Последний Блэк

Стены взрывались вокруг него, каждый кирпич, летевший в сторону Гарри, растворялся в крови, покрывавшей его, но она всё продолжала прибывать, все больше и больше, пока он не утонул, он мог слышать, как Волан-де-Морт смеется на заднем плане, слышать, как он говорит, что если Гарри просто сдастся, никто не умрет, не нужно будет проливать кровь. Но Гарри тонул и тонул, пока не упал, не упал в темницу, где он мог слышать, как Гермиона кричит, кричит и кричит, и... – Гарри! Гарри проснулся, откидываясь назад на кровати, пытаясь найти свою палочку, где была палочка, она всегда была... Он замер. В темной комнате он едва мог разглядеть фигуру, которая его разбудила. Хитоши. Маггл. Это был всего лишь сон. Гарри не смог использовать заглушающее заклинание. Он убрал палочку, чтобы случайно не проклясть Хитоши. Она был в безопасности, лежала под штанами прямо у изножья кровати. Он заставил себя судорожно вздохнуть. – Извини. Я тебя разбудил? Хитоши смотрел на него несколько секунд, затем вздохнул и сел на матрас. Гарри моргнул. Его не было, когда Гарри заснул. Он спал, когда привезли матрас? Ну, по крайней мере, сон без сновидений работал какое-то время. Гарри чувствовал на себе взгляд Хитоши, но мальчик, казалось, взвешивал свои слова. Наконец он заговорил: – Не беспокойся обо мне. Ты тот, кому приснился кошмар. Ты в порядке? Вряд ли, но Гарри привык к ночным кошмарам. – Это были просто некоторые воспоминания. – Ничего в выражении лица Хитоши не изменилось. Хотел ли он получить больше подробностей? – Речь шла о человеке с красными глазами. Я подумал, что мне будут сниться кошмары, поэтому принял лекарство, но, должно быть, оно прошло. – Лекарство от ночных кошмаров? – Выражение лица мальчика наконец изменилось, его голос все еще был скептическим, но после паузы на несколько секунд Хитоши пожал плечами. – Ну, по крайней мере, это длилось большую часть ночи. Разве у магглов не было лекарств от ночных кошмаров? Гарри предположил, что это что-то особенное. Не то чтобы Дурсли дали бы его ему, если бы оно существовало, поэтому он просто подумал... ну что ж. Теперь он не мог взять слова назад. – Это травяное. – Это имело бы смысл, не так ли? Тетя Петуния всегда говорила о таких вещах как о чепухе, но некоторые женщины на ее чаепитиях не согласились бы с ней. – А. – Хитоши встал и потянулся. – Ну, в любом случае, нам скоро придется вставать, и душ, вероятно, пойдет тебе на пользу после такого сна. Почему бы нам не пойти и не принять его, пока остальные не начали просыпаться? – Это звучит блестяще. – Но... Гарри посмотрел на свой сундук. Его мыло и тому подобное были во втором отделении... ну, в комнате было достаточно темно, чтобы Гарри, вероятно, мог получить доступ к нему. Гарри подошел к своему сундуку, осторожно вытащил палочку из-под штанов и сунул её обратно в кобуру, затем схватил руку и повернул её под нужным углом, чтобы открыть второй уровень. К счастью, Хитоши что ждал его у двери, и поэтому не мог разглядеть слишком глубокий нутро и бутылки с зельями, но Гарри все равно быстро схватил то, что ему было нужно, вместе с одеждой на день, едва удержавшись от вздоха облегчения, когда закрыл «чемодан» и запер крышку на месте. Они молчали, идя по коридору, и Гарри не мог не задаться вопросом, не закричал ли он. По словам Рона, это происходило часто. Но никто больше не шевелился, так что, может быть, он и не шелохнулся? Комната была чистой, со стеной из раковин и зеркал напротив стены с ведрами, куда они могли складывать свои вещи, пока принимали душ. Гарри не хотел переодеваться, когда Хитоши был рядом с ним, но ему удалось выскользнуть из кобуры и палочки вместе с рубашкой, и Хитоши не стал комментировать ни один из его шрамов. Удивительно, но у него даже было несколько своих. А