Триггеры

Лололошка страдал бессонницей, и никакие таблетки не могли ему помочь. Единственному, кому он рассказал об этом, — это Райя, чтобы она смогла помочь ему в плане лекарств и моральной поддержки. В ней он сомневался меньше всего. Да и вообще не сомневался. Она точно не расскажет никому из друзей. Райя хоть и автоматон, но понимающая. Она всё ещё та Райя, что вводила ему успокоительное при панической атаке. Он мог рассказать Джону, но есть «но». Он начнёт спрашивать, что его беспокоит, лезть в душу, проводить лекции. Скажет, что без знания причины не может выписать таблетки. Он может «случайно» рассказать остальным. Упрекая, что ему рассказал, а другим нет, что он давно заметил, а они нет. Хотя это маловероятно, но он слишком любит накручивать себя. Да и зачем Джону ему помогать. Тогда у них общая цель была, поэтому и уживались, а сейчас... Ему кажется, что ученому никакого дела до его нет. Что он есть, что нет — ему всё равно. Он не мог сказать Джодаху. Чем он поможет? Чем поможет существо, что заинтересовалось тобой только из-за другого, более опасного существа? Что не самым лучшим образом получил силу и стал называть себя богом или же «ангелом смерти»? Единственное, что он может, — это поколдовать, и то не факт. Он не мог рассказать Окетре. Она точно ничем не поможет "своему абду". Здесь нет лекарей, которые по-первому её зову будут осматривать рабов. Она лишь наведёт панику и начнёт у всех спрашивать, что делать. Тем более, что она никогда не понимала значение слов, что у них были обыденностью. Лололошка понимал, что она не из развитого мира. И всё, как человек не из развитого мира, может помочь с проблемой из развитого? Тем более все проблемы, особенно медицинские, решали другие. Поэтому точно нет. Вот и осталась Райя, его любимая Райя. Она не задаст лишних вопросов, она сама всё видит и понимает. Сначала всё было более менее стабильно: он принимал лекарство и спал вместо двух часов, все пять. Тоже мало, но лучше, чем было, но... Прошла неделя и он спал уже четыре часа. Потом три часа. А вскоре вернулся к двум часам, после вообще уснуть не мог. Его одолевало слишком много мыслей, образов. Галлюцинации вернулись и это явно не к добру. Лололошка слушал музыку ночью, она помогала отвлечься, заглушить мысли и хоть немного отдохнуть. Но прикрытые глаза не равно здоровый сон. Хотя, это сном назвать сложно. Райя давала какие-то советы, но они не помогали. Он стал читать. Неважно что, но в основном фэнтези книги. Что-то чёркал в них, выделял, пытался анализировать. Это помогало отвлечься, прийти в себя, восстановить рассудок. После он завёл блокнот и купил стикеры. В блокноте записывал важные для него выводы, клеил наклейки, которые по его мнению подходят по тематике книге. Пытался читать что-то научное, но выходило понимать только тогда, когда сам это создавал. И он стал пытаться что-то делать. Создавать небольшие механизмы, улыбаться, когда всё получается с первого раза. Это похоже на то, когда он построил антенну и она сработала. Эти воспоминания... Лололошка потряс головой: стоит отвлечься, он совсем не хочет про это вспоминать. Если все миры, не смотря на все смерти друзей, союзников и врагов, которые он хотел бы помнить, то этот — ни за что. Он будет помнить тот Архей, где был Джон, где был... Марк и Невер. Какая же большая разница во всём этом. Был Джон и был Невер... Джон просто ушёл, а Невер. Нет. Он встал с места, смотря на горящую красную лампочку, что говорила: "Всё работает исправно" и махнул рукой на неё. Он вышел из комнаты, за последние четыре дня, он выходил ночью, чтобы поесть, а утром — чтобы попить. Почему-то голод накатывал только к часу ночи, но это лучше, чем вообще не есть. Ел всё, что попадается под руку, кроме салата, помидоров и капусты. Это, как не странно, но тоже навевало воспоминания о этом путешествии. Лололошка исключал всё то, что напоминало ему о нём. Даже про антенну редко заикался, что уж говорить про одиночество, Смотрящего, бункеры