Энигма

Стук колёс отбивается в висках уже восьмой час. Сон? О нём не может быть и речи. Это не путешествие, не курорт, не беззаботное приключение. Очередная погоня за призрачной свободой, последняя попытка вырваться из тени прошлого. Под ногами – вся его жизнь, упакованная в маленький дорогой чемодан. Поддельные документы, пачка сигарет, деньги – всё, что осталось от Ким Тэхена, человека без прошлого и без будущего. Спокойная жизнь покинула его давным-давно. В тот день, когда он перешагнул невидимую грань между светом и тьмой. Не той тьмой, что в детстве — когда, будучи восьмиклассником, он натирал о плед градусник, чтобы пропустить алгебру. Тогда это казалось злом. Но он не знал, каково оно — настоящее зло. То, что растлевает души, ломает судьбы, стирает границы между совестью и безразличием. Он вступил в этот мир ещё юношей — глупым, наивным, уверенным, что сможет покорить его. Теперь же стоял на самой вершине криминального мира, где люди склоняли головы перед его властью, а некоторые — падали на колени, прижимая губы к его ботинкам. Он смотрел на них сверху вниз, как на скот. За эти годы Тэхен сменил бесчисленное количество адресов. Жил в сияющей Америке, ощущал зной Майами, промокал под лондонскими дождями, скрывался в Мадриде, терялся в неоновых огнях Токио. Сочи, Прага… Он давно сбился со счёта. Перепробовал все возможные виды алкоголя, общался с самыми разными людьми, завязывал романы с женщинами, от которых невозможно было отвести взгляд, и мужчинами, которые разбивали сердца. Много учился, ещё больше терял. Но нигде не находил покоя. Ни одна женщина, ни один мужчина, ни один мотель, пахнущий табаком и чужими воспоминаниями, не могли дать ему то самое чувство – чувство дома. За десять лет он выкурил всё, что только можно. Теперь остался верен классике — Marlboro Blue. Именно такую сигарету он небрежно затушил о знак «Interdiction de fumer» – Курить запрещено. Поезд замедлился, остановился. Тэхен взял чемодан и ступил на платформу вокзала. Ким достал из кармана телефон – старый, потёртый, проживший слишком много, но так и не ставший по-настоящему его. Он давно вынул сим-карту, отключил геолокацию, очистил память. Но этого было мало. Он медленно прокрутил его в пальцах, скользнул взглядом по треснувшему экрану. Сколько голосов звучало в этой трубке? Сколько приказов, угроз, мольбы о пощаде, лживых обещаний? Тэхен сжал его крепче. Одним точным движением бросил на землю, услышал сухой хруст пластика. Телефон отлетел в сторону, но остался целым – трещина на экране лишь расширилась, словно последняя попытка удержаться за жизнь. Он шагнул ближе, резко опустил каблук ботинка, вдавливая корпус в холодный бетон. Раздался резкий треск – дисплей разлетелся паутиной осколков, с металлическим скрежетом лопнула задняя крышка. Где-то вдалеке прозвучал гудок приближающегося поезда. Тэхен наклонился, поднял то, что осталось от устройства, сжал пальцами так, что кусочки стекла больно впились в кожу. Пустая оболочка. Так же, как и он сам. Не раздумывая, он размахнулся и бросил телефон на рельсы. Через несколько секунд многотонная махина смела его с лица земли(телефон). Никаких следов, никаких воспоминаний, никаких возвратов. Тэхен посмотрел на исчезнувшую точку, вдохнул холодный ночной воздух и шагнул вперёд. Тэхен встряхнул руку, стряхивая с пальцев невидимую пыль. Достал новый телефон, провёл пальцем по гладкому экрану, открыл приложение. Выбор маршрута, короткий анализ ближайших машин — всё заняло не больше нескольких секунд. “Ваш водитель прибудет через три минуты.” Тэхен убрал телефон обратно в карман, вытащил сигарету, закурил. Тэхен высокий и стройный, его фигура была пропорциональной, но не чрезмерно атлетичной. Волосы, светлые, почти пепельные, слегка касались плеч. Глаза — карие, тёмные, но в них не было того привычного тепла. Он казался несколько отстранённым, будто поглощённым мыслями. Кожа у него была светлая, почти фарфоровая, с легким золотистым оттенком, что делало его контуры ещё более резкими на фоне ночного города. Одет он был безупречно. На нём были чёрные брюки, сидящие идеально по фигуре, подчеркивающие его стройные ноги. Чёрное пальто, сшитое из плотной ткани, слегка касалось плеч и было застёгнуто лишь наполовину, оставляя видимой белую рубашку с двумя расстегнутыми пуговицами, что придавало ему непринуждённый, но одновременно элегантный вид. Его дорогой чёрный чемодан, с лёгким блеском, идеально сочетался с туфлями на невысоком каблуке, которые аккуратно скользили по асфальту, когда он шёл. Всё в его облике говорило о внимании к деталям и безукоризненномвкусе, но в то же время он не пытался привлекать лишнее внимание. Холодный ветер с моря пробежался по коже, но он стоял спокойно, наблюдая, как к платформе медленно подкатывает чёрный автомобиль. Водитель оказался мужчиной лет сорока, с редкими тёмными волосами, зализанными назад с излишней щепетильностью. Дешёвый смокинг сидел на нём мешковато, словно был куплен не по размеру, а галстук слегка съехал в сторону. От него пахло одеколоном с резкими цитрусовыми нотами, перебитыми сигаретным дымом. Руки в белёсых шрамах крепко сжимали руль, а под ногтями темнела въевшаяся грязь. Когда он повернул голову, чтобы посмотреть на Тэхена, его блеклые глаза скользнули по нему без интереса — как у человека, которого мало волнует, кого именно он везёт этой ночью. Не дождавшись «сервиса», пассажир сам открывает дверь, укладывая на колени свой дорогой чемодан. Ким называет адрес и машина двигается с места, летит по дорогам словно они в небе, а не на трассе, видимо французы не фанаты ночной жизни, либо водитель отлично выполняет работу, в некрасивом костюме. Десять минут поездки прошли в тишине, нарушаемой лишь глухим урчанием мотора. Тэхен смотрел в окно, следя за неоновыми огнями, размытыми каплями на стекле. — Дождь, — протянул водитель, не отрывая взгляда от дороги. — В Ницце редко такой бывает. Тэхен не ответил. — Турист? — В голосе мужчины слышался едва заметный акцент, смесь французского с чем-то южным. Тэхен молчал. — Или, может, по работе? Смокинг скрипнул, когда водитель повёл плечами, явно не привыкший к затянутой тишине. — Если ищете хорошее место, рекомендую бар на углу Ру Массена. Там льют такой абсент, что можно забыть, кто ты есть. Тэхен слегка повернул голову, оценивая его в зеркале. Мужчина ухмыльнулся — в уголке рта мелькнул золотой зуб. — Хотя, может, вам как раз это и нужно. Тэхен лениво перевёл взгляд на водителя, задержал его на долю секунды, а затем снова отвернулся к окну. — Если бы я хотел забыться, — произнёс он низким, ровным голосом, — я бы выбрал что-то покрепче абсента. Водитель хмыкнул, постукивая пальцами по рулю. — Ну-ну, — протянул он, но продолжать разговор не стал. Тэхен прикрыл глаза. Машина скользила по мокрому асфальту, унося его в новую жизнь, которая, он знал, рано или поздно тоже закончится бегством.