Дальше будем мы

Закончился очередной съемочный день. Тяжело, невероятно изматывающе. Те эмоции которые ни один зритель никогда не сможет ощутить в полной мере и лишь самые преданные, «свои» люди почувствуют где-то на подкорке. Сегодня Соня получила очередную оценку от телезрителей. 4,9… Опять. А в голове постоянно крутится лишь один вопрос «за что? Что я делаю не так» Абсолютно искренняя фраза кинутая Марату «я не понимаю, чем вызываю у людей такие эмоции» и глаза опущенные в пол. И вот, наверное, в этот момент что-то щелкнуло и сломалось и как-то неприятно кольнуло в сердце. Это и стало отправной точкой, чтобы эти отвратительные мысли начали лезть в голову.  Сейчас стоя на улице под холодным ветром в ожидании такси и нервно сжимая в руках айкос, Соня отчетливо понимала, что какой-бы сильной не пыталась казаться, этими мыслями надо с кем то поделиться, иначе она просто не выдержит. Не выдержит… -Оль, у тебя есть какие-то планы на завтра – достаточно неловко прозвучала эта фраза Сони в сторону Якубович, с учетом того, насколько в близких отношениях они находились. Это случилось крайне спонтанно, так, что ни одна из них не поняла, когда стала так нуждаться в совете другой. Одна случайно брошенная брошенная Олей фраза на своем эфире в социальных сетях «Соня мне очень симпатична» и вот спустя пару недель они вместе уезжают домой после съемок, Соня рыдает на коленях у Оли, когда становится невыносимо. И сейчас, каждая, абсолютно точно, не представляла себя здесь без другой. Оля в миг считала необычную для Егоровой интонацию, что ей определенно не нравилось. -Что случилось, Сонь?  Соня выдохнула очередной затяг и улыбнулась. В очередной раз Якубович разгадала ее быстрее, чем Соня саму себя… -Поговорить надо – все, что смогла из себя выдавить сейчас Соня. Хотелось прямо сейчас вывалить на нее все, что действительно изводило изнутри, но нельзя, слишком много лишних глаз вокруг Олю до жути напугало состояние Егоровой. Оля никогда не считала себя черствым человеком, но то, как остро все проживала Соня, причем постоянно внутри себя, иногда действительно заставляло ее задуматься, как этот комок силы до сих пор со всем справляется. -Я свободна, а ты можешь посмотреть на меня, пожалуйста–закуривая попросила Оля. Хотела ли включать экстрасенсорику? Нет. А с Соней это и не было нужно, она ее на другом уровне чувствовала. Выполнить просьбу Егорова не успела. Подъехало такси. Соня подошла к Якубович, поцеловала в щеку и прямо возле уха еле слышно прошептала «спасибо» и прежде чем Оля успела хоть что-то понять, запрыгнула в тонированный мерседес и утонула в ночной Москве. Остаток сигареты, в ожидании своего такси, был выкурен впустую. Мысли Оли были не здесь. Не поняла сколько прошло времени и пришла в себя лишь от сигнала машины, водитель которой не выдержал, ведь уже 10 минут стоит и ожидает своего клиента. Села в такси, а в голове все тот же гнетущий звон. Решение пришло резко. -Меняем адрес -Что, простите? -Едем к ней. Переступив порог дома, Соня наконец почувствовала себя в безопасности. Глеб на гастролях, и единственный кто ее встречает в этой шикарной, но пустой квартире-это Аркаша. Погладив «любимку», такое прозвище последнее время привязалось к питомцу, Соня направилась в ванную, первым делом хотелось смыть с себя груз этого дня. Подойдя к зеркалу и взглянув на него глаза наполнились слезами. На нее смотрела не та Соня которая год назад с горящими глазами стоила планы на битву сильнейших, не та, которая выиграв реванш, наивно подумала, что наконец-то всем все доказала, что достойна, что может! Не та Соня из первого выпуска, которая так самоотверженно отвоёвывала своё «место под солнцем». Сейчас это была потерянная и совсем не верящая в себя «ведьмочка». Под всем этим флером великой битвы