Орёл или решка?

Извилистые улочки Сеула начинают пробуждаться под шепот ветра, разносящего ароматы кимчи и жареного кунжута. Первые лучи рассвета робко пробиваются сквозь плотную дымку, окутывающую город, но жизнь уже бьет ключом. Автобусы, словно светящиеся змеи, тянутся по магистралям, а их огни отражаются в еще сонных окнах высоток. То тут, то там слышится громкий перезвон велосипедных звонков и быстрые шаги спешащих на работу людей. Продавцы на рынках уже раскладывают свои товары, предлагая свежие овощи и фрукты, а в крохотных кафе бабушки готовят горячий рисовый суп, согревая продрогших путников. Для Ёнджуна, работающего юристом в престижной юридической фирме Сеула, это утро было лишь блеклым повторением предыдущего. Звонок будильника каждый раз разрывал тишину его минималистичной квартиры в 4:30 утра. Подъем, машинальное принятие душа, глоток крепкого, обжигающего кофе, призванного вернуть к жизни после короткого сна. Он снова и снова надевал свой идеально выглаженный темно-серый костюм. Завязывая галстук, он смотрел в зеркало на свое отражение – молодое, но уже уставшее лицо. Глаза, в которых все чаще отражалась не искра амбиций, а тень выгорания. Он сам выбрал этот путь. Что еще кроме работы делать в большом городе? Правильно, работать еще усерднее. Каждый день Ёнджуна был предопределен: утренний кофе, деловые встречи, переговоры, горы документов, бесконечные отчеты и редкие минуты тишины, чтобы перевести дух. Он был одним из винтиков огромной машины, стремящейся к успеху, и понимал, что ему отведена определенная роль. Но где-то в глубине души он мечтал о другом утре, о другом городе, о другой жизни, где вместо делового костюма можно было бы надеть старые джинсы, а вместо кофе – насладиться теплом утреннего солнца. Но пока что, он должен был спешить. Ёнджун, с легким вздохом, отрывался от созерцания быстро просыпающегося Сеула и направлялся к своему черному Mercedes-Benz S-Class. Авто, словно зеркальное отражение амбиций и достижений хозяина. Отполированный до блеска кузов, затемненные стекла, кожаный салон, благоухающий дорогими ароматизаторами. Мужчина опустился в кожаное кресло, почувствовав, как мягкая обивка принимает форму его тела. Вдохнул глубоко, наслаждаясь тонким запахом кожи и сандалового дерева, который он специально выбирал для салона. Запустил двигатель, и выехал на переполненную улицу, где уже бурлила жизнь. Но, несмотря на весь комфорт и передовые технологии, которыми был оснащен его автомобиль, он быстро застрял в плотной, медленно движущейся пробке. Машины стояли, словно вереница разноцветных жестянок, заполнивших все полосы движения. Взгляд устремился на окно, разглядывая бегущие мимо лица, отражения в стеклах соседних автомобилей и спешащих пешеходов, пытающихся обогнать застрявший транспорт. И в этот момент его мысли унеслись в прошлое, в беззаботные студенческие годы, когда жизнь казалась простой и полной возможностей. В памяти всплыли образы университетского кампуса, залитого солнечным светом, наполненного смехом и молодостью. Он вспомнил себя, окруженного вниманием девушек, восхищенными взглядами и робкими улыбками. Ёнджун был популярен, харизматичен, подавал большие надежды. Он был душой компании, его остроумие и обаяние покоряли сердца. Каждая улыбка, каждый взгляд, адресованный ему, питали самолюбие и подтверждали его значимость. Он купался в этом внимании, ощущая себя центром вселенной, человеком, которому суждено великое будущее. В студенческие годы он был уверен, что весь мир у его ног, что все двери перед ним открыты. Но потом появилась она – Джиён. Его первая и единственная настоящая любовь. Она отличалась от других девушек, которые окружали его. Она видела его не только как перспективного юриста или привлекательного парня, но и как человека, со своими слабостями и мечтами. Она умела слушать, понимать и поддерживать его, когда ему это было необходимо. Их отношения были короткими, но яркими, наполненными страстью и нежностью. Девушка поддерживала его во всех начинаниях, верила в него, помогала преодолевать трудности. Но как только Ёнджун получил долгожданное место в юридической фирме, все изменилось. Работа поглотила его целиком. Бесконечные часы в офисе, утомительные поездки, сложные переговоры, кипы документов, бесконечные отчеты – времени на романтику катастрофически не хватало. Ее упреки становились все чаще, а его извинения – все короче и формальнее. Он перестал замечать ее, перестал интересоваться ее жизнью, перестал уделять ей внимание. Он думал, что она поймет, что все это ради их будущего, но Джиён не выдержала. В конце концов, она ушла, оставив короткую записку на кухонном столе, в которой говорилось, что ей нужен мужчина, а не тень, пропадающая в офисе. Он до сих пор помнил ее слова, каждое из которых обжигало совесть. Иногда, когда в офисе наступала редкая минута тишины, когда за окном гасли огни города, он представлял себе, какой могла бы быть их жизнь, если бы он сделал другой выбор, если бы он нашел время для нее и если бы он не позволил работе поглотить его целиком. Сейчас же Джиён уже обзавелась семьей, муж, дети – она светилась от счастья на фотографиях, которые Ёнджун случайно находил в социальных сетях общих знакомых. Он видел ее улыбку, искреннюю и беззаботную, и понимал, что он никогда больше не сможет увидеть эту улыбку, адресованную ему. Вина грызла изнутри, разъедая душу. Он прекрасно понимал, что упустил свое счастье, променяв его на карьеру, на деньги, на статус. Сейчас, глядя на свою жизнь, он понимал, что добился всего, о чем мечтал, но ценой этого стала потеря самого ценного, что у него было – любви. Он построил себе золотую клетку, в которой было все, кроме тепла и искренности. Пробка начала медленно двигаться. Ёнджун вздохнул, прогоняя мрачные мысли и воспоминания. Слишком поздно что-то менять, прошлое нельзя вернуть. Он включил радио погромче, пытаясь заглушить тихий голос сожаления, звучавший в его голове, заглушить боль утраты, которая время от времени всплывала из глубин его памяти. Сегодняшний день, как и все остальные, ждал его. И он должен был соответствовать. Он должен был надеть маску успешного юриста, профессионала своего дела, человека, которому все удается. Он должен был забыть о своих мечтах и желаниях, забыть о Джиён, забыть о том, что он когда-то был другим человеком. Он должен был продолжать играть свою роль в этом спектакле, который назывался его жизнью. День в офисе оказался таким же изматывающим, как и всегда. Три кружки крепкого кофе, одну за другой, он выпил, пытаясь взбодриться, но их эффект был кратковременным. Гора бумаг, казалось, росла с каждой минутой: договоры, отчеты, иски, меморандумы – они громоздились на столе, словно неприступная крепость. Он то и дело терялся в хитросплетениях юридических формулировок, выискивая лазейки и составляя аргументы. Мозг гудел от перенапряжения, спина затекла от долгого сидения в неудобном кресле. Сегодня ему повезло, насколько это вообще применимо к его жизни – его отпустили из офиса на час раньше обычного. Казалось бы, вот он, долгожданный глоток свободы, возможность вырваться из душных стен и вдохнуть свежий воздух. Но вместо того, чтобы воспользоваться этим шансом и поехать домой, где его ждала лишь пустота, Ёнджун направился в свою любимую кофейню. Это место было для него своего рода убежищем. Уютная атмосфера, приглушенный свет, аромат свежеобжаренных зерен и легкая музыка создавали иллюзию умиротворения, хотя на самом деле он знал, что покой ему только снится. Заказав свой обычный американо – двойной эспрессо с горячей водой – он занял свой любимый столик у большого окна, выходящего на улицу. Отсюда можно было наблюдать за потоком людей, машин, за городской суетой, оставаясь при этом немного в стороне. Достав из кожаного портфеля свой верный макбук, он выудил и надел свои очки в тонкой оправе. Экран ноутбука, словно магнит, притягивал его внимание, заставляя забыть обо всем, что происходило вокруг. Он погрузился в работу с головой: просматривал электронную почту, отвечая на срочные сообщения, читал юридические статьи, изучал новые прецеденты, правил и переписывал сложные документы. Казалось, даже в этой тихой и уютной кофейне, вдали от офисного шума и суеты, он не мог вырваться из заколдованного круга работы. Он оставался все тем же юристом Ёнджуном, трудоголиком, одержимым своим делом, человеком, который, кажется, забыл, как жить для себя. Кофе постепенно остывал, но он этого даже не замечал, полностью поглощенный мерцающим экраном и бесконечным потоком информации. И даже когда в кофейню, словно стая перелетных птиц, ворвалась группа студентов, Ёнджун едва обратил на них внимание. Он машинально отметил про себя повышенный уровень шума, но не позволил себе отвлечься от работы. Видимо, у этих юных созданий выдалось долгожданное окно между парами, и они решили немного развеяться. Шумные разговоры, смех, толкотня, нецензурные выражения, щедро приправленные молодежным сленгом – все это наполнило пространство кофейни хаотичным и раздражающим гулом. Студенты толкались, спорили, громко обсуждали последние новости и события университетской жизни, не обращая никакого внимания на окружающих. Ёнджун старался изо всех сил игнорировать этот бедлам, пытаясь сохранить остатки концентрации, но внутреннее напряжение нарастало с каждой минутой. Он чувствовал, как его нервы, и без того изрядно потрепанные напряженным графиком, начинают предательски сдавать. Мимо его столика проходил молодой человек. Он не был похож на остальных студентов, в нем чувствовалась какая-то особая, притягательная красота. Блондинистые волосы, явно результат парикмахерского искусства, карие глаза, блестевшие от смеха и озорства и его точеный профиль, с выразительными скулами и пухлыми губами. Жаль, что Ёнджун, погруженный в свои мысли и заботы, даже не удостоил его мимолетным взглядом. Его глаза оставались прикованными к мерцающему экрану. Но судьба, как известно, любит вмешиваться в наши планы. Один из друзей, увлеченный оживленной беседой, случайно толкнул белокурого юношу, и тот, потеряв равновесие, неловко полетел прямо в направлении столика Ёнджуна. В следующее мгновение чашка с остатками остывшего американо перевернулась, окатив его дорогой, сшитый на заказ костюм волной горькой жидкости. Все произошло так быстро, что Ёнджун даже не успел осознать произошедшее. Резкий толчок, всплеск, и внезапное чувство липкости на ткани – все это произошло в долю секунды. Он вскочил со стула, рефлекторно поднимая ноутбук над головой, словно спасая самое ценное, что у него было. Лишь убедившись, что его рабочий инструмент в безопасности, он медленно опустил взгляд и увидел кошмарную картину – расплывающееся кофейное пятно, расползающееся по безупречной ткани. Вся его сдержанность, выдержка и профессионализм – все исчезло без следа. Он забыл о своем статусе, о своем имидже, обо всем на свете. В глазах застыла ледяная злость. — Ты что творишь, черт тебя дери?! – прорычал Ёнджун, с трудом сдерживая кипящую в нем ярость. Он смотрел на перепуганного юношу, с ужасом осознавшего масштабы содеянного, и готов был разорвать его на мелкие кусочки. Паренек, казалось, вмиг уменьшился в размерах. Карие глаза, секунду назад искрившиеся смехом, теперь были полны ужаса и раскаяния. Он растерянно хлопал ресницами, пытаясь что-то сказать, но из горла вырывалось лишь невнятное мычание. — Я… я… простите! – наконец выдавил он, запинаясь на каждом слове. – Меня толкнули… я не хотел… Ёнджун и слушать ничего не желал. Его дорогой костюм был безнадежно испорчен. — Не хотел? Да ты хоть понимаешь, сколько это стоит?! – продолжал распаляться Ёнджун, указывая на пятно. – Ты вообще представляешь, какой это ущерб?! Он достал из кармана платок и яростно потер испачканную ткань, лишь размазывая кофейные разводы еще больше. — Я… я заплачу, – пролепетал парень, готовый провалиться сквозь землю. – Я все возмещу… Но Ёнджун уже не слышал его. Он был ослеплен гневом. Ему было плевать на деньги, на извинения, на все. — Да ты хоть знаешь, кто я такой?! – заорал юрист, возвышаясь над парнишей. – Я тебя по судам затаскаю! Ён понимал, что перегибает палку, что ведет себя как настоящий хам, но не мог остановиться. Он глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Затем, достал из внутреннего кармана пиджака визитницу, выудил оттуда одну визитку и сунул ее в руки парнишке. — Запомни это, – процедил он сквозь зубы, стараясь придать своему голосу хоть немного самообладания. – Ты у меня в долгу. После этих слов старший развернулся и быстрым шагом покинул кофейню.