и помидоры с капустой. От этих слов его словно в дрожь бросало. Однажды Джодах уже упоминал Смотрящего... *** Пять дней назад. Лололошка стоял в их общей кухне. С его возвращения прошло полторы недели и все вернулись в более спокойное русло. Он ждал пока закипит чайник, а пока намазывал расстаевшее масло на хлеб. В холодильнике была колбаса, даже не смотря в сторону красных кругляшей и на барина, что в сто шуб одет. Колбасу он нарезает тонкими ломтиками, сначала думает о том, что потом её надо найти. Но после вспомнил, что для этого есть магазин. Что он не пустой, что там найдутся люди и не найдётся гниль. Он выдохнул и решил отвлечься, слушая разговор Окетры и Джодаха. Они часто находились на кухне либо в гостинной. И как он заметил, эти двое хорошо сдружились и много болтали на разные темы. Джодах рассказывал о вещах и словах, что не встречались в Мисре, а после они тонут в той или иной теме обсуждая её. — Мне кажется или Лололошка стал чуть другим? Я конечно понимала, что он и до этого был не особо разговорчивый, но сейчас... Лололошка сжал рукоятку ножа, смотря на то, что нарезал три кусочка вместо нужных двух. Да и широкий так получился... Почему Окетра решила, что он ничего не слышит? Он достал ещё ломтик хлеба и масла, думая сделать ещё один бутерброд. — Не знаю, Окетра, даже в тысяче моих глаз он стал другим, снова... Он сглотнул и разрезал один кусок колбасы на два тоненьких и был не аккуратен, поэтому слегка порезал палец. Рана была небольшой, поэтому он просто прислонил палец ко рту, вылизывая кровь. Она зажила быстро и пяти секунд не прошло. В быстрой регенерации одни плюсы. Единственный минус, если кости начнут неправильно срастаться, то их всё равно придётся снова ломать. Либо сразу позаботиться о правильном сросте костей. — Ещё и Смотрящий, который появился вместе с Лололошкой... Пробурчал Джодах и опустил взгляд на стол, словно там ответы на его вопросы. Лололошку от одного упоминания Смотрящего трясло. Чайник закипел, он стал свистеть. Первый выключил газ и лишь одна мысль посетила его: "Нет". Он не мог. Он не поднимет чайник, да даже кружку. Руки тряслись. Археец схватился пальцами за столешницу, пытаясь прийти в себя. Но он не мог. Даже считалочка, что ему помогала. Единственный путь, который он нашёл, это забрать бутерброды потом. Лололошка отшатнулся от столешницы и вздрогнул всем телом. Какие-то голоса, похоже Джодах, но ему было всё равно. Он быстро выбежал из кухни и побежал по коридору, минуя болтающего Джона и слушащую его Райю. Девушка отошла с дороги и дала ему возможность пробежать. Он был благодарен и не замечал вопрошающего голоса Дейви, что явно был не доволен. Воин его проигнорировал и забежал в комнату, сразу закрывая её. Прислонился спиной к двери и пытался отдышаться от такого марафона. Когда он более-менее пришёл в себя, то отклонился от двери и пошёл внутрь, падая на кровать. Пытаться уснуть, затея плохая, только настроение испортит, если уснет. Нужно заняться тем, что сильно его отвлечёт. Книга. В его небольшой, на данный момент, библиотеке, стояла одна непрочитанная книга, он достал её и всё остальное. Блокнот, маркеры, черную ручку и цветные закладки. Вооружившись ими он принялся читать. *** В итоге бутерброды он так и не забрал, а по словам Райи их вообще съел Джон. Честно, ему было плевать, главное, что он смог отвлечься от этих мыслей, хоть это и сбило ему весь аппетит. Сейчас же на кухне сидел только Харрис, что было немного необычной картиной. Обычно на его месте сидит Джодах, а рядом Окетра. Но возможно, такой расклад даже лучше, чем мог быть. Дейви поднял свои глаза на него и он заметил, что очки гения были на столе. Сам же он держал кружку, явно с кофе, и в вопросе изогнул бровь. Книжник отмахнулся и открыл холодильник, избегая конкретные овощи, он достал сыр и яйца. Из хлебницы взял батон, достал доску и взялся за небольшой, но острый нож. — Когда ты в последний раз ел что-то более сытное? Голос