Телегрей

      — Мы можем просто сделать вид, — Ран отхлебнул воды из походной бутылки, жара уже с самого утра стояла невыносимая. — Что между нами… — Ничего не было, — подхватил его мысль Люцифер, поправляя солнечные очки. — И обсудить положение дел.       Ран не стал напоминать, что Даниэлю Аггелу еще придется как-то объяснять публике внеплановую командировку целого министра обороны в отдаленную воинскую часть. Впрочем, кажется, тот полностью свалил эту задачу на своего пресс-секретаря. — Ты узнал этих… в полоску? — спросил вместо этого телегрей. — Ну, демонов из портала. — У меня возникли предположения, — Люцифер щелкнул зажигалкой и закурил. Обвел долгим взглядом саванну, на которую открывался прекрасный вид с пригорка в небольшом отдалении от базы. — Но без клинка я бы не узнал наверняка. — На нем что, имя написано? — неловко пошутил Ран. — Да. Инициалы, — пожал плечами Люцифер. — Они выгравированы прямо под гардой. Это фамильный клинок моего старого знакомого — Астарота. Я выгнал его из ада… очень давно.       Ран подавился новым глотком воды. — Что, вот так — просто? — откашлявшись, спросил он. — Это не может быть приманкой? — Просто, — хмыкнул Люцифер, выпустив облако дыма. — У меня отдел аналитики сломался, пытаясь установить хозяина, и немудрено — этот меч зачарован. Ваш Ашмедай выменял его на собственную жизнь, что, при всем уважении, не более, чем просто удача. К тому же… Азраэль подтвердил подлинность клинка, они с Астаротом тоже были знакомы. — Я смотрю, ни у кого из вашей компании не принято убивать своими руками, — не сдержал смешка Ран.       Люцифер смерил его неодобряющим взглядом. — Мы вроде бы договорились, — напомнил он. — Извини, — выдохнул телегрей. — Да, я помню, просто вырвалось. Было правда тяжело, Серафим удручен потерей отца, Ситри в ахуе от гибели Ашмедая, а я вообще хер знает, что теперь должен делать… — Смотря, чего ты хочешь, — вновь пожал плечами Люцифер, и Рану оставалось лишь гадать, изображает тот равнодушие, или князю тьмы действительно стало на него плевать. — Хочу остаться жив, пока что других планов у меня нет, — честно ответил Ран. — Хочу, чтобы ты защитил меня. — Вот так просто, — процитировал телегрея Люцифер, смеясь. — Это прогресс, раньше ты кричал, что не хочешь жить. — Мы договорились не обсуждать, — вернул ему колкость телегрей. — Верно, — кивнул Люцифер и отошел выкинуть окурок в урну у скамейки. — Присядем?       Ран покорно сел рядом с Люцифером, тот закинул ногу на ногу. Тряхнул головой, откидывая лезущую в глаза светлую челку. — Значит, сделка, — только теперь он взглянул на Рана прямо, сняв очки. Глядел с холодным интересом. — Что взамен?       Ран расхохотался, не сдерживаясь. — Так, значит, — язвительно подытожил телегрей. — Душу тебе продать? — Оставь себе, — великодушно разрешил Люцифер, наблюдая за небольшим кланом гиен сквозь сетку второй линии ограждения. — Ты и так продан с потрохами. — Это кем же?       Люцифер достал еще одну сигарету себе, предложил Рану — тот покачал головой — и закурил, выдерживая драматическую паузу. — Ситри, — затянувшись, выдохнул он, наконец. — Даже так, — хмыкнул телегрей. — Но моя душа ему не принадлежит… — Он так хотел отомстить за старшего Ролена, — пояснил Люцифер. — Что даже не ознакомился с контрактом, но писал его не я. Так что он отдал часть своей. Но этого оказалось мало, цена — сам видишь. — А я здесь причем? — Он следил за тобой для меня. Я всегда знал, где ты, — не стал скрывать Люцифер. — И только поэтому смог прийти на помощь в этот раз. — Ты мог его предупредить, — покачал головой телегрей. — Выходит, Ситри узнал, где чистильщик с мечом Астарота, а получил — хуй без соли. — Он получил месть, один из величайших сверхдемонов развоплощен, а я не всесилен, — с сожалением в голосе признал Люцифер. — Цена для каждого своя, а господин Лё Мере раскидывается своей душой направо и налево, и моей вины в том нет. Один кусок себя он отдал мне — за ключ в библиотеку. Еще один — висит в ухе у его ангела, и тот носит ее без стыда, словно…трофей. — Боюсь, суть их отношений ты не до конца понимаешь, — Ран удивился строгости собственного тона. — Звучит как зависть. — Куда уж мне, — язвительно подтвердил Люцифер. — На тебя жаловался Азраэль, кстати, ты украл у него души. — Какая жалость, — равнодушно ответил телегрей. — Мне разрешило Небо Забвения. Ситри важнее твоего жадного друга. — Твой друг важнее моего? — Люцифер улыбнулся. Искренне, и Рану от этого стало страшно. — Эти души мы собирали вместе, чтобы дать отпор врагу, и ты забрал их себе. — Надо было с самого начала мне все рассказать, — парировал телегрей. — Не вздумай винить в своем провале меня… — Калимерис, — засмеялся Люцифер. — Ты ужасен, правда, ты просто чудовище, и мог бы стать моим преемником. — Это не смешно, — фыркнул Ран. — А кто шутит? — приподнял бровь Люцифер. — Тогда решено — я возьму взамен его.       