Take my lungs

Глаза покалывали и словно давили внутрь черепной коробки, вызывая дискомфорт по всему телу. От зудящей головной боли, Норман не мог соображать и сконцентрироваться на работе, каждый раз моргая или закрывая веки чуть-чуть на подольше, чтобы позволить себе передохнуть и немного снять напряжение. Хотелось закрыть себя в темной прохладной комнате или приложить к вискам баночку холодной газировки. Агент провел почти часовую сессию в УРС, а после сидел за экраном монитора, кажется напрочь игнорируя как тело просит небольшого отдыха. Очки и так плавили мозг до полу бредового состояния, но Джейден не мог позволить себе отдыхать, по его мнению, он совершенно не заслужил и у него есть более срочные дела. Вот раскроет дело Мастера Оригами и тогда можно будет спокойно проваляться в кровати за просмотром фильмов. Улики требовали тщательного анализа и разбора, провести экспертизу и грамотно интерпретировать существующую информацию для составления общей картины дела. Отодвинувшись на стуле от рабочего места, Норман устало потер глаза и зевнул. В последние два дня он спал суммарно около шести часов, что определено сказывалось на продуктивности. На столе стоял стаканчик из-под кофе, Норман взял его и немного потряс в надежде, что ещё немного осталось остывшего американо. Однако стаканчик оказался пуст, вызвав у Нормана короткий вдох отчаяния. Откинувшись на спинку кресла, агент молча смотрел в потолок, гоняя мысли о подозреваемых и недавно похищенном ребенке. Времени оставалось не так много, по прогнозу погоды обещали сильные проливные дожди и надо было как можно быстрее решить головоломку с этим маньяком. Размяв шею, Норман решил выйти на перекур и может быть сходить до ближайшего круглосуточного кафе. Норман собирался провести за работой ещё несколько часов, но организм требовал сна и пищи. Первое казалось непозволительной роскошью, а вот второе весьма выполнимой задачей. Мрачной тенью выйдя из кабинета, Норман осмотрел участок. Уже было поздно, потому в департаменте полиции оставались патрульные и диспетчеры, а также несколько детективов. Гораздо тише и спокойнее чем в часы дневной запары, вечных звонков и шелеста перебираемых бумаг. На проходящего агента никто не обращал внимания, полицейские слишком погружены в работу. А может и не замечали потому, что отношение было к Норману как к чужаку, ведь тот из бюро, а «федерал» среди местного контингента считалось за оскорбление. Джейдену было плевать что о нем думают люди, нравится он им или нет, лишь бы это не мешало его работе. На вспыльчивого напарника уже не осталось никакой надежды и Норман просто запирался в своей темной каморке, в полном одиночестве зарываясь в дело, словно с песок. Оказавшись на улице, в нос сразу ударил запах сырости. Дождь пока не начался, что позволяло молча покурить в одиночестве за участком. В общую курилку Норман не ходил, предпочитая выходить на улицу и немного дышать воздухом у главного входа. Вытащив чуть помятую пачку красной Мальборы, тонкие пальцы выудили сигарету и поднесли к потрескавшимся губам. Язычок пламени приблизился к кончику сигареты и поджог бумагу с табаком, Джейден сделал первую неглубокую затяжку. Не успев отойти от входа в участок, фэбээровец чуть вздрогнул, когда из-за спины донесся знакомый низкий голос. -Что ты тут встал посреди дороги? — поинтересовался мужчина, а Норман повернулся к нему в небольшом недоумении. Это был Блейк. Мужчина казался уставшим, но выглядел получше чем сам агент. По всей видимости лейтенант собирался ехать домой. Норман сделал затяжку и выдохнул, наконец-то ответив на поставленный вопрос. -Курю. -Я уж заметил, — хмыкнул Блейк, чуть приподняв бровь. Хоть Джейден и был ужасно раздражающим, и у Картера иногда чесались руки его ударить, видеть, как парень себя доводит до изнеможения было не самым забавляющим зрелищем. Издеваться над немощными и убогими было просто не интересно. -Ты бы лучше домой поехал и поспал, а то выглядишь как будто на хмуром сидишь, — Страж порядка скрестил руки на груди, пронзив федерала осуждающим и оценивающим взглядом. От подобного замечания Норман непроизвольно дернул глазом. -Мне ещё нужно поработать немного. Закончу с бумагами и поеду, — немного сухо ответил Норман. Сигарета тлела на ветру, да только вот никакого наслаждения от перекура не было. -Твоя работа может подождать. Поезжай домой, поспи, поешь и помойся. Твое состояние оставляет желать лучшего, а я не собираюсь с тобой, блять, нянчиться если ты потеряешь сознание от переработки, Норман. Они редко называли друг друга по именам, преимущественно обращаясь по фамилиям, а вовсе Картер зачастую опускался до банального «эй, ты». Норман не хотел слушать эти нравоучения, тем более от лейтенанта, а лишь потому чуть отвернулся, скурив уже большую часть сигареты. -А я и не прошу. Все нормально со мной будет, я закончу с делами и поеду. Я же не собираюсь тут всю ночь сидеть. К тому же, тебе то какая разница, Блейк? — отмахнулся Норман, желая поскорее завершить эту неудачную беседу. Картер подошел со спины и выхватил у агента сигарету, от чего та упала прямо в лужу, поспешно догорая. Парень только хотел раскрыть рот и возмутиться, как Картер крепко сжал его плечо, впиваясь пальцами в ткань пиджака. -Если узнаю, что ты тут всю ночь сидел — закрою в камере и будешь локти кусать, что я дело раскрыл без тебя. Вали домой, нечего под ногами мешаться, — мужчина отпустил федерала и развернулся, направившись на служебную парковку, постепенно отдаляясь и исчезая из поле зрения. Джейден стоял ошарашенный, чуть с приоткрытым ртом, а на лице читалось полное недоумение из-за произошедшего. Это кажется, был первый раз такого своеобразного проявления заботы со стороны полицейского. Хватка, конечно, у лейтенанта была стальная, Норман даже чуть размял плечо из-за небольшого дискомфорта и легкой боли. На волосы капнула вода, а через секунду ещё раз, предвещая начинающийся дождь. Норман глянул себе под ноги и выдохнул, понимая, что толком не успел насладиться курением и расслабиться. После этого и есть как-то перехотелось, хотя живот все равно терзало в неприятных спазмах. Вернувшись в участок, Норман занялся бумажной