Письмо из прошлого

      Ранние подъемы всегда давались ему с трудом и скрипом, но сегодня Нил поднялся вообще без какого-либо труда. Просыпаться в 7 следующие 4 года обучения в вузе может и не будет таким уж адом, – пронеслось в голове, но, отогнав эту мысль, он присел в кровати. Телефон гудел под подушкой и это, по всей видимости был не будильник, так как это назойливое гудение он уже отключал. Протянув руку, он достал гаджет из-под подушки и взглянул на экран.”Входящий вызов от абонента Стюарт”, – виднелась подсвеченная надпись на экране. Потерев переносицу, Нил откинул одеяло и поднялся, чтобы раздвинуть шторы, которые на ночь закрывал, а потом, вновь присев на край кровати, смахнул вверх зеленую кнопку ответа на вызов на экране мобильного. — Я не разбудил? У тебя сейчас сколько? Это получается, если разница, – Нил перебил Стюарта, не дав тому договорить, ведь с утра то, что тараторил Стюарт казалось пустым звуком. — Семь утра здесь, и, нет, не разбудил, не переживай. — Ну слава богу. Ты теперь студент, Нил, не знаю даже, то ли поздравить, то ли удачи пожелать, – задумчиво протянул дядя, — Кстати, не хочешь в Англию ко мне съездить? — И пропустить первую же неделю обучения? Не думаю, что это хорошая идея, — Нил покачал головой, как будто Стюарт его видел, и добавил, — Тем более, ты вроде бы не в Англии, а во Франции, разве нет? — Да-да, все верно, вчера ночью обратно прилетел, — вздохнул Стюарт, и Нил, решив все таки не томить, спросил: — Что-то стряслось? Чего ты так вздыхаешь? — Все в порядке, погода подводит сейчас, — дядя быстро переключился на другую тему и еще около получаса рассказывал Нилу, как он съездил во Францию.       Наконец закончив разговор со Стюартом, он переключился на Кевина, который без зазрения совести дрых на диван. Подойдя к парню, он пнул того и услышав вскрик и скрип дивана, спокойно пошел делать себе кофе. Спустя минуту Кевин появился в дверном проеме и по его туманному взгляду Нил понял, что вечер у того вчера был явно с алкоголем. — Мог бы хоть перед первым днем не пить, — укор Кевин как обычно пропустил мимо ушей и, вместо ответа, махнув рукой в сторону Нила, начал искать в аптечке аспирин.       “Когда-нибудь он станет немного серьезнее”, — подумал Нил, попивая кофе. Он думал о учебе и о людях, с которыми ему придется посещать одни пары следующие четыре года. Какими они будут? Найдет ли он кого-нибудь близкого ему по духу? А что, если никто, кроме Кевина не будет иметь желания общаться и вообще контактировать с ним? Мысли роились в голове, но важнее всего был вопрос, которым он задавался с восьмого класса. Что теперь делать с родительским домом? Усадьба была большой, даже, скорее, огромной, с этим домом было много воспоминаний, которые преимущественно были негативными, что толкало Нила выставить дом на продажу, заработать денег и жить спокойно. Но было и то, что не давало ему этого сделать. В памяти всплывали картинки поляны, домика и мальчика лет шести с белыми, словно снег волосами. Нил отмахнулся от этих мыслей, потому что часы уже показывали 7:43 и уже пора собираться. Кевин, к удивлению Нила, привел себя в порядок быстро, почти что молниеносно, и вышел из квартиры уже в восемь. Пары начинались в пол девятого и Нил, не успевая ничего, успел взять с собой только планшет и тетрадь, в надежде, что в первый день преподаватели не будут мучать их конспектированием. ***       Времени осматриваться особо не было, но и не заметить то, что из себя представлял этот университет было невозможно. Несмотря на количество студентов, все главные здания просматривались без проблем, они были настолько высокими, словно это не главный корпус университета, а многоэтажный дом. Как он ранее прочел в брошуре, выданной ему при поступлении, площадь университета вмещает в себя 163 различных здания – на территории есть 5 колледжей, 7 профессиональных училищ и 4 медицинские научные школы, бассейн, кинотеатр, кафетерии и многое другое. Одним словом, – не университет, а мечта. Главное здание – Ройс Холл существовало отдельно от корпусов обучение, но выглядело оно шикарно, две башни, которые совмещались зданием между ними и от каждой шло по еще одному коридору. Рядом с Ройс Холлом располагалось свободное пространство, которое можно было назвать главной площадью. От этой площади шло большое количество пеших троп, одна из которых вела как раз таки к корпусу, где у Нила сегодня проходили пары. Он с легкостью нашел здание, но, зайдя в него, словно потерялся. Вообще-то, первокурсников должен был сопровождать куратор, но, поскольку он опоздал на первую же пару, искать пришлось самостоятельно. Первым занятием стояла экономика, на которой им должны были объяснить все, – где и как будут проходить пары, кто у них преподает, куда идти, и как вообще ориентироваться в этой куче дорожек.       