сильнейших Соня потерялась. Она искренне не ожидала такого количество хейта, а больнее всего, что не понимала за что. Она была не готова. Она прочитала, кажется сотни комментариев про себя, и после каждого «самая слабая», «что она здесь делает», «мерзость», «насосала на битву», рушилось то, что блять с таким трудом ею строилось, она начала в это верить. Слезы непроизвольно потекли по щекам. Ну почему опять так больно? Ей казалось она давно научилась с этим справляться. Показалось. Такая же никчёмно слабая… Звонок. Разрядом выдернул Соню из навязчивых мыслей. Сердце заколотилось и она судорожно начала пытаться вытирать слезы с щек. Никто не должен видеть ее в таком состоянии. Она сильная. Ей похуй. Открытая дверь. Она. И Соня не успевает даже что-то подумать, как оказывается в Олиных объятиях. И ей безумно не хочется думать, что она здесь делает, зачем и почему приехала. Ей хочется просто утонуть и слезы начинают снова течь по щекам. Соня не издает не единого звука, лишь смотрит в никуда и плачет. -Чш, тише малышка, я здесь, плачь –глядя на такую Егорову ей самой хочется рыдать, но сейчас нельзя, сейчас она должна быть сильнее. -Сонечка, расскажи мне пожалуйста, что случилось, что в твоей голове происходит, я очень хочу помочь. Я чувствую, что что-то не так, Сонь – практически умоляя, просит Оля, ведь видеть близкого человека (особенно её) в таком состоянии для нее не просто невыносимо, а подобно самой страшной пытке. И Соня сдается, не может, а главное не хочет врать. Почему-то кажется, что никто больше не поймет сейчас, только она.  -Оль, я не могу больше, я не в своей тарелке, понимаешь. Я чувствую, что не должна там стоять. Блять, да может я реально не заслужила это место – на полу хрипе выдает Егорова, от чего сердце Оли пропускает один удар под дых– Ну не может это быть все просто так. Мне не верит зритель, так какого хуя я занимаю место того, кто реально будет его достоит -Стоп –резко и серьезно прерывает этот поток самоунижений Якубович –значит так Егорова, я это слушать не хочу, ты самая сильная ведьма из всех с кем мне доводилось работать, ты честная, настоящая и невероятная. Не позволяй тем, кто тонет в зависти, утащить тебя на дно. Ты лучшая, Соня. Ты занимаешь свое, честно заслуженное место. Пошли –Оля потянула Егорову к тому ненавистному зеркалу, где каких-то 10 минут назад та утопала в сомнениях –Смотри, кого ты видишь? -Оль, ты издеваешься? Заплаканную, уставшую и совершенно никчёмную даму…. -А я вижу сильнейшую ведьму, практика, который при желании разотрет в порошок каждого кто стоит в битве сильнейших. Я очень хочу, чтобы ты сейчас увидела то же, что и я. Сердце у Сони ёкнуло. Оля в очередной раз с ней, рядом, тогда, когда необходима, как воздух, тогда, когда без нее она бы точно не справилась. А сейчас ей не хочется справляться с другими чувствами, поэтому в следующее мгновение Соня крепко притягивает к себе Якубович и шепчет уже совсем другое «Спасибо» Последний гот.зал. Какое-то необычное «Погнали» от Сони перед объявлением оценок несколько напрягают Олю, но она продолжает держать «экранное» лицо. Все экстрасенсы заворожённо смотрят на экран, в ожидании очередных оценок Сони, и только та, удивительно спокойна, она уже все решила, от этой оценки уже ничего не зависит. На экране высвечивается оценка – 5 и Оля не выдерживает: -Пипец просто… -Соня поворачивает на нее взгляд, улыбаясь, ведь все вроде решила, но комок почему-то все ближе подступает к горлу. -Марат простите, можно я скажу –обращается Соня к ведущему, чем удивляет всех, стоит сказать и его тоже. Пока идет к Марату, в голове проскакивает мысль, но уже слишком поздно, дороги назад нет. Встав перед экстрасенсами невольно встречается глазами с Олей и от ее взгляда слезы начинают собираться в уголках глаз. Та снова поняла все быстрее, чем должна была. Соня отводит взгляд, делает глубоки вдох и наконец говорит: -Я хочу покинуть проект по собственному желанию.  