волокитой. За работой он провел ещё некоторое время, но все-таки решил прислушаться к словам лейтенанта и поехать к себе, а не ночевать на работе. Так у него будет возможность немножко поспать и поесть, а просмотр и анализ улик он сможет продолжить в отеле. На город поспешно опускались темные свинцовые тучи, предвещая округе скорые дожди и осеннюю зябь. Лишь слегка моросило, легкие капельки воды даже почти и не ощущались на волосах или одежде. Завернув за угол, Джейден оказался в темном переулке, который и служил уединенной курилкой. Все его вещи до сих пор лежали в кабинете, сначала надо было перекурить, а затем вернуться и взять сумку с пальто, да и направляться домой. Внимание сразу привлекла машина, что стояла прямо перед входом в мрачную подворотню. Ходовая черная модель, яркий пример среднестатистического автомобиля. На зеркале заднего вида висели плюшевые игральные кости, внутри никто не сидел. Это место попадало в слепую зону камер видеонаблюдения, однако местные работяги предпочитали тут не парковаться. От холода Норман дрожал как побитый пес, высокая влажность и осенняя пора делали свое дело. Прохлада бегала по коже вызывая волны дрожи, чуть усиливающиеся дуновение ветра, заставляло агента сильнее трястись и переминаться с одной ноги на другую, лишь бы согреть себя самостоятельно. Потягивая тлеющую сигарету, фэбээровец совсем не заметил, как к нему с противоположного конца улицы приближались две фигуры. Один был высокий мужчина, по комплекции похож на Блейка, а второй был ниже ростом и косолапым. Норман бы и вовсе их проигнорировал, если бы эти люди не направлялись прямиком к Джейдену. Табельное оружие было сдано в участке, потому даже защититься будем нечем. Хотя, с другой стороны, зачем оно может понадобиться? Наверное, они и владельцы машины. Мужчины о чем-то переговаривались и направлялись прямо к агенту, вскоре достигнув его. Норман сразу же заметил у низкорослого на груди бейджик с подписью «пресса», отчего моментально закатил глаза. -Добрый вечер! Сэр, вы ведь ведете дело Мастера Оригами? — начал молодой мужчина, но что-то в его повадках Нормана сразу оттолкнуло. Да и бейдж на груди был немного странным, словно фальшивым. -Да, веду. Но я не могу дать вам информацию, ничего подтвердить и опровергнуть тоже. Следствие не сотрудничает с прессой, — с тяжестью выдохнув, Норман щелкнул по сигарете. Попытка тактично отвадить от себя эту парочку не увенчалась успехом, те лишь наоборот стали подходить ближе. -Всего лишь несколько вопросов! Вы ведь ведете дело? -Да, веду, — повторился Джейден, — вся информация строго конфиденциальна и разглашению не подлежит. Пожалуйста, дайте мне покурить в тишине, — уже чуть тверже и с нотками пассивной агрессии отмахнулся Норман. Сегодняшний день разыграл все карты против федерала, один из мужчин выбил из рук сигарету, заставив того застыть в недоумении глядя на опустевшую ладонь. Сука, вторая за день, да что ж такое! -Потом покуришь, мусорок, — произнес незнакомец с противной ухмылкой и резко схватил Джейдена за горло. Норман даже отреагировать не успел, нападавших было двое, а он всего один. Один и уставший, кое-как соображавший. Напали абсолютно в крысу и не «по понятиям». Неразборчиво ударив одного из подставных журналистов в живот, Норман дернулся и попытался вывернуться из крепкого захвата. Конечно, ослабшему наркоману будет тяжело противостоять такому натиску, особенно когда силы не равны. Ну если только это не драка за дозу где-то у барыги в подвале. Тяжелая рука сжимала горло и лишь одного сильного удара по затылку хватило для того, чтобы Норман потерял сознание и тряпичной куклой свалился похитителю прямо на руки. -Быстро. Давай, пока никто ещё не вышел, -буркнул мужчина и подхватил агента на руки, дотаскивая до той самой машины, что стояла прямо напротив знака. Распахнув багажник, мужчины погрузили бессознательное тело внутрь, захлопнув крышку. -А говорили, что он силен как пять мужиков сразу. — насмешливо отозвался водитель, снимая с шеи поддельный бейджик. Вставив ключ зажигания и прокрутив, похититель сменил передачу и сдал назад, отъезжая от злополучного переулка. Машина отдалялась и вскоре затерялась среди потока транспорта.

***

Придя в себя, Норман с трудом разлепил тяжелые веки, но почти сразу закрыл глаза, ведь в комнате ярко горел. Затылок гудел из-за сильного удара и немного кружилась голова. Приоткрыв глаза, Норман сначала оглядел себя, а затем и окружение. Он сидел на стуле, по ощущениям руки и ноги были плотно завязаны. Веревка слишком сильно давила на запястья, а малейшее трение вызывало сильный дискомфорт. Определить сколько времени прошло с момента удара было проблематично, ведь никаких часов или окон в помещении не было. Комната, в которой находился агент была небольшим и серым помещением с обшарпанными стенами. Где-то со стен откалывалась штукатурка крупными кусками, а внизу по углам виднелась плесень. Над головой холодным светом горела лампочка, периодически моргая с характерным звуком люминесцентна. Чуть покрутив головой, Норман заметил на полу большое количество двухлитровых бутылок с водой. У стены напротив стоял деревянный стол, однако Норман не мог разглядеть, что там лежало. Норман немного дернулся, но был слишком крепко привязан, чтобы сопротивляться или пытаться сбежать. Подкрадывающееся осознание тщетности своего положения внушало звериный страх. — О, ты очнулся, — незнакомый мужчина встал и подошел к Норману, похлопав того по плечу. Второй же стоял около стола и что-то крутил между пальцев, кажется, ключи от машины? — Ты не переживай, если будешь хорошим мальчиком и пойдешь на сотрудничество — все с тобой будет хорошо. Лады? — тот криво улыбнулся и наклонился к лицу агента. От него противно пахло луком и каким-то дешевыми сигаретами с яблочной кнопкой, шлейф создавался убийственный. Когда куришь дешевую дрянь за пять баксов, от тебя на милю несет ссаниной и анашой. -Мне казалось репортеры не так добывают информацию, — чуть недовольно ответил Норман, но собеседники не оценили язвительной манеры речи. -А ты не выёбывайся и может не сдохнешь сегодня, — отозвался человек, что стоял и стены. С омерзительным скрежещем