Glimpse of Us

Алис шла по коридорам дворца, и каждый шаг отдавался в её ушах гулким эхом. Здесь было холодно — не от температуры, а от самой атмосферы. Высокие колонны из тёмного мрамора, массивные стены, украшенные чеканными узорами, безмолвные статуи, застывшие в вечном поклонении власти. Всё здесь было пропитано жестокостью и страхом. Она ненавидела это место. Где-то вдалеке слышался ровный ритм шагов стражи. В залах мерцал тёплый свет люстр, но он не делал обстановку уютной. Напротив — лишь подчёркивал холодность дворца, создавая длинные зловещие тени. Алис чувствовала, как напрягаются мышцы спины. Она должна оставаться спокойной. Должна вести себя так, будто этот визит — простая формальность, а не вынужденное решение. Но внутри всё кипело. Она пришла просить помощи у Энн. У той, кто был воплощением этого дворца. Стражники у массивных дверей кабинета даже не попытались её остановить. Конечно. Они знали, что она придёт. Возможно, знала и сама Энн. Алис толкнула тяжёлую дверь, и та бесшумно распахнулась. В комнате было почти темно. Лишь несколько настольных ламп разгоняли мрак, отбрасывая золотистый свет на стол из чёрного дерева, заваленный документами. Энн сидела за этим столом, склонившись над бумагами. Её светлые волосы были аккуратно уложены, а на строгом чёрном костюме не было ни единой складки. Она не подняла взгляда, не сделала ни одного лишнего движения, лишь спокойно перелистывала страницы. Алис не любила эту её манеру — не реагировать. Молчание затянулось. — Долго же ты тянула, — наконец произнесла Энн. Её голос был ленивым, даже небрежным. Словно этот разговор не имел никакого значения. Алис сжала кулаки. Она не собиралась играть по правилам Энн. — Ты уже знаешь, что случилось. — Конечно, знаю. Нападение на твой дом, — Энн перевернула страницу, даже не глядя на неё. — Кто бы мог подумать, что среди низших каст найдутся те, кто тебя ненавидит? Иронично, не находишь? Алис почувствовала, как внутри всё сжалось. — Я пришла не за насмешками, — резко ответила она. — Мне нужна твоя помощь. Энн наконец подняла глаза. В её взгляде было что-то хищное, завораживающее, но одновременно пугающее. — Разумеется, ты пришла. У тебя не было другого выбора. Алис хотела возразить, но не смогла. Энн была права. — Ты можешь защитить мой дом? Энн медленно поднялась со своего места и подошла к окну, заложив руки за спину. — Конечно, могу. Вопрос в том, что я получу взамен? Алис ожидала этого. Энн никогда не делала ничего просто так. — Чего ты хочешь? Энн развернулась, её взгляд плавно скользнул по Алис, изучая, оценивая. — Перестань вмешиваться в мои дела. Забудь о восстаниях, низших кастах, подземном городе. Алис замерла. Это был не просто ультиматум. Это была проверка. — Я не могу, — твёрдо сказала она. Энн улыбнулась. Это была не улыбка радости — скорее удовлетворения. — Значит, мне придётся тратить больше ресурсов, что вызовет вопросы у тех, кто стоит выше меня. Это тебе дорого обойдётся, Алис. — Ты просто хочешь выставить меня слабой, — бросила она. Энн сделала шаг вперёд. — Я хочу, чтобы ты признала, что тебе нужна я. Алис встретила её взгляд. И в этом взгляде было нечто болезненное, почти личное. — Ты мне не нужна, — прошептала она, но голос предательски дрогнул. Энн медленно наклонилась к её уху. — Тогда уходи. Алис знала, что не может. — Просто скажи, что ты можешь сделать, — наконец выдавила она. Энн чуть отстранилась, довольная. — Я удвою охрану у твоего дома. Найду нападавших и покажу им, что такие вещи не остаются безнаказанными. — Ты их убьёшь? — настороженно спросила Алис. — Скорее, заставлю пожалеть, что они выжили, — спокойно ответила Энн. Алис отвела взгляд. — Хорошо, — наконец кивнула она. — Но если ты тронешь кого-то невиновного… — Ты снова станешь моей проблемой? Алис промолчала. И в этот момент дверь резко распахнулась. Вики. Она стояла в дверном проёме, её глаза метали молнии. Вики помнила этот день до мельчайших деталей. Это был последний раз, когда она могла назвать Энн подругой. Её любимого человека арестовали ночью. Без предупреждения, без объяснений. Обвинили в измене государству. Энн тогда уже занимала высокое положение, и Вики знала: если кто-то мог отменить приговор, то только она. Вики умоляла Энн вмешаться. Стояла перед ней на коленях, цеплялась за её руки, кричала. Энн даже не дрогнула. — Он предатель, — сказала она, словно приговаривая к смерти не человека, а вещь. А на следующий день Вики смотрела, как его казнят. Энн была там же, на балконе, рядом с другими членами элиты. Вики поймала её взгляд. И впервые увидела в нём не подругу, а монстра. С тех пор она не прощала Энн. И теперь, глядя, как Алис идёт к той же пропасти, Вики чувствовала лишь беспомощность. — Ты сошла с ума, Алис! — её голос дрожал от ярости. — Ты действительно собираешься довериться ей? Энн даже не шелохнулась. — У меня нет другого выбора, Вики, — спокойно сказала Алис. — У тебя всегда есть выбор! — Вики сделала шаг вперёд, кинув быстрый, презрительный взгляд на Энн. — Ты знаешь, что она сделает. Ты знаешь, чем это кончится! — Она пришла ко мне, Вики, — перебила Энн, её голос был мягким, но в нём скользила тень угрозы. — А значит, твои слова уже ничего не значат. Вики сжала кулаки. — Ты ещё пожалеешь об этом. Алис ничего не ответила. Она знала, что пожалеет. Но у неё не было выбора. Когда Алис покинула кабинет, она почувствовала, как с плеч словно свалился огромный груз. Но он не исчез — просто ненадолго сменился другим. Теперь ей предстояло ждать. Вики догнала её в коридоре, схватила за руку. — Это ошибка, Алис. — Голос её был тихим, но полным отчаяния. — Мы могли бы справиться без неё. Алис устало посмотрела на подругу. — Если бы могли, нас бы уже не преследовали. Не нападали на наши дома. Вики закусила губу. Она знала, что спорить бесполезно.