также невероятно подтянутые грудь и руки. Гарри сглотнул. До прихода сюда он никогда не чувствовал себя физически слабым, но теперь это практически било его по лицу каждый раз, когда он с кем-то общался. Гарри отвернулся, сосредоточившись на том, чтобы убедиться, что палочка спрятана. – У тебя все есть? Ты можешь оставить свою одежду здесь, чтобы она не промокла. – Да, спасибо. – Гарри рассеянно улыбнулся другому мальчику, и Хитоши пожал плечами и повел его через открытый дверной проем. Большую часть следующей комнаты занимала большая ванная с местами на ближайшей стене, где люди могли сесть и ополоснуться, но Хитоши подошел к дальней стене, где было три кабинки. – Обычно мы набираем большую ванну только в том случае, если все этаже хотят расслабиться, но, чтобы ее наполниться, требуется время. Сегодня просто воспользуйся кабинкой. Мы можем подождать друг друга у раковин. Гарри кивнул и свернул в первую кабинку направо. Ванна была... странной. Конечно, он был глубже, чем большинство ванн в Британии, и гораздо более узким, и компактным. У душевой лейки было гораздо больше ручек, чем он привык. Ему понадобилось несколько попыток, чтобы во всем разобраться, но в конце концов он справился и с облегчением позволил воде обрушиться на него. Он был один. Теплая вода была такой приятной после липкого пота, как будто он смывал все эти ужасные воспоминания. Волан-де-Морт был мертв. Ни один Пожиратель Смерти не придет сюда. Он был в безопасности. Гарри никогда не хотел покидать кабинку. Если бы он мог просто остаться здесь, просто избегать людей, никогда больше ни с кем не общаться... Но это был не вариант. Он был здесь не просто так. Гарри вздохнул, постояв в душе еще несколько минут, а затем выключил воду. Хитоши еще не закончил? В одной из кабинок все еще текла вода. Не имеет значения. Это позволило бы Гарри снова надеть палочку и кобуру. Гарри стряхнул мокрые волосы с глаз, схватил полотенце с двери кабинки и вытерся. Гарри помолчал, здесь он не смог бы использовать заклинание, чтобы высушить волосы, да и фена у него не было. Проклятие. Может быть, он мог бы одолжить его у Хитоши? Однако, когда он добрался до передней комнаты, Хитоши уже был там, а волосы другого мальчика все еще были влажными, прилипшими к его шее и плечам, гораздо более темного фиолетового, чем обычно. Гарри подошел к ведру и нахмурился, заметив, что в ведре рядом с его вещами теперь была одежда. Вот почему вода все еще бежала. Ну, может быть, они оденутся до того, как другой мальчик закончит принимать душ. – У тебя случайно нет фена? Хитоши пожал плечами и вытер волосы полотенцем. – На самом деле, у меня есть один в комнате. Обычно я не приношу его сюда, потому что Ки любит сушить мне волосы. – О. – Гарри не знал, что на это ответить... это было обычным делом для парней? Он предположил, что видел пары, играющие с волосами друг друга... Было ли это так? Хотя, если бы акция была ежедневной рутиной, то... – Как долго вы встречаетесь? – С весны нашего первого курса. Отец говорит, что знал об этом с первого дня занятий, и винит себя за то, что подал плохой пример, женившись на Папе. Гарри фыркнул. – Они оба, гм... довольно энергичные. – Ага. – Хитоши нежно улыбнулся, когда натянул белую рубашку на пуговицах. – Я написал Ки, что мы приняли душ, так что он, вероятно, зайдет в комнату через некоторое время. Он с удовольствием высушит и твои волосы, если хочешь. …. Что? Но разве это не было для пар? Неужели он неправильно понял это? Гарри натянул свитер на голову, пытаясь понять, как реагировать. Очевидно, догадываясь о его мыслях, Хитоши уточнил. – Для него это хорошая тренировка причуды. Ки должен поддерживать стабильное электричество во время работы, а у меня густые волосы, поэтому ему требуется много времени. Иногда он делает