Ран посмотрел на Люцифера, ожидая пояснений. — Небо Забвения, — сказал он.       С полминуты они просто молча смотрели друг другу в глаза. — Хорошо, — неожиданно для самого себя ответил Ран и встал со скамейки, а затем — преклонил колено. Со стороны смотрелось, должно быть, так, словно он делает Люциферу предложение. — Валяй. — Ты ждешь меча на плечи? Это уже давно так не делается, — Люцифер просто протянул ему ладонь, и телегрей вложил в нее свою. — Просто теперь ты — мой…       Ран зажмурился, когда прямо над ними небо разверзлось, разразившись громом и молнией. Телегрея пронзило насквозь, на какое-то мгновение он даже подумал, что умер. Очнулся на песке у ног Люцифера. Тот вновь протянул ему ладонь, на этот раз — чтобы помочь подняться. — Поздравляю, — без тени улыбки сказал Люцифер. — Майор Калимерис.       Он вернулся к Ситри и Серафиму, но, едва телегрей вошел в комнату, как атмосфера тут же неуловимо изменилась. Бывший демон, до того занятый починкой койки, застыл на месте и медленно поднял глаза на Рана. — Ты?.. — Да, — телегрей не видел причин скрывать очевидное. Он только что продал душу Сатане, от него за версту должно было нести дьявольщиной. — Но вас это никак не коснется, это мое дело. — Это изменит твою судьбу, — тихо произнес Серафим, глядя в небольшое окно на серое небо. — Не только в текущем воплощении. — Зато я смогу защитить нас всех, — ответил Ран. — С помощью Люцифера. Я больше не беспомощный червяк. — Ты играешь с огнем, — покачал головой Ситри, возвращаясь к своему занятию. — И можешь вместо защиты поставить всех под удар. — В следующий раз спрошу твоего разрешения, — фыркнул телегрей. — Если ты спросишь меня, прежде чем снова слить Люциферу.       Серафим в недоумении взглянул сперва на Рана, потом на Ситри. — Чтобы помочь тебе, — ответил телегрей на вопросительный взгляд ангела. — Он докладывал Люциферу обо мне все, что можно и нельзя.       Ситри молчал, глядя в одну точку перед собой, механически продолжая закручивать гайку. Серафим же, ни секунды не раздумывая, положил ладонь на его напряженную спину в жесте защиты и поддержки. — Я не знал об этом, — спокойно произнес ангел. — И не просил, но уверен, это не принесло боли никому, кроме самого Сертрана. — Не нужно меня выгораживать, — Ситри поднялся с одного колена, отложив на койку инструмент. — Я заплатил свою цену за это, Калимерис… ты свою заплатишь тоже. Но ответь мне — на чьей ты стороне? — Задолбал ты со своими сторонами, — тяжело вздохнул Ран, снимая форму. — Ни на чьей, на своей. Просто пытаюсь нащупать твердую почву под ногами. Вы замкнулись друг на друге, и не видите ничего вокруг!       Ран швырнул китель на койку и принялся за брюки. — Что ты имеешь ввиду? — уточнил Серафим. — Я имею ввиду, Фим, — Ран обернулся к ангелу, снимая одной ногой ботинок со второй. — Что я тоже могу любить… я сделал свой выбор. И не хочу, чтобы мне ебали за него мозги.       Ангел помолчал, вздохнул глубоко, посмотрел на Рана прямо и спокойно. — Ты прав, — согласился Серафим, одарив телегрея всепонимающим взглядом ярких голубых глаз. — Просто… будь осторожен.       Ситри вытер руки от смазки их общей рабочей тряпкой и молча покачал головой. — Что с кандидатурой на место капитана? — сменил тему Серафим, словно ни о чем особенно интересном они только что не разговаривали.       На этот раз тяжело вздохнул Ситри, он опустился на свою койку, задумчиво пожевал губу. — Я встречался сегодня с Нави, — выдал он, наконец. — Предложил на место Ашмедая Сцепиона. — Кого? — удивился Ран, падая на свое место уже в одной футболке и трусах. — Сцепиона, — уверенно повторил бывший демон. — Он, конечно, не из наших, но в бою себя проявил наилучшим образом, благодаря ему многие выжили в последней мясорубке. — А что Оливия? — уточнил Ран, заложив руки за голову. — Она не в лучшем эмоциональном состоянии, — поджал губы Ситри. — Они с Ашем были очень близки, и теперь она хочет просто убивать, а не руководить боевым подразделением. Конечно, она придет в себя, но замена нужна сейчас, а не потом. — И что полковник? — уточнил ангел. — Отказался, — скривившись, ответил бывший демон. — Сказал, пришлет кого-то своего.       