пальцами, исследуя шелковистую кожу.       Эрик зашипел и схватил ее за руку, неразборчиво бормоча на незнакомом языке. Его дыхание было рваным и тяжелым как у загнанной лошади.       - Я сделала тебе больно? – испуганно прошептала она.       - Нет-нет, - он отрицательно покачал головой. – Просто это все… Твоя рука, а я никогда… О... Я не мог себе представить, я не мечтал, что ты… О Господи, твоя рука на мне… Я точно сейчас умру.       В этот момент он не мог отвечать ей связно.       - Моя Кристина, моя дорогая девочка… - он кинул на нее быстрый взгляд, но она лишь ободряюще улыбнулась ему.       - Шшш, все хорошо… Ты в порядке. Позволь мне как следует к тебе прикоснуться.       - Еще больше? – он всхлипнул.       - Да, и мне нужна твоя помощь с вот этим, - она подергала за край расстегнутых брюк.       Эрик приспустил брюки и рухнул обратно как подкошенный, целиком отдавая себя в ее власть. Затаив дыханье, она полностью обхватила таинственную мужскую часть, чувствуя ее продолговатую форму. Это было поразительно, но он продолжал увеличиваться в размерах. Очаровательная приятная на ощупь вещь.       Кристина провела вверх-вниз по всей длине. Эрик бросил взгляд на ее руку и тут же резко отвернулся, хрипло дыша широко раскрытым ртом. Его тело было напряжено, пальцы вцепились в одеяло. Может, ему хотелось, чтобы она прикоснулась к нему иначе?       - Как мне правильно коснуться тебя?       Кристина осторожно потрогала конец, измазанный жидкостью, продолжая исследовательские эксперименты.         - Продолжай! – он снова бросил быстрый взгляд на ее руки и дернулся. – Ты это делаешь… Я не верю... Это действительно происходит?       Она ласково сжала его, скользнув пальцем по влажной коже, отчего он вскрикнул. Кристина начала двигать рукой немного ускоряясь, заставив его извиваться и скулить. О, вот значит, какая власть дана женщине в спальне! Кристина ощутила, как расходится тепло между ее ног. Она была бы совсем не против, если бы Эрик прикоснулся к ней сейчас, но просить его об этом было неразумно.       Двигая рукой, она жалела, что в спальне темно. Ей бы хотелось видеть все, а не только очертания. Что дальше? Может, стоит поцеловать эту вещь? Но стоило ей подумать об этом, как Эрик изогнулся с громким криком, ее руку покрыла теплая липкая влага. Не зная, что делать, она продолжала движение, пока он не накрыл ее руку своей.       Эрик тяжело дышал. Вытащив из кармана брюк платок, он вытер им липкость с ее пальцев и вытерся сам.       В полном молчании, не вставая с кровати, он натянул брюки обратно. Она боялась, что теперь он уйдет, но Эрик лежал, прибывая в странном состоянии. Пожалуй, Кристина никогда прежде не видела его таким расслабленным. Он безучастно смотрел перед собой, восстанавливая дыхание.       - С тобой все в порядке? – осторожно спросила она, кладя голову ему на плечо.       - О, моя дорогая, я в порядке… Эрик думает, было ли это в самом деле, или он бредит. Жизнь не была добра к Эрику, он имеет скверную привычку блуждать в фантазиях. Может, тебя никогда не было рядом с ним. Разве это все может быть реально?       - Это вполне реально. Я рада, что мы сделали это. – Она улыбнулась. – Мне понравилось.       - Действительно? – Эрик недоверчиво смотрел на нее, его глаза были расширены от удивления. – Тебе понравилось?       - Да. – Она поцеловало его пальцы. – Мне бы хотелось повторить это. Тогда ты точно мне поверишь.       - Повторить?! – Эрик ошеломленно снова уставился в потолок. – Мое сердце не выдержит. Честно тебе говорю, я не переживу это.       Кристина знала, что это драматическое преувеличение. Ее рука лежала над его сердцем, а оно билось хоть и сильно, но ровно и уверенно. Она удовлетворенно вздохнула, наслаждаясь теплом и близостью. Жар между ее ног начал ослабевать, она чувствовала скопившуюся там влагу. Кристина нежно погладила Эрика по руке, и он ответил ей тем же. Они двигались в правильном направлении.       - Твоя благодарность – это бесценный дар, мой ангел, я очень это ценю… - он запнулся, пытаясь подобрать слова, - но я не хочу, чтобы ты думала, что обязана мне. Моя милая девочка, я отдам тебе все, что имею совершенно бескорыстно.       - Я знаю, Эрик, но полагаю, я выразила ясно свои желания и намерения касательно наших отношений, - ответила она и поцеловала его в шею.       Он замер. Спустя некоторое время, в полудреме, Кристина почувствовала легкую щекотку, где ткань маски краем задела ее. Затем на ее лбу отпечатался легкий поцелуй.       - Спокойной ночь, любимая, - донеся едва слышный шепот.       Этой ночью Кристина спала очень сладко.