это и для девочек. Особенно Цу-чан, когда она устала, потому что у нее такие длинные волосы, и они постоянно мокрые. Ох. В этом был смысл. Но все же... – Я просто одолжу твой фен, когда мы вернемся в комнату. – Это было бы неловко, если бы кто-то другой сушил ему волосы. – Как тебе будет удобно. Закончив переодеваться, Гарри схватил свой узелок с вещами, стараясь убедиться, что его палочка и кобура прикрыты его старой одеждой, и они оба направились обратно по коридору в комнату Хитоши. Фен Хитоши стоял на комоде, но Гарри не стал сушить волосы полностью, а только наполовину, чтобы они не выглядели так безумно, какими могли бы быть. Хитоши нужно было упаковать книги в школьный рюкзак, что позволило Гарри надеть кобуру на запястье и палочку, пока тот был к нему спиной. Сохранение этого в тайне определенно станет одной из его самых больших проблем для него здесь. – ШИН! Гарри отпрыгнул в сторону, когда в комнату ворвался Каминари и обнял Хитоши. – Защити меня! – Что ты... Из глубины коридора раздался взрыв. – Если подумать... – Гарри едва успел среагировать, как Каминари спрятался за его спиной, и дверь снова распахнулась, и разъяренный блондин (Баку что-то?) уставился на них. Красные глаза. Гарри глубоко вздохнул. Это был не Волан-де-Морт. Волан-де-Морт был другим, совершенно другим. Этот мальчик совсем не был змееподобным. Он был ниже, у него были колючие светлые волосы с подстрижкой, а голос был намного грубее. Не Волан-де-Морт. Волан-де-Морт не отводил бы взгляд от Гарри, ему не пришлось бы сжимать руки, чтобы остановить взрывы. – Какого черта, Пикачу?! Перестань прятаться за ним! Пикачу? Хитоши нахмурился, вставая между Гарри и другим мальчиком. – Кажется, я попросил тебя держаться подальше, пока Гарри здесь. – Я, блять, был! Но Пикачу... Голос мальчика оборвался, лицо его было пустым. Гарри вздрогнул. Это напомнило ему о... – Иди и приготовь нам яичницу. Не делайте их подгоревшими или слишком сырыми и разложите их для нас на тарелках на стойке. После этого не прикасайтесь к ним и не позволяйте никому другому к ним прикасаться. Не говоря ни слова, мальчик развернулся и ушел. Гарри почувствовал, как кровь прилила к его лицу. Оно... Нет. Нет, причуды так не работали, верно? Конечно, их было много разных, но обычно это было что-то физическое, а не чисто ментальное, как... как Империус. Верно? – Гарри? – Каминари смотрел на него с беспокойством на лбу. Хитоши обернулся, выражение его лица стало настороженным. – Я так и не удосужился рассказать тебе о своей причуде прошлой ночью, не так ли? – Нет. – Гарри сглотнул тихим голосом. – Нет, не этого не сделал. Хитоши вздохнул, потирая затылок и отводя взгляд от Гарри. – Во-первых, чтобы не было недоразумений, я никогда не буду использовать его на тебе. У меня есть разрешение одноклассников использовать его на них, если я не делаю ничего из ряда вон выходящего. Они доверяют мне и знают, что мне нужно тренироваться, как и им. Гарри сглотнул, стараясь сохранять спокойствие. Это звучало все больше и больше похоже на... – Моя причуда называется «Промывание мозгов». Проклятие. Гарри с грохотом сел на кровать, закрыв голову руками. Империус. «Промывка мозгов» звучала именно так. Как будто Хитоши приказал вам что-то сделать, и вы это сделали. Без вопросов. – Однако есть ограничения в том, что я могу сделать. Есть условие, которое должно быть выполнено, прежде чем я смогу его использовать. Кроме того, люди могут освободиться, и если я сделаю слишком много, у меня будет своего рода отдача, от головной боли до потери сознания. Это зависит от того, как далеко я зайду. – Люди могут освободиться? – Как Империус или... – Если они встретятся с достаточно сильной внешней силой, да. Совсем не похоже на Империус. Империус был еще хуже. Но это также означало, что