Ран задумчиво почесал в затылке, — Я могу попросить… — Не надо, — тут же перебил телегрея Ситри. — Пускай рогатый Нави сам решает, раз ему так нужно. Кого-то сопоставимого с Ашмедаем так быстро все равно не найти, ни ему, ни нам. — Не Люцифера, — пояснил Ран, продолжая свою мысль. — Теперь я майор, полковнику будет сложнее просто отмахнуться. — О, Поздравляю! — улыбнулся ему Серафим. — Хоть одна хорошая новость, — поддержил Ситри. — Это действительно может быть полезно.       Замена Ашмедаю появилась на следующий день. Молодой демон по имени Ираз Эспада, с настолько идеальной выправкой и прической, что телегреи за глаза тут же прозвали его «ираз идва».       Сияя ярко-рыжими волосами, забранными в хвост без единого петуха, он нес свои капитанские погоны так, словно это был святой Грааль. И принес не куда-нибудь, а к ним в комнату, заняв пустующую койку. А до того — устроил генеральный прогон будущего наступления на плацу, в результате которого двое из подразделения демонов получили серьезные травмы и ушибы. Из этого Эспада сделал вывод, что демоны не готовы к настоящей войне, и с этого момента он лично будет их муштровать каждый день.       Когда Ран вошел в комнату, он застал рыжеволосого зазнайку (словно одного Нави им было мало) за спором с Ситри. — Дело в том, что было бы эффективнее разбиться на группы, распределив одну задачу на всех, — объяснял рыжему бывший демон, заваривая кофе, и дать некоторую свободу воли, тогда каждый боец… — Не помню, чтобы спрашивал у вас совета, — перебил Эспада. — Капитан Лё Мере.       Ран скривился, предчувствуя бурю. Серафим также отвлекся от пришивания пуговицы на кителе и теперь внимательно наблюдал за ситуацией. — Мы в одной лодке, — обернувшись, спокойно произнес Ситри. — Но вы, не успев прийти, уже положили двоих отличных бойцов из своего подразделения. Ваша тактика… — Ваша тактика привела к гибели вашего лучшего друга, — отрезал Ираз, глядя телегрею прямо в глаза. — Я внимательно изучил тот случай и пришел к выводу, что прямое подчинение и строгий порядок приведут к лучшему результату. Это — война, и здесь все просто, тут не нужна фантазия или… пение у костра, не может быть непредвиденных ситуаций. А если они есть — значит, вы плохой командир.       Ситри моргнул и молча посмотрел на собеседника, словно увидел в первый раз, или как если бы с бывшим демоном вдруг заговорил стул или шкаф.       Ран подобрался, готовый если не разнимать драку, то, по крайней мере, гасить перебранку, но Ситри, как ни странно, сделал глоток кофе и все так же молча поставил стакан обратно на стол. — Что, — приосанился Эспада. — Сказать нечего? — Сейчас у меня появились вопросы к Нави, — ответил ему Ситри. — К вам вопросов больше нет. Серафим, мы идем? — Конечно, — ангел отложил китель и нитки, поднимаясь с койки.       Следуя за Ситри, он на мгновение остановился напротив Эспады и смерил гордо задравшего нос рыжего капитана нечитаемым взглядом. — Боюсь, что вам пиздец, — хмыкнул Ран, когда за ангелом и бывшим демоном закрылась дверь. — Капитан. — Это угроза? — ухмыльнулся демон. — Даже если и так, мне не страшен Лё Мере. — А я не про него, — улыбнулся телегрей.       Ни вечером, ни на следующее утро Ран не встретил Ситри. Куда тот делся, телегрей решил разузнать у Серафима на утренней тренировке. На плацу ангелы, демоны и телегреи, как обычно, отрабатывали взаимодействие подразделений на игре в три флага — каждая из команд должна была добыть знамя, пройдя полосу препятствий.       Подвох был в том, что полосы пересекались и подразделения неизбежно мешали друг другу. Любая из команд могла увязнуть, если ее члены не научились понимать друг друга быстро и без слов. Это была одна из самых эффективных тренировок.       Ран нашел взглядом Серафима и начал пробираться к нему через компашки наблюдающих, уже сыгравших свой раунд, но в какой-то момент он услышал возглас одного из ангелов и остановился. — Ты глянь!       Ран повернулся в указанную ангелом сторону, хоть возглас и предназначался кому-то другому. И посмотреть было на что: демоны на плацу, вместо обычной слаженной работы, творили какую-то дичь.       И все просто потому, что посреди всех трех полос препятствий появилась натянутая на уровне щиколотки золотистая нить, которой там никогда раньше не было, и Ран был готов поклясться, что и непосредственно перед стартом, после обсуждения каждой командой плана захвата флага, ее там не было тоже.       И почему-то именно демоны начали спотыкаться и сбивать ангелов, а те в свою очередь — телегреев. