Новый дом для Эрена

Леви моргает, но комната уже начинает плыть перед глазами. Он чертовски пьян, и Эрен это прекрасно понимает — слишком довольная ухмылка, слишком наглая уверенность. — Что ты творишь, пацан? — голос Леви звучит хрипло, но не так строго, как он бы хотел. Эрен скользит пальцами по его груди, его ладони горячие, а дыхание — близкое, прерывистое. Леви не сразу понимает, как оказался прижатым к стене, но тут уже неважно. Голова гудит от выпитого, тело будто не слушается, а этот парень… этот чертов пацан смотрит на него так, как будто выиграл что-то. — Ты же сам пришёл, Леви, — шепчет Эрен, облизывая губы, его взгляд провоцирующий, почти издевательский. — Чего ты теперь тормозишь? Леви хочет сказать что-то резкое, оттолкнуть, но пальцы снова скользят по коже — слишком чувственно, слишком уверенно. Все границы стираются в этой горячке, и он не может понять, какого черта позволяет этому случаться. Леви дышит тяжело, кулаки сжаты, разум затянут туманом, но тело предательски реагирует. Эрен смеется — низко, глухо, с вызовом, и Леви ненавидит этот звук так же сильно, как его влечет к нему. — Перестань, — рычит он, вдавливая его в постель, но это звучит неубедительно. Эрен прогибается под ним, его руки сжимают простыни, спина подрагивает от каждого движения. Он поворачивает голову, ловит Леви взглядом — янтарным, горящим. — Сделай это, — выдыхает он, — или отойди в сторону. Леви ненавидит его. Ненавидит за этот тон, за это желание, за то, как он заставляет его терять контроль. Но отрицать уже бессмысленно.