Хэдканоны «Блич»

Ичиго Куросаки Ваш лоб. Он не видел необходимости в каких-либо показных проявлениях привязанности— простота подходила ему. Плюс, ему нравилось, как естественно это ощущалось, и как это позволяло ему выражать свои чувства, не перегружая ни вас, ни себя. После особенно изнурительной охоты на Пустых вы часто могли увидеть, как он наклоняется, чтобы мягко коснуться вашего лба своими губами, его дыхание было теплым и касалось вашей кожи. -Ты в порядке? — пробормотал бы он, мягко касаясь вашего лица. Но это происходило не только после боев. Вы могли говорить о самых обыденных вещах — вашем дне, нелепой встрече в магазине — и он бы наклонился, оставляя короткий поцелуй там, как будто говоря: «Я слушаю. Мне не все равно». Взгляд Ичиго задерживался после поцелуя, его карие глаза были такими искренними, почти защитными. Иногда вы подшучивали над ним за это, называя это «отцовским» взглядом. Он хмурился, бормоча себе под нос: «Тц, да не важно», но легкий румянец на его щеках выдавал его. Он мог и не сказать этого прямо, но в эти тихие моменты прикосновение его губ к вашему лбу говорило все. Шинсуй Кьёраку Ваша шея. Будь то мимолетный поцелуй в непринужденный момент или нечто более продолжительное, когда настроение менялось, он никогда не упускал возможности. Всё часто начиналось с игривых поддразниваний: -Моя дорогая, говорил ли я тебе сегодня, как ты неотразима? —шептал бы он, наклоняясь ближе, его теплое дыхание касалось вашей кожи. Вы закатывали глаза, наполовину смеясь, наполовину предвкушая, и затем его губы оказывались на изгибе вашей шеи — упорные, но нежные. Он удовлетворенно мычал, как будто наслаждаясь каждой секундой, его шляпа немного наклонялась вперед, когда он приближался к вам. Иногда это было игриво: он слегка прикусывал губы, улыбаясь на ваш вздох, прежде чем успокоить это место мягким поцелуем. В другие разы это было немым подтверждением того, что он здесь, особенно в те дни, когда груз обязанностей на его плечах давил слишком сильно. -Не думай об этом сейчас, — прошептал бы он, прижимая губы чуть ниже вашего уха. Вы вздрагивали, отчасти раздраженные тем, как легко он мог подчинить вас себе, но не могли отрицать тот комфорт, который приносила его привязанность. Джуширо Укитаке Ему нравилось целовать твои руки. Это был такой интимный, но в то же время скромный жест, который говорил о его любви больше, чем слова. После долгого дня он почти невольно тянулся к твоей руке, его большой палец нежно проводил узоры по костяшкам твоих рук. Затем, словно под воздействием невидимой силы, он поднимал её к губам и оставлял мягкий поцелуй на твоих пальцах. Не было ничего необычного в том, что он делал это во время разговора, будь то обсуждение лучшего способа заварить чай или воспоминания о чем-то смешном. -У тебя самые красивые руки, — шептал он тихо с искренним восхищением. В трудные дни, когда его болезнь давила сильнее обычного, он искал утешение в этом жесте; его поцелуй задерживался, словно черпая силы из этой близости. -Не обращай на меня внимания, — говорил он тихо, его голос был теплым, но с оттенком усталости. Это было не просто проявление нежности — это была благодарность и любовь, все это выражалось через этот простой жест. Ренджи Абарай Макушка твоей головы. Он не планировал этого— просто это казалось правильным, к тому же он высокий. Независимо от того, сидели ли вы рядом на диване, стояли на носочках, чтобы достать что-то высокое, или просто наклонялись друг к другу, он инстинктивно наклонялся и прикасался губами к твоим волосам, обвивая руками твою талию. Это стало привычкой, одной из тех, что заставляла тебя закатывать глаза, но втайне вызывала восхищение. -Что? — ворчал он, когда ты ловила его на этом, его лицо слегка краснело.- В этом нет ничего странного или что-то в этом роде. Правда заключалась в том, что это приносило ему успокоение. Это придавало ему сил. Иногда, после тренировок или особенно тяжелых дней, он крепко обнимал тебя, его лоб на мгновение касался твоего, прежде чем он наклонялся, чтобы поцеловать твою голову, его руки крепче сжимали тебя. -Ты — мое безопасное место, — признался он однажды тихим голосом. Ты ничего не ответила, просто уткнулась лицом в его грудь, но он заметил улыбку, которую ты пыталась скрыть, и это только заставило его чаще целовать твою голову. Урахара Кисуке Щёчки для наглого мужчины. Он часто шутил, подмигивая тебе и оставляя поцелуи на твоих щеках, что всегда вызывало у тебя легкое смущение. -Что случилось?— поддразнивал он, при этом его голос звучал игриво и весело. В более спокойные дни, когда магазин был закрыт, и вы сидели вдвоем, попивая чай, он наклонялся и прижимался к вашей щеке более мягким, более осознанным поцелуем. -Ты слишком добра ко мне, знаешь ли. В этот момент в его голосе звучало нечто большее, чем просто озорство — нежность и забота. Ты отмахивалась от его слов, просила прекратить быть таким драматичным, но он всегда замечал, как твои щеки распухают и становятся круглее от смущения. Кисуке никогда не упускал возможности подкрасться с неожиданным поцелуем в щеку в самые неподходящие моменты — когда ты была сосредоточена на работе или в процессе изложения своих мыслей. «Попалась!» — смеялся он, легко уклоняясь от твоих попыток его ударить. Несмотря на его шалости, каждый поцелуй был наполнен теплотой и привязанностью, заставляя твое сердце замирать. Шинджи Хирако Твоя шея. Шинджи просто обожает, как ты морщишься или отворачиваешься, когда его губы целуют тебя там. Он знает, что это чувствительная зона, и твоя реакция всегда его восхищает. Тем не менее, это ни разу не мешало ему удивлять тебя поцелуями в этом месте. Будь ты на кухне, осматривая что-то, разговаривая по телефону или смотря телевизор, Шинджи подкрадывался сзади, обвивая тебя руками за талию, чтобы прижаться лицом и осыпать поцелуями. Ему нравятся твои вскрики, когда ты произносишь его имя, или как ты метаешься в сторону, а если он поймает тебя в хорошем настроении, то как ты таешь под его прикосновениями. Ты явно расслабляешься под его заботой, пока он продолжает осыпать твою шею поцелуями. Ночью его лицо всегда прижато к этому маленькому пространству, губы находятся всего в нескольких сантиметрах от твоего пульса, и иногда он засыпает прямо посреди поцелуя. Именно так начинаются большинство игр в щекотку или моменты, когда он хочет просто исчезнуть от мира.