***

Бомгю стоял как вкопанный. Его тело мелко подрагивало от пережитого стресса. Слова мужчины эхом отдавались в голове, вызывая липкий страх. Внезапно, его плеча коснулась чья-то рука. Это были его друзья, одногруппники. Они обеспокоенно смотрели на него, пытаясь успокоить. — Бомгю, все нормально? – спросил один из них. – Да забей, это просто какой-то конченный идиот. Видно, у него в жизни ничего хорошего нет, вот и срывается на всех подряд. Не бери в голову.. Другие ребята поддакивали, наперебой успокаивая Бомгю, уверяя его, что он ни в чем не виноват, и что этот тип просто не в себе. Бомгю, постепенно приходя в себя, опустил взгляд на визитку, зажатую в его руке. Он медленно перевернул ее и прочитал имя и должность человека, которого только что так неосторожно облил. Его глаза расширились от ужаса. — Парни… – прошептал Бомгю дрожащим голосом, показывая визитку своим друзьям. – Вы только посмотрите… В кофейне воцарилась гробовая тишина. Именно туда они собирались подавать заявки на летнюю практику. И теперь, один из них, Бомгю, умудрился испортить отношения с одним из старших партнеров этой компании. Тишина, нависшая над студенческой компанией, была настолько плотной, что, казалось, ее можно было резать ножом. На лицах друзей Бомгю отражался ужас, смешанный с сочувствием и даже легкой завистью. Завистью, потому что, в отличие от них, Бомгю теперь точно запомнится. Правда, не с самой лучшей стороны.. — Это… это конец, – прошептал один из парней, Субин, разглядывая визитку. — О стажировке можно забыть. — Да ладно, не драматизируй, – попытался приободрить их Тэхён, хотя в его голосе звучала неуверенность. — Может, он забудет об этом инциденте. Или… может, если Бомгю извинится еще раз… — Извинится?! — возмутился другой парень, Кай. — Да он готов был его сожрать! Ты видел, как он на него смотрел? Бомгю молча стоял, осознавая всю серьезность ситуации. Он всегда мечтал о стажировке именно в этой компании. Это был шанс получить ценный опыт, наладить связи и начать строить карьеру в престижной юридической фирме. И теперь, из-за его неловкости и случайности, все могло рухнуть в одночасье. — Что же делать? — спросил Бомгю, глядя на друзей с надеждой. Ребята задумались, переглядываясь между собой. Никто не знал, как поступить в такой ситуации. С одной стороны, нужно было как-то загладить вину перед разгневанным юристом. С другой стороны, любые попытки связаться с ним могли только усугубить ситуацию. — Слушайте, — предложил Субин, после долгого молчания. — Может, нам обратиться к профессору Пак? Он в хороших отношениях с кем-то из работников. Может, он сможет как-то повлиять на ситуацию.. — Это неплохая идея, — согласился Тэхён. — Профессор Пак всегда нас выручает. — Нет, — решительно ответил Бомгю. — Я не хочу впутывать сюда профессора Пака. Я сам разберусь. Друзья удивленно посмотрели на него. — Но как? — спросил Кай. — Он же тебя заживо закопает! — Это всё неважно, — ответил блондин, сжимая в руке визитку. — Я найду способ загладить вину. Оплачу химчистку, а еще… приглашу его на ужин. Да, именно так. Потрачу всю свою стипендию, если понадобится, но налажу с ним отношения. Он протянул руку парням, крепко пожимая каждую. — Спасибо, что выслушали, ребята. Правда, очень помогли, — искренне поблагодарил он. — Передайте преподавателям, что меня на парах не будет. Мне нужно разобраться со всем этим, как можно скорее. Парни понимающе кивнули, похлопывая его по плечу в знак поддержки. — Удачи, Бомгю! Мы в тебя верим! — крикнул ему вслед Тэхён, когда тот уже выходил из кофейни. Бомгю лишь обернулся и слегка улыбнулся в ответ, прежде чем исчезнуть за дверью. На улице уже стемнело. Город сиял огнями, но Бомгю не замечал красоты ночного Сеула. Его мысли были заняты только одним – как связаться с этим Ёнджуном и убедить его, что он искренне сожалеет о случившемся. Добравшись до дома, парень устало вздохнул. Он снимал небольшую, но уютную однушку в тихом районе города. Квартира была обставлена со вкусом и любовью. На стенах висели фотографии семьи, на полках стояли книги и памятные сувениры, а на подоконнике зеленели комнатные растения. Родители, хоть и жили в провинции, всегда старались помогать сыну чем могли. Благодаря их финансовой поддержке, Бомгю мог особо не беспокоиться о деньгах и полностью посвятить себя учебе. Он учился на третьем курсе юридического факультета одного из самых престижных университетов страны. Юриспруденция всегда привлекала его своей сложностью и возможностью помогать людям. Он мечтал стать успешным адвокатом и защищать права тех, кто в этом нуждается. Жизнь Бомгю была размеренной и спокойной. Учеба, друзья, небольшие подработки – все шло своим чередом. Он был прилежным студентом, пользовался уважением преподавателей и любовью одногруппников. Он всегда старался быть вежливым, учтивым и помогать тем, кто нуждался в его помощи. И вот теперь, из-за какой-то глупой случайности, все оказалась под угрозой. Он прекрасно понимал, что в юридической сфере первое впечатление имеет огромное значение. И он, к сожалению, произвел на Ёнджуна самое негативное впечатление. Но он не собирался сдаваться. Он был готов бороться за свое будущее, даже если это означало пойти на большие жертвы. Он решительно снял куртку, бросил ее на кровать и подошел к рабочему столу, чтобы составить план действий. Завтра он сделает все возможное, чтобы исправить свою ошибку.

***

На следующий день Ёнджун проснулся в привычные 4:30 утра. Ритм его жизни был отлажен, как швейцарские часы. Однако, в этот день его привычный ход событий был нарушен неожиданным звонком. На экране высветился незнакомый номер. Ён нахмурился, но все же ответил. — Алло? В трубке послышался взволнованный и немного дрожащий голос. — Здравствуйте, господин Чхве Ёнджун? Это Бомгю. Мы вчера… мы вчера столкнулись в кофейне… Ёнджун на мгновение прикрыл глаза, вспоминая вчерашний инцидент. Действительно, этот назойливый студент. — Я звоню, чтобы искренне извиниться за случившееся, — продолжал Бомгю, запинаясь. — Я очень виноват и хочу загладить свою вину. Я готов оплатить химчистку вашего костюма и… пригласить вас на ужин. Пожалуйста, дайте мне шанс исправить свою ошибку. Мужчина вздохнул. Он уже успел пожалеть о своей вчерашней вспыльчивости. Ругать студента было глупо, а теперь приходилось тратить свое драгоценное время на эту ерунду. В конце концов, Ёнджун сдался. Спорить с настойчивым студентом не было сил. К тому же, ужин за чужой счет – не такая уж и плохая перспектива. — Хорошо, — согласился Ёнджун, стараясь сохранить в голосе нейтральный тон. — Встретимся сегодня вечером в семь часов, адрес сейчас вышлю. — Спасибо! Спасибо огромное! — обрадовался Бомгю. Ёнджун отключил вызов, покачав головой. Он был уверен, что этот ужин станет для него настоящим испытанием. Но что поделать, раз уж он сам ввязался в эту историю, придется довести ее до конца. Он надеялся, что парниша окажется не таким уж и безнадежным. И что вечер пройдет как можно быстрее и безболезненнее.

***

Бомгю уже сидел за столиком в ресторане, чувствуя себя не в своей тарелке. Это заведение было эталоном изысканности, местом, где принимали важных клиентов и заключали многомиллионные сделки. Мягкий свет люстр отражался в начищенных до блеска столовых приборах, а сомелье внимательно следили за каждым жестом посетителей. Цены в меню заставляли Бомгю нервно сглатывать, подсчитывая, во что ему выльется этот ужин. Вся стипендия, возможно, даже придется просить денег у родителей… Он уже минут десять сидел в ожидании, попивая принесенную официантом воду и нервно постукивая пальцами по белоснежной скатерти. Бомгю то и дело поглядывал на часы, переживая, не опоздает ли господин Ёнджун. Но больше всего он боялся, что он вообще не придет. Телефон вибрировал в кармане – это было сообщение от Тэхёна.

Bomgyu:

Парни, он щас должен подойти. Нервничаю пздц!

18:55

Taehyun:

Дыши глубже, Бом! Все круто будет, просто будь вежлив и искренен. Объясни ему ситуацию, и он обязательно поймет. Ты же обаяшка, мы в тебя верим!

18:56

Soobin:

Согласен с Тэ. Покажи ему, что тебе правда жаль. Он же не зверь какой-нибудь, поймет всё.

18:56

Kai:

Держись, мысленно мы с тобой!

18:57

Поддержка друзей немного приободрила. Блондин глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки и успокоиться, но в голове вертелись тысячи слов и фраз, которые он хотел сказать старшему. Он репетировал свою речь, стараясь говорить уверенно и убедительно. В этот момент входная дверь ресторана плавно открылась, пропуская внутрь нового посетителя. Бомгю невольно замер, уставившись на вошедшего. Это был он... Мужчина выглядел еще внушительнее, чем вчера в кофейне. Идеально выглаженный костюм, дорогие часы на запястье и уверенный взгляд. Сердце бешено заколотилось в груди, ладони вспотели. Забыв обо всех своих репетициях и планах, Бомгю инстинктивно вскочил со своего места и, не удержавшись, начал отчаянно размахивать рукой, пытаясь привлечь внимание юриста. Он понимал, что выглядит глупо и нелепо, но ничего не мог с собой поделать. Тот, неспешно оглядывая зал, задержал взгляд на Бомгю. Сохраняя свою деловую невозмутимость, он неторопливо направился к столику, за которым сидел парниша. — Успокойтесь, — произнес он тихим, но твердым голосом. — И постарайтесь вести себя прилично. Мы все-таки находимся в приличном месте, а не в студенческой забегаловке. — Извините..