звуком, мужчина протащил свободный стул и поставил его напротив связанного федерала. Закинув руки на спинку стула, мужчина сел напротив с абсолютно невозмутимым выражением лица. -Ты же ведешь дело про маньяка, который детей топит? Кто главный подозреваемый? -Я не могу этого сказать, это конфиденциальная информация. — гордость Нормана могла быть серьезным камнем преткновения в диалоге с этими людьми. -Парень, вот ты разве не понимаешь? Если ты не будешь говорить, мы из тебя информацию просто выбьем. Так что в твоих же интересах все нам рассказать. Кто подозреваемый? Норман дернул бровью. Что это за люди и что им надо? Мастер Оригами очевидно действовал один, за этими убийствами стоял один человек, а не группа людей и нынешняя ситуация лишь создавала неразбериху в предположениях. Эта до одури смешная попытка допроса вызывала лишь вопросы в мотивах этих людей. Кому могла понадобится подобная информация, если только не причастным к делу? -Нет подозреваемого. У всех допрошенных есть алиби, — Норман чуть прикусил внутреннюю часть щеки. Кажется, данный ответ не устроил людей окружавших Нормана. Мужчины скептично переглянулись, очевидно, словам они не верили. -И что совсем никаких? Малыш, ты разве не копаешь на Горди Крамера? — Норман опешил, на лице изобразилась легкое удивление. Он впервые слышал это имя и нигде в деле оно не фигурировало. Да и от липкого «малыш» Нормана перекосило от отвращения. -Нет… Я впервые слышу про этого человека, — похитители не отличались особым терпением, ведь очередной неудовлетворительный ответ побудил ударить связанного агента. Пока это была лишь увесистая пощечина, отчего Норман чуть повернул голову в сторону. -Ты нам зубы то не заговаривай. Мы знаем, что ты, сука, копаешь под Крамера и его семью, выкладывай что тебе известно. Если ты продолжишь строить из себя хуй пойми что, то тебе очень не поздоровится, — сидевший на стуле мужчина хоть и не внушал страха, но вот его быстро брошенный взгляд в сторону бутылок заставил что-то сжаться в груди Джейдена. Он уже давно догадался для чего нужно столько воды, но боялся признаться себе в этом, надеясь, что всё обойдется. -Я правда ничего не знаю про Крамера, я этим делом занимаюсь лишь несколько дней! Я из ФБР, а не местного полицейского управления! — Норман немного поддался вперед, пытаясь игнорировать ноющую боль в запястьях. -Так я и поверил, что ты из ФБР. Больно на лицо смазлив. Не хочешь говорить? — уточнил сидевший на стуле, будто выискивая позволение причинить вред здоровью. -Да я ничего не знаю! Я слышу его имя впервые, я не вру вам! Зная, что вы будете меня пытать, стал бы я умалчивать необходимую вам информацию? Получив вторую затрещину, Норман зарычал. Покрасневшая щека сильно саднила, удар у мужчины был тяжелым и хорошо поставленным. Сразу понятно, что эти руки переломали немало костей. -Неси бутылку, — мужчина встал со своего места и медленно обошел агента, словно хищник обхаживает загнанную в угол жертву. Незнакомец встал сзади, схватив Нормана за каштановые волосы и потянул на себя. Норман судорожно бегал глазами по комнате, наконец-то ощущая тот самый бешеный прилив страха. Страха предстоящей боли и потенциальной смерти в этой замызганной комнате. Страха долгой и мучительной смерти, которую будут оттягивать до последнего, пока Норман просто не начнет умолять его прикончить выстрелом в голову. Было совершенно непонятно, где у этих головорезов проходит черта дозволенного, и на что они способны. -Я правда из ФБР! Я ничего не знаю, я клянусь вам! — Вскрикнул агент и лишь сильнее задергался на стуле, когда второй человек подошел с бутылкой воды. Все попытки сопротивления были бесполезны, веревки плотно облегали тело, не позволяя выбраться. Голову Нормана крепко держали и немного запрокинули, лишив возможности дергаться или отвернуться. На рот и нос положили какую-то грязную тряпку, от нее неприятно пахло хлором, но запах сейчас волновал меньше всего. -Давай, лей, — скомандовал мужчина сзади, сдерживая тщетные попытки федерала освободиться. Пластиковая крышка с характерным звуком упала на пол, чуть отскочила и откатилась куда-то в угол. Над головой занесли бутылку воды и стали выливать прямо на тряпку. Иногда подобный способ пытки называли «шифон» из-за хлопчатобумажной или шелковой ткани, которой и накрывали лицо человека. На ткань льют воду, тем самым блокируя приток воздуха, вызывая асфиксию. В академии Норман изучал различные методы пыток и какое они могут оказать влияние на психическое здоровье, что являлось его центральным интересом. Он прекрасно знал историю данной пытки, как раньше её применяла испанская инквизиция, а потом этот метод любезно подсмотрели американские спецслужбы при допросе иранских военнопленных. Норман никогда бы и не подумал, что испытает бесчеловечную пытку водой непосредственно на себе. Вода универсальна, не требует слишком много затрат и практически не оставляет видимых следов и повреждений. Легка в использовании для палачей и губительна для жертв. Травмирующие последствия подобных пыток пагубно сказываются на психике, иногда приводят к сильному помутнению рассудка, изменениям личности, эпилепсии и суицидальным мыслям. Норман закашлялся, стал сильнее дергаться. Казалось, будто бы он тонет и никак не может выбраться, будто бы бьется руками о твердый лед, пока холод и водная пучина поглощают его тело. Удушье сковало горло, вызывая хриплый кашель. Сама вода не причиняла боль, но постоянный кашель привел к напряжению мышц, а после и к боли в груди и животе. Пронизывающий холод воды смешался с обжигающим горло удушьем. Разум обманывал Нормана, действительно полагая, что тот тонет и вот-вот захлебнется. Адреналин бешено гонял по венам, сердце ломилось из груди. Фиксация и невозможность дышать вызывали острое чувство полной беспомощности, когда твое тело тебе не принадлежит. Агент потерял контроль не только над ситуацией, но и над самим собой. Каждая капля ощущалась предвестником смерти, каждое мгновение норовило стать последним. -Перестань, — скомандовал стоявший позади мужчина, и его более молодой коллега сразу же перестал лить воду на лицо Нормана, снимая ткань с лица. Мужчина отпустил