Don't stop gambling.

Тот день с самого утра не обещал ничего хорошего. Да что там — он был чертовски паршивым. Хотелось ещё немного потоптаться на улице, подышать свежим воздухом, авось хоть это немного успокоит душу. Но все мысли крутились вокруг одной-единственной беды — первого серьёзного прокола за всю мою работу здесь. В «конторе» я уже второй месяц, и до этого всё шло ровно, без сучка без задоринки. И надо же было так обосраться... А суть в чём? Три дня назад я потерял свой лом. Купить новый? Щас, разбежался! Если бы это был какой-то бездушный иностранный хлам — ещё ладно. Но этот лом был с самой Матушки-России. Им я ещё на родине уродам зубы вырывал, как семечки щёлкал. А теперь менять его на какую-то ублюдскую подделку? Да никогда в жизни. От этих мыслей я слегка выровнялся, поправил ушанку на голове. Уж её-то, родимую, я не потеряю, бля. Стоило ещё раз взглянуть на небо — и оно тут же потемнело. Тучи вылезли буквально из ниоткуда. Как так-то? Только недавно дождь прошёл, а теперь опять... Ах, ну точно. Октябрь на дворе, как я мог забыть. Ничего не поделаешь — придётся делать то, чего совсем не хотелось. Я решил пойти к боссу. Лом я оставлял в нашем всеми любимом «У Бобби», внизу, в подполье. Соваться туда особо не хотелось, но лом мне был действительно дорог. Босс, по слухам, мужик понимающий. Да и выбирать особо не приходилось — никто ничего не знал, я уже всех расспросил. Как только я спустился в подполье бара, старался ни с кем не пересекаться. Честно скажу, братцы, не хотел, чтобы меня видели злым. Шаги мои гулко отдавались в коридоре — тяжёлые, твёрдые. А учитывая, что я двухметровый бугай, мог и не заметить, как кого-нибудь придавлю... и даже не почувствую. Подойдя к нужной двери, я в последний раз глянул в главный зал, где все веселились и ржали. А мне, сука, сейчас предстояло выслушать сто пятьдесят матов от босса. Сам виноват, что тут скажешь. Помнил я, кто-то говорил: «Зайдёшь к нему — постучи три раза». Так я и сделал. Изнутри раздался голос: — Входи. Вхожу я аккуратно, словно в клетку ко льву. Думаю — щас в меня из всех стволов пальнут. Не тут-то было. Отодвигаю дверцу, смотрю на комнату и тихо офигеваю: мебель — во! столы — во! А какие прелестные часики на стене висят, мать моя родная! Я бы ещё лет пять стоял и любовался, да не дали. — Михаил, вы зачем пожаловали? — спросил босс, сидя за широким столом и придерживая рюмку с контрабандным добром. — Пожалуйста, побыстрее. Я только открыл рот, чтобы ответить, как моё внимание зацепил тот самый, кого звали «Азартом». Честно говоря, лично я его не знал, но наслышан был предостаточно. Парень развалился на диване, чуть ли не сползая с него, руками держался за спинку, а ноги расставил, будто у себя дома. Вдруг — бац! Кулак босса с грохотом опустился на стол, будто валун рухнул на землю. Взгляд его сразу метнулся на Азарта, даже не на меня. Слава богам, у Шанса хватило ума быстро выпрямиться и сесть ровно, словно аршин проглотил. — Кхм... Продолжайте, пожалуйста, — процедил Мафиоссо, всё ещё глядя в сторону Азарта. — А то тут некоторые... — Спасибо, не стоило, — ответил я, собирая мысли в кучу. — Произошла беда. Босс наконец отвлёкся от своего проблемного подчинённого. Видно было, что наскочила коса на камень, а тут ещё и я со своей паршивой новостью. Надо было выкладывать побыстрее, назад я уже не собирался — дело чести. — Какая? — грозно спросил он. — В нашем шалаше Домовой завёлся. Лицо Мафиоссо мгновенно изменилось. На нём отразилось дикое непонимание и лёгкое отвращение. Я сглотнул и сменил тон: — Оставлял я тут недавно лом. Хороший такой, достойный, без нареканий. Прямиком с моих краёв, с родной Матушки. Так вот... пропал он. Исчез, как в воду канул. Мне не ответили