***

Официант, словно тень, бесшумно поднес бутылку шампанского в серебряном ведре со льдом. Ёнджун кивком разрешил открыть бутылку, и в воздухе разлился тонкий аромат свежего хлеба и цитрусовых. Бомгю не отрываясь следил за каждым движением официанта, чувствуя, как нервы натягиваются, словно струны. Когда первый глоток шампанского коснулся губ, он почувствовал легкое покалывание и тепло, которое медленно разливалось по телу. Но даже это не смогло его успокоить. После того, как они сделали заказ – Ёнджун выбрал изысканное блюдо из морепродуктов, а Бомгю, покраснев, остановился на более скромном стейке – в воздухе повисла неловкая пауза. Младший понимал, что нужно что-то сказать, как-то разрядить напряженную атмосферу. — Господин Ёнджун, — начал он осторожно, вновь собираясь с духом, — я еще раз хочу принести свои самые искренние извинения за вчерашний инцидент. Я действительно очень виноват… Это была моя ошибка, и я готов возместить вам любой ущерб. Ёнджун, казалось, даже не слушал его. Он медленно потягивал шампанское, глядя куда-то в сторону, словно размышляя о чем-то своем. Затем, внезапно, он опустил бокал и перевел взгляд на студента. — Не стоит, — сухо прервал он извинения Бомгю. — Я уже сдал костюм в химчистку. Все уже улажено, так что возмещать ничего не нужно. Забудьте об этом. Бомгю почувствовал себя еще более неловко. Он готовился к ужину, репетировал речь, придумывал разные способы загладить вину, но Ёнджун, казалось, не давал ему ни малейшего шанса. — Эм… хорошо, — пробормотал он, чувствуя, как краснеет. — Тогда… может быть… я могу чем-то еще помочь? Тут юрист немного смягчился. Теперь он смотрел на парнишу с легким любопытством. — Так на кого вы учитесь? — спросил он. — Я учусь на третьем курсе юридического факультета, — ответил Бомгю, немного ободрившись. Старший вскинул брови от удивления. — Юридического? — переспросил он. — Что ж, это довольно интересно. И что же вас привело в юриспруденцию? Бомгю, почувствовав, что атмосфера немного разрядилась, робко начал рассказывать о своей мечте стать адвокатом, о своем желании помогать людям и защищать справедливость. — Скоро у нас начнется практика, и… нам сказали, что у вас в компании есть возможность стажировки для студентов… Когда он закончил, Ён внимательно посмотрел на него и с тихим смехом произнес: — Так вот оно что, — произнес он, качая головой с ироничной улыбкой. — Поэтому вы так переживаете из-за вчерашнего инцидента? Боитесь, что я испорчу вам перспективу пройти стажировку в нашей компании? Бомгю неуверенно кивнул, опустив глаза вниз. — Ну… это не совсем так, — пробормотал он, стараясь говорить как можно более убедительно. — Конечно, стажировка в вашей компании очень важна для меня, но это не единственная причина, по которой я хотел извиниться. Я действительно сожалею о том, что произошло… Ёнджун усмехнулся, не веря ни единому слову. Но он решил не давить на парнишу. — Хорошо, допустим, я вам поверил, — сказал он, поднимая бокал. — Тогда расскажите мне, мистер будущий юрист, что вы собираетесь делать после окончания университета? Какие у вас планы? Бомгю немного расслабился, почувствовав, что тон мужчины стал более доброжелательным. Он начал рассказывать о своих планах, о желании работать в сфере защиты прав человека, о том, как он хочет помогать людям, которые оказались в трудной ситуации. Говорил с энтузиазмом и страстью, надеясь, что тот увидит в нем не просто наглого студента, мечтающего о стажировке, а человека с добрым сердцем и искренними намерениями. Старший внимательно слушал, не перебивая и не задавая вопросов. Он изучал Бомгю, пытаясь понять, что скрывается за его словами. Видел эту искренность и наивность, но также чувствовал его амбиции и целеустремленность. — И вы действительно верите, что сможете изменить мир к лучшему, работая в сфере защиты прав человека? Вы же понимаете, что это очень сложная работа? Бомгю кивнул, не сомневаясь ни на секунду. — Да, знаю, — ответил он. — Но я готов к трудностям. Я верю, что даже небольшие изменения могут принести пользу. Ёнджун усмехнулся, но в его глазах мелькнуло уважение. — Что ж, — сказал он. — Похвально, что у вас есть такие благородные цели. Но помните, что мир юриспруденции жесток и циничен. И чтобы добиться успеха, вам придется быть не только честным и справедливым, но и местами хитрым и беспощадным. В этот момент брюнет неожиданно встал из-за стола, отодвинув стул. — Прошу прощения, — произнес он, — Мне нужно ненадолго отойти в уборную. Я скоро вернусь. И, не дожидаясь ответа, он направился в сторону уборной, оставив Бомгю в полном одиночестве. Наконец, спустя пару мучительных минут, Ён вернулся. — Прошу прощения за задержку, — сказал он, усаживаясь на место. — Можем продолжить. Вскоре после этого официант принес заказанные блюда. Аромат еды наполнил воздух, отвлекая от разговора. Ёнджун взял вилку и принялся за свой изысканный обед. Бомгю последовал его примеру, но ел мало и неохотно. Он был слишком взволнован, чтобы наслаждаться едой. Ждал, что мужчина скажет дальше, что решит его судьбу. Когда старший закончил с едой, оставив на тарелке лишь аккуратную горку соуса и несколько веточек декоративной зелени, он откинулся на спинку стула с видом человека, получившего истинное удовольствие. Легким движением руки он взял белоснежную салфетку и тщательно протер губы, избавляясь от последних следов трапезы. Затем, подняв взгляд на Бомгю, заметил, что тот почти не притронулся к своей еде, лишь рассеянно ковырялся вилкой. — Знаете, — негромко начал юрист, нарушая повисшую между ними тишину, — можете выдохнуть и не переживать так сильно по поводу вчерашнего… недоразумения. Это было и прошло. И, кстати, раз уж мы затронули эту тему, перестаньте терзать себя и из-за стажировки в моей компании. Забудьте об этом. Бомгю замер, словно его окатило ледяным душем. Он медленно поднял глаза на мужчину, боясь поверить своим ушам, опасаясь, что это лишь жестокая игра разума. — П-правда? — прошептал он, еле слышно, словно боясь спугнуть нежную бабочку удачи, которая вдруг присела на его плечо. Ёнджун усмехнулся, увидев неподдельное облегчение, промелькнувшее в глазах младшего. Этот наивный, амбициозный студент был так предсказуем и в то же время… интересен. — Абсолютная правда, Бомгю, — подтвердил он, с легким акцентом на первом слове. — Я не собираюсь вам препятствовать. У меня нет ни времени, ни желания заниматься подобными интригами. Более того, я даже замолвлю за вас словечко перед комиссией. Могу сказать пару теплых слов о вашей целеустремленности и… ну, о вашем потенциале, скажем так. Бомгю буквально засиял. Получить стажировку в такой престижной компании, да еще и при поддержке самого Ёнджуна… Он и мечтать о таком не мог! — Вы… Вы действительно это сделаете? — переспросил он, все еще не до конца веря в происходящее. Ёнджун слегка наклонил голову вбок, рассматривая младшего, словно оценивая. — Почему бы и нет? — произнес он с легкой усмешкой. — Мне импонирует ваш… юношеский энтузиазм и наивное желание помогать людям. В мире юриспруденции одних благих намерений недостаточно, но это, безусловно, неплохой фундамент, чтобы строить что-то большее. И, знаете, Бомгю… — мужчина немного наклонился вперед, придав своему голосу интимную окраску, — возможно… даже, скорее всего… я стану вашим наставником. Слова Ёнджуна прозвучали для Бомгю, как музыка. Стать подопечным самого Ёнджуна! Работать бок о бок с одним из самых влиятельных юристов Сеула! Это был шанс, который выпадает раз в жизни, а может и никогда. Глаза Бомгю засияли ярче прежнего, отражая свет люстр и пылающую надежду. — Спасибо вам огромное, Ёнджун-сонбэ! — искренне произнес он, с чувством глубокой благодарности. — Я вас не подведу!

***

Пролетело время, наполненное светской беседой и осторожными расспросами со стороны Бомгю, на которые Ёнджун отвечал сдержанно, но не отталкивающе. Чувство неловкости постепенно рассеивалось, уступая место… чему-то похожему на комфорт. Но часы неумолимо тикали, и вскоре стало ясно, что вечер подходит к концу. — Что ж, думаю, пора прощаться, — произнес Ёнджун, потягиваясь в кресле. — Уже поздно. — Да, пожалуй, — согласился Бомгю, чувствуя легкую грусть оттого, что этот странный, но интригующий вечер подходит к концу. — Я могу подвезти вас до дома, — предложил Ёнджун, как бы невзначай. — Ох, нет, не стоит беспокоиться. Я могу взять такси, — ответил он, стараясь скрыть волнение. — Глупости, — отмахнулся Ёнджун. — Мне все равно в ту сторону. И потом, сейчас сложно поймать такси, вы это знаете. Бомгю все еще колебался. Ему очень хотелось принять предложение, но он боялся показаться навязчивым или слишком… жаждущим внимания. — Ну… если вам действительно не сложно, — произнес он, наконец, сдаваясь после короткой внутренней борьбы. — Никаких сложностей. Машина уже ждет у входа. И, оставив Бомгю слегка ошарашенным, Ёнджун поднялся и направился к выходу. Бомгю последовал за ним, чувствуя, что забыл что-то сделать. — Постойте! Я должен оплатить ужин, — спохватился он, останавливаясь у стойки администратора. — Простите, сэр, но за ваш столик уже все оплачено, — вежливо ответила девушка за стойкой, мило улыбаясь. Бомгю нахмурился, но внезапно его осенило. Уборная! Конечно! Мужчина специально отлучился, чтобы оплатить ужин… Зачем? Он поблагодарил девушку и вышел из ресторана. Его глаза сразу же выхватили из полумрака улицы элегантный черный силуэт авто. Он, конечно, знал, что Ёнджун успешный юрист, но чтобы настолько! Бомгю неловко устроился на мягком кожаном сиденье. Комфорт машины и близость Ёнджуна одновременно успокаивали и заставляли нервничать. Запах дорогой кожи и еле уловимый аромат парфюма Ёнджуна опьяняли. Пока они выезжали на оживленную улицу, Бомгю собирался с духом, чтобы задать волнующий его вопрос. — Ёнджун-сонбэ… — начал он, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Я хотел спросить… зачем вы заплатили за ужин? Ёнджун бросил на него быстрый взгляд, а затем снова сосредоточился на дороге. — Не переживай об этом, — спокойно ответил Ёнджун, словно это было самым обычным делом. — Я заплатил, потому что… ну, я прекрасно понимаю, что у студентов не всегда есть деньги на такие дорогие рестораны. Кстати, можно же на «ты»? — Конечно.. Ён сделал небольшую паузу, а затем добавил с легкой усмешкой: — Я не хочу, чтобы ты после этого сидел на одной воде и орехах, чтобы восполнить бюджет. В конце концов, мне нужен энергичный стажер, а не измученный голодом студент. В словах Ёнджуна было что-то… трогательное. — Спасибо, Ёнджун-сонбэ, — искренне произнес он. — Я обязательно отплачу вам за это. Ёнджун лишь хмыкнул в ответ, не отрывая взгляда от дороги.

***

Когда Mercedes плавно остановился у дома Бомгю, он поблагодарил старшего за вечер и попрощался. Всё еще немного оглушенный событиями вечера, он медленно поднялся к своей квартире. Едва он открыл дверь, как телефон взорвался уведомлениями. Сообщения сыпались одно за другим:

Kai:

Бомгю, ты жив?

22:14

Soobin:

Как все прошло?!

22:15

Kai:

Он тебя не убил?

22:15

Taehyun:

Всё в порядке?

22:17

Taehyun:

Он хотя бы посмотрел в твою сторону?

22:17

Бомгю усмехнулся. Его друзья всегда были такими…

Beomgyu:

Пиздец

22:19

Наступила короткая, но ощутимая пауза. Затем телефон взорвался с новой силой.

Kai:

ПИЗДЕЦ?! В смысле?!

22:23

Soobin:

Что случилось??

22:23

Taehyun:

Рассказывай все!!

22:24

Бомгю вздохнул и начал печатать, стараясь передать все события вечера в более или менее связном виде. Он рассказал, как Ёнджун, ко всеобщему удивлению, простил его за вчерашнюю выходку. Как он пообещал замолвить за него словечко перед комиссией по стажировке. Как он, вообще невероятно, предложил стать его наставником. Заплатил за ужин в дорогом ресторане и, наконец, как он довез его до дома на своем шикарном S-классе. Его друзья сидели, как он мысленно представлял, с отвисшими челюстями и глазами размером с блюдца.

Kai:

Вахуе! Да ты везунчик!