голову агента, позволяя тому наклониться и откашляться. Легкие горели, кашель был таким, словно Джейден всю жизнь курил по пачке сигарет в день. Норман сплевывал остатки воды, каждое отхаркивание, словно огнем, проходилось по носоглотке. Даже хватать воздух ртом было больно. Частый прием триптокаина вызывал сильное раздражение слизистых, жжение стало неотъемлемой частью постоянного употребления наркотиков. Заложенность носа и затрудненное дыхание также являли собой обыденность, и с подобным дискомфортом Норман научился жить, но сейчас этот эффект усиливался в несколько раз. Текущая боль была будто гипертрофированной версией. -Ну? Достаточно намок, чтобы говорить с нами? — мужчина схватил Нормана за волосы, вглядываясь в ясные голубые глаза. -Я ничего не знаю про Крамера, клянусь… Его даже нет в списке подозреваемых… — прохрипел Джейден, сплевывая слюну и воду прямо себе на брюки. -Зачем ты заставляешь развязывать себе язык если можешь просто сказать? -Да ничего я не знаю! Я это дело веду пару дней…! — Норман повысил голос, его крик сорвался хрипом, но постепенно затих. После этого последовал сильный удар по лицу, Нормана аж на стуле немного дернуло. Опустив голову, агент ощутил, как теплой струей сочится кровь над губой. Кровотечение из носа больше не удивляло и не шокировало, но сейчас ощущалось совершенно иначе. Одно дело кровь идет, когда ты колбами долбишь триптокаин, другое — когда тебя избивают, выпытывая информацию. Ждут, что от боли ты заскулишь как псина и выдашь всё как миленький. -Ты сам себе жизнь усложняешь, парень. Клади его на спину. Норман вздрогнул и задергался, стал кричать и просить перестать, сразу судорожно мотая головой в разные стороны. Мужчинам совершенно не составила труда уложить парня на спину, даже пока тот был привязан к стулу. На лице вновь оказалось мокрая тряпка, на которую стали без остановки лить воду. Норман не мог не вдыхать воду, она попадала небольшими порциями в легкие, вызывая агонию и нескончаемый кашель. Норман пытался глотать, чтобы улучшить свое положение, но получалось только хуже. Вода обрушилась на лицо яростным потоком, заливаясь в ноздри и рот, попадала в глаза. Каждый кашель бил по груди, словно у Нормана туберкулез и он вот-вот свои легкие выхаркает, а не воду. Агент не мог даже пищать. Глаза щипало от слез, пока вода нескончаемым потоком лилась на лицо. Он задыхался не только от боли, но и от ужаса, сотрясавшего его тело. Этот сеанс пытки был длиннее предыдущего, опустошив полностью двухлитровую бутылку, её отбросили в сторону. Мужчины ждали, пока Норман придет в себя и снова сможет заговорить, словно надеялись, что сейчас он выдаст всё, что знает. Норман лишь задыхался и рыдал, пока капли с волос падали на щеки. -Ты можешь прекратить это, если только начнешь говорить. Это ведь для тебя не проблема, верно? Просто скажи, что знаешь о Крамере и всё это прекратится. -Слушай, а может мы это… Не того взяли…? — спросил молодой мужчина, стоявший по левую руку. Повисло небольшое и неловкое молчание, мужчина сверлил молодого взглядом, чуть приподняв бровь. -Это ты его взял, Сэмми, разве не так? Ты наводку знал? Знал. Хочешь мне сейчас сказать, что мы взяли не того? -Да это он конечно же…! Просто… Просто чего он молчит тогда? Думаешь, упертый? -Ну и что ты мне мозги ебешь? Заговорит. Либо мы его заставим говорить, либо Трой. Краем уха Норман пытался улавливать разговор людей, но мозг его попросту не обрабатывал, будто слышал белый шум. На глаза словно фильтр наложили, все замылилось и после смешалось воедино. Соображать было тяжело, Норман прекрасно понимал, что сознание ускользает, ведь часто падал в обморок из-за ломок. С каждым морганием было все тяжелее и тяжелее разлеплять уставшие веки. Нормана надолго не хватило. Он потерял сознание, обмяк на стуле и опустил голову вниз, пока капли воды продолжали медленно капать с его волос и лица. Не будь Джейден привязан к стулу, то уже бы давно свалился на холодный мокрый пол. Без сознания, однако, он пробыл совсем недолго. На удивление, Норман очнулся без посторонней помощи. В ушах словно вата была, услышать что-либо было тяжело. Подняв голову, Джейден смотрел неясно, взгляд пока не прояснялся. Его положение не изменилось, он все также привязан к стулу, находится все в той же комнате, только вот сейчас в помещении стало на одного человека больше. -Он пришел в себя, — донеслось откуда-то спереди. Стоило зрению проясниться, Норман наконец-то смог рассмотреть появившегося человека. Высокий мужчина, наверное, почти под два метра, с весьма приличной мышечной массой безынициативно глядел на пленника. Вот такой точно сможет шею сломать одной рукой. -Вы просто его водой поливали? — уточнил незнакомец, подходя к связанному агенту. -Да, ещё пару раз лицо подкрасили. -И ничего не сказал? — в его голосе не было даже банального интереса. -Говорит, что ничего не знает и дело совсем недавно ведет, Трой. -Вот как… Упертый ты, лейтенант, — мужчина наклонился, заглядывая в затравленные глаза. Почему лейтенант? Норман слишком молод чтобы дослужиться до такого высокого звания. Ему бы просто рабочего стажа не хватило до лейтенанта, так почему эти люди уверены в том, что он именно лейтенант? Не офицер, не детектив? Лейтенант… Надо было слушать Блейка, надо было сразу уезжать домой и, может быть, ничего не случилось. Может им нужен Блейк? Он как раз лейтенант, работает над делом и уж точно слышал про этого Крамера. Стоило ли сказать про Картера, чтобы каратели перевели свой взор на него, а Норман был бы спасен от будущих издевательств? -Я из ФБР… — простонал Норман, медленно вздымая грудь. Трой только усмехнулся, словно эти агенты ФБР его дневная норма белка. -Да-да, знаю я вас. Ты лучше не шути, а скажи, что знаешь. -Я ничего не знаю, я агент ФБР…! Позвоните моему управлению, они поручатся за меня… Что вы хотите? Выкуп? — голос парня срывался то на хрип, то на шепот. -Я хочу чтобы, ты сказал, что знаешь про Горди Крамера и предоставил улики, указывающие на его причастность к делу. Ты на него, сука, роешь? — Трой сжал кулак и ударил агента прямо в солнечное сплетение. Удар в грудь всегда неожиданный, но от этого не менее болезненный. В