Камень, ножницы, бумага

      В университете порой никому не были интересны экзамены, зачёты, пары, отработки, преподаватели. На саму учебу было наплевать, а профильные пары отодвигались на задний план, когда по учебному заведению ходили слухи. Они начались с самого начала учебного года, когда один из первокурсников на кафедре журналистики носил имя Хан Джисон. В потоке он сразу нашёл единомышленников, со старшими курсами подружился за первую неделю и даже к самым строгим преподавателям нашёл подход менее чем за месяц. А после ходил, задрав голову, потому что преподаватели были к нему снисходительны, девочки (и не только) бегали за ним, а парни хотели лично на коридорах здороваться с ним за руку. Про него говорили, что он прирожденный журналист, поэтому Хан знал, что он делает и как ему нужно это делать. Небольшая компания друзей с первых учебных дней сдружилась с ним – с таким учёба станет легче, будет проще договориться с преподавателями. Но когда в этой компании он познакомился с Ли Минхо, студентом третьего курса кафедры информации и коммуникации, то в тот момент, кажется, схлопнулись две вселенные. Минхо с первого курса был таким же, как и Джисон, поэтому его часто сравнивали со старшим. И сходства были поразительны, сразу бросаясь всем в глаза. Оба любили на многих смотреть сверху-вниз, улыбаясь при этом им в лицо. Оба могли договориться с каждым преподавателем, которого даже мог бояться весь поток. Они могли прогуливать одинаковые дни из-за одинаково глупых причин, по типу "ретроградного меркурия", даже если им просто не хотелось. Если они шли по коридору университета, то они даже шаг делали одинаковый, одной ногой, держа сумку в одной и той же руке. И оба были безумны на выходки. Сразу по ним не скажешь – спокойные, строгие и харизматичные парни, знающие свою работу, идеальные с иголочки, сошедшие с обложки журналов. Но объеденив свои умы и подключив связи, для университета стал адовым день, когда они начали, как коты, везде шкодить. Слухи про них начали ползти по университету, когда (опять же по слухам) уборщица застала их сосущимися в мужском туалете на втором этаже. Ещё пару раз их видели гуляющими за ручку по городу, обедающими в кафе в центре. А ещё больше студенты были уверены, что эти двое встречаются, когда узнали, что с первого курса Джисона эти двое живут в одной комнате в общежитии.       Вот и сейчас эти двое сидели в своей комнате. И пока Минхо сидел за столом над каким-то очень важным проектом, то Джисон, отдыхающий от учебы, уже сделавший все свои дела, сидел в ноутбуке на кровати. Шум устройства и клацанье кнопок уже вбились в сознание Ли, пока тот спокойно работал за общим шумом, находя в этом свою идиллию. Хан, непринужденно, будто так и задумывал, включил видео, начав конкретно мешать Минхо, потому что включил он порно. Хо медленно повернул голову влево, в сторону младшего, косо смотря на него, пока тот с каменным лицом сидел и смотрел в ноутбук.       — А ты не охренел? – раздался бас Минхо на всю комнату, но младший даже не повёл.       — Вроде я всегда таким был. Или ты меня не знаешь? – подмигивая одним глазом и посылая воздушный поцелуй, сказал Хан, всё-таки посмотрев в сторону Ли.       Старший встал из-зо стола напротив Джисона, убирая ноутбук с колен младшего, видя его стояк сквозь шорты.       — Эй, куда? – заныл младший, отбирая устройство и ставя себе его на коленки обратно.       В следующую минуту Хан, крепко ухватив парня за руку, потянул Хо на себя, чтобы тот лёг рядом, и начал смотреть вместе с ним. Джисон буквально прилип к старшему, пресекая любую попытку выбраться, поэтому Минхо пришлось сидеть и смотреть вместе с ним, постепенно начиная чувствовать уже и свой стояк. Младший прилип к парню, явно не собираясь его отпускать и приблизился к лицу, начиная ненастойчиво, но навязчиво и красноречиво целовать в шею.       — Так, так, так. Куда разбежался? – Минхо с силой оттолкнул Хана от себя, уже лезущего за поцелуем, подставляя кулачок.       — Блять, точно, – вспомнил Джисон, невольно закатив глаза, подставляя свой.