22:26

Soobin:

Мы тебе завидуем черной завистью! 22:27

Taehyun:

Замолви и за нас словечко, pls! Мы тоже хотим стажировку по блату! 22:29

Kai:

Может, и нам стоит случайно облить его кофе?

22:27

Не смей! Мы тебя прибьем! — ответили Субин и Тэхён одновременно. Бомгю смеялся, читая их сообщения. Несмотря на их поддразнивания и шутливую зависть, он знал, что они искренне рады за него. Удовлетворенный тем, что смог рассказать друзьям обо всем, и слегка уставший от их бурной реакции, Бомгю начал прощаться.

Beomgyu:

Ладно, парни, мне пора спать, вам, кстати, тоже! Завтра на учебу!

22:29

Soobin:

Сладких снов!

22:30

Бомгю отправил им напоследок сонный смайлик и выключил телефон. Скинув с себя куртку и переодевшись в пижаму, Бомгю рухнул на кровать, но несмотря на усталость, заснуть сразу не получилось. Он ворочался, перебирая в голове события прошедшего вечера. Енджун, его внезапное прощение, предложение о наставничестве, шикарный автомобиль... все это казалось невероятным, словно сном. До практики, конечно, еще целый месяц, но мысль о том, что произойдет дальше, не давала ему покоя. Наконец, устав от размышлений, Бом закрыл глаза и попытался очистить свой разум. Он представил себе, как через месяц начнется его стажировка, как он будет работать под руководством Енджуна, будет учиться новому и помогать людям. Постепенно, под влиянием усталости и приятных мыслей, Бомгю провалился в глубокий, безмятежный сон. Ему снились высокие небоскребы, просторные офисы и сложные юридические дела, в которых он, молодой и перспективный юрист, успешно одерживал победы.

***

Время пролетело незаметно. Месяц, наполненный учебой, чтением юридической литературы и тревогой в ожидании стажировки, промелькнул в одно мгновение. И вот, наконец, наступил тот самый день. День, когда должна была начаться новая глава в жизни Бомгю. День, когда он должен был доказать, что достоин доверия Ёнджуна и что не зря получил эту возможность. Старший сдержал свое обещание. Бомгю успешно прошел отбор и был зачислен на стажировку в его компанию. Слова Ёнджуна, несомненно, сыграли свою роль, но студент знал, что ему предстоит доказать свою состоятельность на деле. Теперь же ему предстояло совмещать учебу с работой, что требовало от него максимальной концентрации и самоотдачи. Утром, в день начала стажировки, Бомгю проснулся раньше будильника. Сердце бешено колотилось, а в животе порхали бабочки. Он встал с кровати и, стараясь не шуметь, отправился в ванную. Глядя на свое отражение в зеркале, он попытался успокоиться. Сегодня важный день, твердил он себе. Все будет хорошо. Ты готов. Он тщательно выбрился, уложил волосы и надел свой лучший костюм. Он купил его специально для этого случая, потратив почти все свои сбережения. Костюм сидел идеально, придавая ему уверенности. После наспех приготовленного тоста и чашки кофе, Бомгю схватил свою сумку и выбежал из квартиры. Он спешил, боясь опоздать. Время сегодня было на вес золота, ведь ему нужно было успеть и на стажировку, и на занятия в университете. В голове вертелись мысли о том, что его ждет впереди. Какие задания ему дадут? Будет ли Ёнджун строг с ним? Сможет ли он оправдать его ожидания? Как он будет совмещать все свои дела?? К его радости, Субин, Тэхён и Кай тоже прошли отбор на стажировку в этой же компании. Правда, их наставниками стали другие юристы, менее известные и влиятельные, чем Ёнджун. Бомгю будет работать непосредственно под руководством Чхве. Хорошо это или плохо? Никто не знал. С одной стороны, это огромная возможность, шанс получить ценный опыт и знания. С другой стороны, Ёнджун мог оказаться очень требовательным и строгим, а его непредсказуемый характер мог создать немало проблем. Выйдя из подъезда, он глубоко вдохнул свежий утренний воздух. Пора ехать.

***

Еще до того, как солнце полностью взошло над горизонтом, окрашивая небо в нежные оттенки розового, Чхве Ёнджун уже прибыл на работу. В это раннее время в огромном офисном здании царила тишина, нарушаемая лишь тихим гудением системы вентиляции и слабым светом дежурных ламп. Для юриста это время принадлежало только ему, время, когда он мог спокойно подготовиться к предстоящему дню, не отвлекаясь на бесконечные звонки, встречи и совещания. Его утро, как обычно, началось с чашки крепкого, обжигающего кофе – необходимого ритуала, без которого он не представлял себе начала рабочего дня. Затем последовал просмотр новостей, как местных, так и международных, – важный шаг, позволявший ему оставаться в курсе событий и видеть картину мира в целом. И, наконец, разбор накопившихся бумаг, – горы документов, контрактов, судебных дел, требующих его внимания и принятия решений. Все это было частью его рутины, отточенной годами до совершенства, – рутины, которая позволяла ему оставаться на вершине своей карьеры. Но сегодня его дни, обычно серые и однотонные, состоящие из непрерывной работы, редких моментов отдыха и мимолетных встреч, должны были быть разбавлены одним белобрысым, энергичным студентом-стажером. Чхве Бомгю. Ёнджун мысленно вздохнул, откинувшись на спинку своего кожаного кресла. Бомгю. Имя это, произнесенное вслух или про себя, вызывало в нем бурю противоречивых чувств. От легкого раздражения и скептицизма до… чего-то, что он пока не мог для себя определить, что-то вроде любопытства, смешанного с легким беспокойством. Он молил всех известных и неизвестных богов, все силы небесные и земные, чтобы его импульсивное решение взять этого еще зеленого, но амбициозного парня под свое крыло не вышло ему боком. Ведь работы было непочатый край, времени катастрофически не хватало, проекты горели, сроки поджимали, а теперь на его шее, образно выражаясь, будет сидеть этот парниша, требующий внимания, обучения, терпения и, вероятно, постоянных разъяснений. Он погрузился в изучение толстой папки с документами по сложному делу о корпоративном мошенничестве. Мужчина пытался сосредоточиться на цифрах и графиках, но мысли, как назойливые мухи, возвращались снова и снова, кружась вокруг его головы и не давая покоя. Он представлял себе его взволнованное лицо, его горящие глаза, полные надежды и энтузиазма, и его, наверняка, нелепый костюм, который, судя по всему, будет ему велик в плечах и короток в рукавах. Ёнджун не успел даже закончить беглый анализ первого документа, отметив про себя несколько важных моментов, требующих более детального изучения, как в дверь его кабинета постучали. — Войдите. Дверь медленно, с легким скрипом, открылась, и на пороге, застенчиво улыбаясь, появился… Чхве Бомгю. Он был одет в тот самый костюм, который он купил на последние сбережения, и, к его облегчению, он сидел на нем вполне прилично, подчеркивая стройную фигуру. Конечно, Ёнджун, с его безупречным вкусом и опытом, наверняка, уловит несколько незначительных деталей, выдающих его невысокую стоимость, но Бомгю надеялся, что его старания будут оценены. — Доброе утро, Ёнджун-сонбэ, — Он слегка поклонился, выражая свое уважение. — Я… я пришел к началу стажировки. Ёнджун, сидя за своим огромным столом, внимательно изучал его, словно сканируя каждый сантиметр. Взгляд, острый и проницательный, скользил по чужой прическе, старательно уложенной гелем, по его начищенным до блеска туфлям и по робкой, но искренней улыбке. — Проходи, — коротко бросил Ёнджун, жестом руки приглашая его войти в кабинет. Бомгю осторожно, стараясь не шуметь, вошел в кабинет. Его глаза невольно расширились от удивления. Парень был впечатлен размерами и роскошью кабинета юриста. Большой рабочий стол из темного дерева, который, казалось, занимал половину комнаты, удобное кожаное кресло, в котором, наверняка, можно было утонуть, огромные панорамные окна с потрясающим видом на город, простирающийся до самого горизонта, и полки, заставленные книгами в кожаных переплетах, дорогими сувенирами и блестящими наградами. — Присаживайся, —старший указал на кресло, стоящее напротив его стола. Гю послушался и смотрел на Ёнджуна с ожиданием, затаив дыхание. — Итак, Чхве Бомгю, — наконец произнес Ёнджун, нарушая напряженную тишину своим ровным голосом. — Вы получили эту возможность благодаря моей протекции. Не стоит забывать об этом ни на минуту. Бомгю кивнул, не отрывая взгляда от чужого лица, внимательно слушая каждое слово. — Я не из тех, кто раздает авансы и прощает ошибки, — продолжил Ёнджун, его голос звучал строго, но в то же время справедливо. — Я ожидаю от вас полной самоотдачи и беспрекословного выполнения всех моих поручений. Вам придется совмещать учебу со стажировкой, а это потребует от вас много сил, времени и жертв. Готовы ли вы к этому? — Да, Ёнджун-сонбэ, — твердо и уверенно ответил Бомгю, глядя ему прямо в глаза. — Я готов. Я буду работать так усердно, как только смогу! Ёнджун слегка усмехнулся, уголки его губ едва заметно приподнялись, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на удовлетворение и, возможно, даже на уважение. — Хорошо, — сказал он, откидываясь на спинку кресла. — Тогда приступим. У меня для вас уже есть первое задание. Бом сглотнул комок, подступивший к горлу, и кивнул, показывая свою готовность. — Я слушаю вас, Ёнджун-сонбэ, — произнес он, стараясь говорить как можно увереннее. Ёнджун взял со стола тонкую папку и протянул ее Бомгю. — Ознакомьтесь с материалами этого дела, — сказал он. — Это дело о нарушении авторских прав. Изучите все документы, обратите внимание на детали и подготовьте краткий отчет с вашим мнением о перспективах этого дела. — Когда вам нужно предоставить отчет? — спросил он. Ёнджун посмотрел на часы. — Сегодня к концу рабочего дня, — ответил он. — У вас есть время. Можете работать в библиотеке. Там тихо и спокойно. — Хорошо, я понял, — сказал Бомгю. — Я приступлю к работе прямо сейчас. Он поднялся со стула, поклонился Ёнджуну и вышел из кабинета, держа в руках папку с делом.

***

День пролетел в напряженной работе. Бомгю старательно изучал материалы дела, чиркал заметки, анализировал информацию и пытался составить объективное мнение о перспективах судебного разбирательства. Он несколько раз перечитывал самые сложные моменты, обращался к юридическим справочникам и онлайн-базам данных, чтобы убедиться в правильности своих выводов. Собрав свои записи и отчет, Бомгю с волнением направился к кабинету наставника. Ёнджун сидел за своим столом, погруженный в работу, но, увидев Бомгю, оторвался от бумаг и жестом предложил ему сесть. Тот протянул старшему отчет. — Вот, Ёнджун-сонбэ, — сказал он. — Я закончил. Ён взял бумаги и начал внимательно их изучать, хмуря брови. Он читал молча, не произнося ни слова, что заставляло Бомгю еще больше нервничать. Минуты тянулись мучительно медленно. Бомгю стоял напротив стола старшего, не зная, куда деть руки и куда вообще смотреть. Наконец, тот оторвался от чтения и посмотрел на стажера. — В целом неплохо, — произнес он, что прозвучало, как приговор. — Вы сделали верные выводы. Бомгю облегченно выдохнул. Похвала Ёнджуна значила для него очень многое. — Но, — продолжил Ёнджун, и Бомгю снова напрягся, — вы упустили пару важных деталей, которые могут повлиять на исход дела. Он указал на два конкретных момента в отчете, которые блондин не учел. Джун объяснил ему, почему эти детали важны и как их следовало интерпретировать. Бомгю заметил, что когда Ёнджун объяснял, он наклонялся немного ближе, и его рука ненадолго коснулась руки Бомгю, когда он указывал на текст в отчете. Это было мимолетное касание, но даже оно вызвало легкий трепет. Младший внимательно слушал наставника, стараясь запомнить каждое слово. — Я учту это в следующий раз, сонбэ. Спасибо, что указали на мои ошибки. — Учиться на ошибках – это нормально, — ответил Ёнджун. — Главное – не повторять их. Затем он сделал небольшую паузу и посмотрел на Бомгю. — Завтра у нас будут проходить важные переговоры с представителями другой компании, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты присутствовал на них. Бомгю удивленно посмотрел на старшего. — Это будет отличный опыт для вас, — пояснил Ёнджун. — Вы сможете увидеть, как проходят настоящие переговоры, и научиться чему-то новому. Поэтому не опаздывайте. Начало в девять утра. Бомгю был в восторге от этой возможности. Присутствовать на важных переговорах – это то, о чем он и мечтать не мог в самом начале стажировки. — Конечно! — ответил он с энтузиазмом. — Я буду там вовремя. Спасибо за такую возможность! — Не стоит благодарности, — ответил Ёнджун. — Просто не подведите меня. И… — он запнулся на мгновение, словно раздумывая, стоит ли говорить это, — ...наденьте что-нибудь более удобное, чем этот костюм. Завтра будет долгий день.

