Лучшие подружки

В Инадзумской старшей школе жизнь текла по расписанию. Уроки сменялись переменами, школьники толпились в коридорах, обсуждая последние слухи. В этом шумном потоке выделялась одна фигура — Яэ Мико. Её розовая прядь в волосах бросалась в глаза, вызывая то восхищённые, то осуждающие взгляды. Полиэтиленовый пакет вместо рюкзака, тяжёлые ботинки и рваная куртка оверсайз, на которой она вышила маленькое сердечко в углу. Это был ее повседневный образ.Каждый рпз на нее косо смотрели. Но ей было плевать. Она привыкла к взглядам и пересудам. — Опять ты, — раздался сзади голос. Мико даже не обернулась. Она знала, кто это. Райден Эи — воплощение спокойствия и сдержанности. Чёрные волосы, всегда собранные в идеальный хвост, строгая форма без единой складки. Для всех остальных она была образцом прилежности. Но Мико знала, что за этой маской скрывается совсем другая Эи. — А ты опять пришла меня поучать? — лениво ответила Мико, глядя в окно. — Скорее, спасти от очередного замечания, — Эи прислонилась к подоконнику, глядя на подругу с лёгкой усмешкой. — Учитель снова тебя искал. Мико лишь пожала плечами. Ей было всё равно. Пока рядом была Эи, все проблемы казались мелкими. Их дружба была странной, почти неправдоподобной. Как солнце и луна, они двигались по разным орбитам, но всегда находили путь друг к другу. Вместе сбегали с уроков, прятались за школой, пили вишнёвую колу, купленную на последние монетки. Парные татуировки стали их тайной — маленькое солнце на запястье Эи и луна на руке Мико. — Ты будешь солнце, а я — луна, — сказала тогда Мико, глядя, как мастерица аккуратно выводит тонкие линии. — Всегда рядом, но никогда не касаясь. Эи промолчала, но её пальцы дрогнули, когда Мико сжала её ладонь. Они были неразлучны. Вечерами, когда дома становилось невыносимо тихо, Мико сбегала к Эи. Девочки сидели на полу в её комнате, пили сладкий чай и делились секретами. Иногда Эи приносила мятные конфеты, и они соревновались, кто дольше продержится, не поморщившись. — На колени сядь, я дам попробовать конфет, — шутила Мико, протягивая подруге очередную сладость. Эи фыркала, но подчинялась. В этих играх было что-то детское, невинное. Или почти невинное. Однажды они нашли заброшенную стройку за городом. Ржавые балки, куски бетона и потрескавшийся асфальт. Здесь они чувствовали себя свободными. Плюшевый рассвет встречал их, когда они, закутавшись в куртки, сидели на краю бетонной плиты, свесив ноги в пустоту. — Ты когда-нибудь задумывалась, что будет, если мы просто возьмём и исчезнем? — вдруг спросила Эи, глядя вдаль. — Построим себе маленький домик, — усмехнулась Мико. — Будем пить вишнёвую колу и курить сигареты, как эти старшеклассники. — Я не курю. — Пока. Они рассмеялись. В этих разговорах было столько жизни, столько мечтаний. Но школа не прощала тех, кто выбивался из привычных рамок. Сплетни стали настигать их. Шёпот в коридорах, поддразнивания, косые взгляды. — Ты видела, как они держатся за руки? — А они ведь ещё и с уроков сбегают. — Думаешь, они… ну, ты понимаешь? Мико делала вид, что ей всё равно. Она бросала дерзкие взгляды в ответ, громко смеялась и провоцировала. Но Эи… Эи не могла так. Её руки дрожали, когда она видела, как на экране телефона вспыхивает новое анонимное сообщение. — Они не знают нас, — тихо сказала Мико однажды, сидя рядом с Эи на крыше школы. — Им просто нечем заняться. — А если они правы? Мико замерла. — О чём ты? — О нас, — Эи посмотрела ей в глаза. — Они думают, что мы… Мико почувствовала, как сердце сжалось. Этих слов она боялась больше всего. — А что, если это правда? — прошептала она, чувствуя, как голос дрожит. Эи не ответила. Но в её взгляде было что-то, что Мико не могла понять. Или боялась понять. В тот вечер они снова сбежали из дома. Сквозь холодный воздух просачивался запах мокрого асфальта. Они сидели на стройке, делая вид, что ничего не случилось. — Девочки друг другу дарят мятный поцелуй, — тихо прошептала Мико, вспоминая строчку из песни, что они слушали накануне. Эи посмотрела на неё. Долго. Словно пыталась найти ответ. И поцеловала. Губы касались так осторожно, будто от одного неверного движения всё могло разрушиться. Мятная свежесть смешалась с чем-то тёплым, настоящим. — Мама не смотри, папа не психуй, — пробормотала Мико, не в силах сдержать нервный смех. Эи тоже улыбнулась. Но в её глазах читалась тревога. Это не могло продолжаться вечно. Мир не оставил им шанса. Родители Эи узнали. Голос её матери был полон гнева, а отец не смотрел ей в глаза. Мико тоже досталось. Её мать кричала, требовала объяснений. — Дружба — это одно, — повторяли они. — Но то, что вы делаете… Это неправильно. Эи перестала приходить в школу. Мико писала ей, звонила, но ответов не было. Только пустота. Прошло несколько недель. И вот она снова стояла на стройке. Холодный ветер трепал её волосы, а в ушах звучали слова, которые она пыталась забыть. — Дай мне посмотреть последний раз в твои глаза, — прошептала Мико. Она знала, что Эи не придёт. Но всё равно ждала. Парная татуировка на её запястье казалась теперь тяжёлой. — Лучше умереть, если с тобой быть нельзя. Розовая прядь в волосах выбивалась из-под капюшона. Она достала мятную конфету из кармана, сунула её в рот и прикрыла глаза. — Прощай, увидимся во снах, — прошептала она. И в этот момент ей показалось, что солнце и луна всё же встретились. Пусть даже только во сне.