альтер-эго вывел его из мыслей и Археец обернулся на него. Джон смотрел пристальным взглядом, своих янтарных глаз. От ответа не уйти. Лололошка вздохнул и задумался. Прошлой ночью, он ел красный борщ, который любезно приготовила Райя и оставила записку под дверью. — Прошлой ночью. Брови Дейви стали проще и расслабленнее, он отпил кофе. Скорее всего от него отстали, поэтому он развернулся, достал четыре ломтика нарезанного батона. Два отложил подальше, а другие два положил на доску и стал вырезать середину, оставляя края. — Ты ночью не спал? Он сглотнул и остановился. Ну конечно, Джон слишком гений, чтобы не догадаться до такой очевидной вещи. Лололошка вдохнул и попытался расслабиться, продолжая вырезать середину, и ответил, не поворачиваясь. — Не спалось. От Харриса послышалось протяжное мычание, словно он из этого ответа понял всё, что ему нужно. Кружка слабо ударила по столу. Книжник отложил первый кусочек и приступил вырезать середину второго. — И как давно тебе не спится? От такого вопроса он чуть не выпал из реальности и случайно сделал надрез по краю. Вот черт, придется просто съесть. Воин запихивает кусочки батона себе в рот и начинает их жевать. Открыл холодильник, нашел сок, запил и быстро проглотил, вместе с хлебом. Как вкусно. Сочетание ведь действительно неплохое. А вдруг Джон до сих пор ловит некоторые его мысли? От такой мысли всё похолодело. Но он ведь не ловил мысли Харриса... Что стоит говорить? Что стоит думать? Он не понимает. — Лололошка? Это был кто-то другой. Он обернулся на проход и увидел Джодаха. — Что-то случилось? Спросил Первый, слыша раздражённое цыканье от его альтер-эго. — Я хотел бы поговорить тет-а-тет. Проговорил он, искоса смотря на сидячего, но после переводя взгляд снова на него. — Говори здесь. Честно, он не хотел оставаться наедине с пернатым, с Харрисом в комнате, он чувствовал себя хоть каплю в безопасности. Сам же полубог вздохнул и похоже решил, что вопрос не такой уж и секретный. — Как ты связан с междумирцем? И тут он чуть не выпал из реальности. Они решили устроить флэшмоб неудобных вопросов? Джон им ничего не рассказал? Хах, ну конечно... Это же проблемы Лололошки и ему их разгребать. Да и Дейви не мог знать наверняка. Как он может говорить за него? — Я и есть междумирец. Крылья Джодаха зашевилились, а глаза стали двигаться, смотря друг на друга. Скайзерновец нахмурился, видимо демоны устроили галдёж в его голове. — Если бы ты был междумирцем, то был в тюрьме времени. Зло проговорил он, словно крича: "я не верю тебе". — Смысл мне врать? Это во-первых. А во-вторых, свои проблемы с Богом Времени я решил сам. Не тебе в это лезть. Зло фыркнул он, вспоминая, что он вовсе не междумирец, а Первый. И что Вселенная не стремится к порядку. Это люди стремятся к чему-то. Например к этому самому порядку. — Вселенная всегда стремится к порядку. Раздражённо проговорил он. Всё это вводило Лололошку в странную ярость. Возможно от недосыпа? — Да кто тебе такое сказал? Не перекладывай свои взгляды на вселенную. Она тебе лично это на ухо пропела? Джодах, как-то странно успокоился и взмахнул крыльями, словно снимая свой стресс. Он проговорил более спокойным голосом. — Что ты имеешь ввиду? Лололошка сделала вдох-выдох. — Междумирцы - это существа, которые создали миры и вселенные. Одна из них, решила, что дар мирохождения, не должен пропадать зря. Она задержалась в мире под названием Архей, в котором отдала свою кровь, чтобы простые познали мирохождение. Тех людей, что первые собрали её кровь и назвали Первыми. Это были я и мои друзья. Мы были Первыми и разносили способность мирохождения по мирам. Эти люди, уже назывались мироходцами. И опережаю твой вопрос. Да. Мне несколько миллионов лет. И да. Архей мой родной мир. Высказал он на одном дыхании, но кое-что еще вспомнил. — Тот междумирец, что видели ты и я - это я из будущего. Он не хотел умирать, поэтому поселился в моём сознании и стирал мне память, чтобы выжить. Чтобы я следовал