***

Утро следующего дня выдалось на удивление солнечным. Лучи теплого света проникали сквозь шторы, нежно лаская лицо блондина и вырывая его из объятий сна. Проснувшись, он первым делом вспомнил о предстоящих переговорах. Он быстро вскочил с кровати и, не теряя ни минуты, отправился выбирать одежду. После вчерашнего замечания Ёнджуна о более удобном наряде, он все же решил не рисковать и остановился на своем втором темно-синем костюме. За завтраком, который состоял из чашки кофе и быстрого тоста, Бомгю лихорадочно просматривал информацию о компании, с которой должны были вестись переговоры. Он хотел быть максимально подготовленным и не упасть в грязь лицом. Прибыв в офис, Бом с удивлением обнаружил, что старший еще не приехал. Только примерно через полчаса юрист прибыл на работу . Он выглядел безупречно, как и всегда. Проходя мимо стола Бомгю, он задержался на мгновение и бросил мимолетный взгляд на его одежду. — Темно-синий? — произнес он скорее утвердительно, чем вопросительно. — Гораздо лучше, чем вчера. От этих слов сердце Бомгю забилось быстрее. Он почувствовал, как щеки слегка покраснели, и смущенно улыбнулся в ответ. — Спасибо, — пробормотал он. — Я старался. Ёнджун кивнул и направился в свой кабинет. Бомгю последовал за ним, стараясь скрыть волнение. В кабинете старший остановился у окна и несколько секунд молча смотрел на город. Затем он повернулся к стажеру. — Сегодняшние переговоры очень важны для нашей компании. Я хочу, чтобы вы внимательно слушали и запоминали все, что будет происходить. Ваша задача — впитывать информацию. Он сделал паузу, а затем добавил с легким намеком на улыбку: — И не бойтесь задавать вопросы, если вам что-то будет непонятно. Но только уместные вопросы, Чхве Бомгю. Не хочу, чтобы вы выглядели глупо. В этот момент в дверь постучали, и секретарша сообщила о прибытии представителей другой компании. Джун кивнул и жестом пригласил Бомгю следовать за ним. По пути в переговорную комнату он неожиданно положил свою руку на плечо Бомгю. Это было легкое, почти мимолетное касание, но оно заставило младшего вздрогнуть и почувствовать, как по всему телу пробегает электрический разряд. — Просто будьте собой, — тихо сказал Ёнджун, глядя Бомгю прямо в глаза. — И… не краснейте так сильно. Отвлекает.

***

Представители другой компании уже ждали их. Обмен формальными приветствиями, рукопожатия, улыбки – все это происходило словно в замедленной съемке. Когда все уселись за стол, Ёнджун взял на себя роль ведущего переговоров, а Бомгю внимательно слушал каждое слово, стараясь запомнить все нюансы и детали. Время от времени Ён бросал на стажера быстрые взгляды, словно проверяя, как тот справляется с ситуацией. Бомгю старался отвечать уверенным взглядом, показывая, что внимательно слушает и все понимает. В ходе переговоров возникло несколько спорных моментов, когда стороны не могли прийти к согласию, но Джун умело лавировал между интересами обеих компаний, предлагая компромиссные решения и находя общие точки соприкосновения. В один из таких моментов Ёнджун обратился к блондину напрямую. — Чхве Бомгю, — произнес он, глядя на младшего проницательным взглядом. — Что вы думаете об этом предложении? Тот немного растерялся от неожиданности. — Мне кажется, что это предложение не совсем выгодно для нашей компании, — сказал он. — Я думаю, что нам стоит настаивать на более выгодных условиях… Юрист внимательно выслушал, не перебивая его, а затем кивнул. — Хорошо сказано. Я согласен с вами. Как вы слышали, мой коллега тоже считает, что ваше предложение нуждается в доработке. Представители другой компании немного замялись, но затем согласились пересмотреть свое предложение. В перерыве, когда все вышли из переговорной, Ёнджун подошел к младшему и тихо произнес: — Ты отлично справился. Бомгю почувствовал, как щеки снова предательски начинают гореть. — Спасибо.. — Сейчас ты показал себя с лучшей стороны. — продолжил Ёнджун, и его рука, словно случайно, коснулась чужой. После перерыва переговоры продолжились с новой силой. В результате им удалось достичь соглашения, которое устраивало обе стороны.

***

Когда все покинули комнату, оставив после себя лишь легкий отголосок дорогих духов, воцарилась тишина. Бомгю, всё еще под впечатлением от успешно завершившихся переговоров, облегченно выдохнул и оглянулся на старшего, ожидая его оценки. — Сегодня ты превзошел все мои ожидания, — произнес он, медленно подходя к Бомгю. — Действительно впечатляюще. Бомгю почувствовал, как щеки снова заливаются краской, но на этот раз смущение смешалось с гордостью и волнением. — Я просто старался, Ёнджун-сонбэ, — пробормотал он, опуская глаза. Ёнджун остановился прямо перед Гю, явно нарушая личное пространство. Тот почувствовал его теплое дыхание на своем лице и поднял глаза, чтобы встретиться взглядами. — Старался? — переспросил Ёнджун, наклоняя голову вбок. — Или просто хотел произвести на меня впечатление? В голосе Ёнджуна звучала игривая нотка, заставляющая сердце Бомгю биться еще быстрее. — Конечно, я хотел произвести на вас впечатление.. Кто бы не хотел произвести впечатление на вас? Вместо ответа Ёнджун протянул руку и медленно, словно наслаждаясь каждым движением, поправил галстук стажера. — Этот галстук немного криво завязан, — прошептал Ёнджун, его пальцы коснулись чужой шеи. — Не люблю небрежность в деталях. Закончив с галстуком, он не отстранился, а продолжал стоять вплотную к парнише, глядя ему прямо в глаза. Бомгю почувствовал, как к щекам прилила кровь. Его сердце колотилось так сильно, что казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Он смотрел в глаза Ёнджуна, пытаясь понять, что происходит, но все мысли словно испарились. — Э-э... спасибо, — пробормотал Бомгю. – Я... я обычно лучше с галстуками справляюсь. Просто... сегодня как-то… Он запнулся, не зная, как закончить фразу. В голове крутилось множество слов, но ни одно не казалось подходящим. Наконец, он решился и робко улыбнулся. — У вас тоже, — Бомгю указал дрожащим пальцем на галстук Ёнджуна, но тут же одернул руку, испугавшись собственной смелости. — То есть... он идеально завязан. Просто... очень красиво. — Красиво? — повторил Ёнджун тихо. — Значит, и ты обращаешь внимание на детали, Бомгю? Это хорошо. Я ценю наблюдательность. Он сделал шаг ближе, сокращая и без того минимальное расстояние между ними. — Скажи мне, Бомгю, — прошептал мужчина, его дыхание опалило щеку парниши, — что еще ты находишь красивым? Кроме моего галстука, разумеется. — Ваши… глаза, — прошептал Бомгю, почти не слышно. Он тут же пожалел о сказанном, почувствовав себя невероятно глупо. Он же стажер, а Ёнджун – его наставник! Но слова уже были произнесены, и отступать было поздно… Он опустил взгляд, не в силах выдержать чужого пристального взора. — В них... как будто звезды, — пробормотал Бомгю, почти заглушая свой голос. — Они… притягивают. Он нервно сглотнул, пытаясь найти в себе силы продолжить, но слова словно застряли в горле. — И… и часы красивые. И… — он запнулся, ища хоть что-то, чтобы перевести разговор в более безопасное русло. — И… ручка. У вас дорогая ручка. — Спасибо. Мне приятно слышать. Стажер поднял взгляд. Старший все еще смотрел на него, и в его глазах танцевали какие-то искорки. — А ручка, — продолжил Ёнджун, — это подарок. Она действительно дорогая. Его взгляд на мгновение потускнел, вспоминая о Джиён, но потом снова вернулся в реальность. — Но что касается моих глаз, ты первый, кто заметил в них звезды. Знаешь, говорят, что глаза – зеркало души. Интересно, что же ты увидел в моей душе? — Я… я не знаю, — пробормотал он, чувствуя, как краснеет до кончиков ушей. — Не скромничай, Бомгю. Я уверен, ты увидел что-то интересное. Может быть, даже то, что я сам в себе еще не открыл. Бомгю сглотнул, не в силах вымолвить ни слова. — Ладно, ладно. Не буду тебя мучить. Пока что. Они вернулись в кабинет старшего. — А теперь, — сказал он, беря со стола папку с бумагами, — давай перейдем к делу. Сегодня мы будем работать над… Но, признаюсь, Бомгю, мне теперь немного сложно сосредоточиться.

***

Бомгю закрыл за собой дверь квартиры, прислонившись к ней спиной и шумно выдохнув. В квартире было темно и тихо, привычное успокоение после суеты офиса, но сегодня это не работало. Все смущающие моменты дня прокручивались в голове, словно заевшая пластинка. Звезды в глазах, дорогая ручка, зеркало души… Как вообще все так быстро закрутилось? Всего месяц назад Ёнджун смотрел на него, как на смертельного врага, из-за той нелепой ситуацией с кофе. Потом ужин, месяц тишины и неизвестности, и вот теперь они работают вместе, и всего за два дня все кардинально изменилось. Наставник. Коллега. И… кто он теперь для Бомгю? Сбросив обувь и сумку в коридоре, парень поплелся в гостиную и рухнул на диван. Схватив телефон, поспешно открыл групповой чат с друзьями. Пальцы забегали по экрану, торопливо набирая сообщение:

Beomgyu:

Ребята, вы не поверите, что сегодня произошло! Ёнджун... он... ну, в общем, он смотрел на меня... иначе. Заигрывал.. кажется.

21:09

Посыпались мгновенные ответы.

Kai:

Что значит "иначе"??? Делись подробностями!

21:09

Taehyun:

Изучай почву, парень! Он ведь тот еще красавчик.

21:10

Soobin:

Звучит многообещающе! Не упусти свой шанс!

21:10

Бомгю смущенно напечатал:

Beomgyu:

Да ладно вам, он просто... вежливый. Или мне так кажется. И вообще, он мой наставник! Это непрофессионально.

21:13

Kai:

Профессионально? Да у тебя, кажется, есть шанс заполучить одного из лучших юристов Сеула! Нам вот достались какие-то озлобленные на мир стариканы, которые сами работать толком не умеют!

21: 14

Taehyun:

Согласен с Каем! Ёнджун – легенда! Хватай его руками и ногами, пока не передумал!

21:15

Soobin:

Плюс один! Не тормози, Бомгю! Мы все тебе завидуем!

21:15

Читая их сообщения, Бомгю почувствовал, как краска снова приливает к щекам. Он старался убедить себя, что это всего лишь дружеская поддержка и не стоит придавать этому значения. Но в глубине души он знал, что друзья правы. Ёнджун был невероятно привлекательным, умным и… признаться честно, он начинал ему нравиться.

Beomgyu:

Ладно, ладно! Буду иметь в виду. Но пока давайте лучше обсудим тот сложный контракт, который мне дали..

21:17

Но мысли о Ёнджуне не отпускали. "Звезды в глазах… зеркало души…" Что все это значит? И готов ли Бомгю увидеть то, что скрывается в душе его наставника?

***

Новый рабочий день. Новый шанс увидеть Ёнджуна. И новый повод для смущения и непонятных надежд. Он поднялся, принял душ, стараясь смыть с себя остатки волнения, но тщетно. Завтрак не лез в горло, и, наспех выпив чашку кофе, он поспешил на работу. Когда он вошел в офис, его взгляд первым делом метнулся к кабинету наставника. Дверь была закрыта. Вздохнув с облегчением и одновременно с разочарованием, Бомгю направился к своему столу. Он попытался сосредоточиться на рабочих документах, но все мысли были только об одном: когда же появится Ёнджун? Минут через двадцать дверь кабинета открылась, и старший, увидев блондина, слегка улыбнулся. — Доброе утро, Бомгю, — сказал он, его голос звучал мягче, чем обычно. — Как спалось? Гю резко вскочил, чуть не опрокинув стул. — Д-доброе утро, сонбэним, — запинаясь, ответил он. — Я… хорошо спал. А вы? — Отлично, — Ёнджун кивнул. — Сегодня у нас много работы. Принеси свой ноутбук, пойдем в мой кабинет. Бомгю послушно схватил ноутбук и последовал за старшим. Сердце снова забилось сильнее, когда он оказался в кабинете наставника. — Сегодня мы будем работать над делом Ким, — начал Ёнджун, доставая папку с документами. — Это сложное дело о разводе, и мне нужна твоя помощь в подготовке документов. Бомгю кивнул, стараясь сосредоточиться, но каждый раз, когда руководитель наклонялся ближе, чтобы показать что-то на экране, или когда его рука случайно касалась руки Бомгю, он терял нить разговора. — Итак, — сказал Ёнджун после часа работы, — как ты думаешь, какие наши дальнейшие шаги? Бомгю растерянно моргнул. — Простите, сонбэним, — пробормотал он. — Я… я немного отвлекся. Ёнджун внимательно посмотрел на него. — Все в порядке? Ты выглядишь немного уставшим. — Нет, все хорошо, — Бомгю попытался выдавить улыбку. — Просто… много работы. — Может, стоит сделать перерыв? — предложил Ёнджун. — Пойдем выпьем кофе. Бомгю кивнул, чувствуя, как благодарность захлестывает его. Возможность побыть с Ёнджуном наедине, даже просто за чашкой кофе, казалась ему невероятной удачей. В кафетерии было немноголюдно. Они взяли по американо и сели за столик у окна. — Итак, Бомгю, — начал Ёнджун, отпивая кофе, — что на самом деле тебя беспокоит? Бомгю замер. Он знал, что этот момент настанет. Знал, что Ёнджун заметил его смущение. Но он не был готов говорить об этом. — Я… не знаю, о чем вы, сонбэним, — пробормотал он, отводя взгляд. Ёнджун мягко улыбнулся. — Не скромничай, Бомгю. Я вижу, что ты взволнован. И, если честно, я тоже… заинтересован. Бомгю поднял глаза, пораженный услышанным. Заинтересован? В чем? — Вчера ты заставил меня задуматься о многом. Я не часто слышу комплименты о своих глазах, знаешь ли. Бомгю вдруг почувствовал прилив храбрости. — Ну, они и правда… особенные.. — Особенные? И что же в них особенного, по твоему мнению? Бомгю закусил губу, чувствуя, как вновь краснеет. — Это… сложно объяснить. В них есть что-то… манящее. И… немного грустное, — признался он. Ёнджун на мгновение замолчал, будто обдумывая его слова. — Интересное наблюдение, Бомгю. Может быть, ты и прав. В любом случае, мне приятно знать, что я произвел на тебя такое впечатление. Он сделал паузу, накрывая рукой чужие, но тут же убрал её. — И знаешь, Бомгю, — прошептал он. — Ты тоже умеешь зацепить. Твоя сосредоточенность, как ты грызёшь губы, когда над чем-то думаешь… это чертовски отвлекает. Он облизнул губы, не отрывая взгляда от смущенного лица Бомгю. — И, если честно, мне нравится эта твоя неловкость. Она заставляет гадать, что творится у тебя в голове. Ты так сильно хочешь быть профессиональным, но... я вижу, как ты смотришь на меня. Он провел пальцем по краю чашки, небрежно, но довольно соблазнительно. — И вот что я подумал: было бы интересно увидеть, как долго ты сможешь сохранять контроль, когда я не буду так сдержан. Ёнджун на мгновение замолчал, наблюдая за реакцией Бомгю. — Позволь мне быть откровенным: я хочу узнать тебя лучше. И я говорю не о юридических нюансах. Может быть, как-нибудь вечером, после работы? У меня неплохая коллекция вин.. — Я... я не знаю.. — Не волнуйся, Гю. Я не давлю. Просто... предлагаю. Он встал, но взгляд все еще был прикован к Бомгю. — Думаю, нам пора вернуться к работе. Но подумай над моим предложением. У меня есть ощущение, что ты любишь рисковать.

***

Рабочий день, вопреки накалу страстей в мыслях обоих, прошел на удивление гладко. Документы перекладывались, звонки совершались, встречи проводились – рутина поглотила их обоих, будто бы ничего и не было. Однако, под этой маской профессионализма, каждый из них чувствовал электрическое напряжение, пронизывающее воздух. Ёнджун, закончив с последними бумагами, чувствовал себя так, словно только разогрелся. Все мысли были сосредоточены на Бомгю. Он впервые, за долгое время, испытывал нечто большее, чем просто симпатию или дружескую привязанность. Джиён, первая и единственная любовь до этого момента, оставила глубокий след, но, казалось, время начало размывать контуры. И вот, появился Бомгю – молодой, наивный и, что особенно нравилось Ёнджуну, легко смущающийся. Каждое его смущение, каждый робкий взгляд из-под ресниц разжигал в старшем желание вывести стажера из равновесия, раздразнить до предела… Юрист откинулся на спинку кожаного кресла, задумчиво барабаня пальцами по лакированной поверхности стола. Солнце клонилось к закату, заливая кабинет мягким золотистым светом. Он бросил взгляд на дверь – именно там, за деревянной панелью, находился его объект желаний. В голове зрел план, невинный, как казалось на первый взгляд, но дьявольски искушающий в своей сути. Собравшись с мыслями и придав голосу максимально нейтральное звучание, Ёнджун нажал кнопку интеркома. — Бомгю, зайди ко мне, пожалуйста. Бомгю вошел, немного неуверенно переминаясь с ноги на ногу. На его лице читалось легкое недоумение – казалось, он был полностью поглощен работой и не ожидал вызова к наставнику в конце дня. — Вы звали меня, сонбэним? Ёнджун оценивающе окинул его взглядом. Сегодня Бомгю был одет в простую белую рубашку, которая, тем не менее, идеально подчеркивала его бледную кожу и гармонировала с светлыми, уложенными волосами. — Да. Я закончил с работой на сегодня, и у меня есть для тебя пара небольших поручений. Бомгю слегка нахмурился, но послушно кивнул, доставая блокнот и ручку, готовый записывать инструкции. — Во-первых, – продолжил Ёнджун, скрестив руки на груди, – я хочу, чтобы ты сходил в кофейню через дорогу и принес мне кофе. Двойной эспрессо, без сахара. И поспеши, я чувствую, как у меня падает уровень энергии. В глазах Бомгю мелькнуло удивление. Он явно ожидал более важных задач, но не стал спорить. — Хорошо, сонбэним, я сейчас сбегаю, – ответил он, уже разворачиваясь к двери. — Во-вторых, – добавил Ёнджун, словно вспомнив что-то важное, когда Бомгю уже почти вышел из кабинета. – Я заметил, что ты выглядишь немного… взъерошенным. Зайди в туалет и приведи себя в порядок. Я хочу, чтобы ты выглядел презентабельно. Мало ли кто заглянет. Щеки Бомгю слегка порозовели. Ёнджун намеренно использовал двусмысленную фразу, чтобы заставить его нервничать. — Хорошо, сонбэним, – пробормотал он, опуская взгляд. — И, в-третьих, – Ёнджун выдержал паузу, словно собираясь с мыслями. – Когда вернешься, закроешь за собой дверь. И принеси бутылку того красного вина из шкафа. Думаю, мы оба заслужили небольшой отдых после такого напряженного дня. Лицо Бомгю залилось краской. Он прекрасно понимал, к чему клонит старший. — Сонбэним, я… я не уверен, что это хорошая идея, – пробормотал Бомгю, пытаясь сохранить остатки самообладания. Ёнджун усмехнулся, поднимаясь из-за стола и медленно обходя его. Он приближался к Бомгю, пока между ними не осталось всего несколько сантиметров, заставляя стажера невольно отступить на шаг. — Бомгю, – прошептал Ёнджун, наклонившись к его уху. Его голос стал низким, хриплым и обжигающим. – Я тебе приказываю. Ты отказываешься выполнять прямой приказ? Он не знал, что делать. Часть его хотела кричать, бежать, спрятаться, но другая, темная и незнакомая, жаждала подчинения, жаждала испытать то, что обещал Ёнджун. Его ноги словно приросли к полу, а взгляд не мог оторваться от темных, манящих глаз старшего. В них горело пламя, обещающее удовольствие и опасность в равной степени. — Нет, сонбэним, – прошептал Бомгю, с трудом разжимая пересохшие губы. – Я… я сделаю все, как вы скажете. Ёнджун удовлетворенно усмехнулся, видя, как решимость в чужих глазах угасает, заменяясь смесью страха и... возбуждения?? Он отступил на шаг, позволяя Бомгю немного отдышаться. — Отлично, — произнес он, возвращаясь к своему обычному, несколько отстранённому тону. — Тогда не будем терять времени. Выполняй мои поручения. И постарайся не задерживаться. Младший кивнул, развернулся и, спотыкаясь, вышел из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь. Джун слышал, как его шаги быстро удаляются по коридору. Он снова откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. Прошло около пятнадцати минут, прежде чем парниша вернулся. Брюнет слышал, как он тихонько постучал в дверь. — Проходи, — позвал Ёнджун. Бомгю вошел, держа в руках поднос с двумя чашками кофе. Его волосы были аккуратно причесаны, а лицо, хотя и слегка покрасневшее, выглядело более собранным. — Я принес вам кофе, сонбэним, — сказал он, ставя поднос на стол и стараясь избегать зрительного контакта. — Спасибо, Бомгю, — ответил Ёнджун, беря свою чашку. — А где вино? Бомгю глубоко вздохнул, и, подчиняясь его приказу, достал бутылку красного из небольшого винного шкафа, встроенного в стену кабинета. Он умело, хотя и немного нервно, открыл бутылку и наполнил два бокала, которые Ёнджун достал из ящика стола. — Вот, сонбэним, — пробормотал он, протягивая Ёнджуну бокал. Ёнджун взял бокал, его пальцы намеренно коснулись пальцев Бомгю. Тот вздрогнул. — Благодарю, — сказал Ёнджун, отпивая глоток вина и прикрывая глаза, наслаждаясь вкусом. — Отличное вино. Ты хорошо послужил сегодня, Бомгю. Тот молчал, стоя перед столом и глядя в пол. — Что ты стоишь? — спросил Ёнджун. — Разве я не говорил тебе закрыть дверь? Бом дрожащей рукой потянулся к двери и закрыл её, повернув замок. Тихий щелчок замка эхом разнесся по кабинету, словно захлопывая ловушку. — Теперь, — сказал он, отставляя бокал на стол, — присядь. Бомгю удивленно поднял глаза. — Присядь, Бомгю, — повторил Ёнджун, — Я думаю, ты заслужил небольшой отдых. Он послушно сел, стараясь не встречаться со старшим взглядом. — Расскажи мне о себе, Бомгю, — произнес руководитель, откидываясь на спинку кресла. — Что ты любишь делать, кроме как беспрекословно выполнять мои приказы? Бомгю снова покраснел. — Я… я не знаю, сонбэним.. Не думаю, что это важно. — Напротив, — возразил Ёнджун, — это очень важно. Я хочу знать, кто ты. Я хочу знать, что заставляет тебя смущаться, что пугает, и… что заводит. Бомгю, кажется, задохнулся. — Сонбэним, я… — Не перебивай меня, — предупредил Ёнджун. — Я еще не закончил. Я собираюсь узнать это всё. Вопрос лишь в том, насколько сильно ты будешь сопротивляться. И, не давая ему опомниться, протянул руку и медленно провел пальцем по его щеке, от подбородка до скулы. Тот вздрогнул от этого прикосновения, как от удара током. — Я вижу, как ты реагируешь на простые прикосновения, Бомгю, — прошептал брюнет. — Как сильно ты покраснел. Как дрожат твои руки. Ты такой прозрачный. Он убрал руку и облокотился на стол, оказываясь еще ближе к Бомгю, почти нависая над ним. — Но я хочу знать больше, — продолжил он. — Я хочу знать, что скрывается за этим смущением. Какой огонь горит внутри тебя. Мужчина наклонился еще ближе… — И знаешь что, Бомгю? Я не верю, что ты такой уж невинный, каким хочешь казаться. Я чувствую, что под этой маской прилежного стажера скрывается что-то… более интересное. Он замолчал, ожидая реакции. Бомгю молчал, завороженный, неспособный отвести взгляд. — Поэтому, — произнес Ёнджун, словно подводя итог, — у тебя есть выбор. Ты можешь продолжать сопротивляться, изображать невинность, и я буду медленно и методично снимать с тебя все маски, слой за слоем. Или… ты можешь позволить мне увидеть настоящего тебя. Добровольно. Он выпрямился и достал из кармана своего пиджака небольшую блестящую монету. — Подбросим монетку. Орёл – ты рассказываешь мне самый сокровенный секрет, который ты когда-либо кому-либо говорил. Решка – я выбираю, что ты делаешь для меня. Он подбросил монетку в воздух и поймал ее, спрятав в ладони. — Что выбираешь? Риск? Или подчинение? Лицо Бомгю пылало. Этот вопрос был нечестным. Он знал, что в любом случае проиграет. Но какая-то темная, запретная часть его личности, жаждала этой капитуляции. — Риск, — прошептал он, с трудом выдавливая из себя слово. Ёнджун усмехнулся. — Я так и знал. Что же, Бомгю, выкладывай. Он протянул ему руку, разжав ладонь, чтобы показать, какая сторона монеты выпала. Это был орёл. Рассказать самый сокровенный секрет… Боже, а был ли у него такой? Что-то настолько личное, чтобы не доверять никому, настолько постыдное, чтобы скрывать это любой ценой? — Ну же, Бомгю, — поторопил его Ёнджун, не сводя с него взгляда. — Время идет. Ты же не хочешь, чтобы я передумал и заставил тебя делать то, что я захочу, правда? Гю закрыл глаза, собираясь с духом. Внутри все дрожало, как перед прыжком в пропасть. — Когда я был младше… — начал он, его голос был тихим и дрожащим, — …я украл деньги у своей матери. Он замолчал, ожидая какой-то реакции. Осуждения, презрения… чего угодно. Но Ёнджун молчал, просто внимательно слушал. — Это было… не много, — продолжил Бомгю, — всего несколько вон. Но я потратил их на… на журнал. Эротический журнал. Он открыл глаза, готовый увидеть отвращение на лице Ёнджуна. Но ничего подобного не было. Ёнджун лишь смотрел на него с любопытством. — И что? — спросил Ёнджун. — Тебя возбуждали эти журналы? Бомгю покраснел еще сильнее. — Да, — прошептал он. — Но я чувствовал себя… ужасно. Я ненавидел себя за это. Я выбросил журнал, и с тех пор… стараюсь не думать об этом. Ёнджун кивнул, словно обдумывая его слова. — Интересно, — сказал он. — А почему ты не рассказал об этом никому раньше? Бом пожал плечами. — Мне было стыдно, — признался он. — Я думал, что если кто-нибудь узнает, он будет считать меня… извращенцем. — Бомгю, в этом мире все немного извращенцы. Просто кто-то лучше скрывает это, а кто-то – хуже. Он подошел к нему, наклонился и прошептал ему на ухо: — И я думаю, ты принадлежишь ко второй категории. Он отстранился и посмотрел ему в глаза. — Спасибо, что поделился со мной. Это было… познавательно. Затем он сделал шаг назад и сел на стол, скрестив ноги. — Но наша игра еще не закончена, — произнес он, лукаво улыбаясь. — Теперь моя очередь. Брюнет наполнил их бокалы вином. — За то, чтобы делиться секретами, — произнес он тост, чокаясь бокалом с коллегой, — и беспрекословно выполнять приказы. Они выпили. Бомгю залпом осушил свой бокал, стараясь приглушить волнение. — Ну же, — поддразнил его старший, — неужели вино так действует на твою нервную систему? — Просто… жду, — пробормотал Бомгю. Мужчина усмехнулся, отставляя свой бокал. — Что ж, тогда не будем тянуть кота за хвост. Дабы игра была честной… подбросим монетку снова. Правила те же. Если выпадет орел, я расскажу тебе свой самый сокровенный, самый пикантный секрет. Что-то, что я никогда никому не говорил. А если выпадет решка… — он многозначительно замолчал, — …тогда ты можешь потребовать от меня все, что угодно. Любое желание, и я его выполню. Глаза Бомгю расширились. Это было безумие. Полная власть в его руках? Невероятно. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. — Вы… вы серьезно? — Абсолютно, — ответил Ёнджун. — Но помни, с большой силой приходит большая ответственность. Он подбросил монетку в воздух, поймал ее и, прикрыв ладонью, посмотрел на младшего. — Что выбираешь, Бомгю? Рискнуть и узнать мои грязные тайны? Или получить полный контроль надо мной? Выбор за тобой. Тишина в кабинете стала давящей. Сердце Бомгю бешено колотилось в груди. Он не знал, что делать. Обе возможности были невероятно заманчивы. Узнать что-то сокровенное о Ёнджуне? Или же потребовать от него… что угодно? — Я… я не знаю.. — Не волнуйся. Тебе не нужно выбирать. Просто скажи, чего ты хочешь больше. Любопытство? Или власть? — Власть, — прошептал он, глядя прямо в глаза наставнику. — Я хочу власть. — Хорошо, — произнес он, разжимая ладонь. — Твой выбор сделан. Решка. Он выиграл. Теперь он мог потребовать от своего наставника все, что угодно. Возможности казались безграничными, но голова, от выпитого вина и возбуждения, работала с трудом. Что же ему потребовать? Сразу же воспользоваться моментом и пойти ва-банк, или сыграть тонко, постепенно нагнетая напряжение? Ёнджун сидел на столе, не сводя с младшего пронзительного взгляда, словно говоря: "Ну же, удиви меня. Покажи, на что ты способен". — Хорошо, — произнес он, стараясь говорить уверенно, — я придумал. Ёнджун приподнял бровь, ожидая. — Я хочу, чтобы вы… — Бомгю сделал паузу, наслаждаясь своей властью над ситуацией, — …чтобы вы сняли рубашку. Лицо Ёнджуна не изменилось, но в глазах мелькнул огонек. — Это все? — спросил он, словно разочарованный. — Только это? — Пока что, — ответил Бомгю, стараясь не выдать своего волнения. — Просто снимите рубашку. И медленно. Ёнджун пожал плечами, словно это было для него пустяком. Он медленно расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, затем вторую, третью… С каждым движением, взгляды стажера становились все более пристальными, а дыхание – все более прерывистым. Наконец, рубашка была полностью расстегнута. Ёнджун на мгновение замер, демонстрируя свою частичную наготу. Подтянутое тело, с едва заметными очертаниями мышц, покрывала легкая тень от вечернего света. — Достаточно? Бомгю с трудом сглотнул. Ему хотелось сказать "да", но что-то внутри него требовало большего. Он хотел видеть Ёнджуна уязвимым, хотел ощутить власть над ним в полной мере. — Нет, — произнес