Не решается поднять глаз, ведь столкнувшись с Олиными глазами, истерики она не избежит, но вдруг слышит до боли знакомый голос: -Сонечка, почему? –и ей не надо поднимать уже заплывшие слезами глаза, чтобы увидеть, что она тоже плачет и почему-то именно это сейчас делает больнее.  -Это мое взвешенное решение, никак не связанное с оценками –врет, и понимает, что это видно, но надеется, что все промолчат –я просто поняла, что так будет лучше –поднимает глаза на Олю и видит, что у той все щеки в слезах. Такое искреннее получается: -Якубович, ну ты то чего –хотя предполагает, что сердце ее Оли сейчас ломается на куски и ненавидит себя за то, что сама делает это с ней  Минуты объяснений, попыток отстоять свое решение и вот он наверное самый сложный момент в жизни. Больнее было только 7 лет назад, когда он растоптал ее, хотя сейчас уже не уверена, что это действительно было больнее. Прощание. Соня ненавидит прощание. Она до последнего старается не плакать, но когда к ней подходит Саша, она чувствует, как Олины руки гладят ее и все, сил что-то скрывать больше нет. Сейчас хочется оказаться просто с ней вдвоем, без всех. Когда Олю наконец пропускает толпа, они обнимают друг друга и плачут. Обе.  -Соня, я не смогу одна, без тебя –Оля давно забила на камеры и всех остальных, это ее малышка и она понимает почему она уходит. Она винит себя, что в тот вечер не смогла заставить ее поверить в себя –Сонь, я не хочу без тебя. Я не хочу, чтобы ты уходила –последняя фраза получается слишком громкой и слишком хриплой, где-то на грани с истерикой. Марат пытается сгладить ситуацию, увлекая их за собой, но взгляд друг на друге они держат до последнего. Выйдя из гот зала Соня села на первой же лестнице и разрыдалась в голос. Голова кружилась, ноги не держали, слезы не давали ни видеть, не дышать. Съемочная группа резко сориентировались, принесли воды, плед, чтобы перестало так колотить и попытались поговорить, на что услышали твердое «оставьте меня, пожалуйста, все!» Она не хотела думать ни о чем, кроме того, что там, за закрытой дверью гот зала плачет Оля. ЕЕ ОЛЯ! А в гот зале во всю началось обсуждение, кого же взять на место Сони. И так мерзко Оля себя еще не чувствовала. Единственная фраза сказанная ей в этот момент, которая попадет в эфир, но редактуре придется хорошенько поработать и убрать все лишнее: -Я не хочу это все слышать, потому что вы все сейчас ведете себя как ебаные лицемеры! Соня начала с нами этот путь, здесь ее буквально сломали пополам, перешагнули и плюнули в след. И сейчас вы сука стоите, и обсуждаете кого же взять на это место. Она не ваша игрушка, слышите, она живой человек. Я не вижу никого на месте Сони! И если так случится, что мне придется выбирать кого-то на ее место, меня в эту же секунду не будет на этом проекте. Потому что ни один из вас не достоит сотой доли души той девочки, которую вы здесь сравняли с дерьмом. Радуйтесь! Больше ни единого слова сказано не было. Съемка закончилась как в тумане и Оля первая вышла из зала. Важнее всего для нее сейчас было найти Соню. Она увидела ее под лестницей, бледную, заплаканную, смотрящую в одну точку. Оля села рядом. -Я хочу, чтобы ты знала, ни один человек на этой планете не вызывает у меня таких чувств как ты. Я не могу это как-то объяснить или описать, я просто не знаю, что это такое. Сегодня с твои уходом умерла часть меня. Я боюсь, Сонь. Боюсь, что будет дальше.  -Дальше будем мы. Мы с тобой.  Закрылась дверь в такси. На заднем сидении обняв друг друга по ночной Москве ехали две девушки. У них у обеих не было сил, но они обе знали, чтобы ни случилось, они нужны друг другу.