вы не могли вырваться на свободу в одиночку... Вам нужна была помощь. Но столкнуться с внешней силой было несложно... Ему очень не нравилась эта причуда. Что причуды могут даже сделать что-то похожее на одно из непростительных... Но Гарри использовал Империус во время войны, так может ли он действительно быть здесь судьей? У Хитоши было разрешение одноклассников. У Гарри этого не было. И если бы сильная физическая сила вырвала кого-то на свободу, то было бы трудно долго удерживать контроль над людьми или заставить их покончить с собой. Из-за этого оно было намного более ограниченным, чем Империус. Не похоже, чтобы Хитоши мог держать кого-то под контролем в течение нескольких месяцев, как Империус. Плюс... – Каком состояние? – Они должны дать мне устный ответ. Мерлин. То, что Гарри уже делал много раз. Что-то, что он должен был продолжать делать. Гарри глубоко вздохнул. Это был инструмент. Инструмент, который Хитоши пытался использовать, чтобы помочь людям. Он поднял голову, встретившись взглядом с Хитоши. Лицо мальчика все еще было насторожено, его глаза настороженно смотрели на Гарри. Именно такое выражение лица было у Ремуса, когда Гарри впервые поговорил с ним о своем статусе оборотня. Проклятие. Хитоши не давал ему никаких причин не доверять ему. Он хотел быть героем, помогать людям. И если Гарри собирался завоевать доверие Айзавы, он должен был сначала довериться этим людям. Он глубоко вздохнул. – Хорошо. – Голос Гарри дрожал, но в глазах Хитоши было явное облегчение, и Каминари громко вздохнул рядом с ним. – Чувак, чувак. Не заставляйте нас так висеть. – Извините. Я, эм... человека с подобной способностью. Мы не очень ладили. Преуменьшение века, но Гарри использовал бы то, что мог. – Ах. – Хитоши поморщился, потирая голову. – Кто-то помог Бакуго вырваться на свободу, так что, похоже, мы не получим эти яйца на завтрак. – О, чувак! – заскулил Каминари. – Они, вероятно, подождали, пока он закончит, а затем выбили его из колеи, чтобы они могли съесть яйца, а не мы. Хитоши фыркнул. – Возможно. – Неудачники – фыркнул Каминари и подошел к комоду, схватив фен. – Как бы то ни было. Давай, дай мне высушить твою гриву. Хитоши закатил глаза, но подошел и сел на угол кровати. И Каминари засунул пробку в рот. Включился фен. Гарри уставился на него. Причуды были такими странными. Глаза Хитоши были закрыты, выражение его лица было таким же спокойным, каким его видел Гарри, в то время как Каминари был сосредоточен на том, чтобы провести пальцами по фиолетовым волосам и поднять их вверх, чтобы фен мог получить доступ к корням. Все это время электрический шнур свисал с его рта. – Что ты сделал, чтобы вывести Бакуго из себя сегодня утром, Ки? Мальчик вынул шнур изо рта, зажав вилку между двумя искрящимися пальцами, и жонглировал феном и расческой. – Это не моя вина, ладно! Я знаю этот тон, так что перестань так думать! Серо только что предложил мне взять его боксеры с Всемогущим и... Хитоши застонал. – Я уже жалею, что помог тебе. – Это должно было быть смешно! – Верно. – Хитоши покачал головой, его влажные волосы вернулись в свое растрепанное состояние. – Что ж, нам пора спуститься вниз на завтрак. Надеюсь, Бакуго там не будет, так что тебе больше не придется прятаться от него. – Мужииик, он, наверное, поджидает меня где-то. Лучше бежать, пока у него не было шанса! – Каминари поставил фен и метнулся к двери. – Я возьму свои вещи и встречусь с тобой там, внизу! – И он исчез. Хитоши закатил глаза. – Ему потребуется время, он всегда оставляет свои вещи разбросанными повсюду. – Он встал с кровати и подошел к столу, чтобы схватить сумку. — Ты готов идти? – Эм... – Теперь, когда Гарри задумался, что именно он должен был делать весь день? – Я не должен сидеть на ваших занятиях или что-то в этом