«The Confrontation»

_____________

      Начало всех последующих событий — их почва, была вспахана не столь давно, как могло показаться. Всё началось во время нападения на Королевство Молден.       Чхве Хан хорошо помнил тот день. Ему запомнились звуки битвы: вспыхивающие взрывы, крики, клинки врагов и союзников, сталкивающихся между собой со всех сторон. Кровь лилась рекой, а смерть наступала быстро и жестоко.        Он помнил страх, когда его командира — его члена семьи поглотила иллюзия той сучки, по имени Эллиснех. Он также помнил и облегчение от того, что Кейл проснулся, не поддался страху и был жив.       Он помнил очень многое с того дня, но наиболее важной стала личность, пришедшая с роковой вещью. Да, в тот день, со стороны стен лабиринта к Чхве Хану и Кейлу пришёл эльф, которого их командир сразу же узнал и громко окликнул:       — Пендрик?       Упомянутый эльф посмотрел на них, мягко улыбнулся и продолжил неспешно идти, уворачиваясь с лёгкостью и присущей полевым целителям опытом от летящих мимо камней, деревяшек и (в том числе) кусков плоти.       — Вы проснулись! Молодой мастер Кейл, вы — великий, невероятный человек, совершенно не считающийся с реальностью! смогли выдержать силу иллюзий на себе и не подчиниться! — Пендрик казался утомлённым, от ни разу не прервавшейся громкой, пропитанной почтением речи, — Прошу вас.       Одним ловким движением он вытащил из своего кармана нечто; оно было длинное, завёрнутое в красивого вида шелка, и перевязанное атласной ленточкой. Пендрик торжественно вздохнул (и как только умудрился?), а затем медленно, не без излишнего драматизма развернул ткань, извлекая оттуда... Ветку.       — Молодой мастер, то, что вы видите — это меч. Его дало мне великое Мировое Древо, приказывая передать лично вам.       — Меч? Эта штука? — Кейл с недоверием заглянул внутрь шёлковой ткани, – Разве это не обычная ветвь Мирового Древа?       «Кейл-ним, кажется, не впечатлён этим мечом», — подумал Чхве Хан, слегка позабавившись выражением лица Кейла.       — Нет, сэр. Это меч.       Чхве Хан вопросительно посмотрел на эльфа, стоящего там с серьёзным выражением лица. Пендрик принялся объяснять Кейлу:       — Молодой мастер, Великое Мировое Древо сказало использовать этот меч, если вы в опасности. Если вы проткнёте им сердце живого существа и покроете его кровью, этот меч станет великим оружием.       Услышав последние слова эльфа, глаза Чхве Хана широко раскрылись.       «Существует подобное оружие?»       Сказанное Пендриком звучало, как что-то невозможное, вышедшее прямиком из древних легенд. Меч Мирового Древа. Одно лишь название лежало тяжким грузом на сердцах людей, его услышавших.       В этот момент Кейл прервал Пендрика:       — Что это за чушь?       — Прошу прощения?..       Кейл указал на поле боя.       — Разве похоже, что я могу быть в опасности? Мои люди. Посмотри, как они уничтожают всё на своём пути.       Весь подземный лабиринт разрушался, разлетаясь на куски. Перед ними была не обычная легкая битва, это был абсолютный хаос, бойня.       — Ах...       Пендрик стоял так, словно мысленно уже думая убрать «оружие» обратно. Как вдруг, Кейл снова заговорил.       — Дай мне его.       — Прошу прощения?       — Я думал, ты сказал, что она велела тебе передать кинжал мне.       — ...Верно?       — Так передай его мне.       Чхве Хан покачал головой, в мыслях заметив: «Типичный Кейл-ним. Зачем отказываться от бесплатной вещи?»       