1.
29 марта 2025 г., 23:40
Если бы я мог что-то изменить Я тебе клянусь, я бы сделал это, но Только видит Бог: там, где нет любви Там бесполезны все методы.
(с) Если бы я мог, С. Лазарев
Эстебан проснулся задолго до звонка будильника из-за духоты, что случилась из-за слишком теплой погоды в это время года и из-за чужой руки на талии. Последнее раньше никогда не напрягало, но в последние недели буквально выводило из себя, вызывая желание не подставиться под прикосновения, а как можно скорее избавиться от них и отправиться в душ, где горячие струи воды смоют с кожи ощущения и запах, что перестали быть родными и желанными. Было бы легче, если бы Пьер сделал что-то, что могло бы послужить причиной изменения отношения к нему, но нет, Пьер был ни при чем, Пьер был без преувеличения идеальным партнером, и от этого становилось только больнее. И еще от этого усиливалось чувство вины за то, что Эсти не мог оценить того, что хотел дать ему Пьер. Эстебан помнил их общие планы о покупке домика в Альпах, о том, чтобы завести собаку, о свадьбе в уютном кругу родных и друзей, и теперь вместо желания и предвкушения все это внушало липкий неприятный страх, потому что, даже покопавшись в себе, даже закопавшись в себе, Эсти не мог найти ни намека на желание осуществить все это. Пьер и его без сомнения искренние чувства тяготили, тянули на дно самоуничтожения, заставляли вспомнить о том, как Пьер поддерживал в самые темные моменты и как радовался успехам Эсти, забывая про себя. Эстебан осторожно снял с себя руку Пьера и тихо встал с постели, стараясь его не разбудить, и дело было не в том, что он старался оберегать чужой сон, а в том, что он не был готов к объятиям и поцелуям, что приходилось терпеть. Нет, противно и неприятно не было, было скорее никак, а от того с каким энтузиазмом и восторгом Пьер реагировал на любую обратную связь, даже банальное поглаживание по руке, становилось еще более мерзко от самого себя. Эсти бесчисленное множество раз задавал себе вопрос «Что тебе нужно еще, когда у тебя есть идеальный парень, который готов на все ради тебя?». Но ответов не было. Эстебана тяготили эти отношения, и если раньше они давали стимул для борьбы, то теперь только лишь заставляли играть роль, и единственной причиной для этого было сберечь чувства Пьера. Впрочем, и эта причина была неискренней, Эсти просто не хотел быть тем человеком, который разобьет любящее его сердце. Ради этого он был готов пожертвовать некоторой частью своего комфорта и делал это, стараясь вести себя как обычно, пусть порой выходило не очень. Пьер заметил изменения, но вместо претензий, что были бы вполне справедливыми, наоборот, стал вести себя внимательнее и мягче, отчего сердце Эстебана буквально раздирало на части. На кухне буквально каждый квадратный метр кричал о том, что это семейное гнездышко, фотографии в рамках, памятные вещицы из совместных путешествий, большие упаковки продуктов. Эсти с каким-то садистским удовольствием плеснул сливки из литрового пакета в кофе, думая о том, что когда жил один, то не признавал никакой другой фасовки кроме как порционной. Он открыл окно и взял пачку сигарет, Пьер ненавидел запах табака во всех его проявлениях, даже не жаловал подобную ноту в парфюме, и Эсти не знал, чего ему хотелось больше, закурить или же наконец заставить Пьера перестать быть вечно понимающим и идеальным и, наконец, взорваться из-за игнорирования его пристрастий и холодности Эстебана. Тонкие пальцы обхватили тонкую же сигарету и через мгновение легкие обожгла смесь ментола и табака. Как когда-то обожгло сознание решение о том, что Эсти не оставит Пьера несмотря на то, что его близость перестала быть желанной и воспринималась как тягостная обязанность. Эстебан стал больше любить гоночные уик-энды и время работы с командой, чем отдых, который приходилось проводить рядом с человеком, чувства к которому изменились. Эсти хотел бы сказать, что он не знает, как так получилось, что все произошло постепенно, что нельзя в один не самый прекрасный день проснуться рядом с человеком с мыслью, что больше его не любишь, однако, это было не так. Эстебан знал, что огонь из эмоций и чувств постепенно превращается в уютный и комфортный очаг, он наблюдал подобное у Шарля с Максом и ожидал в своей жизни чего-то подобного. Но увы, произошло не это, жаркий костер оставил после себя лишь пепел и сожаления о былом. Эсти был искренен в своем желании провести жизнь вместе с Пьером, когда тот задал вопрос об этом, но однажды поймал себя на мысли, что продолжает эти отношения по инерции, а не из-за того, что хочет этого.***
— Я не знаю, может ли быть что-то страшнее, чем признаться в том, что любишь, — Шарль мягко улыбнулся, обхватывая себя руками и опуская взгляд. Он не первый год засматривался на Макса, но до недавнего момента не находил в себе сил хотя бы намекнуть на чувства. — Может, — покачал головой Эстебан, до крови прикусывая внутреннюю поверхность щеки, чтобы не выложить другу страшную правду о том, что происходит между ним и Пьером. — Что же? — Шарль склонил голову набок, смотря с любопытством и интересом. — Признаться в том, что больше не любишь, — сорвалось с губ Эсти, прежде чем он успел подумать о том, как Шарль может воспринять сказанное. К счастью, Шарль был так поглощен происходящим между ним и Максом, что не стал расспрашивать, однако сам Эстебан подумал, что не готов ни к этим словам, ни к их последствиям.***
Он привык быть с Пьером и было сложно представить себя без него. А все аспекты отношений можно было бы потерпеть, в конце концов, любовь ведь не главное в жизни. И эта установка работала как швейцарские часы до одного эпизода, который Эстебан не простит себе никогда. Венгрия 2021, первая победа в карьере, триумф, эйфория и улыбка, взгляд и объятия, которые раскаленным железом вонзились в сердце, открывая глаза на то какими фальшивыми и неискренними были те чувства, которые Эстебан демонстрировал Пьеру. Воспоминания о прикосновении сухих губ к своим, о терпком запахе смеси уда и специй и карих, а не голубых глаз, заставляли чувствовать себя обманщиком и предателем. До появлении в его жизни Фернандо, что был кумиром с подросткового возраста, Эсти был готов принести в жертву свои чувства и эмоции, оставаясь с Пьером и оправдывая свое состояние тем, что это реакция на стабильные и долгие отношения. Но Фернандо напомнил каково это, чувствовать и желать по настоящему. Если бы Эсти мог бы контролировать собственные чувства, то он бы выбрал любовь к Пьеру и то, чтобы все их планы осуществились. Но глупые гормоны не поддавались логике, вторая сигарета помогла принять тяжелое, но единственно верное решение. Эстебан понимал, что причинит боль Пьеру, понимал в какой ярости будет Шарль, понимал, что придется учиться жить заново, но это было единственно верным путем. — Доброе утро, — Пьер зашел на кухню, принюхался, но ничего не сказал, только неодобрительно покосился на пепельницу. — Привет, — ответил Эсти, скользя взглядом по фигуре Пьера и окончательно понимая, что он не готов продолжать эти отношения, размазывая собственные чувства об асфальт. — Все в порядке? — Пьер нахмурился, кажется, впервые за время их отношения, проявляя сомнения. — Нет, нам надо поговорить, — ответил Эсти, соскальзывая с подоконника и думая, как начать разговор без заезженного «дело не в тебе, дело во мне».