Камень

Ножницы

Бумага

Раз

Два

Три

      — Наконец-то ты снизу. Я уже соскучился по твоей сладкой заднице, – Ли расплылся в довольной улыбке, прижимаясь к младшему, обнимая его за талию.       — Вот поэтому я не люблю быть снизу. Ты из меня всю душу вытрахиваешь, – пробурчал Хан, откладывая ноутбук на прикроватную тумбочку.       — Но тебе же нравится, согласись?       Не дождавшись ответа, Минхо сразу вжимает его в кровать, настойчиво проникая в рот, проходясь по стенкам, слыша тихий выдох в губы. Джисон обнимает парня заставляя потерять равновесие и полностью упасть на себя. Тепло тел смешивается, и оба ощущают возбуждение друг друга. Хан произвольно толкается бедрами вверх, заставляя старшего от неожиданности укусить его за губу.       — Умей проигрывать, – рассмеялся Минхо, разорвав поцелуй и поднявшись с младшего, чтобы стянуть с себя футболку.       Черная ткань упала на пол, оставшись лежать где-то возле кровати, пока сам Ли приподнял толстовку Джисона, начав выцеловывать живот и кубики пресса. Парень начал подниматься выше, зарывшись с головой под плотную ткань. Иногда прикусывая и засасывая нежную медовую кожу до ярких вздохов сверху и покраснений. Укусил за сосок, начав мучительно медленно водить по нему языком.       — Минхо, мне щекотно, – Хан не выдерживал. Не зная куда деть руки, он начал прикусывать кожу на тыльной стороне, сдерживая стоны, рвущиеся наружу.       Минхо пролез до самого верха, глядя на Джисона через горловину своей хитрой кошачьей ухмылкой. В глазах горел огонёк и плясали чёртики, знаменуя что-то очень интересное, и Джисон подавил в себе очередной стон, потому что ему интересно знать, что они задумали. Хо вылез из-под толстовки, дав младшему пространство и время стянуть с себя одежду, пока сам стягивал с себя штаны с боксерами. Ли так же медленно встал за смазкой, лежавшей в тумбочке, специально растягивая время для Хана. Но стоило парню раздеться и лечь на кровать, как Минхо, вылив некое количество жидкости себе на пальцы, ввёл сразу два, вызывая яркий и протяжный стон снизу. Младший поспешил зажать себе рот рукой, потому что это было невероятно громко, хотя Ли всё устраивало. Тот мучительно медленно растягивал узкие стенки, раздвигая пальцы, выводя и резко обратно толкая их, задевая комок нервов. Иногда Хан сам насаживался на них, вызывая волну непередаваемых ощущений по телу. Он сам же взял Минхо за руку, вынул пальцы, после направляя уже три пальца внутрь.       — Сама самостоятельность, – рассмеялся старший, наблюдая за этим завораживаюшим видом перед ним.       — Просто кто-то очень тупой и медленный, – проговорил Хан, направляя руку старшего внутрь.       — Ах, ему побыстрее, – Ли резко вынул пальцы, вызывая яркий вздох, хватая Джисона за бедра и подтягивая к себе поближе. – Это можно устроить.       Вылив обильное количество смазки на член, распределяя жидкость по всей длине, Минхо ввёл внутрь головку, слыша маты от младшего. Войдя полностью, оба звонко простонали – Хан потому что Минхо был большим, Минхо потому что это был Хан. Дав пару минут парню, Ли начал размеренные движения, медленно выходя и резко скользя внутрь, чётко задевая нервное скопление, выбивая из Джисона весь дух громкие, грязные стоны. Он не спешил, да и не хотел ускоряться, видя как каждый раз Хан выгибается в пояснице до хруста от такого темпа. На удивление младшего, Минхо ненадолго вышел, переворачивая его на живот, а после снова вошёл, начиная такие же резкие, хлюпающие толчки. Джисон заглушал всхлипы и стоны в подушку, которые он подмял под себя, прячя раскрасневшейся лицо.       — Минхо, пожалуйста, быстрее, – проскулил парень, не в силах больше терпеть.       — А я уже думал, когда ты сдашся.       Ли ускорил толчки, буквально вбиваясь в Джисона, выдававшего стоны в перемешку с междометиями и матами. Член младшего уже болезненно тек, пачкая простынь. Хо оставлял маленькие поцелуи на взмокшей спине, прикусывал чувствительную кожу, слыша новые вздохи от Хана, тонущие в подушке. Парень иногда сам насаживался, стоя в коленно-локтевой позе, чем порой забавлял старшего своей нетерпеливостью и желание доминировать над ним даже снизу, даже находясь в таком положении. Насаживаясь самостоятельно, Джисон получал сильнейший толчок, сильно стонал, чем доставлял удовольствие Ли от такой картины.       — Хо! – простонал младший, обильно кончая на постель.       Минхо аккуратно вышел, кончая следом, пачкая спину Джисону, из-за чего тот вздрагивает. Ли медленно наклоняется, слизывая свою сперму и мягко и нежно целуя медовую кожу. Хан снова уткнулся в подушку, раскрасневшимся лицом, слыша радостное сверху от парня:       — Я выиграл.