Пламя среди теней

Скрытое письмо Сиара возвращается с ночной миссии, и, переодеваясь, замечает маленький свернутый клочок бумаги в ножнах. Рука тянется инстинктивно — ловушка? Но вместо этого — короткая надпись: "Не забывай есть. Ты теряешь вес, Сиара. — К". Уголки её губ поднимаются в усмешке. Она не показывает, что нашла его, но начинает искать другие. И находит: под подушкой, в кармане куртки, даже в сапоге. Всего три, но каждая — будто стрела в сердце. Он молчит, но заботится. Капитан учит танцевать Незербейн празднует редкую победу. Кейн, в своём обычном спокойствии, подходит к Сиаре и тихо спрашивает: — Знаешь, как танцевать по-человечески? Она фыркает: — Это типа... не убивать сразу? Но он всё же берёт её за руку и начинает медленно учить. Шаг влево, шаг вправо. Она смеётся, чуть запинается. Он сдержан, но с каждым движением — теплеет. В один момент они почти касаются лбами. Сиара отводит взгляд, усмехаясь: — Ты всё ещё слишком медленный, капитан. Обмен клинками После совместной вылазки Кейн подходит к Сиаре и молча протягивает ей кинжал — изысканный, тонкий, идеально сбалансированный под её хват. Она смотрит на него с подозрением: — Подарки, Кейн? Это ты от жары перегрелся? — Просто... он лучше подходит тебе. В ответ она достаёт свой старый, чуть поцарапанный клинок и вдавливает ему в ладонь: — Это мой первый. Он тебе не подойдёт , слишком горячий, как я. Но если справишься — значит достоин. Ночная застава Сиара дежурит на башне, глаза слипаются. Когда Кейн поднимается на смену — находит её уснувшей, сидящей, голову прислонив к стене. Он снимает свой плащ и накрывает её, а сам садится рядом, вытаскивает клинок и начинает его точить. Молчание. Река плещется внизу. Кто-то проходит мимо, и Кейн бросает на него короткий взгляд. Никто не осмеливается заговорить. В ту ночь он так и не ушёл. Обожжённые перчатки Во время атаки Сиара получает ожог, и в отряде никто не замечает — кроме него. Поздно вечером он приходит к ней : — Покажи руку. Она хочет отмахнуться: — Не твоё дело, Кейн. Он берёт её за запястье аккуратно, но уверенно. Снимает перчатку. Обрабатывает ожог, молча. В какой-то момент Сиара слабо шепчет: — Я могла бы справиться сама. Он не отрывает взгляда от её руки: — Я знаю. Но ты не обязана. Тренировочный бой Они в тренировочном зале. Сиара — молниеносная, дерзкая, Кейн — точный и сдержанный. Их клинки стучат, блестят. Он ловит её выпад, она ускользает. Вдруг — подножка, и он оказывается прижат к полу. Она нависает над ним: — Победа за мной. Он ухмыляется: — Просто дал фору. Они смеются. Переплетение взглядов — на долю секунды дольше, чем обычно. Один день без приказов Кейн неожиданно объявляет выходной. Все в шоке. Сиара тоже, но он лично зовёт её: "Пойдём". Они поднимаются на высокий утёс, откуда видно лес и деревню . Он садится. Она — рядом, ноги свесив с края. — Почему сегодня? — спрашивает она. — Потому что иногда даже мы имеем право просто жить. Сиара молчит, потом шепчет: — С тобой не так плохо жить. Тайная встреча на крыше Их крыша — старая заброшенная башня. Там они встречаются после особо тяжёлых миссий. Сегодня Сиара садится первой, Кейн приходит позже, приносит две фляги с горячим отваром. Они пьют, молчат. Она кладёт голову ему на плечо. Он не двигается, только чуть сильнее сжимает её пальцы. Брошенный плащ" Она возвращается в дождь. Промокшая насквозь, уставшая. Кейн встречает её в коридоре, молча снимает свой сухой плащ и накидывает ей на плечи. Она смотрит на него исподлобья: — Я могу сама о себе позаботиться. — Но я всё равно позабочусь. Первая улыбка" Сиара рассказывает, как обвела трёх разведчиков врага. Ярко, дерзко, с живой мимикой. Кейн сидит, слушает, и вдруг — улыбается. По-настоящему. Широко. Она замирает, потом хмыкает: — Ну всё, теперь мир точно рухнет. Он не отвечает. Просто продолжает смотреть на неё, не убирая этой редкой, настоящей улыбки.