роде, верно? Хитоши пожал плечами, и Гарри поспешил за ним, выходя в коридор. – Отец сказал вчера вечером, что ты уже закончил учебу, поэтому он не собирается говорить, что записывает тебя на занятия или что-то в этом роде. Тем не менее, ты все еще будешь в UA и можешь выбрать либо ходить со мной, либо с Папой, либо за ним весь день. В любом случае, вы будете находиться в окружении больших групп людей из-за размера класса, так что извините за это. Если ты останешься со мной, то по крайней мере весь день будут одни и те же люди. Конечно, они не хотели бы, чтобы он оставался один в общежитии весь день. Остаться с Хитоши звучало заманчиво, но... – Спасибо, но я думаю, что последую за Айзавой-саном. – Гарри был здесь, чтобы попросить его о помощи. Это было единственное решение, которое имело смысл. – Конечно. После завтрака я проведу тебя в комнату для преподавателей. Гарри рассеянно кивнул, когда они вошли в лифт. Спуск был тихим, но Гарри был встревожен, увидев, что они не единственные, кто ищет завтрак. Несколько девочек разговаривали и ели на диванах, наряду с высоким мальчиком с шестью руками, мальчиком с хвостом и еще одним мальчиком с птичьей головой. Затем на кухне было еще двое: рядом с холодильником стоял высокий мальчик с длинными рыжими и белыми волосами, собранными в высокий хвост, и он разговаривал с мальчиком примерно такого же роста, как Гарри, с растрепанными зелеными волосами. – Хитоши-кун! Поттер-кун! Доброе утро! – Зеленоволосый мальчик помахал рукой, его улыбка была яркой, когда они направились к ним. – Доброе утро, Мидори. Тодороки-кун. – Хитоши приподнял бровь, с подозрением глядя на тарелки, которые чистил зеленоволосый парень. – Так это вы освободили Бакуго? Мидори усмехнулся. – Извини, но они выглядели хорошо. Однако после этого Каччан скрылся. Бормоча что-то о защите своей одежды от идиотов. Хитоши фыркнул. – Похоже, Ки понадобится время. – Поттер-кун, хочешь чего-нибудь выпить? Гарри моргнул. Тодороки доставал чашку из шкафа. – Да, эм... воды, пожалуйста. Тодороки пожал плечами, затем сделал кусок льда одной рукой, бросив его в чашку, а затем разжег небольшое пламя другой рукой и держал его под чашкой, чтобы растопить лед. Как только лед полностью превратился в воду, он снова поменял руки, сформировал три идеально квадратных, плотных куска льда и бросил их внутрь, а затем поднял глаза и увидел Гарри, смотрящего на него. – Ох. – Он снова посмотрел на чашку, затем снова на Гарри. – Извини. Привычка. Это хорошая практика точности. Впрочем, я могу принести тебе воды из холодильника, если хочешь. – Нет! – Гарри покачал головой, последнее, что он хотел сделать, это нагрубить и сказать, что он не будет пить это, когда очевидно, что это обычная вода, а не яд или что-то в этом роде. Он не был параноиком. Все было нормально. – Все в порядке. Просто никогда не видел, чтобы кто-то так делал, вот и все. – А. – Тодороки поднес ему воду, и Гарри сделал неуверенный глоток. На самом деле это было очень вкусно. – Спасибо. – Мне не хочется готовить, и моя попытка достать тебе приготовленную еду не удалась, так что вот. Хитоши бросил ему сначала батончик мюсли, затем яблоко, и Гарри с легкостью взял оба в правую руку. – Папа обычно приносит обед для отца и себе из кафетерия, так что я полагаю, что он тоже что-нибудь подберет для тебя. Хитоши запрыгнул на стойку, поблагодарив Тодороки, когда ему подали его собственный стакан воды. Гарри сунул батончик мюсли в карман, но как только он откусил яблоко, Мидори повернулся к нему: – Ты хорошо спал, Поттер-кун? Вчера ты выглядел очень уставшим. Гарри кивнул, стараясь быстро пережевать, чтобы действительно ответить, а это означало, что он чуть не пропустил взгляд, который Тодороки послал Хитоши. Мерлин. Слышали ли его другие люди из-за