легких сжало воздух, дыхание подперло, Норман замычал и зажмурился. Этот удар ощущался совсем по-другому, сейчас боль не проходила, а лишь усиливалась с каждым рваным движением. Неужели ребро сломали? -Я ничего не знаю… Я не знаю про Крамера ничего… — Норман замотал головой и вздрогнул, стоило мужчине замахнуться и снова его ударить, точным ударом выбить воздух из груди. -Сэм, бутылку, — скомандовал Трой, а ему незамедлительно подали закрытую и полную бутылку воды. Норман тихо всхлипнул и отвернул голову в сторону, пытаясь ментально себя подготовить к предстоящему удушью. Правильно говорят, что перед смертью не надышишься, Норман жадно вдыхал остатки воздуха, даже не взирая на покалывание слева у ребер. Лицо исказилось от ужаса, а глаза беспокойно рыскали по комнате в поисках спасения. Федерал зажмурился, полагая, что сейчас на него опять начнут лить воду, однако похититель решил поступить иначе. Теперь воду вливали Джейдену прямо в рот, один держал бутылку, второй вонзал пальцы в щеки, заставляя раскрыть рот. Приходилось глотать воду лишь бы не захлебнуться. Желудок растягивало от количества вливаемой воды, глотать было уже невыносимо тяжело и Норман просто пытался выплевать воду, но с каждым разом его попытки сопротивления угасали. Избыток воды в организме привел к понижению натрия в крови, что в свою очередь провоцировало сильнейшую головную боль. Поставив пустую бутылку рядом со стулом, Трой наклонился к агенту, заглядывая в полные страдания глаза. -Ты копаешь на Крамера. Что ты нашел на него? Видеозаписи с камер наблюдения, что у тебя есть на него? Хочешь на него всё свалить, ублюдок? В ответ получив только неразборчивую кашу из слов, Трой в очередной раз ударил Нормана по лицу, но на этот раз амплитуда была настолько сильной, что агенту пришлось выплёвывать один из зубов на пол. -Ты разве не знаешь, что Крамеру лучше не переходить дорогу? -Я ничего не знаю… Я дам доступ к делу, там нет упоминания Крамера… Следующий удар был гораздо больнее всех предыдущих попыток выбить из Нормана информацию. По раздувшемуся желудку истязатель периодически наносил удары, что вызывало рвотную реакцию. Резкая и внезапная боль пронзила живот словно кинжал, с каждой секундой впиваясь и прокручиваясь во внутренностях. Норман согнулся на пополам и сильнее закашлял, не сдерживая рвотный позыв. Рвота обильно выходила наружу, оставляя гадкий и горький привкус на языке. Удары прекратились, пока Норман жадно пытался отдышаться и откашляться. Тело сковывали судороги, а спазмы внизу живота доводили Джейдена чуть ли не до агонии. -Что ты знаешь про Горди Крамера? — вопрос в очередной раз повторился, также как и последующий ответ. -Я ничего не знаю… Правда… Один из мужчин хотел вновь ударить Нормана, однако Трой сверил того взглядом. Одного взгляда хватило, чтобы незнакомец отступил и не причинял агенту вреда. Видимо Трой выжидал момента, когда разум Нормана сыграет с ним злую шутку, тревожность бы усилила ощущение подкрадывающейся смерти. Наркотики и УРС сильно расшатывали психику, так и повторяющиеся пытки широким спектром интенсивных ощущений давили на сознание. Очевидно, что шестерки этого Крамера хотели, сломать Джейдена психологически, чтобы тот стал более ведомым и всё рассказал, но похитители рисковали сделать агента просто инвалидом, а не добиться существенной информации. Затылок сдавило тупой болью, когда Нормана потянули за влажные волосы. Трой вглядывался в лицо парня, оценивая его состояние, сколько он ещё может выдержать перед тем как потерять сознание. -Воду, — в очередной раз отдает он приказ, как ему в руки передают полную бутылку воды. Сколько это будет продолжаться? Пока не закончится вода в бутылках, пока у Нормана не разорвется селезенка от ударов или пока тот просто будет не в состоянии говорить? Воду вливали в рот Джейдену, пока тот дергался на стуле, но уже не кричал. Его молчание прерывалось лишь всхлипами и вдохами, ведь сил умолять о пощаде уже не было. Реакция организма на пытки и так душила подступавшей тошнотой, так и похитители намеренно вызывали рвоту. Кровь, густая и темная, с горьким привкусом железа, поднималась вместе с желчью, обжигая горло и легкие. Он захлебывался ею, кашляя и давясь, словно тонул в собственном теле. Корпус рвался вперед, стремясь вырваться из нескончаемой колеи боли и унижения, но веревки крепко удерживали ослабшего агента. Последующие удары выбивали из Нормана не только остатки сопротивления, но и шаткую надежду на спасение. Агент уже и не понимал куда наносят удары, все его тело горело от невыносимой боли. На мокром и измученном лице отпечатался ужас и паника, застывший в полуоткрытых голубых глазах. Взгляд помутнел и потух, весьма стремительно сознание ускользало и Норман уже совсем не боролся, чтобы его сохранить. В моменты ломок Норман отчаянно бился сам с собой, чтобы не потерять сознание и перетерпеть боль, но сейчас он только и хотел впасть в беспамятство. Склонив голову на плечо, Джейден тихо всхлипнул и отключился. -Блять, да как его в ментуру взяли? Не прошло и часа, — цинично отозвался самый молодой участник экзекуции. -Раз он такой слабый, что ж за час вы не выбили из него ничего существенного? Ответишь мне? — с каверзным вопросом Трой глянул на человека, шарясь по карманам. Он вытащил пачку сигарет и спокойно закурил в помещении, далеко не отходя от бессознательного тела. Молодой сразу поджался, стыдливо отведя взгляд на лежащие инструменты на столе. -Да надо ему просто ногти начать вырывать и заговорит как миленький… Трой медленно приблизился к столу, внимательно разглядывая орудия пыток. Выбор был хоть и небольшой, отвертки да щипцы с плоскогубцами, но используя такой материал заставить говорить можно любого. Взяв замызганные и ржавые плоскогубцы, Трой протянул их Сэму. -Тогда ты и будешь вырывать. Или что, боишься запачкать руки? -Конечно нет, Трой…! Конечно нет, он у меня как ласточка запоет. Сэм уже сомневался в том, что они взяли того человека. По наводке их целью был лейтенант полиции, копающий на семью Крамера явно не просто так, только вот… Сэмми совсем не упомянул своим коллегам то, что им нужен был бывший лейтенант, а не действующий. Но