Что имеем, не храним

Потратив несколько часов на то, чтобы привести себя и дом в порядок, и заказать еды, Серёжа долго размышлял, как лучше связаться с этими двумя дебилами, чтобы это не вылилось в очередной скандал, и никак не коснулось Арсения, и задачка была не из лёгких. Чужую непростую сущность давно удалось понять и выучить, но как же подступиться со столь непростым разговором и обойтись без лишних жертв... Пока была всего одна идея, просто позвонить и поговорить, но, стоило только взяться за телефон, как на постели раздался какой-то подозрительный шорох. Ничего удивительного, что после пробуждения Арс первым делом попытался подняться, вот только для таких глупостей пока очень рано, но понималось бы это вовремя... — Так, Сюш, спокойнее... Куда ты собрался опять, я же сказал, что никуда тебя не отпущу, сегодня точно. — моментально оказываясь рядом, мужчина мягко придержал друга за плечи и никаких возражений слышать не хотел, есть поважнее дела, чем очередной бессмысленный побег. — Давай мы лучше сядем и поедим потихоньку, хорошо? Даже знать не хочу, сколько ты не ел и не собирался это делать, без еды сил так и не будет ни на что. — Вот уж завёл я себе няньку... — слабо болезненно улыбнувшись, Арс понимал, что спорить бесполезно, и плавно присел, чуть морщась от того, как расплывается всё вокруг, и отвратительно пищит в ушах, нельзя так наплевательски к себе относиться, но кто б проследил... — Ладно... Чёрт, дурацкие ощущения. Руку дай пожалуйста... Как-то мне... Не по себе... — Вот об этом я и говорил, опять довёл себя до крайности... Не паникуй, держу я тебя, куда ж деваться. Ничего, не в первый раз приходится так на ноги ставить, с моим опытом надо докторскую степень давать, не иначе. И на полминутки всё-таки придётся тебя отпустить, сейчас... — неохотно отстраняясь, Матвиенко очень быстро взял пакет с привезённой едой, столовые приборы и специальный поднос, который можно ставить прямо на постель, кто б знал, что привычка вкусно поесть на кровати так выручит однажды. — Вот, вот и всё... Я супа тебе взял и второго, питаешься бог знает как, хоть у меня нормально поешь, и чтоб без отговорок. Если некоторые валенки не способны нормально за тобой поухаживать, то этим займусь я. — Ну Серёнь... Ну зачем ты так... — вздыхая с исключительно театральной тяжестью, Арс искренне попытался взять себя в руки и хотя бы не уронить ложку, всё равно успевая оценить зрительно все предоставленные блюда, куда девать привычки и особенности характера... — Харчо, серьёзно? А можно было что-нибудь менее жирное? И Антон не смог бы это... — Не дождёшься, если я решил тебя откармливать, я это сделаю, ты меня знаешь. И я б послал ему этот супчик, и риса бы побольше сыпанул. Пусть и ему херово будет, что он сделал с тобой опять... — единым чудом сдерживая желание свернуть Шасту шею голыми руками, Сергей продолжал бережно придерживать друга за плечи и особой активности в поглощении пищи не наблюдал, естественно, легко сдаваться не собираясь, тоже особенность характера и бешеное желание помочь этому человеку всем возможным и невозможным. — Арс, ещё раз, ты меня знаешь, не нарывайся. Если не начнёшь нормально есть, я сам тебя накормлю, прям с ложечки, я серьёзно. — Всё, испугал... Хорошо, сдаюсь. Так нечестно конечно, но когда тебя это останавливало... — не соглашаясь и не возражая таким методам воспитания, Арс по возможности быстро доел этот несчастный суп, и никак не мог выкинуть из головы одну исключительную со всех сторон личность, было б это так легко... — Но мне всё равно надо будет уйти сегодня... За вещами. И я должен один пойти... Чтоб не злить его ещё больше. Знаешь же, в такой момент он тебе не обрадуется... — И думать не смей, умный какой, прям горжусь и поздравляю. Никуда ты один не пойдёшь, совсем жить надоело? Во-первых, без меня ты пока даже не встанешь. Во-вторых, этот мудак может опять тебе гадостей наговорить, ты ж даже заступиться за себя не сможешь. Так что всё, только со мной, ничего не знаю. И не пытайся даже ему писать или звонить, для этого ещё очень рано. — к счастью, не наблюдая особых возражений, Серёжа проследил, чтоб съедено было всё, сам пообедал и отнёс грязную посуду в мусор, через пару минут уже возвращаясь и