Нота между нами

Аэропорт жил своей привычной жизнью — объявления рейсов, бесконечный поток людей, громкие разговоры и смех. Но для Лены всё это звучало глухо, будто её поместили в стеклянный купол, где звук едва доносился сквозь толстые стены. Она стояла у панорамного окна, наблюдая, как за стеклом взлетали самолёты. В груди неприятно саднило. Пальцы судорожно сжимали телефон, но она так и не открыла список контактов. Она не пришла попрощаться. Она не написала ни единого сообщения. Ты сама этого хотела, Лена. Ты же сама это выбрала. — Ты даже не попытаешься её остановить? Голос Кати заставил её вздрогнуть. Лена медленно повернула голову, встретившись с подругой взглядом. — Её выбор, — ответила она ровно, но холодно. Катя скрестила руки на груди. — Чушь. Ты знаешь, что ей больно. Лена стиснула зубы. Знала. Каждая клеточка её тела кричала о том, что она совершает ошибку. Но сделать шаг вперёд… Слишком страшно. Она отвернулась обратно к окну. — Если бы она хотела, чтобы я была рядом, она бы осталась. Катя горько усмехнулась. — Ты сама её толкнула. Лена промолчала. Да, я её толкнула. Потому что если бы я этого не сделала, она бы осталась. Осталась бы ради меня. Но… я не могу себе этого позволить. Оля смотрела на экран телефона, сжимая его так сильно, что побелели костяшки пальцев. Ожидание было пыткой. Каждую секунду она надеялась увидеть на экране её имя. Одно короткое сообщение. Один гудок. Напиши мне, Лена. Напиши, скажи, что я не должна уезжать. Скажи хоть что-то. Но экран оставался пустым. Менеджер наклонился ближе: — У нас посадка через десять минут. Оля молча кивнула, не сводя глаз с телефона. — Всё в порядке? Она стиснула челюсти. — Конечно. Но это была ложь. Внутри всё сжималось, будто в груди поселился тяжёлый ком, не дающий дышать. Она вспомнила ее взгляд в ту последнюю ночь. Вспомнила, как та не обняла её в ответ. Как холодно, безэмоционально пожелала спокойной ночи. Вспомнила, как стояла у её двери, надеясь, что Лена позовёт её обратно. Но та даже не открыла. Ты знала, что так будет. Ты сама решила уехать. Ты знала, что она не остановит тебя. Но почему тогда боль становилась только сильнее? Оля провела ладонями по лицу, пытаясь сдержать слёзы, накатившие слишком резко. Я не заплачу. Не здесь. Не сейчас. Она глубоко вдохнула и выдохнула. Выключила телефон. И ушла на посадку. Лена вернулась домой глубокой ночью. Квартира встретила её холодом и тишиной. Она сбросила куртку прямо в прихожей, прошла в гостиную и устало рухнула на диван. Телефон всё ещё был в её руке. Разблокируй его. Напиши. Позвони. Но пальцы не слушались. Она лишь тупо уставилась в пустоту перед собой, ощущая, как внутри разрастается пустота. Оля сейчас в воздухе. Уже далеко отсюда. Уже не рядом. Лена резко выдохнула и потерла лицо руками, но это не помогло. Внутри всё было натянуто до предела, как рвущаяся струна. Она опустила взгляд на телефон. Экран светился. Ни сообщений. Ни звонков. Тишина. Она открыла их диалог. Последнее сообщение — неделя назад. Она могла бы написать сейчас. Просто одно слово. Но нет. Она разжала пальцы, и телефон с глухим стуком упал на диван. Лена откинулась назад, закрывая лицо руками. Глубокий вдох. Выдох. Но боль не уходила. Она закрыла глаза, сжав губы. И позволила слезам течь..