какая разница, действующий или в отставке? Если он ведет дело, то обязан знать про Чарльза и Горди Крамера. К окровавленному лицу поднесли спирт, Норман чуть дернулся от резкого запаха и через время приоткрыл глаза. Под нос ему совали металлическую фляжку с какой-то ядерной бодягой, наверно, это была палёная водка. -Мы начинаем терять терпение, парень. Алло, слышишь? — Трой пощелкал пальцами перед лицом Нормана, тот лишь вяло кивнул. -Скажи, что знаешь и мы закончим. Кое-как шевеля разбитыми губами, Норман прошептал, что ничего не знает. Трой недовольно фыркнул и кивнул Сэму, подпуская того к агенту. -Тогда мы начнем вырывать тебе ногти. Сэмми, давай. Эти слова, будто холодная вода, окатили Нормана и заставили сразу же собраться, начать сопротивляться и кричать. Буквально несколько секунд назад он кое-как мог моргать и говорить, а сейчас резким импульсом вернулись силы. -Только не ногти, пожалуйста! Не трогайте пальцы! — Агент задергался на стуле будто раненный зверь. Прерывистые движения сковывали тело чередой боли, веревки впивались в руки до кровавых следов. Из-за прилива адреналина Норман смог крепко сжать кулаки, пытаясь избежать прикосновения к рукам, лишь бы ему действительно не начали вырывать ногти. Норман всегда берег свои пальцы, ведь с раненого возраста играл на пианино. Играть у него получалось действительно хорошо, инструмент служил способом уйти от реальности и расслабиться. Почему это происходит с ним сейчас? Почему он оказался в этой ситуации, а самое главное, как ему не хватило мужества и смелости сопротивляться? -Да не дергайся ты! — Сэм схватил Нормана за руку, через силу размыкая кулак. Поднеся монтажный инструмент к ногтю на указательном пальце, Сэм сжал тиски и дернул на себя, но его силы попросту не хватило чтобы выдернуть ноготь с корнем. Все равно неудачная попытка была болезненной. Может ему мешал страх, а может и рука плохо поставлена для такого. -Тц, тряпка, — недовольно фыркнувший мужчина чуть толкнул Сэма плечом и перехватил клещи. Захватив свободный край ногтя и резко потянув на себя, Трой вырвал ногтевую пластину прямо под корень, оставляя лишь окровавленный участок мяса. А затем моментально вырвал и соседний, слушая как от боли орет пленник. Норман задыхался от собственных криков и мольбы о помощи, боль накатила очередной лавиной. Острая и ревущая боль сменилась тупой, пульсирующей. Пальцы горели, ногтевое ложе превратилось в нескончаемый источник страдания. Горячая кровь стекала по ладони и с глухим звуком билась о пол. -Хочешь ещё?! Я вырву тебе все ногти и зубы если ты не начнешь говорить! — от разрывающих криков Джейдена, Трой сам стал кричать, лишь бы заплаканный пленник его внимательно услышал. Рыдания вырывались хриплыми клочьями, будто предсмертный вой. Попавший в капкан волк отгрызет себе лапу лишь бы выжить, как жаль, что Норман не мог отрезать себе руку. Глаза налились кровью, губы посинели. Не было ничего, что могло бы облегчить эту боль, даже мозг не мог утешить Нормана пеленой нежный и хороших воспоминаний, агент слишком ясно и четко осознавал всё происходящее. Оставалось лишь одно — терпеть. Терпеть, когда боль утихнет и всё закончится, но где-то в глубине души Норман знал, что сегодняшняя ночь закончится для него только одним. От истошных криков голос охрип, Норман замолкал с каждой секундой и просто сипло глотал буквы. Трой, видимо привыкший получать необходимые ответы моментально, не выдержал и отбросил плоскогубцы, схватив Нормана за слипшиеся от крови волосы. Удары сыпались градом, каждый из них — новая вспышка боли и отчаяния. Лицо горело и пульсировало, также как и грудь. Перед левым глазом волочилась темная пелена. Трой не прекращал своих ударов, будто в кураж вошел и сейчас избивал агента не ради информации, а лишь бы удовлетворить садистские потребности. В кармане штанов завибрировал телефон, а затем и стал доноситься приглушенный звук рингтона. -Последний шанс, парень, — размяв руку и смахнув кровь, Трой отпустил окровавленную копну волос. Свободной рукой достал телефон из кармана и сделал несколько шагов в сторону, приняв звонок. -Слушаю, босс, — голос человека не изменился, был все таким же твердым и холодным, строгим словно у профессора, — да, мы сейчас заняты допросом. Пока никакой существенной информации мы не добились, — коренастый мужчина обернулся на связанного пленника, оценив его состояние. Норман опустил голову, ведь держать ровно было равносильно ударом по хребту чем-то тяжелым. От боли он не мог закрыть рот, кровь вместе со слюной непроизвольной мокрой массой вытекала наружу, пачкала подбородок и падала на одежду, а в моменты небольших вдохов пузырилась. В ушах звенело, напряжение словно гидравлический пресс давило на виски. Если эти пытки продолжатся и Нормана ещё раз ударят по лицу, он явно рискует ослепнуть на левый глаз. Тихие всхлипы сменили тяжелые вдохи, сил кричать уже не было и оставалось только сидеть с приоткрытым ртом. В короткий момент передышки, в сознании закопошилось вина, ярким и сдавливающим ощущением перетекая в грудную клетку. От сломанных ребер дышать и так было непростым испытанием, так тут словно на зло, чувство вины давило на кости изнутри, психосоматика усиливала эту агонию. Будучи узником своего разума — Норман проиграл сам себе. Вместо сочувствия к себе была злость, вместо жалости — презрение. Презрение к самому себе обжигало сильнее любого пламени. Стыд и вина под руку кружили вокруг Нормана, словно любовники в страстном танце. Федерал не смог противостоять пыткам, пережитые унижения заставили его чувствовать себя слабым и жалким, не заслуживающим понимания и заботы. Все полученные в академии навыки и умения перетерли в порошок жестокой реальностью. Норман выпустился с лучшими отметками на потоке, но все его тренировки по спасению заложников, ведение переговоров оказались пустышками. Не зря Блейк говорил, что у Нормана лишь диплом из элитной школы. Противно признаться, что коллега то оказался прав. В конечном итоге, все произошедшее — вина самого Нормана. «Они ведь убьют меня, либо запытают до смерти. Интересно, как они избавятся от тела и через сколько меня смогут найти? И смогут ли найти