За опоздание, как и за пропуск пар никто не наказывал, всем по большому счету было плевать, людей здесь училось столько, что отсутствие какого-то Нила Хэтфорда никто и не заметит, но сейчас, ища нужную аудиторию, он сбивался со счету, – сколько комнат он уже прошел, и сколько еще придется пройти, чтобы в конечном итоге найти ту самую, 207, в которой уже началась лекция. Бегая по этажам, он не сразу сообразил, что уже без десяти девять и пара не только началась, но всех, кроме него самого уже успели ввести в курс дела. Увидев 10 сообщений и даже входящий вызов от Кевина, Нил насторожился, вдруг его искали преподаватели, или хуже того, он вообще все перепутал и был не в том корпусе. Поэтому, наконец найдя нужную аудиторию, Нил галантно постучал в дверь, не решаясь войти без предупреждения. Когда послышался строгий голос, крикнувший: «Войдите», он приоткрыл дверь и, сначала заглянув в аудиторию, вошел. Не смотря ни на кого, кроме женщины, стоявшей возле интерактивной доски, он принялся тараторить: — Простите, мэм, я опоздал, потому что не мог найти нужную аудиторию, мэм, — голос звучал то ли волнительно, то ли дрожаще, но, подняв глаза на лектора он увидел лишь улыбку и морщинки в уголках глаз. — Все хорошо, дорогой, представься, пожалуйста, чтобы я могла к тебе обращаться. — Я Нил Хэтфорд, мэм. — Отлично, Нил, а теперь занимай свое место, хоть основы мы уже и обсудили, но ты успел к самой важной части, — она вновь улыбнулась и ее лицо в свете солнечных лучей стало почти что желтым.       Выдохнув, Нил развернулся и уже было направился к месту рядом с Кевином, но. Но. Взгляд пары медово-карих на солнце глаз словно приковал его ноги к полу. Подняв голову и найдя того, кто неотрывно наблюдал за ним с того момента, как он зашел, Нил оцепенел. Карие. Глаза цвета меда, как он думал последние 13 лет. И волосы. Белые, словно снег, и одновременно желтоватые из-за солнца, падающего на них. Белые, словно 13 лет назад. Будто звезды. Глаза этого человека приковали его ноги к полу и он был не в силах пошевелиться. Только без устали смотреть в эти прекрасные глаза, тоже не отводящие своего взора от него. Как будто пьянящие. «Те самые, — на момент подумалось ему, — те самые, в которые он смотрел каждый день, будучи ребенком. Те единственные, в которых он находил покой и умиротворение.» Но нет. Он откинул эту идею, только подумав о ней. Этого не может быть, это другой человек, просто похожий на того ребенка. Он отчаянно пытался найти хоть какую-то черту лица, не подходящую под его воспоминания, но не мог. Нет, это не он, не может быть им, мало ли сколько в их городе и, уж тем более, огромном штате. Нет. Он нашел в себе силы отвести взгляд и ступить шаг, затем второй, и так, еле дойдя по своего места, благо Кевин сел в первом ряду, он опустился на стул. Голова то ли кружилась, то ли болела, он даже не слышал тех тихих упреков и колких шуточек Кевина, которые тот отпускал на протяжении всей пары, в голове и перед глазами были только глубокие и бархатистые глаза, словно полуденное солнце и белые-белые волосы. «Нет-нет-нет, даже не думай о том, что это может быть он, просто не думай», — вот что было в мыслях Нила всю пару, а потом и весь день.       Первая пара прошла настолько мимолетно, что он даже ее не заметил. Не запомнил ничего из того, что говорила лекторша, но не переживал об этом, для того, чтобы пересказать ему пару существовал Кевин. Тот, кстати, оставил свои попытки пристыдить Нила и на паре по истории молчал. Удивительно, но с тем парнем у них совпали три из четырех пар, что вгоняла Нила в уныние. Он не понимал, почему так зациклился на человеке отдаленно похожим на Эндрю. Но, узнав от Кевина, что этого блондина зовут Эндрю, Нил вообще думал отчаяться и оставить попытки сделать вид, что это все лишь плод его воображения. Но. Кевин назвал фамилию и она не была даже отдаленно похожа на ту, которую говорил ему старый друг. Миньярд. «Ну вот, это точно не он, как я и думал», — решил Нил и двинулся в какой-то закоулок корпусов с Кевином, который хотел прочесть пару параграфов по истории.(Кто вообще читает историю между парами?)       В целом, день был чудесным, Нил отделался от мыслей о блондине и оживленно вел диалог с девушкой, которая назвалась Элисон, приятная, как с виду, так и по разговору. Единственный минус — она как будто пыталась узнать о нем как можно больше, что всегда вызывало подозрение у Нила. В голове сразу возникали фразы матери: «Никогда никому не доверяй, кто бы то ни был, друг, подруга, девушка, да кто угодно.», и, хоть он не следовал этому совету, доверие к Жану и его семье было и оно было огромным, но вспоминать наставление ему это не мешало. Но, решив записаться на курс истории, о чем его предварительно попросил Кевин, которые не хотел идти туда сам, он совершил ошибку. Зайдя в класс после пар, он снова увидел белоснежную макушку, которая еле виднелась, парень был низким, около 155 санитиметров, если он не ошибался, но Нил каким-то образом нашел его в толпе.