сразу. Босс молча допил содержимое рюмки, раздражённо выдохнул. Видно было, что его это задело. Мне стало стыдно — сам же виноват. Может, извиниться и свалить с глаз долой?.. — У нас оставлял, говоришь? — наконец спросил он. — Так точно. Память меня никогда не подводит. Босс помолчал, потом перевёл взгляд на Шанса, который старательно смотрел в потолок, лишь бы никого не злить. — Шанс. Тот тяжко выдохнул, словно знал, что этот разговор его обязательно заденет, и опустил глаза. — Ну? — буркнул он. — Зови его. Через минуту нас стало четверо. Меня поставили рядом с каким-то незнакомцем. Честно говоря, я старался не показывать раздражения, но какой же он стрёмный... и пахло от него, блин, по-бабски, приторно. Лёгкий пот выступил у меня на лбу. На этого типа я вообще не смотрел. Одно меня волновало: «Где, чёрт возьми, мой лом?» — Консеглер, пожалуйста, покажите нам ваш лом, которым вы пользовались в тот день, — сказал босс, явно пытаясь сохранить остатки терпения в этой идиотской ситуации. — Oh mon Dieu... Если бы я только знал... Все медленно повернулись к нему (даже я). Азарт поднялся с дивана и встал рядом с боссом, видимо, решив подчеркнуть свой статус. — В смысле? — с открытым разочарованием спросил Мафиоссо. — Мм... Ну я-я... Я... — начал мямлить этот «человек», но его перебили. — Проиграл он его, — спокойно и точно сказал Шанс. — Что? — резко вырвалось у меня. — Лом твой, дружище, — подтвердили мне. Неистовая злость мгновенно заполнила голову. Руки сжались в кулаки, ноги еле держали меня ровно. Мысль о том, что мой родной, любимый лом украли, проиграли кому попало, а потом, возможно, уже и... Ух, сука иностранная, ну держись. Я был зол — это мягко сказано. Хотел врезать по этой роже раз двадцать, но нельзя было — не при всех. Если эта тварь сейчас ничего больше не скажет — конец ему, сучёнышу, думал я. Но тут... — Кому? — вырвался у меня довольно интересный вопрос. — Мне... — тихо ответил Шанс. Мафиоссо вновь посмотрел на свою «правую руку». Не поверите, но его взгляд был ещё более возмущённым, чем раньше! Я же смотрел на него, будто это какая-то шутка. Но, к сожалению, шуткой не пахло, братцы. Мужчина молча налил себе ещё одну рюмку того, что я в жизни не смогу выпить, а после встал из-за стола, захватив с собой стакан. Он навис над Шансом, словно хотел его убить. Лица мне его уже не было видно, но вот Шанс... Он, казалось бы, прокололся. Да и вон, тот «Консехер» уже начал трястись от того, что натворил, а тому хоть бы хны — ничего не волнует, даже дверь открыта. — Не злись, я— — Зови его. Или её. Живо. Настроение проказника упало. Он поправил федору и без слов вышел из комнаты. Парень быстро вылетел из кабинета, и мы остались втроём. Мафиоссо присел обратно, так и не глотнув, его улыбка была чуть нервной, но держалась. Видимо, чтобы занять себя чем-то, босс решил с нами чутка поговорить. — Ты, — указал он на меня, — лом мы тебе вернём, не беспокойся. А вот ты... Француз испуганно сглотнул. — Поговорим с тобой попозже. Уйди с глаз моих долой, crétin. Парень, стоявший рядом со мной, рванул так, что пятки засверкали. Хоть он и ушёл, но запах от его химозной радиации продолжал стоять ещё битых десять минут, пока после долгой тишины не вернулся Шанс. Я, конечно, ожидал увидеть у него свой родной лом, но та фраза босса ясно дала мне понять, что оружие прошло уже через минимум две азартные игры. Обидно, мать его. Так вот — Азарт пришёл ни с чем хорошим. Ни с человеком, ни с ломом, ни с хорошими новостями. Хотя... были у него тузы в рукаве, да ещё какие. Принёс он с собой только плохие вести. Не обратив внимания на то, что в комнате стало меньше на одного, парень прошёл до дивана и сразу же упал на него лицом вниз. Очки уцелели. — И что случилось? — надменно