Дикие земли

      С первыми лучами солнца лес оживает. Нежный свет пробивается сквозь густую листву, окрашивая землю в золотистые и розоватые оттенки. Утренний туман, словно лёгкая вуаль, окутывает деревья, придавая им загадочный вид. Птицы начинают свои утренние песни, наполняя воздух свежими мелодиями. Деревья, покрытые каплями росы, сверкают, как драгоценные камни, а свежий запах хвои и земли наполняет воздух.       Тонкие занавески не справлялись с натиском света, освещая спальню. Я проснулся ещё минут тридцать назад, но я всегда любил подольше полежать в уютной кроватке под тёплым одеялом. Пора вставать. Сняв маску для сна, – очень хорошая штука, которая помогала мне в первые дни проживания в доме; волей-неволей нападает чувство страха, будто бы из-за каждого куста и ствола дерева в кромешной тьме кто-то сидит и глядит в окно, – я лениво поднялся и размял мышцы. Обычно утро у людей начинается с кофе, с чем мне бы хотелось поспорить, ведь когда ты живёшь вдали от всех, то нужно самому заботиться о тех вещах, о которых не задумываешься в городе. Говорю я про электро-генератор, стоящий в подвале дома. В моих интересах поддерживать его работу – остаться без электричества не самая приятная идея.       Переодевшись и приведя себя в порядок, я подошёл к двери, ведущей в подвал. Она открылась, было темно, типичный кадр из какого-нибудь посредственного фильма ужасов, когда главные герои идут навстречу опасности, потом удивляясь тому, что попали в ловушку. Хоть этот вид приелся за год, однако эта мысль невольно веселила меня каждый раз, как я оказывался на пороге комнаты, сильно пахнущей маслом, бензином и металлом. Генератор стоял в углу комнаты. Диагностика длилась пару минут, и теперь можно было идти завтракать.       Многие недооценивают ценность утреннего приёма пищи, что я нахожу странным, ведь как иначе можно набраться силами и энергией на весь день? Плюс, завтрак не требует особого усердия: пару тостов и кружка кофе – этого достаточно для начала дня. Пока тосты жарились, разнося свой запах по всей кухне, я присел за стол и открыл дневник, сделав пару записей и составив план на день (которому я редко придерживался). Кофе и сырные тосты были готовы. Погода была отличной, поэтому было решено выйти на веранду. Расположив завтрак на кофейном столике, я присел на кресло с книгой в руках.       Вдруг со стороны леса послышался шорох. Я повернул голову и увидел шевеление в кустах дикого кизильника. Вгляделся, щуря глаза. “Неужели волки?” – пронеслось в мыслях. Так оно и было, через секунду показалась морда знакомого белого волка, который часто здесь появлялся, что более удивительно, совершенно один. Волк выглядел молодым, он, видимо, едва успел покинуть стаю (интересно, почему). Его белоснежная шерсть сияла на утреннем солнце, как свежий чистый снег на вершинах гор. Он стоял перед верандой, чуть наклонив голову вбок, словно интересуясь моим утром. Его пронзительные янтарные глаза были завораживающими, чистыми, добрыми.       Этого волка я не мог спутать больше ни с кем по нескольким причинам. Во-первых, его окрас: среди всех он был единственным с белоснежным мехом. Во-вторых, его хвост, который начинал медленно вилять, как только волк видел меня. Я его частенько подкармливал (хоть и понимаю, что это делать нельзя), поэтому он скорее всего и привык ко мне. Помню как сейчас, что в детстве я мечтал завести волка, да, именно большого дикого волка. Странная мечта, особенно на фоне остальных, кто желал более обычные, но тем не менее более полезные вещи или что-то ещё. Впрочем, я и сейчас был бы не против завести домашнего питомца. — Доброе утро! — проговорил я, встав с кресла. Прихвати с собой половинку тоста, я подошёл к лестнице, где поблизости находился волк. — Тоже пришёл на завтрак?       Со стороны можно было бы подумать, что это какой-то сумасшедший, но я был в себе (по моему мнению). Ещё одна деталь, которая меня одновременно и удивляла, и радовала в этом волке – это то, что каждый раз, когда я с ним разговаривал, он мне отвечал. Он кивал, когда был согласен, слабо рычал, когда ему что-то не нравилось. В этот раз он, услышав мой вопрос, коротко кивнул и сел, ожидая моих действий. Уже после третьего визита лесных животных я поставил у первой ступеньки лестницы небольшую миску, куда и клал скромные дары. Обычно это были кусочки мяса, хлеб, рыба, выловленная из озера, и другие продукты.       Тост лежал в миске, я чуть отошёл. Волк, в очередной раз одобрительно кивнув, подошёл к тосту и обнюхал его, после чего кинул на меня взгляд, который я всегда расценивал как знак благодарность, хотя Бог знает, что он означает на самом деле. Может он хочет сказать: «Почему не мясо?» – но, к сожалению, не может. Волк приступил к трапезе, а я вернулся к кофейном столику, чтобы допить кофе.       Пустая чашка поставлена на стол, моё внимание устремлено в книгу. Обычно волк после того, как поест, сразу скрывался в лесу, но в этот раз он неуклюже поднялся по лестнице и стал приближаться ко мне. Я положил книгу и взглянул на него. Помню, когда-то в известной телевизионной программе говорили, что дикие животные не любят прямой зрительный контакт. Правда, тогда выпуск был посвящён Африке и про волков так не было ни слова, но, наверное, такое правило распространялось на них тоже. Он подошёл и лёг у моих ног, сложив передние лапы вместе и положив на них морду.       Моё сердце бешено колотилось, а разум метался в смешанных чувствах: удивление, страх и радость. Я застыл на пару минут, пока не решился что-нибудь предпринять…