он, с трудом выдавливая из себя слово. — Снимите ее полностью. Ёнджун снова пожал плечами и медленно снял рубашку, бросив ее на спинку кресла. Теперь он стоял перед блондином с голым торсом. Гю опустил взгляд, изучая каждую деталь чужого тела. Легкий загар, едва заметные шрамы, аккуратно очерченные мышцы. Сердце бешено колотилось в груди, а все тело охватила дрожь. — Что дальше? — спросил Ёнджун, но его голос был почти неслышным. — Подойдите ко мне, — произнес он. Ёнджун послушно подошел, остановившись в шаге от него. — Что ты собираешься делать? — дыхание опаляло лицо младшего. Бомгю поднялся с кресла, его ноги слегка дрожали, но он сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними до минимума. Теперь они стояли лицом к лицу, а их тела почти соприкасались. — Я… — начал Бомгю, но слова застряли в горле. Он не знал, что делать дальше. Он достиг своей цели – поставил старшего в зависимое положение. Но что дальше?.. Ёнджун, словно почувствовав его замешательство, положил руку на чужую щеку, большим пальцем касаясь губ. — Ты можешь попросить у меня все, что угодно, Бомгю, — прошептал он. — Не сдерживай себя. Бомгю закрыл глаза, чувствуя, как к нему возвращается уверенность. Он знал, чего хочет. — Поцелуй меня, — пролепетал он. — Поцелуй меня так, как ты хочешь. Сердце пропустило удар. Мужчина безумно хотел этого поцелуя, хотел почувствовать вкус губ младшего, но боялся разрушить ту тонкую грань, что сейчас отделяла их от… чего? Он сам не знал. Но выбор был сделан. Бомгю отдал приказ, и Ён был обязан ему подчиниться. Он обхватил лицо чужое обеими руками, большим пальцем нежно касаясь губ. Бомгю открыл глаза, в которых плескалось возбуждение и легкий страх. — Ты уверен? — прошептал Ёнджун, словно давая ему последний шанс передумать. Бомгю молча кивнул, прикрывая глаза и подаваясь навстречу. Ён медленно наклонился, его дыхание опалило губы младшего. Он осторожно прикоснулся к ним своими, словно пробуя на вкус. Легкое, едва ощутимое прикосновение и Бомгю застонал, приоткрывая рот и приглашая к более глубокому поцелую… Ёнджун не заставил себя долго ждать. Он углубил поцелуй, проникая языком в рот стажера. Нежно, соблазнительно, исследуя каждый уголок. Бом ответил с жадностью, переплетая языки в страстном танце. Все чувства обострились до предела. Вкус вина, смешанный со вкусом собственного возбуждения, мягкость губ блондина, запах его кожи.. Ёнджун прижал его к себе, обхватывая тонкую талию руками, и чувствовал, как все тело младшего дрожит, как чужие руки судорожно вцепились в его плечи. Поцелуй становился все более страстным, требовательным, почти болезненным. Юрист углублял его, вторгаясь все дальше и дальше, желая поглотить его целиком. Наконец, воздух в легких закончился, и они оторвались друг от друга, тяжело дыша. Лоб Бома был прижат к его лбу, глаза обоих закрыты, а губы приоткрыты. — Боже, — шептал Бомгю, — я… Джун прижал палец к его губам, заставляя замолчать. — Тихо. Не говори ничего. Просто… наслаждайся. Он снова наклонился и поцеловал его, на этот раз более нежно и ласково. Словно боясь спугнуть это хрупкое, только зарождающееся чувство. Поцелуй перетек в ласки. Джун нежно провел руками по спине парниши, спускаясь все ниже и ниже, пока не коснулся его ягодиц. Гю вздрогнул, выгибаясь в чужих руках. Ёнджун, наконец, оторвался от его губ и начал целовать шею, спускаясь к ключицам. Бомгю застонал, запрокидывая голову назад и давая больше доступа. — Сонбэним… — прошептал он, — я… Ёнджун проигнорировал его слова, продолжая ласкать податливое тело. Мужчина подхватил его на руки и понес к дивану, стоявшему в углу кабинета. Осторожно опустив на мягкую поверхность, он навис над ним.. — Ты готов, Бомгю? Бомгю молча кивнул, прикрывая глаза. Он начал расстегивать его рубашку, пуговица за пуговицей, освобождая грудь. Когда рубашка была полностью расстегнута, Джун провел пальцами по манящему телу, изучая каждый сантиметр. Пока младший вздрагивал, выгибаясь в крепких руках. — Ты такой красивый Он наклонился и начал целовать его грудь, спускаясь все ниже и ниже, к самому животу. Бомгю застонал, запуская пальцы в черные волосы. — Сонбэним… пожалуйста… Ёнджун поднял голову и посмотрел ему в глаза. — Чего ты хочешь? Скажи мне. — Я хочу… чтобы вы раздели меня.. Ёнджун улыбнулся, предвкушая удовольствие. Он снял с парниши ремень, а затем медленно начал расстегивать его брюки. Бомгю ерзал под ним, не в силах больше сдерживать себя. Наконец, брюки были сняты, и блондин остался лежать на диване только в нижнем белье. — Что теперь, Бомгю? — спросил он. — Чего ты хочешь теперь? Тот закрыл глаза, пытаясь справиться с захлестнувшим его возбуждением. — Снимите.. снимите с меня белье. Ёнджун послушно выполнил его приказ, и через мгновение тот лежал на диване совершенно обнаженный. Старший начал целовать его, начиная с бедер и постепенно поднимаясь выше, к груди, к шее, губам.. Их поцелуи становились все более страстными, требовательными, отчаянными. Они ласкали друг друга, касались, терзали, пока не достигли предела. — Сонбэ… Ёнджун… — голос срывался. — Пожалуйста… больше… Джун отстранился, оставив на чужой коже влажные следы от поцелуев. — Больше, говоришь? — прошептал он, усмехаясь. — Что именно ты хочешь? Ты должен попросить. Бомгю застонал, хватаясь за его плечи. — Мне… мне нужно… — с трудом выговорил он. — Пожалуйста… сделай это… Мужчина понимающе кивнул, перемещаясь так, чтобы оказаться между его ног. Он нежно развел их, открывая взору сокровенные места. Бомгю задохнулся, ожидая. Старший взял его член в руку, медленно двигая вверх и вниз. Бомгю простонал от удовольствия, а тело его напряглось еще сильнее. Одновременно с этим, второй рукой Ёнджун набрал полную ладонь слюны. Затем, медленно и мучительно, он провел ею меж чужих ягодиц, смазывая узкий проход. Бомгю выгнулся дугой, чувствуя неожиданное прикосновение. — Подготовлю тебя. Ты ведь этого хочешь, стажер Чхве Бомгю? — Да… пожалуйста… — взмолился тот, пока его тело сотрясали судороги. — Пожалуйста… скорее… Движения руки на его члене становились все быстрее и интенсивнее, пока он не закричал от удовольствия. Но коллега не останавливался. Он продолжал дразнить его, лаская задницу влажными пальцами, готовя к гораздо большему. Слюна уже сделала свое дело, но Ён не торопился. Он медленно и нежно коснулся входа одним пальцем, изучая реакцию младшего. Тот вздрогнул, выгнув спину, и застонал, захлебываясь воздухом. — Расслабься, просто доверься мне. Затем он медленно начал вводить палец внутрь, наблюдая за лицом Гю. Поначалу было немного больно, но терпимо. Бомгю стиснул зубы, стараясь расслабиться. Мужчина двигал пальцем медленно и плавно, растягивая узкий проход. С каждым движением боль уменьшалась, а удовольствие росло. Бомгю начал раскачиваться в такт движениям, стоны становились все громче и требовательнее. — Хорошо, Боми. Ты прекрасно справляешься. Он добавил второй палец, затем третий. Теперь растяжка была более ощутимой, и Бом невольно всхлипнул от боли вперемешку с удовольствием. Тело сотрясала мелкая дрожь, а разум медленно отключался, позволяя лишь ощущениям властвовать над ним. — Слишком много? Бомгю покачал головой, не в силах вымолвить ни слова. Он просто хотел, чтобы это продолжалось, чтобы наставник продолжал дразнить и мучить его, пока он не сойдет с ума от удовольствия. Тот понял его и без слов. Он продолжал двигать пальцами внутри, растягивая его все больше и больше. С каждым движением боль становилась все более приятной, превращаясь в пульсирующее, обжигающее удовольствие. Бомгю начал всхлипывать, его тело извивалось, как змея, в попытке получить еще больше наслаждения. — Пожалуйста… — наконец пробормотал он, — еще… больше… Ёнджун не ответил. Он просто продолжал растягивать его, доводя до предела. Бом чувствовал, что сейчас сойдет с ума. — Еще немного, ты почти готов. Затем, одним резким движением, Ёнджун вынул пальцы из хрупкого тела. Бомгю захныкал от разочарования. Он так долго ждал, так много терпел, и теперь все закончилось? Но Ёнджун не дал ему долго страдать и жадно впился в его губы поцелуем. Пока они целовались, старший скользнул рукой вниз и снова взял член Бома в руку, готовя к новому оргазму. Тот простонал от удовольствия, забыв обо всем, кроме ощущений. Он знал, что брюнет скоро войдет в него, и эта мысль сводила его с ума. Отстранившись от поцелуя, он посмотрел на наставника умоляющим взглядом. — Пожалуйста, Ёнджун… войди.. Юрист усмехнулся и кивнул. — Как скажешь, Бомгю-я За неимением ничего другого под рукой, мужчина сплюнул на пальцы, обильно смазывая ими свой и так возбуждённый член, а затем и вход младшего. Тот задрожал, чувствуя холодную, липкую слюну на своей коже. — Прошу… Старший медленно и осторожно направил свой член ко входу Гю, прислушиваясь к сбитому дыханию и напряжению в теле. Он вошел лишь на самую малость, давая привыкнуть к новому чувству наполненности. Стажер стал мотать головой из стороны в сторону. Стыд и возбуждение боролись в нем, заставляя чувствовать себя уязвимым. Заметив его попытки спрятаться, Джун остановился, слегка отстранившись. — Смотри на меня, — приказал он. — Я хочу видеть твои глаза, когда буду внутри. Бом знал, что тот ждет от него повиновения, но было так сложно перебороть свой стыд… Он опустил взгляд, не в силах выдержать пристального рассматривания. Юрист аккуратно взял его за челюсть, приподнимая голову и заставляя взгляды встретиться. — Я сказал смотреть мне в глаза, что тебе непонятно в этих словах? Бомгю сглотнул, поднимая взгляд. — Вот так, умница. Продолжай смотреть. И он начал медленно входить в парнишу, наблюдая за реакцией. Бом всхлипнул, но он не отвернулся, смотрел прямо в глаза, как его и просили, чувствуя, как мужчина полностью заполняет его собой. — Да… — проскулил он, — да, Ёнджун… Вот так… Ёнджун ускорил темп, двигаясь все глубже и быстрее. Теперь боль в значительной степени ушла, уступая место обжигающему, пульсирующему удовольствию, смешанному с легким покалыванием от недостаточной смазки. — Ты такой узкий, — прорычал Ён. Он схватил его за руки, переплетая пальцы, и поднимая их над головой, немного натягивая. — Чувствуешь, как хорошо? Скажи мне, как хорошо, — приказал он, не ослабляя темпа. — Да… — стонал тот. — Прекрасно.. Но несколько минут спустя Ён отстранился. — Что… что ты делаешь? — Я хочу, чтобы ты был на коленях, — ответил он. — Сейчас. Брюнет перехватил его за талию и, не церемонясь, развернул, заставляя встать на колени, лицом к спинке дивана. Студент, покорный его воле, ухватился руками за обивку, словно ища опору. Угол проникновения изменился, делая ощущения еще более интенсивными. Бом откровенно скулил, выгибая спину и закатывая глаза. Ён запустил руку в чужие крашеные волосы, слегка оттягивая, заставляя запрокинуть голову назад, открывая шею. Он жадно целовал ее, оставляя влажные следы, а затем опустился ниже, покусывая кожу и оставляя маленькие, но яркие засосы. В перерывах между поцелуями, Ёнджун отвешивал сочные шлепки по его ягодицам, наслаждаясь тем, как вздрагивает чужое тело от каждого удара. — Ты такой хороший мальчик, — шептал он, — такой послушный. С каждым толчком тело стажера содрогалось все сильнее. Слёзы удовольствия текли по его щекам, смешиваясь с потом. Чувствуя, как его тело вот-вот сорвется в пропасть, не выдержал. — Ёнджун, пожалуйста.. Позволь… позволь мне кончить… Но наставник не ответил сразу, продолжая двигаться в том же темпе. — Пожалуйста… — повторил Бомгю, его голос сорвался, — я… я больше не могу… — Ты просишь? Ты должен умолять меня. Бомгю сглотнул, чувствуя, как стыд обжигает лицо. Но он больше не мог терпеть. Он был готов на всё, лишь бы получить облегчение. — Пожалуйста, Ёнджун… — взмолился он, — я умоляю тебя… Позволь мне кончить… Прошу… Ёнджун усмехнулся, видя стекающие от удовольствия слезки. — Хорошо, я позволю тебе кончить… Но только потому, что ты хорошо попросил. И он снова начал двигаться, на этот раз с еще большей силой. Бомгю, услышав разрешение, выдохнул и перестал сдерживаться, позволяя стонам вырваться из груди. Он схватился за бедра Ёнджуна, царапая кожу ногтями, тело сотрясалось от неконтролируемых судорог, и он наконец-то излился, дрожа всем телом. Ёнджун отстранился на секунду, глядя на его умиротворенное, измученное лицо. — Хороший мальчик, — прошептал он, усмехнувшись. — А теперь… Он внезапно отстранился и сел на диван, широко расставив ноги. — Я хочу кончить тебе на личико. Устройся здесь, между моих ног. Тот послушно встал на колени перед ним, располагаясь между его бедрами. Почувствовал, как старший берет его за подбородок, заставляя поднять голову. — Вот так. Ты знаешь, что делать. И без лишних слов Бомгю принялся за дело, бережно обхватывая член губами и начиная ласкать языком. Юрист низко стонал, запрокидывая голову назад. — Еще… еще… — хрипел Ёнджун, направляя его движения. — Глубже… Внезапно мужчина замер, а его тело напряглось до предела. — Сейчас… — прорычал он. И, не отрывая от него взгляда, Ёнджун извергся прямо на лицо Бомгю, щедро покрывая его спермой.

***

— Умница, Бомгю-я — Правда?… — Конечно, правда, — ответил Ёнджун, улыбаясь. — Ты всегда делаешь всё, что я прошу. И делаешь это очень.. хорошо. Он похлопал ладонью по дивану, приглашая присесть рядом. — А теперь, помоги мне прибраться, — сказал Ёнджун, указывая на беспорядок. Они вместе вытерли сперму с лица блондина и с дивана, а затем выкинули использованные салфетки в мусорное ведро. Когда все было прибрано, Джун лег на диван, притягивая стажера к себе и заключая в объятия. Бомгю, немного поколебавшись, прижался к нему, уже представляя как пересказывает друзьям все произошедшее.