Конечно, Кейл не стал бы. Хотя он и был очень щедрым человеком, он также был и очень жадным. Единственные бесплатные вещи, от которых он отказывался, были либо с поставленными условиями для получения этой вещи, либо те, которые могли каким-либо образом навредить его союзникам.       — Вам нужна эта вещь?       — Да.       Кейл уверенно протянул руку Пендрику.       — Я думал, кинжал предназначался мне.       — Конечно, Молодой мастер Кейл, это правда. Но...       У Пендрика было неловкое выражение лица, когда он передавал Кейлу меч Мирового Древа. Затем он поделился той оставшейся информацией, что ему сказало оно:       — Великое Мировое Древо сказало, что кровь Молодого мастера особенная.       — Моя кровь?       Кейл в замешательстве посмотрел на Пендрика. Внезапно Чхве Хана охватило глубокое чувство страха.       — Всё так, сэр. Она сказала, что в вашей крови больше жизненной силы и энергии, чем у кого-либо другого. Вот почему она сказала, что кровь Молодого мастера Кейла — идеальное оружие против тех, у кого слабая энергия или сила...       — Это недопустимо, — прервал его Чхве Хан.       Кейл повернул голову и увидел его напряжённое выражение. Чхве Хан посмотрел Кейлу в глаза и строго сказал:       — Я не знаю, какие мысли и идеи сейчас гуляют по твоей голове, но это неважно. Какими бы они ни были, они не допускаются.       — Хм?       Кейл казался сбитым с толку. Это почти заставило Чхве Хана разозлиться на своего невнимательного друга.       Злобный взгляд Чхве Хана, застывшего на нём, заставил Кейла пошатнуться. Рыжеволосый выпалил с шокированным выражением лица:       — Ты с ума сошёл? Я мечтаю прожить долгую жизнь богатого бездельника!       Чхве Хан ни мог не посмотреть на Кейла с жалостью.       Ох, если бы только его действия когда-нибудь соответствовали этим словам...

_____________

      Чхве Хан мог признать, что во время их разговора, когда Кейл объяснял ему и Альберу концепцию «Переменных», он был немного ошеломлён и отвлечён из-за услышанной им новости.       — Я один из тех, кого называют «Одиночками»?       Одиночка может стать богом, членом Божественной расы после своей смерти. Их продолжительность жизни была намного больше, в особенности, когда те путешествовали через измерения.       Разумеется, разум Чхве Хана был в полнейшем беспорядке после всего, что он услышал. А кто бы ни был в шоке, узнав, что он, возможно, станет богом в будущем?       Однако он тут же вернулся к теме обсуждения, услышав голос Альберу:       — Согласно тому, что ты сказал ранее. Кейл Хенитьюз, ты можешь остановить бесконечные перевоплощения Белой Звезды при помощью кинжала Мирового Древа?       По какой-то причине этот вопрос заставил Кейла вздрогнуть. Для того, кто редко проявлял сильную реакцию на любое — в том числе и шокирующее — происшествие в его жизни, это его неосознанное действие было очень подозрительным.       Глаза Альберу и Чхве Хана мгновенно затуманились, заметив странное поведение их собеседника.       — Да, Ваше высочество. Это единственный способ навсегда избавиться от Белой Звезды. — Альберу прищурился, глядя на своего названого брата. Было очевидно, что с ним что-то не так, но никто из них не мог точно сказать, что именно. Однако это явно было связано с кинжалом... Эта мысль заставила Чхве Хана застыть, пока в его голове громко звонил тревожный колокольчик. Он хотел было сказать, озвучить свою мысль, но их отвлекло прибытие близнецов — святых Бога Солнца.

