Я не выдерживаю!

Хогвартс утопал в цветущей зелени. Казалось, даже горгульи на башнях украдкой улыбались, подмигивая распускающимся нарциссам. Весна. Время любви, безрассудства и… взрывов смеха, доносящихся из-под лестницы на четвертом этаже. – Фред! – шипела Гермиона, пытаясь оттереть с мантии ярко-розовое пятно. – Что это вообще такое?! – Улучшенное удобрение для мандрагор, – с невинным видом ответил Фред, пряча за спину небольшой, дымящийся флакончик. – Профессор Стебль просила помочь с экспериментами. – Ага, конечно, – скептически прищурилась Гермиона. – А я, наверное, Мадам Максим. Внезапно из флакона вырвалось облако сверкающей пыльцы, которое окутало Гермиону с ног до головы. Она закашлялась. – Фред! – возмущенно воскликнула девушка, отряхиваясь. – Теперь я похожа на праздничный торт! Фред Уизли, сдерживая смех, осторожно протянул ей руку. – Ну, ты и так сладенькая, – пробормотал он, едва заметно улыбаясь. Гермиона почувствовала, как её щеки вспыхивают. Она резко одёрнула руку. – Прекрати, Фред! – прошипела она, но в её голосе уже не было прежней уверенности. Фред, прислонившись к стене, с нескрываемым удовольствием наблюдал, как Гермиона пытается очистить мантию заклинанием. Пыльца, как назло, никак не хотела исчезать, лишь переливалась разными оттенками розового. – Может, ну его? – предложил Фред, хитро улыбаясь. – Розовый тебе к лицу. Гермиона бросила на него испепеляющий взгляд. – Легко тебе говорить, – буркнула она. – Ты не ходишь весь день, сверкая, как новогодняя ёлка! – О, поверь, я бы не отказался, – ответил Фред, подмигивая. – Представляешь, как бы мы смотрелись вместе? Как два… сахарных пончика! Гермиона не выдержала и рассмеялась. – Ладно, – сдалась она. – Придется идти так. Надеюсь, никто не обратит внимания. – Вряд ли, – сказал Фред, искоса поглядывая на её ярко-розовую мантию. – Сегодня все слишком заняты… наблюдением за птичками. Он кивнул в сторону беседки, увитой глицинией, где ворковали несколько парочек. Гермиона закатила глаза. – Весна, – вздохнула она. – Гормоны… – А ты что, против гормонов? – с притворным удивлением спросил Фред, приблизившись к ней. Гермиона почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она сделала шаг назад. – Не твоё дело, – пробормотала она, отводя взгляд. – О, да ладно тебе, Грейнджер, – Фред наклонился к ней, его дыхание щекотало её ухо. – Не будь такой занудой… Вдруг раздался громкий хлопок. Над головой у Гермионы взорвалась очередная порция розовой пыльцы. На этот раз Фред не смог сдержать смех. – Я не выдерживаю! – сквозь смех проговорила Гермиона. – Это уже слишком! Она схватила горсть земли из ближайшего цветочного горшка и бросила в Фреда. Тот, не ожидая такой атаки, замер с открытым ртом, покрытый землёй. На мгновение воцарилась тишина, а затем оба рассмеялись. После того, как они оба отсмеялись, Фред, весь в земле, выглядит так комично, что Гермиона снова начинает хихикать. – Выглядишь как мандрагора, которую забыли полить, – замечает она, вытирая слезы. – А ты – как…хм…как очень яркая мандрагора, – парирует Фред, отряхиваясь. – Кстати, о мандрагорах! У меня же есть кое-что… Он достаёт из кармана ещё один флакончик. Гермиона в ужасе отшатывается. – Только не говори, что это ещё одно "удобрение"! – Спокойно, – усмехается Фред. – Это противоядие. Ну, почти. Он брызгает из флакончика на мантию Гермионы. Розовый цвет начинает меняться, переливаясь всеми цветами радуги, прежде чем остановиться на ярко-голубом. – Мерлин! – восклицает Гермиона. – Теперь я похожа на небо! – Зато не на торт, – подмигивает Фред. – Хотя…голубой торт тоже неплохо. С кремом. Они идут по коридору, привлекая всеобщее внимание. Кто-то смеётся, кто-то указывает пальцем. Гермиона уже почти привыкла к своему новому образу, но замечания Лаванды Браун про русалочий стиль выводят её из себя. – Фред, – шипит она. – Сделай хоть что-нибудь! – С удовольствием, – отвечает Фред и, прежде чем Гермиона успевает понять, что он задумал, обнимает её за плечи и громко объявляет на весь коридор: – Мы с Гермионой решили поддержать команду Рейвенкло на следующем матче по квиддичу! Голубой – их цвет, знаете ли! Лаванда, растерянно хлопая глазами, удаляется. Гермиона, сначала опешив, после начинает вновь смеяться. Они доходят до Большого зала, где уже собрались ученики для обеда. При виде Гермионы в зале поднимается шум. Даже Дамблдор удивлённо поднимает бровь. – Мисс Грейнджер, – говорит он, улыбаясь. – Вы сегодня необычайно…яркая. – Это всё Фред, – отвечает Гермиона, бросая на него игривый взгляд. Фред кланяется. – Всегда рад служить музе, – говорит он с лукавой улыбкой. – Даже если эта муза голубого цвета. Гермиона толкает его локтем в бок, но не может сдержать улыбки. Возможно, весеннее безрассудство не так уж и плохо. Особенно в компании Фреда Уизли. Весна. Время любви, безрассудства и розовой пыльцы. В конце концов, кто сказал, что быть занудой – это обязательно?