За стенами свободы

      Как только карета остановилась, Леви без колебаний подхватил Лери на руки, не дав ей ни малейшего шанса сопротивляться. Её тело мгновенно оказалось прижато к его сильной груди, а её пальцы непроизвольно сжались, оставляя в его плечах болезненные следы. В её глазах было что-то, что она не могла скрыть — смесь страха и желания, и что-то ещё, что Леви знал, но не хотел до конца осознавать.       Он пронёс её через длинный коридор, не заботясь о том, что она чувствует. В его теле горел огонь, а в глазах – жестокая решимость. Тот момент, когда он был готов увидеть её разрушение. Он был готов быть её демоном, её искушением, но сам при этом чувствовал, как его собственные границы рушатся, и ему не хотелось останавливаться.       Комната встретила их полумраком, с тусклым светом от двух свечей у зеркала. В воздухе стояла тишина, только тяжёлое дыхание Леви и прерывистое дыхание Лери нарушали её. Он запер дверь, не сводя с неё взгляда.       Её взгляд был полон вызова, но что-то в нём — слабость? Страх? — что-то едва заметное пробивалось сквозь её маску уверенности. Она замирала, когда его руки не отпускали её. В её теле всё сжалось от осознания, что сейчас не будет пути назад.       Леви поставил её на пол, но не отпустил. Его дыхание касалось её лица, почти ощущая её пульс. Она стояла перед ним, пытаясь скрыть страх, пытаясь найти силы для сопротивления. Но в её глазах, как в зеркале, отражалась неуверенность. — Отпусти меня, Леви, — её голос был едва слышным, но твёрдым.       Леви не торопился. Он не был готов отпустить её так легко. Не сейчас. — Зачем? Ты ведь знаешь, что мы не закончили. — его голос был низким и хриплым, как шёпот, и он проникал в самую душу, заставляя её сердце колотиться в груди быстрее.       Он стоял слишком близко, и Лери ощутила его жар, его доминирование. Он был слишком уверенным, чтобы она могла сбежать, слишком властным, чтобы она могла увернуться.       Её взгляд скользнул по его груди, где каждый мускул напрягался от возбуждения, а глаза пылали желанием, скрытым под маской жестокости. — Ты зашёл слишком далеко, — она произнесла это так, как если бы хотела поверить, что сможет остановить его, но её голос дрожал, а в глазах горела беспокойная искра. Она не была уверена, что хотела бы остановить это.       Леви усмехнулся, почти чувствуя её нерешительность. — Правда? Тогда почему ты не ударила меня? Почему не закричала? — его слова были хищными, почти насмешливыми, но они прозвучали как вызов.       Её губы сжались в линию. Она не могла признаться в том, что на самом деле ей было не так уж противно, что её тело уже отвечало на его прикосновения. Она не могла признаться себе, что ей хотелось, чтобы он не отпустил её. Но она не могла признаться и ему. — Потому что… — её голос сорвался.       Он не дал ей закончить. Его движения были быстрыми и решительными. Он прижал её к стене, заставив её почувствовать, что каждый изгиб её тела под его контролем. Его руки обвили её запястья, подняли их вверх, не давая ни единого шанса на свободу. Он оказался настолько близко, что она чувствовала каждый его вдох, каждое его движение, его желание. — Потому что ты хотела этого так же, как и я, — его слова были низким шёпотом, но с таким послевкусием, что они эхом отозвались в её теле.       Её дыхание перехватило, но она не могла сказать ему ни слова. Её сердце стучало так громко, что она была уверена, что он слышит. Леви ухмыльнулся, видя, как её тело всё больше поддаётся его притяжению. — Прекрати… — её голос был полон борьбы, но слабости, и она знала, что это не будет ни для кого победой. — Скажи, что не хочешь этого. Просто скажи, и я остановлюсь. — его губы едва касались её уха, и его дыхание было настолько горячим, что она почувствовала, как её тело реагирует на это без какого-либо контроля.       Она молчала. Леви, удовлетворённо усмехаясь, скользнул губами вниз по её шее. Его руки продолжали двигаться по её коже, поглаживая её, охватывая её талию. Ткань её костюма скользила, обнажая её плечи, её спину. — Ты сводишь меня с ума, знаешь? — его голос был настолько низким и страстным, что в его словах звучала вся ярость и сила его желаний.       Её грудь вздымалась с каждым его прикосновением, её дыхание становилось тяжёлым, с каждым движением он забирал у неё всё больше сил. Леви расстегнул её костюм, и ткань мягко соскользнула с её тела, оставляя её плечи и спину открытыми. — Леви… — её голос был едва слышен, но в нём не было ужаса. Лишь ожидание, неосознанное, но глубокое. — Ш-ш-ш… — он молча прикоснулся губами к её ключице, а его пальцы медленно сползали по её телу, спускаясь ниже. Лери затаила дыхание, пытаясь скрыть этот ужасающе сладкий трепет, который поднимался в ней с каждым его движением.       Каждый поцелуй, каждое его прикосновение были полны силы, как волны, захлёстывающие её сознание, оставляя её без защиты. Лери сжала его плечи, но её тело не могло скрыть своё влечение. Оно поддавалось ему. — Скажи мне остановиться, Лери, — его голос был низким, почти страстным, его ладонь прикоснулась к её груди, и она вздрогнула.       Она молчала, не в силах произнести ни слова. Тело кричало, но разум всё ещё пытался сопротивляться.       Тогда Леви накрыл её грудь губами, и Лери не выдержала. Она вскрикнула, её тело затрепетало. Она не могла поверить, что так сильно его хочет, что её тело отдаётся ему, будто это было неизбежно. — Твоё тело уже отвечает за тебя, Лери, — прошептал он, его голос был глухим, наполняющим её грудь огнём.       Его рука скользнула по её бедру, раздвигая её ноги. Он почувствовал, как её внутреннее напряжение растворяется, и она позволяет ему всё больше и больше пробраться в её мир. Всё, что она раньше считала невозможным, теперь становилось её реальностью. — Чувствуешь это? — его пальцы двигались так, что она не могла дышать от этого ощущения, от этого безумного желания, которое растекалось по её телу.       Она не ответила, но её глаза были полны боли и удовольствия, она знала, что уже не вернётся назад. — Посмотри на меня, Лери. — его голос был решительным, как приказ.       Она открыла глаза, и перед ней был только он — Леви, с его тёмным взглядом, с его жестокой, неприкрытой страстью.       Он поднял её на руки, не прерывая поцелуя, и унес её к кровати. — Теперь, Лери, я покажу тебе, кому ты принадлежишь.       Ночь только начиналась.