Кровавые лилии

Здесь ветер, туман и холодно. Освальду был знаком этот злосчастный пирс. Как и тогда, на него направлен пистолет, вот только теперь его держит любимый человек. Освальд стоял ссутулившись, пуля ещё не была в его теле, но сил уже не было. Укладка испортилась, пряди волос прилипали к лицу. Он был скорей похож на больного ворона, чем на пингвина. - Я тебя не люблю, - процедил сквозь зубы Нигма. - Эдвард, что же ты делаешь кха-кха, - взгляд молил о пощаде и любви. По телу прошла судорога, руки задрожали, он кашлянул и теперь ладони окрасились в алый цвет. Вместе с кровью почему - то были ещё и лепестки. Пингвин сначала несколько секунд смотрел на эту окровавленную смесь с цветами, потом поднял голову и взглянул на Эда. Глаза были широко распахнуты, и в них читались удивление и ужас. - Освальд, что за хрень... Тут названый покачнулся и чуть не упал, но Нигма успел его подхватить. - Что за чёрт, что за чёрт, - глаза Загадочника осматривали лицо Освальда, надеясь найти ответ. Он усадил больного на асфальт, а сам начал расхаживать вперёд и назад, и судорожно тереть виски, как будто пытался таким образом выдавить ответ из своего мозга. В голове, в которой обычно всё лежало по полочкам, мысли носились, сливаясь в хаос. Эдвард почему - то чувствовал себя загнанным тигром в клетке. Он резко повернулся к Пингвину и выпалил: - Освальд Кобблпот, ты эгоист! - Эдвард выглядел так, что вот - вот начнёт топать ногами и махать руками, будто маленький ребёнок. Сначала Оз убил Изабеллу, а теперь ещё и себя не даёт убить. Надо же! В плане мести всё было идеально! Но тут его убивает не ОН, а какая-то странная болезнь. Если это кто-то подстроил то он, он... Никто не смеет убивать Кобблпота, кроме него. Это только его право. - Мы едем к Хьюго Стрейнджу, а потом я сам разберусь, что с тобой делать.

***

В дороге Освальд был в отключке. Когда они прибыли к доктору, тот привёл его в себя. - Хм, странно, но очень интересно, - сказал профессор. Он и Нигма рассматривали, как в месте, где у Освальда находилось сердце, сквозь плоть и кровь прорывались цветы. Лилии изначально были чисты и белы, но проходя через все эти страдания, выходили на свет полностью окровавленными. Когда ещё были у Барб, Эд заметил, что левая сторона пиджака Освальда слегка оттопырена. Тогда он не придал этому значения, потому что там был карман с платком. - Даже не знаю, что думать. Очень интересный случай. Это похоже на мифическую японскую болезнь "Ханахаки". Не знал, что она правда существует. Появляется у тех, кто очень сильно и безответно влюблён. - Так что же вы можете сделать ? - терпение Нигмы уже скоро лопнет. - Я бы мог попробовать удалить цветы хирургическим способом, но в таком случае, Освальд Кобблпот полностью лишится всех своих чувств - это моё медицинское заключение. Пингвин пытался держаться, но мог только сидеть полулёжа в кресле, на большее сил не хватало. Рубашка была покрыта тёмными кровавыми пятнами. Освальд принял новости, не проронив ни слова, может быть он хотел чтобы это всё наконец-то закончилось ? Нет, зная Освальда и его жажду к жизни, то он бы хотел, чтобы я его любил и чтобы наша история не закончилась так.

***

Эдвард сидел на стуле, обхватив голову руками. Освальд умрёт не от его рук, - его шокировала данная мысль, - хоть он и умирает от безответной любви к нему, но это не то, не то... Он ещё не мог поверить, что Освальд правда любит его. Да нет, бред, бред, бред. Только не от любви к нему... Даже если вдруг допустить, хоть на секунду, что Оз и правда его любит, то не настолько же, чтобы умереть... - Эй, Эдди, так может на самом деле ты всё-таки не хочешь, чтобы я умирал ? - Заткнись Снова приступ кашля. До пирса они не доедут. Позволить Стрейнджу вмешаться ? Освальд останется без чувств, значит не будет страдать, так что процедура лишена смысла. Пингвин был бледнее обычного. Так сильно кашлял, что было ощущение, будто он сейчас выкашляет свои лёгкие, вместе с этими чёртовыми цветами. Задыхался от любви к Эду и от распустившихся бутонов в груди, которые блокировали доступ к трахее. Эдвард Нигма почему-то чувствовал себя побеждённым. Хотя тот, кого он и так собирался убить, умирает.

***

Через год на могиле Освальда Кобблпота выросли цветы - это были белые лилии. Высокий мужчина в зелёном костюме стоял у могильной плиты. - Освальд, я не, - он не успел закончить фразу, как закашлялся и в руке оказались до боли знакомые цветы.