Кто мы друг для друга теперь?

— Сергей Дмитриевич, Сергей Дмитриевич! Колдун вздрогнул и обернулся. — Сергей Дмитриевич, вам сделать чай? — учтиво спросил Савелий, его див. Его новый див. —А...давай, спасибо, — растерянно ответил тот. За столом в уютном доме графа Аверина сидела вся их компания: Сергей с Савелием, Виктор, Дракула, который не упускал возможность украсть ещё одну тефтельку, хозяин дома, Кузя и Владимир. Див Гермеса Аркадьевича. После очередной трудной недели друзья пили чай, болтали и смеялись, но вот юному колдуну было явно не до смеха. ```А ведь он даже на меня не смотрит. Хотя, зная его характер, он будет сдержанным со всеми, но все равно обидно.``` Прошло четыре месяца, как Владимир перестал быть его дивом. Формально. Но Мончинский все равно ощущал еле заметную связь между ними. Возможно он просто это выдумал, возможно воспоминания о старых добрых деньках одурманили его разум, и теперь он не может отличить действительность от грез. Возможно жить воспоминаниями было легче, ведь так он не чувствовал боль. ```А ведь я раньше его боялся. Жуть как боялся. Однако мы сумели найти общий язык, смогли укрепить связь... Как же все скоро оборвалось! Неужели этот счастливый год закончился так быстро?``` Нет, он не мог сказать, что Савелий ему не нравится, как раз наоборот: див выполняет все поручения, печется о колдуне и его комфорте, и сам по себе он добр и трудолюбив, вот только... Савелия Сергей ценит как друга и напарника, а Владимира... Нет, он должен прекратить думать об этом. Всё-таки какое-то время он справлялся, сдерживался, и теперь тоже заглушит в себе эти несчастные ростки чувств. Они завянут и больше никогда взойдут. Все, хватит этих глупостей. ...Вот только поймав на себе мимолётный взгляд холодных, словно айсберг, глаз, растения зацвели пышным цветом. По телу разлилось тепло (да-да, лёд может греть), а в сердце разлилась нежность, готовая вот-вот вырваться наружу, но кто они друг другу сейчас? Знакомые? Коллеги? Но ни как не близкие люди...