его плану. Лицо у Джодаха было задумчивым. Он кивнул. — Я подумаю о твои словах и о новых вопросах Лололошка. Спасибо, что рассказал. Он кивнул и покинул кухню. Ещё никогда не становилось так легко от разговора с пернатым. Обычно что-то шло не так. — Ты так и не ответил на мой вопрос. Послышался твёрдый и уверенный голос Джона, что явно заскучал слышать то, про что знал. Хотя возможно, информация о том, что тот самый междумирец поселился в его сознани, нова. И про его память. — Есть ли тебе разница? Чуть раздраженно прошипел он. Харрис встал с места и подошёл к нему слева. — Да, есть, — задумчиво проговорил он. — Особенно тогда, когда я ловлю твои мысли ночью, в лаборатории, о какой-то там фэнтези книге. Лололошка поджал губы и оставил приготовление бутербродов. Очки снялись с его носа от чего тот сразу зажмурился. Слишком ярко. — Красотка, как же так? У тебя под глазами не просто синяки, а целые озёра печали. Он расслабился, но глаза не стал открывать, лишь слабо приоткрыл и снова закрыл. — Ты таким способом проблему не решишь. Серьёзно проговорил Джон и своей Искрой ощущал все его эмоции. Эта отдача от его Искры. От этого он раскрыл глаза и стал прислушиваться к их связи. Харрис действительно переживает, как и в Архее. Волнуется и за сарказмом пытается скрыть это. Это всё тот же гений с заражённого мира, который готов помочь, не смотря на то, что сейчас не апокалипсис. И не смотря на то, что они единственные, кто есть у друг друга. Хотя, даже после возвращения, казалось именно так. — Я не сплю уже около недели может двух... Не помню. Обычно, если я засыпаю, то вижу кошмары, которые вводят меня в паническую атаку... Чем дальше он говорил, тем тише становится его голос, вдруг Окетра заглянет? Или у Джодаха будут еще вопросы? Похоже ученый понял, в чем проблема, поэтому и предложил перебраться в его комнату. Они прошли туда незамеченными, уже в помещении Лололошке от чего-то стало легче. То ли от компании Дейви, то ли от того, что их точно никто не услышит. — И так красоточка, здесь идеальная звукоизоляция. Я об этом позаботился. Усмехнулся он и присел на стол, который был напротив кровати. Лололошка слабо кивнул и присел на кровать и стал осматривать тумбу. Обычная тумба из белого дерева. Харрис молчал, может не хотел давить? Он не знает. Первый поднял взгляд и увидел, что его альтер-эго было без очков, они лежали на столе, возле его очков. — Я уже говорил, что страдаю бессонницей, а если засыпаю, то это обычно кошмары..., — он не знал, что еще сказать. — Я говорил Райе. Она сначала предложила одно лекарство и изначально оно помогало, но после перестало. Я пытался заниматься, чем угодно, чтоб уснуть. Даже нашел увлечение в книгах.. На это Джон беззлобно хмыкнул, видимо понимая, откуда взялись фразочки в его голове про драконов и эльфов. Интересно как Лололошка читает книги простых людей про другую расу и чешуйчатых, ведь самих их они никогда не встречали. Наверное будет интереснее читать книгу мироходца, но как знать. — Вот и всё... Сказал Лололошка, не зная как еще дополнить свой рассказ про плохой сон, вернее его отсутствие. Харрис призадумался. — Это может быть связанно с сонным измерением. Возможно ты пережил в будущем Архее слишком много стресса, поэтому сонное измерение... Либо было постоянно в разрушенном состоянии, либо сначало было целым, потом ломалось, а после восстанавливалось и так по кругу. И когда ты покинул Архей, то сонный мир ещё не отошел от постоянных разломов, поэтому не восстановился. Или восстанавливается очень медленно. Это первая теория. Лололошка лишь удивлённо смотрел на Дейви, именно из-за того, что это лишь первая теория. — И вторая теория. Она намного хуже... Если проще, у нас же есть внутренний мир. Мы видели его друг друга, при втором слиянии, ведь тогда не слишком его контролировали и отдавали друг другу всякий хлам с головы. Было сложно отделаться от мысли, что нужно проверить как там Невер, Беренгарий и все остальные. Усмехнулся