_____________

      Кейл что-то задумал.       Они все это знали. Эрухабен, Раон, Чхве Хан — они все были в этом уверены. И если это был Кейл, конечно, эта задумка должна была быть как-то связана с самопожертвованием и получением травм. Они не могли оставить этого человека в покое ни на секунду.       — Сначала нам нужно позаботиться об этом храме. Было бы неплохо подождать, пока его высочество проснётся, однако нам нужно позаботиться об этом храме как можно быстрее, поскольку все глаза на Западном континенте устремлены на нас.       — Ты планируешь обсудить будущую стратегию?       Кейл медленно покачал головой на вопрос Эрухабена.       — У меня она есть.       — Хочешь сказать, у тебя уже есть стратегия, как разрушить храм?       — Да, сэр.       — И что она из себя представляет?       Кейл медленно отвернулся от окна к своим союзникам. Затем он спокойно ответил, как будто слова, вышедшие из его рта, не были полной чепухой:       — Я пойду в храм один.       «Конечно, всё всегда сводится к этому».       Глубокое чувство разочарования охватило разум Чхве Хана. Судя по выражению лица Эрухабена и по тому, как резко проснулся наследный принц, он был не одинок в своих чувствах.       Они не могли оставить мужчину одного, особенно если он сам того просит.       — Я пойду в храм и разберусь со всем... – Кейл внезапно остановился с широко раскрытыми глазами:       — Ваше высочество? Вы не спите?       — Да... — Альберу медленно открыл глаза на кровати, с недоверием глядя на Кейла. Он продолжил:       — И как только я открываю глаза, то обязательно слышу от тебя всякую чушь...       Раон крикнул, выражая то, что чувствовали все четверо. Так искренне, как мог только ребёнок:       — Человек определенно что-то замышляет! Мы ни в коем случае не должны отпускать его одного! Мы втроём будем следить за... нет, не так. Мы втроём пойдём с тобой!       Чхве Хан был прямо за ним и, протирая меч, небрежно сказал:       — Я тоже пойду.       «Чёрта с два я позволю Кейлу-ниму пойти одному, чтобы снова пожертвовать собой».       Кейл вздрогнул и повернулся к Эрухабену. В ответ Древний Дракон нежно улыбнулся.       — Ты невезучий ублюдок. Что ты собираешься делать один? Ты ведь ходил к Мировому Древу, так? Вопрос будет решён, если я пойду к Древу немного поболтать? – Золотой Дракон поднял руку и щёлкнул пальцами.       Щелчок. Золотая мана высвободилась, и дверь комнаты была закрыта.       У Эрухабена на губах появилась мягкая, но порочная улыбка, уникальная даже для драконьего вида. Он медленно втянул ману обратно, а затем обратился к Кейлу.       — Итак, пришло время рассказать нам, что ты замышляешь.       Кейл оглядел всех, начиная с Раона, в этот момент устоявшейся тишины. Затем его лицо превратилось в маску вежливого замешательства.       — Что ты имеешь в виду?       «Он притворяется».       Чхве Хан видел, как Кейл играет бесчисленное количество раз. Это была его маска, лживое лицо. Он был абсолютно уверен.       — Я единственный человек из нас, который столкнулся лицом к лицу с Запечатанным Богом, — сказал Кейл подозрительно спокойно и вежливо. — Вот почему я должен пойти. Я в состоянии быстро отреагировать на любые непредвиденные обстоятельства, которые могут произойти по вине Запечатанного Бога в его Храме.       Эрухабен нахмурился. Всё равно что-то не складывалось. Почему Кейл настаивал на том, чтобы идти без них? Даже если то, что он сказал сейчас, было правдой, он мог просто встать в первых рядах группы и вести их. Они всегда так действовали. Ничего из сказанного Кейлом не объясняло, почему ему лучше идти одному.       — Самое главное, добраться до конца храма — это вопрос, который не решить одной только силой.       Все остальные начали хмуриться после этого комментария. Выражение лица Эрухабена мгновенно стало серьёзным, когда он решил спросить у Кейла подробности.       — В храме что-то есть?       — Да, Эрухабен-ним.       — Что это?       Однако, прежде чем Кейл успел объяснить, его прервали.       — Хах...       