Запах моего омеги

Стрэндж сжал зубы, удерживая портал открытым. Его пальцы дрожали — не от усталости, нет, а от страха. Перед ним, почти без сознания, стоял Локи, едва держась на ногах. Омега был бледен, словно высечен из мрамора, и тёмные круги под глазами придавали ему болезненный вид. Он дрожал, и каждый вдох сопровождался лёгким всхлипом, который тот тщетно пытался скрыть. — Держись, Локи, — прошептал Стрэндж, обнимая его, сжимая чуть крепче, чем следовало бы. — Ещё немного. Мы почти пришли. Ему казалось, что если он отпустит, Локи рассыплется, исчезнет, как иллюзия, как мираж. Магический огонь портала дрожал, словно чувствуя напряжение своего хозяина. На той стороне портала ждали. Миградские целители, облачённые в светлые одеяния, с мягкими руками и настороженными взглядами. Их магия была другой — не боевой, не разрушительной, а созидательной. Стрэндж слышал о них, но никогда не думал, что однажды обратится за помощью. И уж точно не думал, что это будет ради Локи. — Потерпи, — повторил он, чувствуя, как омега пытается что-то сказать, но язык у него словно прилип к нёбу. — Ради нас обоих. Локи всхлипнул, его пальцы судорожно сжали край мантии Стрэнджа. Ему хотелось что-то сказать, объясниться, оправдаться — но не было сил. Он ощущал внутри себя хаос, боль, жар и что-то ещё… нечто тёплое, хрупкое, пугающе родное. — Доктор Стрэндж? — позвал один из докторов с короткими светлыми волосами, глядя на него с лёгким волнением. — Вы прибыли вовремя. Пройдите сюда. Стрэндж коротко кивнул и, не слушая возражений Локи, подхватил его на руки. Тот хотел было шипеть, но слабо уткнулся лицом в шею альфы, жадно втягивая его запах. Стрэндж почувствовал, как это действует — его феромоны, усилившиеся магическим инстинктом, словно обволакивали Локи, удерживая его сознание на плаву. Он не знал всех нюансов омега-биологии, но чувствовал, почти на животном уровне, что именно этого сейчас требует его тело: быть рядом, защищать, кормить своим присутствием. Когда доктора начали осмотр, Стрэндж не отстранился. Он стоял рядом, держа Локи за руку, вплетая магические нити феромонов в воздух. Один из целителей, пожилая женщина с серебристыми волосами, мягко улыбнулась. — Он держится за вас, — сказала она. — Это хороший знак. Ему нужны ваши феромоны, альфа. Не отходите. Локи слабо вздохнул и почти незаметно потёрся щекой о ладонь Стрэнджа. Альфа ощутил лёгкое дрожание в груди — не своего сердца, нет, — это дрожал ребёнок, цепляясь за жизнь внутри. И в этот момент Стрэнджу стало всё равно, кто он, кто Локи, что между ними, что будет завтра. Он просто наклонился и прошептал: — Я здесь. Я никуда не уйду. Слышишь меня? Локи кивнул, почти невидимо. Пока доктора работали, Стрэндж смотрел на Локи, и сердце сжималось от мыслей. Он вспоминал, как впервые почувствовал этот аромат — тогда, ночью, когда не знал, кто перед ним. Только запах — лёгкий, пряный, неуловимый — преследовавший его с тех пор. Он вспоминал свои собственные страхи — что сделал, что упустил, кого потерял. Локи же, полусонный, вспоминал голос матери. Её руки, её запах. И где-то там, сквозь боль, он ощущал ещё один голос — более резкий, но отчаянно тёплый — голос альфы. Его альфы. Стрэндж… — Он стабилен, — сказала целительница, вытирая лоб. — Но ему нужно время. И вам нужно оставаться рядом. Вы важны. Стрэндж сел рядом на кровать, позволив Локи устроиться у него на груди. Омега дышал прерывисто, пальцы всё ещё цеплялись за его мантию. — Ты не уйдёшь… правда? — едва слышно прошептал Локи. — Нет, — ответил Стрэндж, склонившись к его лбу. — Я здесь. И я буду здесь. — Я не хотел, — шёпотом сказал Локи через некоторое время. — Я… не планировал… это. Стрэндж улыбнулся уголками губ. — Знаешь, — тихо сказал он, — не всё в жизни можно спланировать. Но если уж что-то приходит, нужно быть готовым. И… я готов. Локи всхлипнул и прижался крепче. — Ты будешь с нами? — С тобой, — поправил Стрэндж мягко. — С тобой — и с ним. Всю ночь Стрэндж оставался рядом, обнимая Локи, вплетая в воздух свои феромоны, наполняя помещение мягким