За стенами свободы

      Лери проснулась до рассвета. В казарме царила тишина — даже самые ранние воины ещё спали. Ей не хотелось больше лежать без дела, поэтому она решила отправиться на тренировочную площадку, чтобы размять тело и очистить голову.       Но она была там не одна.       Леви уже находился на ринге, сосредоточенно работая с деревянным мечом. Его движения были резкими, отточенными — чистая сила и точность. — Ты тоже решила потренироваться ни свет ни заря? — его голос был ровным, но в глазах мелькнуло одобрение. — Надо держать себя в форме, — ответила Лери, разминая запястья.       Леви кивнул и отбросил деревянный меч в сторону. — Спарринг?       Она ухмыльнулась. — С тобой? Это же нечестный бой. — Жалеешь себя?       Лери вскинула подбородок. — Ни за что.       Они сошлись в центре ринга. Секунду изучали друг друга взглядами, а потом началось движение — стремительное, яростное. Лери атаковала первой, пытаясь найти брешь в защите Леви. Он уклонялся с пугающей лёгкостью, контратакуя настолько молниеносно, что ей приходилось выкладываться на полную.       Несколько минут они обменивались ударами, их дыхание становилось всё более тяжёлым, тела покрывались испариной. Лери удалось несколько раз увернуться в последний момент, но Леви был быстрее.       В один миг он подловил её. Захват, рывок — и она оказалась на спине, прижатая к земле. — Ты проиграла, — выдохнул он, глядя сверху вниз.       Лери раздражённо выдохнула, затем его рука протянулась, предлагая помочь подняться.       Но вместо того, чтобы принять помощь, она схватила его за запястье и дёрнула вниз.       Леви не успел среагировать и рухнул прямо на неё.       Лери замерла, ощущая, как его тело прижимается к её, а дыхание щекочет кожу. Их лица оказались на опасном расстоянии — так близко, что она могла разглядеть отблеск эмоций в его серых глазах.       Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, их дыхание смешивалось, а воздух между ними словно сгустился от напряжения. Лери почувствовала, как сердце застучало быстрее. Его взгляд был пристальным, почти хищным, но в то же время в нём было что-то ещё — нечто глубже простой борьбы.       Она не ожидала, что он сделает это.       Но в следующее мгновение он наклонился ниже, их губы соприкоснулись.       Сначала осторожно, будто давая ей возможность отстраниться. Но она не отстранилась.       Поцелуй стал глубже, увереннее. Его губы были горячими, требовательными, но не жёсткими. Он целовал её так, словно боялся, что это единственный шанс, который у него есть. Его пальцы скользнули по её щеке, задержались у линии подбородка, слегка наклонили голову, углубляя поцелуй.       Лери ощутила, как всё вокруг исчезает — холодное утро, тренировочная площадка, даже её собственные мысли. Остался только он.       Тёплые пальцы Леви прошлись по её талии, крепче прижимая её к себе, но в этом движении не было грубости — лишь стремление ощутить её ближе.       Но в следующий миг раздался звук шагов.       Леви отпрянул, возвращая себе обычное бесстрастное выражение лица. Лери всё ещё лежала на земле, пытаясь привести дыхание в порядок. — Вставай, — бросил он, подавая руку.       На этот раз она её приняла.       Спустя пару часов, когда солнце уже поднялось, в штабе снова собрались ключевые фигуры разведотряда.       В комнате было душно. Тусклый свет свечей отбрасывал дрожащие тени на стены, делая атмосферу ещё более напряжённой. На столе лежали разложенные бумаги, карты, записи — всё, что удалось собрать за последние дни. Эрвин сидел в центре, его руки были сложены перед собой, а взгляд — холодный и сосредоточенный. — Все данные известны только этому человеку и его ближайшему окружению. — Голос Эрвина звучал ровно, но в нём чувствовалась скрытая напряжённость. — Но его окружение — это элита, туда не пробраться. Единственный способ — выловить его одного. — Вот только как? — Леви хмуро скрестил руки на груди. — Этот ублюдок никогда не бывает один. — Не совсем. — Эрвин откинулся на спинку стула и перевернул страницу в записях. — По нашим данным, он регулярно посещает бордель «Роза и Шипы».       В комнате повисло молчание. — Ну и мерзость, — Ханджи первой нарушила тишину, ухмыляясь. — Неудивительно, что такие типы ищут удовольствий в подобных местах.       Леви скривился. — И ты предлагаешь ворваться туда, среди кучи шлюх и стражников, и просто утащить его? — Не обязательно. — Эрвин переплёл пальцы в замке. — Если заманить его в уединённую комнату, быстро допросить, а затем... устранить, то свидетелей не останется. — Проблема в том, что даже там он не бывает один. — вмешался один из солдат. — Его охрана всегда под дверью.       Леви задумчиво коснулся подбородка. — Если мы избавимся от охраны, поднимется шум. Если зайдём в открытую — мы трупы.       Все напряжённо молчали. Именно тогда Лери, до этого наблюдавшая за обсуждением, нарушила тишину. — Я могу войти туда под прикрытием.       Леви резко повернул голову, его взгляд стал колючим. — Что? — Я могу притвориться танцовщицей.       Ханджи приподняла бровь и с интересом наклонилась вперёд. — Ну-ну, а ты оказывается многогранная личность. — Я занималась танцами с детства, — спокойно пояснила Лери. — Смогу привлечь его внимание, и тогда он сам захочет уединиться.       Леви недоверчиво покачал головой, на его лице появилась раздражённая усмешка. — Ты хоть понимаешь, во что ввязываешься? Этот ублюдок привык получать то, что хочет. И поверь, это не просто взгляд издалека. — Именно поэтому я смогу сыграть свою роль, — Лери выдержала его взгляд. — Он подумает, что может контролировать ситуацию, но на самом деле будет в ловушке.       Эрвин постучал пальцами по столу, обдумывая услышанное. — А если кто-то из аристократов тебя узнает? — Я прикрою лицо, — она пожала плечами. — Лёгкая ткань и никто не вспомнит моего лица, только движения.       В комнате повисло напряжённое молчание.       Ханджи не выдержала и усмехнулась: — Я вот думаю… не слишком ли удобно складываются обстоятельства? Сначала лес, теперь бордель… Неужели Лери решила сменить род деятельности?       Леви метнул в неё взгляд, который мог бы убить на месте. — Заткнись. — А что? — продолжала насмехаться Ханджи. — Может, у тебя проблемы с доверием? Или… ревность?       Леви стиснул зубы. — Если ты сейчас же не замолчишь, я сделаю так, что ты никогда больше не заговоришь.       Ханджи рассмеялась, но всё же замолчала.       Эрвин же, наконец, подвёл итог: — На этом и порешим. Мы займём позиции в зале, наблюдая за ситуацией. Как только он уведёт тебя в комнату, дадим тебе пять минут. Потом врываемся.       Леви оставался мрачным, явно недовольным. — Если хоть что-то пойдёт не так… — его голос звучал глухо, но зловеще.       Лери подняла голову, её глаза встретились с его. — Я справлюсь.       План был утверждён.