Новый дом для Эрена

Леви лежал на спине в тёмной комнате, разглядывая потолок. Окно было приоткрыто, и прохладный ночной воздух шевелил занавески. За стеной было слышно, как кто-то ворочается. Эрен. Леви закрыл глаза, но это не помогло. Образ парня всплыл в памяти — его сосредоточенное лицо, блеск решимости в глазах, голос, полный вызова. Он вспомнил, как тот смотрел на него сегодня днём — взгляд, полный чего-то неопределённого, будто Эрен пытался сказать больше, чем позволяли слова. Леви поморщился. Всё это было бессмысленно. Он разжал пальцы, которые сам того не замечая сжал в кулак, и провёл рукой по лицу. За стеной раздался очередной вздох. Леви повернулся на бок, глядя в темноту. Он пытался не думать. Не чувствовать. Но с каждым звуком за стеной становилось всё сложнее. Леви зло сжал челюсть. Проклятый мальчишка. Он точно пятнадцать? Бывает так, что человек выглядит младше или старше своего возраста, но с Эреном всё было иначе. Слишком уверенный, слишком твёрдый, слишком хорошо знающий, куда смотреть, чтобы оставить за собой шлейф мысли. Леви запрещал себе думать об этом. Но когда Эрен бросал на него эти взгляды — не робкие, не смущённые, а изучающие, цепкие, слишком понимающие, — Леви чувствовал, как внутри что-то напрягается, трещит. Как будто парень знал, куда давить. Как будто видел его насквозь. Он ворочался в своей постели, убеждая себя, что это просто усталость. Просто нервы. Просто война, которая делает из мальчишек мужчин слишком рано. Но это не объясняло, почему его так трясло от одного взгляда зелёных глаз. Леви стиснул зубы и глубоко вдохнул. Чушь. Чушь. Он сжал пальцы на простыне, пытаясь за что-то зацепиться, за любую мысль, которая вытеснит эту дрожь, это напряжение в висках. Взгляд на потолок — тёмный, пустой, безразличный. Так должно быть. За стеной Эрен ворочался, и этот звук цеплялся за сознание, как заноза. Спи. Успокойся. Леви закрыл глаза, но вместо темноты снова увидел этот проклятый взгляд — вызывающий, упрямый, слишком понимающий. Он резко перевернулся на живот, вдавив лицо в подушку. Вдох. Выдох. Спокойно. Не смей, Леви. Куда тебя тащит эта фантазия? В бездну? Нет. Он держался на краю. Он не сорвётся. Леви не шелохнулся, но каждое его мышечное волокно напряглось. Тихий скрип петель, осторожный шаг. Он знал, кто это, даже не глядя. Эрен. Леви продолжал лежать лицом в подушку, делая вид, что спит. Если он не двинется, если не скажет ни слова, может быть, парень уйдёт. Но вместо этого раздался приглушённый выдох. — Ты не спишь. Чёрт. Леви стиснул зубы. Этот мальчишка… Он знал. Он всегда знал. Тонкие пальцы, горячие, будто впивающиеся в кожу, скользнули по его плечу. Леви не дышал. Не двигался. Он должен был отпрянуть, сбить руку, сказать что-то резкое. Он должен был… Чёрт, он не должен был ничего. Но прикосновение было лёгким, почти призрачным, а в нём всё равно чувствовалась какая-то дерзкая уверенность. Не мальчишеская — осознанная. Ожог на коже, который не оставит следа, но не сотрётся из памяти. Леви сжал кулаки. — Убирайся. Но голос прозвучал не так твёрдо, как должен был. Эрен не убрал руку. Напротив — пальцы скользнули чуть ниже, оставляя за собой невидимый след жара. — Ты всё равно не спишь, — голос тихий, почти шёпот. Леви сжал челюсть. Он должен остановить это. Должен вывернуться из-под этой руки, должен встать, должен сказать что-то, что выбьет всю эту наглость из парня. Но вместо этого он просто лежал. Проклятый мальчишка. Ему точно пятнадцать? Пальцы замерли. В комнате стояла тишина, но напряжение в воздухе было ощутимым, почти осязаемым. Леви закрыл глаза. — Эрен. Тот не ответил, но он чувствовал его взгляд. Один неверный шаг — и он сорвётся в бездну.