он. — А я постоянно думал о теориях. Поддакнул Лололошка, чуть улыбаясь, вспоминая это. — Ну вот так как-то. Возможно у тебя пошатнулось что-то во внутреннем мире. Он формируется из нашего опыта и, если опыт в будущем Архея у тебя был печальным, то что уж говорить про внутренний мир. Если ты там мало спал, то сейчас ты вообще не спишь. То, что ты делал там в одном количестве, то сейчас ты будешь делать в два раза меньше. Могу предположить, что там ты редко и плохо спал. Первый задумался, понимая, что вторая теория более вероятна. Ведь страдает он не только от бессонницы. От тишины страдает, от большого количества еды и от помидоров, капусты и консервы. От этих мыслей он вздрогнул. Не говорить же сейчас Харрису, что бессонница — это не единственная его проблема? Ученый сполз со стола и подошёл к кровати. — Но со второй теорией сложнее, если что-то во внутреннем мире, то я не смогу исправить это, просто щёлкнув пальцами, — пробормотал он, — сейчас по-быстрому проверим первую теорию. Если нет, то нужно будет слиться, чтобы я смог узнать о том, что у тебя происходило. Я не смогу ничего изменить, даже если проникну в твой внутренний мир. Возможно, это даже ухудшит положение дел. Мне нужно знать ситуацию, чтобы понять как с ней справиться. — Джон посмотрел на него. — Если ты конечно не против. Он понимал, что это значит. Открыться альтер-эго. Он почувствует все его эмоции, ощущения и проживёт все его воспоминания. Но ведь и сам Первый узнает о эмоциях, которые пережил Дейви. Да или нет..? — Я.. Согласен. Чуть ли не шёпотом проговорил он. — Отличненько, а сейчас ложись на спину и прикрой глазки. Лололошка сделал то, о чём его попросили. Харрис положил ладонь на лоб альтер-эго и сам прикрыл глаза используя заклинание. *** Он прикрыл глаза, чувствуя как пространство вокруг искажается и не видит перед собой света. В его измерении темно? Он открыл глаза, но словно и не открывал их. Вокруг словно кромешная тьма. Джон поднял голову и ни одной звезды не нашел, ни одного подобия света, что было бы похоже на луну. Он сосредоточился и от него отлетели зеленые частицы магии, что после загорелись алым пламенем. Они осветили сонное измерение, хоть и тускло. От такого болели глаза и он прибавил огоньков в три раза больше. Теперь можно было смотреть без труда и напряга глаз. К его удивлению всё было целым. Над ним виднелась листва от дуба, в котором жил Невер. Ученый стал слишком сентиментальным. Как он понял? Почему тогда вместо того, чтобы вернуться, он поднимается к верху, а за ним летит огонёк, чтобы осветил ему путь? Почему стоит и смотрит на подстилку, на которой всегда дремал Невер. Почему закусывал губу, чтобы отвлечься от мыслей? Почему?? Возможно Лололошка сильно на него повлиял... Вернее, он недооценил влияние слияния друг на друга. Просто создал розовую гвоздику и положил на его подстилку. Джон торопливым шагом спустился вниз и на его глаза бросился недостроенный дом Лололошки. Хах, они ведь действительно разные. Пока у него хоромы императорские, у Первого недостроенный обрубок... Он подошел ближе и заметил пугало справа. Сразу вспомнилось, как хозяин дома со злости бил пугало и игнорировал его. Бедный-бедный, сложно проявлять свой характер, когда до этого все эмоции держал в узде. Харрис прошёл чуть дальше, и в его голове сразу услышалась фраза: "Спасибо, Джон, это очень много значит для меня". От такого он даже замер, чувствуя пульсацию своей искры и биение сердца. Точно такое же чувство было, когда воин сказал её в первый раз. Похоже осадок настолько сильный от этих слов, что ощущается так же, словно Лололошка сказал её впервые. Надо будет поработать над эмоциями. Дейви лишь заправил кровать и вышел из домика. Цветок ложить нет смысла, Первый, к счастью, ещё живой, хоть и немного не невредимый. Дальше ему в глаза бросилась кузня. Перед уходом там был Балсмег, к которому даже владелец сна не питал теплые и высокие чувства. Как вспомнит хмурое лицо его двойника, так