запахом защиты, силы, покоя. Он думал о том, как сильно изменился за последние дни, и как сильно изменился Локи — из колючего, язвительного, закрытого существа в кого-то хрупкого, но невероятно сильного. Он гладил Локи по спине, чувствуя, как успокаивается его дыхание, как выравнивается пульс, как ребёнок внутри перестаёт дрожать. И он знал: пока он здесь, пока он рядом, пока он дышит своим запахом в волосы Локи — всё будет хорошо. В комнате царила тишина, нарушаемая только ровными голосами врачей. Белые халаты мелькали у края зрения, звенели металлические инструменты, лёгкий запах антисептика смешивался с тёплым, чуть пряным запахом альфы. — Доктор Стрэндж, пожалуйста, оставайтесь рядом, — сказала молодая доктор с мягкими глазами. — Он… он сильно реагирует на ваши феромоны, это помогает стабилизировать давление и сердечный ритм. — Я здесь, — коротко кивнул Стрэндж. Его пальцы слегка дрожали, но он держал Локи за руку, сжимая её ровно настолько сильно, чтобы тот чувствовал: он никуда не уйдёт. — Мы сделали УЗИ, — сказал мужчина-доктор с усталым лицом. — Сердцебиение малыша есть. Угроза сохраняется, но пока что… шансы хорошие. Главное — покой. И ваш запах. Для омеги это важно. Локи чуть дрогнул, словно услышал. Он слабо пошевелился, прижимаясь ближе, почти мурлыча от слабости. Ночь была длинной. Стрэндж не спал. Он сидел на кровати, держа Локи на руках, пока тот время от времени открывал глаза, хрипло дышал и снова засыпал. Доктора заходили проверять показания, делали капельницы, но всё это Стрэндж воспринимал словно сквозь водяную дымку. Он не был готов — ни к беременности, ни к этим чувствам, ни к ответственности. Но сейчас, когда всё это случилось, он вдруг понял: он не уйдёт. Он уже здесь. Он уже часть этой странной, болезненной, упрямой, хрупкой семьи. Локи медленно приходил в себя. Где-то там, за гранью сна, были обрывки воспоминаний: голос Стрэнджа, тёплая рука на затылке, запах, который хотелось впитать кожей. «Он альфа… мой альфа…» — думал Локи. Сердце щемило, страх сжимал горло. Он не знал, почему это случилось, зачем, как… но одна мысль застряла в голове: Стрэндж рядом. И он не злится. И он не ушёл. — Ты выглядишь ужасно, — хрипло сказал Локи утром, открыв глаза и наткнувшись на усталое лицо Стрэнджа. — А ты, знаешь ли, прекрасен, — усмехнулся Стрэндж, но в голосе слышалась такая мягкость, что Локи невольно улыбнулся. — Как себя чувствуешь? — Словно меня переехал тролль. — Отлично. Значит, будешь жить. Он снова взял Локи за руку и чуть наклонился, чтобы коснуться лба омеги губами. Тот тихо вздохнул, расслабляясь. — Доктора сказали, что нужен покой и много… — Стрэндж чуть смутился, — моего запаха. — Хм… — Локи лениво потёрся носом о его шею. — Ну… ты же не против? — Если честно… — Стрэндж мягко усмехнулся, — мне это даже нравится. — Состояние стабилизировалось, — сказал главный доктор, глядя на записи. — Но, мистер Стрэндж, вам действительно стоит оставаться с ним как можно дольше. И… возможно, подумать о дальнейшем обследовании у специалистов. Здесь, на Земле, есть хорошие врачи, репродуктологи. Вы же понимаете, риски высокие. — Я понимаю, — коротко сказал Стрэндж. — Я обо всём позабочусь. Локи устало улыбнулся, глядя на него сквозь полуприкрытые веки. Стрэндж думал о том, как странно повернулась жизнь. Он, бывший хирург, мастер мистических искусств, спасал не просто миры — он спасал кого-то очень конкретного. Локи. Омегу, которого он когда-то считал врагом, потом союзником, потом… ну, кем-то гораздо большим. А Локи думал о том, как быстро рушатся стены. Он столько лет строил их вокруг себя — сарказм, ложь, магия. Но сейчас, когда ему было хуже всего, когда жизнь внутри него цеплялась за существование, он не хотел стен. Он хотел рук Стрэнджа, его запаха, его голоса. — Стивен… — тихо сказал Локи, когда они остались одни. — Да? — Я боюсь. Стрэндж сжал его руку. — Я тоже. Но мы справимся. Вместе. Локи кивнул, не открывая глаз, и впервые за долгое время позволил себе просто — уснуть. Без страха. Без сомнений. Зная, что его держат.