вообще?», — пронеслось в голове. Из нескончаемого потока мыслей о собственной никчемности, Нормана вывел более тихий и вкрадчивый голос палача. -Что? — переспросил мужчина, его плечи немного напряглись, а на лице изобразился лик немого удивления. Он молчал, пока выслушивал недовольную брань собеседника. Смотрел то на пленника, то на молодого Сэма. Этот взгляд заставлял нервничать и немного подрагивать колени от напряжения. -Да, сэр. Нет, сэр. Я сейчас разберусь, мистер Крамер. Крамер… Неужто нефтяной магнат носил такую же фамилию, что и сумасшедший конструктор Джон Крамер из фильма «Пила»? Киношный Крамер, конечно, был более сообразителен в причинении тяжкого вреда здоровью своим жертвам. -Сэмми, ты кого сюда притащил? — мужчина повернулся в сторону стоящего низкорослого паренька, одаривая того холодным взором. Не поняв вопрос, Сэмми, занимавший низкую позицию в этой пищевой цепи, замешкался, глянув на избитого агента. -Кого попросил мистер Крамер. Он ведет дело мастера Оригами и копал на его сына. Как босс и попросил, мы его взяли и… — тот запнулся и немного прижался к стене, стоило человеку приблизиться к нему ближе. -Сэмми, мальчик мой, кого ты притащил к нашему порогу?! — мужчина повысил голос. Этого было достаточно чтобы вселить ужас в присутствующих, особенно в провинившегося Сэмми. -Но босс сказал, что нужно взять человека, который ведет дело оригами… — запинаясь, произнес Сэм. -Да, и это ты верно понял. Только вот наводка была другая. Ты просто взял первого попавшегося мента, не так ли? Ты, идиот, понимаешь, что нужный нам человек до сих пор по городу ходит?! Почему я должен разгребать твои проёбы перед боссом?! — Трой резко схватил Сэма за голову и одним ударом приложил к стене, заставив того медленно ползти вниз по стене. -Трой, я… Я думал это он, серьезно… Я найду нужного человека… Честно! Просто дай мне ещё один шанс, я… Трой поднял руку, жестом заставив Сэма замолчать. Приблизившись к Норману, Трой бесцеремонно принялся хлопать его по одежде, в поисках удостоверение или водительский прав. Если он коп, а уж тем более федерал, то обязан носить свой знак отличия при себе. От прикосновений к горящей груди Норман стал поскуливать чуть громче и немного дергаться, лишь бы его больше не трогали. Из внутреннего кармана пиджака Трой вытащил удостоверение в гладком кожаном покрытии. Открыв его, мужчина вскинул брови и сквозь сжатые зубы усмехнулся. -Ну что же ты молчал, парень? Сразу бы сказал, что ты из ФБР. И разговор бы пошел совершенно по-другому, — Норману скрутило внутренности от абсурдности этой фразы. Он только и кричал, что федеральный агент и ничего не знает. -Сэмми, а мальчишка то федерал, а не частный детектив, бывший лейтенант полиции… Небось, из самого Вашингтона приехал в наши края, — Трой глянул на потолок и указал пальцем наверх, словно агент, присланный из столицы был каким-то небесным посланником. -Ну, читай. Читай как его зовут, — Трой ткнул Сэма разбитым носом прямо в удостоверение, чтобы этот тупой недоносок присмотрелся внимательнее. -Джейден… -А нам кто был нужен? -Шелби… — пробубнил Сэм. Норман потерял нить разговора Троя и его шестерок, ему было попросту неинтересно слушать. Норман просто блуждал по собственному разуму, словно по лабиринту нескончаемого кошмара и ужаса. Дальнейшие разборки среди этих недо-клоунов его уже не волновали. Трой вытащил из-под кожаной куртки пистолет и направил дуло на агента, быстрым движением снял с предохранителя и уже хотел застрелить, как резко вмешался второй участник пыток, что все это время молча сидел на стуле. -Трой, погоди! Если он действительно федерал, его будут искать. Если убьем, то приведем целую ораву ментов и федералам прямо к Крамеру. Он же с нас спросит, подумай! — этих людей не волновала судьба Нормана, умрет он или нет, они пеклись лишь о собственной шкуре и о том, то пропажа федерального агента может привести к нежелательным последствиям. -Д-да, ты послушай его, дело же говорит… — Сэм попытался воспользоваться ситуацией и уболтать амбала, но тот лишь хмуро зыркнул на этого тупорылого барана. Трой выдохнул, прикрыл глаза и сверил пыл. -Раз не его, то тебя, — со сталью мужчина произнес приговор и направил пистолет уже на Сэма. В моменте он даже ничего не успел осознать, пуля прошла прямо между глаз. Отрезвляющая пощечина вернула Нормана обратно в реальность. Трой массивной фигурой возвышался над ним, держал за волосы и хмуро смотрел агенту в лицо. Норман медленно проморгался, заплывшее зрение не позволяло видеть ясно. Все сливалось в одно блеклое красноватое пятно, особенно бесформенное амальгамное тело на полу. Неужели Трой застрелил одного из своих пока Норман был погружен в себя? Даже выстрела не услышал. -Слушай, парень, ты жить хочешь? Кивни если да. Слышишь меня? Тебя, наверное, искать будут, а нам проблемы с твоими коллегами не нужны, — Трой пощелкал пальцами перед окровавленным лицом, чтобы привлечь к себе внимание пленника. Норман чуть кивнул, медленно поднимая голову. Его взгляд был устремлен в сторону красного пятна на стене и бесформенного нечто. Кажется, неудачливого Сэма действительно застрелили, пока Норман осмысливал случившееся. -Ты отсюда выйдешь, но все сказанное останется здесь. Ничего никому не расскажешь, ни одной фамилии не раздаешь. Кивни, если согласен. Норман кивнул. Правда уже чуть менее энергично, словно вот-вот потеряет сознание. -Правильный выбор, парень. Ты никому не пикнишь, лишнего слова не скажешь, иначе я тебя лично найду и убью. Мне не составит никакого труда это сделать. Мы тебя не убьем лишь потому, что боссу не нужны проблемы с федеральными властями. От Нормана больше не требовали согласия или какого-то активного участия, мнимого было вполне достаточно, пока мужчина объяснял причины почему Джейден не лишится сегодня жизни. Из-за гудящей головы Норман совсем перестал воспринимать речь, улавливал лишь какие-то редкие слова, да и то, сознание их сразу же стирало из памяти, словно очищало жесткий диск. Глаза слипались от усталости и слез, полудрем подкрался неожиданно и постепенно в глазах потемнело, боль отходила куда-то на второй план, позволяя Норману провалиться в пучину небытия.