спросил босс. — Умер он... — еле проговорил Шанс. Шеф отвёл взгляд куда-то в сторону, а после задержал его на стакане. Лицо мужчины оставалось спокойным, но скулы выдавали всё — он до боли стиснул зубы. Глаза, скрытые тенью от федоры, слегка прищурились. Он легко выпил до дна, а затем поинтересовался: — То есть кто-то из моих... — Да. — Разберёшься? — А как же. Я застыл на месте, хоть и до этого продолжал стоять. Ничего не понял — от слова совсем, твою же мать. По моему скромному разумению, друзья, такое у них было не впервой. Оттого и реакция обоих была небогата на эмоции, хотя говорили они, по сути, про отборное дерьмо. — Извините, а можно в подробностях? — попросил я у Азарта, который так и не сменил позу. Красный еле сдвинулся с диванчика, попутно поменяв положение. — Если разжёвывать, то твой лом прошёл через одну игру, а после дошёл до меня. Спустя некоторое время и мне пришлось его проиграть, — спокойно говорил Шанс, добавив: — если забыть про то, что у тебя его вообще украли. От таких откровенностей я чуть инфаркт не словил. Мы же говорили про МОЙ лом. Я лишь на секунду увёл взгляд в сторону, но тут же заметил, что Мафиоссо налил себе ещё одну стопку. — Теперь твой лом должен был оказаться у одного из моих знакомых, но тот, по всей видимости, проиграл его где-то... кхм... не у нас, а на чужой территории. Оттого он сразу же оказался на том свете, земля ему... Тут я не выдержал. Уж простите, ну не мог больше стоять спокойно и смотреть, будто ничего не происходит. Шанс был меньше меня и в росте, и по телосложению — так что демон на левом плече предложил высказаться. Я тут же схватил его двумя руками за воротник рубиновой рубашки и приподнял. — ДА КАКОЕ ПРАВО ВЫ, СОВСЕМ Н... И тут я осознал, что совершил ошибку. Только начал говорить — как сразу почувствовал у своего горла что-то холодное. Сразу посмотрел туда, где должен был сидеть босс, а его уже там не было. Взглянул вниз — серебристое лезвие меча на таком расстоянии, что одно лёгкое движение — и секир-башка! Я в страхе сглотнул, прямо как тот приторный, стараясь не двигаться, словно статуя. — Поставь его на место, иначе ты не доживёшь до следующего дня, — холодно произнёс босс у меня за спиной. Я посмотрел на Шанса. К моему удивлению, его это вообще не волновало. Он лишь глупо улыбался и глядел на меня с такой мордой, что его физиономия одновременно и раздражала, и смешила. Сделал я, как было велено, и тут же получил подзатыльник от шефа. С ним я был согласен — погорячился, бесспорно. Азарт же, будто ничего и не было, присел обратно на диван. Мафиоссо медленно отошёл и решил на время посмотреть на своего кролика, который тихо спал в клетке. — Шанс, завтра пойдёшь с Ушанкой по душу этого уродца, — пояснил босс, будто забыв о моём серьёзном проступке. — Справитесь? Правая рука босса посмотрел на него с закатанными глазами (правда, Мафиоссо этого не видел, он стоял к нему спиной), но кивнул и издал звук согласия. Ждал я почти трое суток, пока в один из дней меня снова не пригласили в его кабинет и не объяснили, что нужно делать. План был незамысловатый, простой и чёткий: дали место, дали дверь и дали лом. Правда, не моих кровей. Стояла глубокая ночь — совсем невесёлое времечко для таких прогулок. Я сам не спрашивал, каким образом семья достала информацию по этому дятлу, меня это несильно интересовало. Хоть я и не остыл до конца, старался вести себя подобающе. Перед Шансом мне было стыдно. А он, как назло, со мной почти не разговаривал. Понятное дело — я ему не друг, но всё же... — Курить будешь? — вдруг спросил он. Я отказался. Мы уже были на месте, а он такой спокойный. Разве можно так? Мало ли, враг знает, что мы прямо сейчас дружелюбно стоим у него под дверью, готовя патроны на две головы. Смущало меня две вещи: почему мы на своей территории и то, что дом, перед которым мы стояли, выглядел так, будто от жизни устал. — Как хочешь, — мельком бросил Шанс, закурил, выдохнул и продолжил: — Выбивай. Сразу поняв команду, я выкинул чужой лом в сторону, лениво размял плечи, крутанул пару раз и закончил. Медленно поднял правую ногу и почти сразу распрямил её. Удар пришёлся точно в район замка. Дверь не выдержала — она с треском взорвалась внутрь помещения, скрывшись в темноте этого сарая, отдалённо напоминавшего чей-то дом. Я спокойно опустил ногу обратно и посмотрел на Шанса. Тот снял очки, показав мне свои красные глаза «по пять копеек». Парень слегка улыбнулся, видимо, удивился моей богатырской силушке, и кивнул, чтобы я следовал за ним в темноту. Шли мы недолго. Вокруг было темно, хоть глаз выколи, но Азарт почему-то точно знал, куда идти. Мне стало не по себе: мало ли, ловушка? Но тут он остановился, ушёл куда-то вправо и включил свет. Мы оказались посреди кухни: небольшое помещение, явно без нормального ремонта, всё старое. В некоторых местах штукатурка осыпалась, а на полу грязь была размазана по линолеуму в клетку. Но дело было совсем не в кухне, а в том, кто сидел посередине. Человек на деревянном стуле. Руки жёстко стянуты грубой верёвкой, ноги привязаны к ножкам. Он сидел слегка сгорбившись, рот перевязан. Слышно было только его тяжёлое, агрессивное дыхание через нос — похоже, недавно рыдал, как девчонка. Сказать, что я удивился — значит ничего не сказать. Шанс смотрел на меня так, будто это было в порядке вещей. К тому моменту он уже докурил. Стоило мне посмотреть, что он держит в руках, как я обомлел — это был мой лом. Родненький и хорошенький. Азарт подобрал его здесь же. Мне было интересно, но лишних вопросов я не задавал. Самое главное — это был он. Прежние чувства сразу вернулись. — Он сделал нашей семье больно. Сделай ему то же самое, — чётко проговорил Шанс. «Существо» сразу всё услышало и начало шевелиться, словно рыба на суше. Оно пыталось что-то говорить, объяснить, кричало и дёргалось из стороны в сторону — всё без толку. Прискорбно смотрел я на него. Увы, в тот день его судьбу решал именно я. Без единого слова я шагнул вперёд, перехватил лом обеими руками и с размаха обрушил его сверху вниз, точно в макушку. Удар был чудовищной силы. Раздался громкий, влажный, отвратительный хруст — череп проломился сразу, как яичная скорлупа. Лом вошёл в голову почти на двадцать сантиметров, глубоко разрывая кости и мозг. Кровь и серовато-розовая масса брызнули во все стороны мощным фонтаном: на потолок, на стены, мне на лицо и на пол. Шанс продолжал смотреть. Я не стал сразу вытаскивать лом — навалился всем весом и провернул металл внутри черепа с мерзким чавкающим звуком, расширяя дыру. Потом резко выдернул его обратно. Кровь была повсюду. Она текла широкими потоками по лицу, заливая глаза, нос, рот и быстро пропитывая потрёпанную одежду бедняги. Каждый удар приносил мне эйфорию. Я был рад. Теперь посреди кухни тихо сидел мёртвый человек с огромной зияющей дырой в голове. Нужно будет сменить одежду. Но всё же, оно того стоило. Картина была страшная, хоть я и занимался такими делами раньше, но чтобы мне так открыто давали грушу для избиения — настоящий рай. Мы стояли в тишине, пока Азарт не начал медленно хлопать в ладоши, поощряя мой поступок. Я оглянулся. Его улыбка была какая-то неестественная, странная, натянутая. Он вроде и улыбался, но одновременно... что-то с ним было не так. Я вновь посмотрел на свой лом, который тоже нужно было помыть. — Лучше, чем я ожидал, — поставил мне оценку Азарт. — Можем уходить, всё уберут за нас. Затем он удалился, оставив меня одного на пару с этим трупом. На этом всё, друзья.