кошмара? Он закричал? По крайней мере, Мидори, казалось, не знал об этом. – Это хорошо! – Мидори улыбнулся – Ты присоединяться к нашим классам? На тебе нет униформы, но ты нашего возраста, верно? – Я закончил учебу. Ложь. Огромная ложь. Пожалуйста, пусть они не задают ему никаких вопросов о домашнем задании или что-то в этом роде. – Но Айзава-сан позволил мне присутствовать на его занятиях. – О! Это потрясающе! – Этот мальчик когда-нибудь переставал улыбаться? – Занятия у Айзавы-сэнсэя действительно интересные! И в большинстве школ нет законов о героях и этики, так что ты, вероятно, тоже сможешь многому научиться. Этика. Блэк преподавал право и этику. Что, во имя Мерлина, это была за альтернативная вселенная? – Звучит интересно. – Он предположил, что Тонкс, по крайней мере, была в правоохранительных органах... Это было примерно то же самое. Хотя, вероятно, она ужасно запоминала законы. Покончив с яблоком, Гарри огляделся в поисках мусорного ведра, но Тодороки протянул ему руку, и Гарри отдал его ему. Сразу же оно стало пеплом. – Тодо-кун! – Мидори пристально посмотрел на мальчика. – Ты убираешь пепел! Тодороки пожал плечами. – Серо любит это делать. Это проверяет его пленку. – И все-таки! Ты устроил беспорядок! Гарри стало плохо. Тодороки выглядел равнодушным к сложившейся ситуации, но Мидори был явно расстроен. Разве Гарри не должен был отдать его ему? – Я мог бы... – Нет! – Мидори наложил вето на это предложение, поэтому Гарри вздохнул и переключил внимание на батончик мюсли, пока они продолжали спорить о том, стоит ли убирать пепел. Хитоши вздохнул, доедая свою еду и поворачиваясь к спорящим двоим. – Эй, Тодороки, что ты сделал для своего эссе по английскому языку? Тодороки угрюмо посмотрел на Хитоши, а затем повернулся к Мидори. – Скажи Шинсо, что я писал о том, как в XVIII веке британцы перевозили лед богатым гражданам за границу. Гарри не мог не ухмыльнуться, когда Хитоши застонал и откинул голову назад. – Стоило попробовать. Так что одноклассники Хитоши привыкли избегать его причуды. Это обнадеживало. Мидори вздохнул. – Ну, думаю, я мог бы убрать... – Нет. Серо это сделает. Гарри доел батончик мюсли, но на этот раз, когда Гарри оглянулся в поисках мусорного ведра и Тодороки протянул ему руку, Гарри не отдал ему обертку. – Думаю, я просто выброшу его в мусорное ведро, чтобы на полу больше не было пепла. Если, гм... Если бы кто-нибудь сказал, где он? Мальчик слегка нахмурился, и это заставило Гарри усомниться в правильности решения. Разве больше пепла на полу, это не плохо? Хитоши выхватил у него обертку, спрыгнул со стойки и обошел вокруг Тодороки с другой стороны холодильника, прежде чем бросить ее в то, что Гарри принял за мусорное ведро. – Не поддавайся ему, если Серо на самом деле не находится в комнате. Тодороки забывает рассказать ему о пепле, а Серо не внимательный, поэтому пепел останется там на несколько недель, если кто-то другой не вмешается. – Хм... кто такой Серо? – Высокий, долговязый, черные волосы со стрижкой «андеркад», и диспенсеры для скотча на локтях. Диспенсеры для ленты? Гарри никогда не поймет причуд. Глаза Хитоши посмотрели на часы над главными дверями. – Нам, наверное, стоит пойти дальше и пройтись. Возможно, нам потребуется некоторое время, чтобы найти папу. – Он повернулся к двум мальчикам. – Вы можете передать Ки, что мы пошли вперед? – Конечно! – Мидори показал им большой палец. – Я также уберу это. Хитоши фыркнул. – Удачи. – Он пошел к дверям, маша одноклассникам, когда они выкрикивали разные вариации «до скорой встречи». – Что ты имеешь в виду, что Айзаву-сан будет трудно найти? – Обычно он ускользает в какой-то момент утра и прячется где-нибудь в спальном мешке прямо перед началом занятий. Что? – Он держит спальный мешок в кампусе? – Ага. Папа много