Пусть всегда идёт дождь

А в то утро было пасмурно. Небо всё окрасилось в противный серый, тучи загородили солнце так, что ни один лучик не проникнет. К трём часам дня, когда Вадим уже собирался отправиться домой, пошёл дождь. Хотя, вернее сказать ливень. Так бы и промок до нитки, если бы не остался стоять под навесом. Дождь Кузнецову не симпатизировал. Везде мокро, к тому же не видно ничего перед глазами из-за огромных капель, падающих с неба быстро и жестоко. Примерно с такой же скоростью врезалась рука отчима в его лицо. Правда, силы в неё было вложено больше, чем в какую-то каплю. Сегодня он собирался вернуться домой. Мама хоть и привыкла, но точно волновалась за сына. Возможно, о шалостях Вадима Олег забыл, но это вряд ли. От раздумий его отвлекла Настенька. Она тихонько подошла и помахала рукой перед глазами, зная, что прикосновения будут неуместны. Вадим обернулся на одноклассницу и с трудом выдавил улыбку. Девушка протянула ему зонтик и уголки её губ скоро также поползли наверх. - Возьми, - девушка ткнула зонтом в тыльную сторону ладони парня. - А как же ты? - Вадим неуверенно коснулся ручки зонта. - У меня факультатив сейчас, - Настенька пожала плечами, - даже если дождь не прекратится к тому времени, у Егора он тоже есть. К тому же, я на машине. Завтра вернёшь. Ну конечно, как здесь обойтись без Егора! Он же в каждой бочке затычка, если дело касается Настеньки. - В таком случае, спасибо. - Вадим забрал зонтик из рук девушки и раскрыл. Стараясь скрыть разочарование, он ровным тоном попрощался. - До завтра. - Пока, - Настенька дружелюбно помахала рукой в ответ. Вадим ушёл прочь, так и не оглянувшись. Капли надоедливо стучали по поверхности зонта, но он старался не обращать внимания на это. Совсем скоро Кузнецов оказался дома. На пороге его ждал отчим. Вот так удачно карта выпала... - Где ты опять шляешься? Мать уже голову потеряла, пока тебя не было, а ты даже ни на звонок ответить не потрудился! - И тебе привет. - Отчим пропустил его ответ мимо ушей. - Твои учителя звонили. Говорят, ты от рук совсем отбился. Ничему тебя жизнь не учит, да? Посильнее тебя хлестать нужно? - А может если не работает, то нужно прекратить? - Вопросом на вопрос ответил ему Вадим. - На тебе ничего не работает. Что бы я ни делал, ты ни за что не меняешься. - Видишь, тебя тоже мало чему жизнь учит. Вадим отхватил пощёчину. - Ты в каком тоне с отцом разговариваешь? - Ты мне не отец. - Нет разницы. Твой папаша даже не взглянул на тебя, а тебе так сложно человека, что пытается воспитать, папой назвать. - Как-то хреново у тебя получается воспитывать. Мне и без отца прекрасно жилось. Пинок в живот и Вадим врезается в дверь спиной. Скатившись по ней на землю, сжимает кулаки и готовится выслушивать тираду, которую на этот раз ему приготовил отчим. - Может тебе и было легко, но твоей матери тяжко приходилось. С таким сынишкой и враги не нужны. В голове не укладывается, как у такой замечательной женщины, родился такой кусок дерьма. Парень попытался дать отпор, но лишь за попытку получил в два раза больше синяков, чем обычно. Олег разбил ему губу и почти взялся за ремень. Не решился. - Есть будешь? - Внезапно тон стал спокойнее, отчим присел напротив парня на корточки. - Я уж лучше говном подавлюсь, чем твою стряпню есть буду. Его голова врезается в деревянную дверь и в глазах темнеет. - Ты на домашнем аресте. Неделю не ходишь ни гулять, ни на ночёвки. Отчим встал с места и вышел на кухню. Вадим подождал, пока головная боль чуть утихнет и поднялся на ноги. Одну половину сил потратил на то, чтобы выплюнуть: «размечтался» в адрес Олега, а другую на то, чтобы дойти до аптечки в ванной. У него ушло довольно много времени на то, чтобы перестала кружиться голова. На залатывание ран он потратил гораздо больше. Ещё парочка пластырей на теле не принесла хлопот, но вот окровавленные запястья явно не предвещали ничего хорошего. Размотав бинты, он уставился на устрашающую картину: кожа отошла от рук, а глубокие порезы превратились в кровавое месиво. Сложно было различить руку от фарша или малинового варенья. Попытка наложить на себя руки очень дорого ему обошлась. Вены вскрыть не вышло, только посмеяться. И всё же, хорошо, что никто из близких не в курсе. Кузнецов берёт перекись водорода и льёт прямо в открытую рану. Жидкость неприятно щиплет и рука вздрагивает от накатившей боли. Вадим жмурится и почти согинается пополам в попытках остановить неприятные ощущения. Скоро боль проходит и вторая рука тоже проходит дезинфекцию. Бинты ровно ложатся на кожу и Кузнецов глядит на себя в зеркало. Оттуда на него смотрит точно такой же подросток. Те же серые глаза, горбатый нос, тонкие губы и крашенные в блонд тёмно-коричневые волосы. Тот же маленький бордовый ожог под левым глазом и точно такой же под губой, тоже слева. Пластырь на правой щеке под глазом, под которым