В этот момент все застыли, услышав неожиданно раздавшийся резкий смех. Древний Дракон повернулся в сторону смеющегося и вздрогнул.       Причиной была личность смеющегося. Чхве Хан. Смеялся чёртов Чхве Хан.       Тот кивнул сам себе, теперь абсолютно уверенный, что Кейл что-то от них скрывает. — Так вот как ты собирался уйти от темы, Кейл-ним.       Увидев безразличное выражение лица Чхве Хана, Кейл снова вздрогнул. Раон тут же присоединился:       — Мы больше не дадим себя обманывать! Человек, не пытайся сменить тему!       Наследный принц прислонился к изголовью кровати со слегка уставшим выражением лица и неторопливо хлопнул в ладоши три раза.       — Ты правда хороший актёр, мой Донсенг. Но мы уже слишком долго тебя знаем, чтобы не знать, когда ты врёшь.       Кейл наклонил голову с невинным выражением лица.       — Что ты имеешь в виду, Хён? Я не играю..?       — Замолкни.       Рот Кейла закрылся, а глаза в шоке обратились к Чхве Хану. Мастер Меча редко, если вообще когда-либо, бывал груб с ним. Однако сейчас он подошёл к Кейлу без тени вежливости, заставив рыжего отступить от удивления.       — Чхве Хан, что...       — Ты думаешь, я уже забыл? — Голос Чхве Хана был холодным и яростным.       — Забыл что?       — То, что нам рассказал Пендрик. О мече Мирового Древа.       Кейл внезапно побледнел, и Чхве Хан понял, что попал в яблочко.       — Меч Мирового Древа? — повторил Альберу со спокойным, но подозрительным выражением лица. — Инструктор-ним, не могли бы вы объяснить подробнее?       Два дракона зловеще маячили позади фигур Чхве Хана и Альберу. Кейл нервно сглотнул, чувствуя себя загнанным в угол птенцом против стаи ягуаров.       Чхве Хан говорил, и каждое его слово было пропитано яростью и злостью.       — Пендрик сказал: «Если вы проткнёте им сердце живого существа и покроете его кровью, этот меч станет великим оружием». Вот что он сказал, когда предложил Кейл-ниму ветвь Мирового Древа.       Глаза остальных троих широко раскрылись от шока, услышав это. Но Чхве Хан не закончил.       — Кейл-ним сказал, что хочет пойти в храм один по той причине, что он уже сталкивался с Запечатанным Богом. Но мы все знаем, что не это настоящая причина. Иначе бы он так себя не вёл.       Кейл медленно закрыл глаза, смиренно терпя поражение. Он знал, что его поймали на лжи. Чхве Хан изначально был главным героем в «Рождении героя» не просто так. Он был слишком умен, чтобы не сложить всё воедино.       — Он также сказал, что кинжал из Мирового Древа — это единственный способ победить Реинкарнатора, прервав его бесконечный круг жизни.       Чхве Хан наклонился к лицу Кейла, тем самым заставив его посмотреть Мастеру Меча в глаза.       — Кейл-ним, как ты собираешься использовать кинжал?       Наступила минута молчания. Кейл лишился дара речи. Невысказанный вопрос Чхве Хана был очевиден, как ни крути.       — Ты собираешься заколоть себя им?       — Ты!..       — Глупый человек!       — Сумасшедший ублюдок!       Эрухабен, Раон и Альберу одновременно закричали. Наследный принц, несмотря на своё слабое состояние, встал и подошёл к Чхве Хану, а затем схватил Кейла за плечи.       — Ты собираешься заколоть себя кинжалом? Проткнуть собственное сердце?! — Альберу встряхнул его, крича почти в истерике: — Ты чёртов сукин сын! Идиот!       — Я не...       — Не надо, просто не надо! — Альберу отступил назад, потирая лицо.       Кейл посмотрел на него с беспомощным выражением.       — Почему?! Почему это всегда ты? Почему это должен быть ты?!       Вот в чем суть проблемы, не так ли?       Казалось, весь мир постоянно требовал от Кейла жертв ради всеобщего блага.       — Я собираюсь уничтожить Мировое Древо! — заявил Раон. Чистая ярость исходила от него, как и его чёрная мана, что медленно высвобождалась наружу. — Как смеет оно говорить нашему человеку пожертвовать собой, чтобы убить Белую Звезду!       — Нет, подожди! — запротестовал Кейл.       — Всё не так!       — Не так? А чем ещё это может быть, как ни самопожертвованием?! — яростно вопрошал Альберу, такой испуганный и злой, каким он не был никогда прежде. — Оно фактически сказало тебе убить себя!       — Я не умру!       — Несчастный ублюдок, что, чёрт возьми, ты несёшь?! — недоверчиво сказал Эрухабен. — Удар в сердце означает смерть для всех видов, включая драконов. Не бывает исключений.       — Кажется, я уже однажды предупреждал тебя, — Чхве Хан ткнул Кейла указательным пальцем, заставив того вздрогнуть, — что люди умирают, если их ударить ножом в сердце. И поэтому пронзать себя кинжалом запрещено.       — Это не то, чем кажется! Клянусь, я не собираюсь убивать себя! Пожалуйста, выслушайте меня, прошу вас!       Наконец, остальные немного успокоились, услышав отчаянную мольбу Кейла. Раон приземлился в объятиях Чхве Хана. Горящий взгляд шестилетнего ребёнка требовал объяснений.       — Мировое Древо и я разговаривали. Оно сказало...       Три пары глаз были полностью сосредоточены на рыжеволосом, заставляя того вспотеть от нервов.       — Кинжал находится в состоянии асфиксии. Чтобы пробудить его, кинжалу требуется кровь человека с силой «омоложения и исцеления».       Эрухабен резко втянул воздух. Внезапно он всё понял.       «Действительно невезучий ублюдок».       Кейл был единственным, у кого была такая сила в их группе.       — Она также должна исходить прямо из сердца живого существа, потому что оно считается центральным местом этой силы. – Кейл постучал себя по грудной клетке, где должно располагаться его сердце, заставив остальных вздрогнуть. Он не заметил этого, его взгляд был сосредоточен где-то на стене, как будто он слишком боялся смотреть на них. — Более того, только тот, кто пробудит корень своей кровью, сможет использовать его силу.       Альберу спрятал голову в руках. Чхве Хан сжал Раона в своих объятиях, как будто сдерживая себя от удара чего-нибудь. Маленький дракон выглядел так, словно собирался заплакать.       — Но оно, Мировое Древо, обещало мне, что я не умру. Это будет выглядеть... плохо, потому что будет кровь, что естественно, но...       — Но тебе всё равно придется себя заколоть! — закричал Альберу с досадой. — Это не нормально, Кейл!       — Оно гарантировало, что это будет полезно для меня. — Кейл потер грудь, не подозревая, насколько болезненным этот простой жест теперь казался его друзьям. — Что это сделает моё тело здоровее.       — Агх, да кому какое дело до этого дерьма! Ты всё ещё планируешь заколоть себя!       — И ты не собирался нам рассказывать, — добавил Чхве Хан, похлопав Раона по спине. Казалось, тот был единственным способом Чхве Хана справиться с эмоциями, грызущими его прямо сейчас. — Если бы мы отказались отпустить тебя, то ты бы солгал и пробрался в храм один, я прав?       Кейл глубоко вздохнул.       — Ты эгоистичный ублюдок... — устало прокомментировал Эрухабен. Конечно, этот человек собирался страдать молча, никому не рассказывая.       — Ты не можешь, человек! — Раон плакал. Он действительно плакал, и весь образ Кейла показывал, что его сердце разорвётся от одного только взгляда на молодого дракона. — Тебе нельзя причинять себе вред! Я запрещаю это!       — Это единственный способ...       — Должно быть что-то ещё...       — Например? — Кейл посмотрел на Чхве Хана. — Ты знаешь какой-нибудь другой способ уничтожить душу Реинкарнатора? Потому что я точно не знаю.       Челюсти Чхве Хана сжались. Затем он посмотрел на Эрухабена.       — Как думаешь, если мы немного пригрозим Мировому Древу?..       — Что ж, полагаю, нам стоит попробовать, — ответил Эрухабен, потирая подбородок.       Древний Дракон провёл столетия своей жизни, защищая Мировое Древо. Но даже так он не будет испытывать никаких сомнений и угрызений совести, угрожая Мировому Древу. Ни тогда, когда на кону стоит жизнь одного из его детей.       — Прекратите, — сказал им Кейл, качая головой. — Что бы то ни было, я должен это сделать. Я хочу это сделать.       — Зачем? — одновременно спросили Чхве Хан и Альберу.       Кейл напрягся. Он никогда не собирался никому раскрывать данную информацию. Какой в этом смысл? Всё это было в прошлом. Но, возможно, это был его единственный способ убедить их.       