думая, что сейчас будет лучше предложить, ведь этот человек не умеет долго сидеть без дела, даже в не самом лучшем состоянии... — Ну что, чем займёмся? У меня кажется валялась где-то пара книжек и... Это у тебя телефон пиликнул или мне показалось? — Вроде у меня... Да, погоди минутку. — не сразу вспоминая, что столь бесценное средство связи совсем рядом, в кармане брюк, Арс потихоньку достал его и с таким испугом ещё никогда не смотрел в переписку, так и спятить недолго... — Серёж... Это же не... Ну пожалуйста... Смутно подозревая, что именно могло вызвать такую реакцию, Серёжа заранее десять раз проклял этого двухметрового козла, и не ошибся. В диалоге с любимым была одна новая фотография и всего несколько слов о том, чтобы Арсений не думал даже приезжать без спроса и мешать молодой счастливой паре, и на кадре как раз целовался с Ириной в каком-то ресторане, лучшего послания и придумать нельзя. Ощущая поднимающийся страшной волной гнев, Матвиенко тут же сорвался с места и был настроен очень решительно, этот придурок перешёл все грани и должен за это ответить, довольно прощать всё и вечно закрывать глаза, и так спустили на тормозах уже слишком много... — Ну всё, ему не жить нахуй. Еще и геолокацию поставил, дебила кусок. Через полчаса я буду в этом ресторане и там... — и там вполне могло бы пролиться много крови, но остановил взбешённого мужчину всего один тихий жалобный вскрик... — Серёж, нет, пожалуйста! Не уходи... Понимая уже совсем немного, Арс не ко времени резко поднялся и через секунду был уже на полу, на коленях, с болезненно прижатыми к груди руками и напрочь сбитым дыханием, только этого ещё не хватало... Моментально остывая и на пару минут забывая о жажде справедливости, Сергей тут же оказался рядом, вернул друга в постель и через минуту притащил немалых размеров аптечку, нельзя терять ни секунды, и так дошло до такого, чего не должно быть никогда... — Так, тихо, тихо, всё нормально... Дыши давай, только попробуй сдохнуть! Я не знаю что сделаю с этим уёбком, он дорого заплатит за твою жизнь и здоровье... — каким-то чудом достаточно быстро находя ампулы с Нитроглицерином, вполне умело Серёжа сделал укол и только бережно обнимал Арса, готовый жизнь свою отдать, лишь бы тому стало легче, ну почему всё должно выйти так ужасно... — Ничего, хороший мой, ничего... Сейчас станет легче, держись за меня, я точно не отпущу. Он за всё поплатится, за каждую секунду твоей боли... За это фото я не знаю даже, что сделаю с ним, но смерть ему покажется сказочной идиллией, это я обещаю. Он не смеет так с тобой обходиться, не смеет... — Серёж... Боже, я... Это же... Это же неправда... — и лёгкая дрожь в этом красивом низковатом голосе сейчас пугает примерно до ужаса, только слёз не хватало... — Тшш, милый, не надо... Не думай об этом, я тебя умоляю. Да что за блядь опять дёргает, всех придушу... — быстро найдя собственный мобильный, Матвиенко глянул на определитель номера и понял, что этому человеку придётся ответить, они и так слишком редко стали общаться, да и вдруг важное что-то. — Да, Паш. Ну вот ты сейчас вообще не вовремя. Да долго рассказывать, но мы в полной жопе. Шаст опять делов натворил, Арсу хреново жуть, я что делать не знаю. А оно тебе надо вообще, детали такие? Ладно-ладно, уймись папаша, помню я всё, что мы тебе как родные дети, не кипятись. Сейчас скину кое-что, сам всё поймёшь. Всё ещё удивляясь такому вниманию, Серёжа всё-таки отправил то самое фото и от такого ответа тянуло только нервно рассмеяться. Ожидаемо Воля ответил, что отцовское сердце не обманешь, оно сразу беду почуяло, что их вообще нельзя было оставлять без присмотра, и пообещал этому бабнику оторвать не только голову, но и всё остальное, чтоб думал, что творит. На самый очевидный вопрос отвечая, что в заботе об Арсении помощь пока особо не нужна, но в гости заехать всегда можно, семья же, и от греха подальше выключая оба мобильных, Сергей так и не отпускал друга из объятий и думал пока только о том, чем ему ещё можно сейчас помочь. Шастун не имел никакого права так поступать с любимым человеком, причинять такую боль, и обязательно поплатится за это, но как же не дать ему добить Арса, как уберечь эту графскую особу от всех, включая его самого?