Red, Gray. Homeless, Domestic.

Квартира Баг Чана пахла лавандой и свежесваренным кофе. Серая кошечка, свернувшись калачиком на подоконнике, наблюдала, как за окном кружатся осенние листья. Ее серебристая шерсть переливалась в лучах заката, а хвост неторопливо подрагивал в такт мурлыканью. Она обожала эти тихие вечера, когда хозяин, уставший после работы, включал джаз и готовил ужин. Ее мир был идеален — предсказуем и спокоен. Но в тот день все изменилось. Дверь скрипнула, и Серая кошечка насторожилась. Баг Чан вошел, держа в руках грязный плед, из которого доносилось слабое мяуканье. — Смотри, кого я нашел, — прошептал он, опускаясь на колени. Плед развернулся, и на паркете оказался худой рыжий котенок. Его шерсть была сваляна, а лапки дрожали. Он поднял голову, и Серая кошечка увидела его глаза — огромные, янтарные, полные страха. — Мррррр! — заворчала она, выгнув спину. Ее хвост взметнулся, как флаг войны. — Не пугай его, — мягко сказал Баг Чан, гладя рыжего по загривку. — Он и так пережил достаточно. Серая кошечка прыгнула на стол, демонстративно отвернувшись. Она слышала, как хозяин наливает молоко в миску, как рыжик жадно лакает, поперхиваясь. Как он потом прячется под диван, оставляя на полу грязные следы. «Он воняет гнилью» — подумала она, яростно вылизывая лапу. Но Баг Чан, казалось, не замечал ее недовольства. Он назвал нового питомца Хван — что означало солнце.