Для него это было личным. Победа над Белой Звездой была личной обидой, желанием изнутри. Это было больше, чем просто «спасение мира». Кейл не был каким-то чистосердечным героем, готовым пожертвовать собой ради общего блага. Он был эгоистичным ублюдком, который делал всё, что хотел.       И то, что он действительно хотел — было уничтожением Белой Звезды. Он хотел убить его. Своими руками. Сам.       Почувствовать боль от удара ножом в тот решающий момент? Кого это волновало! Если он не умрёт от этого, а даже станет здоровее… Это переставало быть проблемой.       Но он понимал, почему его друзья не хотели и не позволяли ему это сделать. Поэтому он должен убедить их, объяснить, что у него есть право решать.       — Кто-нибудь из вас когда-нибудь задумывался... — начал он медленно и осторожно. Голос Кейла был тихим, но в то же время не лишённым внутренней стали, холода. — Почему Белая Звезда и я так похожи?       Все посмотрели на Кейла с недоумением.       — Вы совсем не похожи, человек! — заявил Раон, вытирая слезы. — Ты глупый, но хороший, а Белая Ублюдок просто полный отстой! Он кусок дерьма!       — Я не имел в виду эти наши качества, Раон.       — Думаю, я вижу некоторое сходство, — осторожно сказал Альберу. — Но какое это имеет отношение к чему-либо? Есть много людей с рыжими волосами или отдалённо, но похожими оттенками волос.       — Нет. Дело не только в этом, — внезапно вспомнил Чхве Хан, глядя на Кейла с удивлением и пониманием.       Он был единственным, кто знал об этом. Лишь он видел набросок Белой Звезды без маски, в тот самый день, в офисе герцога Фредо. Только он мог увидеть их сходство, но не с Кейлом Хенитьюзом. С Ким Рок Су.       Раон видел набросок и знал, что Кейл — это Ким Рок Су, но он никогда не видел лица прошлого тела его любимого человека, чтобы сравнить их. Альберу видел молодое тело Ким Рок Су, но он не видел наброска. Эрухабен видел статую Белой Звезды без маски в храме «Курган» в Бесконечном королевстве, но Древний Дракон не знал, кто это был.       Чхве Хан знал. Он не забывал того лица.       — ...Разве оно не выглядит странно похожим? Его черты и общее ощущение лица схожи с... Ким Рок Су. Он похож на твоё прошлое тело.       —...Его лицо и моё имеют сходства, да?       — ...Да, и очень много. Я точно могу сказать, что уже видел подобные черты лица. Кейл-ним, как думаешь, это просто совпадение?       — Мне наплевать, Чхве Хан. Хоть будь это совпадением или проделкой божеств, мне совершенно всё равно.       — Ты и Белая Звезда… — Чхве Хан замолчал, глядя на Эрухабена. Он был единственным, кто не знал о Ким Рок Су.       — Есть причина, — сказал Кейл. Не было причин говорить Эрухабену, что он трансмигрант. Речь шла не об этом. — Есть причина, по которой этот ублюдок и я так похожи. Ты знаешь, как работает реинкарнация?       — Насколько я понимаю, человек просто перерождается с воспоминаниями о прошлой жизни, — сказал Эрухабен, наклонив голову. — Ты хочешь сказать, что в этом есть что-то большее?       Кейл кивнул.       — Верно. Реинкарнация в том виде, в котором её осуществляет Белая Звезда, противоречит законам природы. Она — настоящее проклятье. Поэтому, чтобы перевоплотиться, он крадёт тела других людей до того, как они успевают родиться. Как только изначальная душа выбрасывается из своего предназначенного сосуда, ей в конечном итоге приходится рождаться где-то ещё.       У Альберу внезапно возникло плохое предчувствие.       — Кейл Хенитусе. Что ты хочешь сказать?       — Как вы думаете, чьё тело украл Белая Звезда, чтобы родиться в этой реинкарнации?       Все замерли, с недоверием глядя на Кейла.       —Нет... — в ужасе прошептал Чхве Хан.       — Сначала я не был в этом уверен. — Кейл небрежно пожал плечами, словно не сбросил на них чёртову информационную бомбу, соизмеримую по силе с ядерной. — Но оглядываясь назад, вся эта теория начинает приобретать смысл.       — Его тело, — выдавил Альберу, прикрывая рот, — это…       — Моё, — подтвердил Кейл. — Или так, по крайней мере, должно было быть.       — Этот ублюдок, — в ярости закричал Раон, — этот злой, гнилой ублюдок!       — Но откуда ты знаешь? — пришлось спросить Эрухабену. Он был сбит с толку тем, насколько Кейл был уверен в этой теории. — Ты, кажется, уверен в её правдивости. Это может быть просто совпадением.       — Из-за проклятия.       — Проклятия?       — Да, Эрухабен-ним, проклятие. Вы знаете его. Оно гласит: «Все те, кем ты дорожишь, будут мертвы».       — Какое отношение имеет это проклятие к тебе, всей этой ситуации и чему-либо в принципе?       Ох. Альберу и Чхве Хан знали. Они знали, какое ужасное прошлое пережил Ким Рок Су. Они оба выглядели совершенно шокированными от того, что осознали.       — Но это не твоё проклятие! — попытался отрицать наследный принц. — Ты здесь! У тебя много людей, которыми ты дорожишь. Мы все живы!       — Помнишь, как Бог Смерти прислал мне сообщение через Кейдж?       — Ты имеешь в виду тот раз, когда ты упал после прочтения записки? — Альберу удивленно моргнул. — Стойте. Он сказал…       — Он сказал, что я должен умереть.       Было такое ощущение, будто из комнаты внезапно выкачали весь кислород.       — Проклятие должно было убить меня, — медленно объяснил Кейл, и лица его друзей людей стали смертельно бледными. — Но вместо меня умер другой. Бог Смерти заинтересовался мной, потому что мне удалось избежать своей участи. Затем он каким-то образом избавил меня от проклятия…       Кейл бросил взгляд на Альберу и Чхве Хана.       — Я не знаю подробностей.       «Но я думаю, что потерял его во время переселения», — невысказанные слова отразились на его лице. Глаза всех, посвящённых в его тайну, расширились от понимания.       — Теперь вы знаете. Вот какова причина. И поэтому я прошу, поймите. Я должен это сделать.       Внезапно взгляд Кейла претерпел сильные изменения. Словно в его глазах зажглась невиданная ранее искра. Этот взгляд... то была чистая ненависть.       — Этот ублюдок... Он украл моё тело, жизнь, которая предназначалась мне. Он заставил людей умирать вместо меня. Вы понимаете? Всё случилось из-за него. Я не могу жить спокойно из-за него. Я постоянно борюсь и страдаю из-за него. Всё это — его вина.       Ладони Кейла сжались в кулаки.       — Вот какова причина. Я должен, обязан сделать это, разве вы не понимаете? Я хочу отомстить. Я хочу убить его собственными руками.       Никогда раньше они не видели Кейла таким. По коже каждого пробежали мурашки от увиденного.       — Мировое Древо обещало мне, что не убьёт меня. Я верю в данное им слово. Я не убью себя из мести. Но я должен это сделать. Разве я не заслуживаю этого права?       Они не могли отказать ему. Не в мести человеку, который разрушил всю его жизнь. Кейл знал это. Как бы они ни волновались, как бы они ни хотели остановить его, он имел право сделать свой собственный выбор.       Наступило долгое молчание. Затем Чхве Хан вздохнул, сдаваясь.       — Кейл-ним... Ты всё равно не пойдешь один.       — Я согласен, - сказал Альберу сразу после него. — И я понимаю, хорошо? Бл*ть, я понял, Кейл. Мы не можем тебя остановить. Ты всё равно будешь делать всё, что захочешь. Но мы должны убедиться, что с тобой всё будет в порядке, ясно?       — Т-точно, человек! — сказал Раон, садясь ему на плечо и прижимаясь лицом к шее Кейла. — Мы не позволим тебе сделать это в одиночку! И-и если Мировое Древо солгало, мы его обязательно уничтожим! Мы сожжём его дотла! А затем я уничтожу весь мир!       Эрухабен глубоко вздохнул и положил руку на плечо Кейла.       — Ты несчастный ублюдок.       Кейл посмотрел на Древнего Дракона.       — Ты ведь хочешь, чтобы дети этого не увидели, верно?       Рыжеволосый командир моргнул в знак согласия, не в силах кивнуть так, чтобы Раон этого не заметил. Он всё ещё был приклеен к его шее.       — Хорошо. Я буду держать малыша и котят подальше, когда придёт время.       Кейл закрыл глаза с выражением благодарности.       Чхве Хан и Альберу обменялись обеспокоенными взглядами.       «Нам нужно держать Клопе подальше от этого, верно?»       «Да. Определенно».       Преподаватель и его ученик прекрасно понимали друг друга, без слов.

_____________

Конец.