красуется результат несчастного случая. Ему всё так же шестнадцать. Жаль, что не навсегда. *** Мысли Вадима всё утро занимал стих, который им задали выучить наизусть. С памятью у него проблем не было никогда. Так что для того, чтобы выучить достаточно было прочитать стихотворение пару раз. Даже если литература первым уроком, времени у него в запасе много, да и он не первый в списке, так что избежать двойки очень просто. Неожиданностью стал даже не тот факт, что у них замена, а то, что Вадима пересадили. Разницы где сидеть обычно не было, но первая парта... Господи, даже Тимур за четвёртой! Но с кем же его усадили... С Егором! Вау. Единственным аргументом классной руководительницы было то, что таким образом она надеется исправить буйное поведение Вадима. Что ж, удачи ей. Во всём нужно искать плюсы, но в этой ситуации их просто нет. Ну, или за плюс можно посчитать то, что Егор знаком с Настенькой. Возможно, они даже дружат. Можно сблизиться с ним и таким образом узнать всё о его подружке! Гениальный план. Осталось только выполнить. Он садится у окна и рассматривает задумчивого соседа, который игнорирует не только присутствие Вадима, но и все его попытки поговорить. В общем, не очень-то и хотелось! Начинается урок и атмосфера в классе становиться напряжённой. В глазах одноклассников надежда на пощаду, но учительница вряд ли способна на подобное. С порога это чудо заявляет, что будет спрашивать по порядку и выйти можно будет только, если ответишь стих. Жутко. Но, всё же, Вадим в туалет не хочет, поэтому бояться ему нечего. Пока сосед находится где-то в начале списка и усердно готовится, у него есть возможность отдохнуть. Но не тут то было. Кузнецов откидывается на спинку стула и внезапно замечает кровь на забинтованных запястьях. Не опять, а снова. Естественно, для того чтобы хоть что-то предпринять ему нужно выйти, но вот так незадача! Для того, чтобы выйти, ему нужно ответить. Оказать себе помощь нужно прямо сейчас, а парень находится в середине и пока половина не ответит, его не выпустят. Так же неожиданно, как проблемы с руками, в голову приходит гениальная идея! - Егор, одолжи фамилию, - Кузнецов нагло ухмыляется и, пока одноклассник реагирует, прислушивается к словам учителя. - Ванилов! - Преподавательница обращается к классу и выискивает среди лиц одноклассников названную жертву. Вадим встаёт с места. - Присутствует! - Весь класс удивлённо таращится на парня, но ему сейчас совсем не до них. Учительница вглядывается в его лицо. - Нуу... Похож на мать, да, сходство определённо есть. Кто-то в классе хихикнул, но остался без внимания. Наверное кто-то из МЧС. Идеально рассказав стих, он заслуживает десятку для Ванилова. Теперь тому нужно явно постараться, чтобы получить такую же оценку для Вадима. Кузнецов выходит из кабинета, перед этим отпросившись у преподавательницы. До туалета не далеко, но рана требует внимания и это повод поторопиться. Ничего удивительного. Порезы никак не зарастут и продолжают открываться. Наверное, придётся зашивать. У Вадима нету медицинского образования, поэтому, естественно, сам с этим возиться парень не будет. Но если не он, то кто? К врачу идти идея не из лучших. Он будет спрашивать про то, как возник порез, а правду отвечать стыдно. Тимур этим заниматься точно не будет. Даже думать об этом бессмысленно! Илья психолог, а не ветеренар, так что помощи от него вряд ли дождёшься. Остальные кандидатуры Вадим рассматривать не собирается. А смысл? Уж лучше умереть от потери крови, чем обратиться к ним. Руки сильно чешутся, но Кузнецов сдерживает порыв расцарапать рану, ведь так он сделает только хуже. Вадим смывает кровь водой из под крана и наматывает бинты на их законное место. Совсем скоро парень возвращается в класс и садится на своё законное место возле Егора. Сосед бесконечно долго пялится на него в недоумении. - Что? - Кузнецов не выдерживает долгого, испытывающего на прочность взгляда карих глаз. - Что это было? - Громким шёпотом шепчет Ванилов, кажется, сдерживая порыв сматериться. - Это был мой новый трюк! О том, как сбежать с урока. Тебе понравилось? У одноклассника начинает дёргаться глаз. - Какое к чёрту понравилось? На на голову больной, или что? Теперь она думает, что ты сын моей матери... - Не вижу в этом ничего плохого. Какую оценку ты мне заработал? - Егор хмурится, потом закатывает глаза в ответ на вопрос и отворачивается к учебнику. Остаток урока проходит более менее мирно. Тимур, как обычно, оттягивает время. Илья старается вспомнить хоть что-то, кроме первых строк и названия. Володя умоляет учителя о шансе рассказать произведение на следующем уроке. Даниил старается громко кричать строки, но получается только сдавленный шёпот. Гена, как из автомата, быстро выкрикивает столбики один за другим. Маруся почти без запинок рассказывает стих. Жаль только выступления Настеньки он не застал.