патрулирует по ночам, поэтому он всегда устает по утрам и дремлет, когда может. – Но, если он преподает днем и патрулирует ночью, когда он спит? – Вечный вопрос. – Хитоши пожал плечами. – Я живу с ним уже много лет и до сих пор не очень понимаю его график сна. Но в основном он дремлет то тут, то там. Да. Это звучало нездорово. Впрочем, это объясняет, почему вчера мужчина выглядел таким уставшим. Очевидно, он просто всегда был таким. Прогулка до кампуса не казалась такой долгой, поскольку Гарри не тащил за собой свой чемодан, но огромные размеры UA все еще пугали. Посмотрев на периметр, Гарри понял, что там было много такого, чего он раньше не видел. Гарри был благодарен за то, что Хитоши казался таким же склонным к молчанию, как и Айзава. Ямада должен быть тем, кто вел большую часть их семейных разговоров. Или, может быть, маленькая девочка, о которой они говорили, была разговорчивой? Когда они добрались до главного здания, Хитоши с легкостью перемещался по коридорам, и вскоре они вошли в незнакомую комнату. Было расставлено несколько рядов столов, с небольшой зоной отдыха в задней части, где несколько взрослых суетились, а другие сгорбились над своими столами и, казалось, работали. Был ли это... их кабинет? Кабинет всех? Это настолько отличалось от Хогвартса, что Гарри не знал, что и думать. Ямада сидел в углу у диванов и разговаривал с женщиной с длинными черными волосами, одетой в наряд, который был гораздо более откровенным, чем все, к чему привык Гарри. Однако Хитоши, казалось, не подумал ничего странного, когда направился прямо к ним двоим. – ЙОУ! Привет, маленькие слушатели! – Ямада ухмыльнулся, и женщина повернулась к ним, слегка наклонившись так, что ее грудь практически уткнулась в лицо Гарри. Он поспешно отступил на несколько шагов, его лицо стало ярко-красным. – И кто этот милашка? Новый подопечный Шоты? Хитоши вздохнул за спиной Гарри. – Тебе обязательно со всеми связываться, Миднайт-сэнсэй? Сэнсэй?! Это означало учителя, верно? Некоторые из других детей использовали его для Айзавы. Эта женщина была учительницей? И она так одевалась? – Это Гарри Поттер. – Ямада сделал жест в его сторону, как будто собирался похлопать Гарри по плечу, но остановился на полпути. Гарри это оценил. – Он задержится здесь какое-то время, хотя, насколько я понимаю, вы двое здесь, значит, он останется со мной или Шотой на некоторое время? Гарри кивнул. – Я решил, что останусь с господином Айзавой. – Конечно, малыш. Он где-то поблизости, наверное... – Глаза Ямады окинули взглядом комнату, а затем он вздохнул. – Кого я обманываю. ЭЙ! – Гарри вздрогнул от громкого шума, но все в комнате повернулись к ним. – КТО-НИБУДЬ ВИДЕЛ ЛАСТИКА?! – Он спит здесь. – ответил хриплый голос, и Гарри посмотрел на него и встретился с красными глазами. Красные глаза, он был высоким, таким высоким, и Гарри чувствовал, как его сердцебиение учащается, дыхание укорачивается... Перед его лицом была рука. Гарри отступил на несколько шагов назад, едва избегая столкновения с женщиной. Хитоши криво улыбнулся ему и опустил руку, в то время как Ямада крикнул «спасибо», и взрослые вернулись к разговору. – Ты в порядке, малыш? Глаза Влада? – Я в порядке. – Почему это продолжается? Он не должен быть таким! Он не был слабым. Он не должен так сильно нервничать, увидев чьи-то глаза. Волан-де-Морт ушел. Гарри убил его. Так почему же он до сих пор вмешивается в жизнь Гарри? – Пойдем, давай отведем тебя в Айзаве. Если только ты готов подойти с Владу? – Все в порядке. – Гарри нужно было смириться с этим. Избегание людей с красными глазами ничего не решит. Красные глаза были обычным явлением среди людей с причудами. Здесь это было естественно, а не продукт темного ритуала. Совершенно естественно. Ему просто нужно было привыкнуть к этому.