***

Всю дорогу сознание несколько раз возвращалось к агенту, но тот был слишком ослаблен, чтобы попытаться что-то сделать. Он ощущал некую легкость в запястьях, как будто бы его руки больше не были связаны веревками. Эпизоды сознания были короткими и незначительными, фрагментарно рассыпались с колющей болью в левом легком. Норман был в машине, но не мог понять связаны ли его глаза или его перевозят в темном багажнике. Пространственное ощущение никак не могло подсказать, что происходит, лежит он или сидит. На подкорке сознания отдалено доносился шум дождя. В этом чертовом городе осадки не прекращались, осень являла собой нескончаемые дни серости, сырости и свинцового неба над головой. Осенняя пора в Вашингтоне диаметрально противоположна холодной и дождливой Филадельфии. Теплый ветер приятно щекочет волосы, являясь неотъемлемой частью прогулки по малолюдным улочкам. Столица усеяна парками, где деревья покрываются багряной пеленой, смешиваясь с золотистой листвой в неописуемой красоте. Как бы Норман сейчас хотел прогуляться по знакомым кварталам, отдохнуть и насладиться коротким мгновением счастья. Как же он хотел вернуться домой. Распахнув глаза, по ушам вновь ударил дождь, но только в этот раз гораздо громче, словно громкость увеличили. Джейден вернулся в суровую реальность. Он оказался в каком-то овраге или канаве, где было холодно и мокро. Агент лежал на груди из-за чего дышать было гораздо тяжелее, а грудную клетку стискивала жгучая боль. Глаза заплывали, но Норман хотя бы мог увидеть пляску огоньков в мутной воде. Кажется он где-то недалеко от цивилизации, ведь танцы света исходили от фонарей. Прикрыв веки, федерал прислушался. Нескончаемый шум дождя изредка сливался со звуком проезжающих машин. Это было не шоссе и не хайвей, скорее пригородная дорога. Может быть, была поздняя ночь или ранее утро, на дороге мчалось меньше машин. Пульс больше не тарабанил у висков, Норман мог чуть получше соображать, осознавая, где он и что делает. Каждый вдох бил куда-то в грудь, кости словно сдавливали и сжимали легкие, вот-вот готовясь впиться. Надо было перевернуться на спину, чтобы снять напряжение и тогда дышать станет легче. Не лежать же на сломанных ребрах, хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Надо было перевернуться на спину, но даже малейшее движение разрывало тело болью. Норман никак не мог понять почему ему так больно, ведь считал нанесенные увечья не такими уж и значительными, чтобы валяться в луже и лить слезы. Он не заслужил отдыха или сочувствия, он был обязан двигаться и встать. Словно для него это базовое событие четверга. Опиравшись на левую руку, с хрипом и поскуливанием, Норман чуть приподнялся и подставил вторую руку, пытаясь приподнять корпус тела. Подобные махинации давалось тяжело, хотя казалось обыденный переворот не мог доставлять столько дискомфорта и боли. Медленно поворачиваясь, Норман осторожно коснулся спиной холодной земли, в таком положении дышать ему было чуть легче, но все также больно. Боль в груди с каждым разом усиливалась при дыхании. Ему казалось, что ещё чуть-чуть и он задохнется. Голова кружилась, а к горлу опять подкатывала тошнота. Дождевые капли падали на лицо, на глаза и рот, что вызывало очередной приступ паники. Стараясь собраться с мыслями и взять себя в руки, ярким воспоминанием промелькнул рутинный разговор с Блейком. В те редкие моменты, когда они могли общаться, не прыская друг на друга ядом, Норман наслаждался компанией лейтенанта. Мозг погрузил Нормана в одно из приятных воспоминаний, словно в тихую гавань. После ночного допроса они сидели в машине и ели фастфуд из ближайшего МакАвто, обсуждая кино. Оба представителя закона разделяли любовь к Колину Ферту и его ролям. Любимой актрисой Нормана являлась Мэрил Стрип, а вот Картеру нравилась Ума Турман. Они плавно перетекли в обсуждение нашумевшего фильма Тарантино, где женщине досталась главная роль. Норман отчетливо запомнил последние несколько минут фильма. Японскую молодую киллершу, Гого Юбари он помнил также ярко, как и саму сцену, где ту убивают. Помнил сцену, где переводчице отрубают одну руку и оставляют корчиться от боли в луже крови, а позднее выбрасывают на обочине. Норман не мог не сопоставлять себя с французской переводчицей. Брошенный где-то на отшибе, раненный и униженный, валялся в луже собственных жидкостей. Но раз героиня фильма смогла выбраться и получить помощь, то и Норману хотелось надеяться на то, что он найдет в себе силы встать и дойти до ближайшей заправки, набрать Блейка и вызвать скорую. Однако идея с Блейком отпала сразу, Норман чувствовал себя слишком грязным и жалким чтобы в истерике звонить ему и умолять о помощи, Норман не способен поделиться своей пережитой болью с ним и с кем-то из участка. Предпочел бы отлежаться денег в больнице, закрыть дело и быстрее уехать в последний оплот безопасности, лишь бы никогда не оголять эти шрамы. Больше некому доверять и не от кого ждать спасения. Норман смог перевернуться и лечь на спину, то и встать тоже сможет. Нужно было лишь приложить немного усилий, открыть глаза и встать. Нужно лишь постараться, преодолеть сначала одно препятствие, а затем и ещё одно, вся жизнь Нормана состояла из вечной борьбы и попыток чего-то кому-то доказать. Капли дождя падали на лицо, заставив Нормана чуть нахмурится. Медленно поводив глазами из стороны в сторону, Джейден пришел к выводу, что находится в кювете вдоль обочины автомобильной дороги. Скорее всего рядом есть заправка, где можно попросить телефон, а может Норман сможет остановить проезжающую машину. Вариативность успокаивала и уводила мысли о маячащей смерти. Норман ясно осознавал, что придется встать и волочить ватные ноги к ближайшей цивилизации, но эта цель казалось такой далекой и недостижимой. Сил не было, а главное не было причины идти. Лучше бы пешки Крамера застрелили его, чем подвергать очередному нескончаемому унижению и самобичеванию. Несколько слезинок медленно скатились вниз, Норман медленно приподнял ноющую руку и прикрыл себе нос, чтобы дождевая вода не попадала на лицо. Веки предательски тяжелели, нить разума ускользала от Нормана с каждой секундой, в конце погружая в долгожданное умиротворение.