сразу и сказать хочется: "Не порть своё красивое личико" или "Не хмурься, а то морщинки появятся. Они к твоему личику не идут". И когда "наше" личико, стал "его"? Не ясно. Но это не сейчас. Раньше здесь работал Мрк'грш'траклар... Если бы ему дали выбор между багрянником и орком, то явно не второе. В его руке появилась роза, что была такой же алой словно кровь и положил на наковальню. Выйдя с территории кузницы, ему в глаза бросились очертания дома Беренгария. Ему сразу вспомнилось то, как они изготавливали порошок. Аж мурашки по коже, как Лололошка глупо и отчаянно добавлял свою кровь для получения порошка. Если бы Первый узнал о том, что вино восстанавливает кровь, то было бы еще хуже... Как славно, что он следил за всем процессом и постоянно напоминал ему о том, что таким способом весь мир не спасёшь. Как же воротило от мысли, что если бы не он, то хозяин сна бездумно свалился где-нибудь от анемии. Дейви предпочитал такие мысли сразу выметать, ведь ничего такого не было. Хотя, вспоминая слова Окетры, которая рассказывала, что Лололошка носил с собой оружие, которое обеспечивало ему анемию, то только хуже мысли становились. Учитывая то, что Госпожа потом об этом узнала из книги странные странности Мисра. Которую он и написал. До этого, его вообще не волновало это, но сейчас... Ладно, не об этом сейчас. С другой стороны он увидел дом Альфреда. Он вспомнил, когда они пожали друг другу руки и слились. Охотник ничего не понимал, пока они ссорились из-за того, кто должен быть первым. И он бы не сказал, что оба варианта глупые и слишком смешные. Джон лишь вздохнул, понимал, что всё целое, хоть и небо, что было чернее Vantablack. Но ладно, это лишь подсказка на то, что вторая теория вероятнее всего. Используя пустотную магию, он покинул сонное измерение. *** Рука со лба Лололошки убралась и он открыл глазки. Лицо Харриса было задумчивым. — Что такое? Он обратил внимание на лежачего и присел на кровать. Первый тоже принял сидячее положение, но подмял ноги под себя. — Сон целый и полностью восстановился, но... Там небо настолько черное, что разницы между открытыми глазами и закрытыми нет. Воин лишь поморгал, вспоминая, когда у него было плохое самочувствие, то небо сна темнело, словно при закате. Возможно небо его сна настигла черная дыра... — И-и-и, нам придётся слиться? Ученый посмотрел на него оценивающим взглядом. — Если ты будешь согласен на то, что мне придется покататься в твоих воспоминаниях и чувствах. Когда, Дейви договорил, то протянул руку Архейцу. Он с сомнением посмотрел на протянутую руку, а после на альтер-эго. — Джон, пообещай, что это останется только между нами. Лололошка посмотрел ему в глаза, ожидая ответа. — Обещаю. Твердо ответил он и воин мысленно ответил: "верю". Он протянул руку и пожал её, чувствуя как они сливаться. *** Ему пришлось взять чуть больше власти над телом, но Первый словно не был этому против. В его голову сразу же встретились мысли альтер-эго. — Я верю, Джону... Дейви на это внутренне вздохнул. Он всё почувствовал, он всё увидел, он всё понял. *** Они рассоединились. Лололошка чуть замялся, по нему это видно. Харрис лишь вздохнул и пододвинулся ближе к воину и обнял его. Первый вздрогнул, но после обнял учёного в ответ и сел ещё ближе. Он положил голову на плечо альтер-эго и полностью расслабился. Это ведь всё тот же Джон. Ничего не изменилось. Учёный поддержит его, даже несмотря на сарказм и глупые шуточки. Он только сейчас понял, как на самом деле ему не хватало тактильности. — Ну всё, красоточка, это была акция один на... Харрис сразу замолчал, когда воин сильней прижался к нему, сжимая халат в крепкой хватке. Всё же физическая подготовка у Первого лучше. Вырваться из этой хватки было сложно, поэтому Дейви просто смирился с таким положением дел и стал поглаживать альтер-эго по спине. Лололошка расслабился, а после Джон замечает, что воин уснул. Гений лишь вздыхает и ложится с ним на кровать, оставаясь в положении обнимашек.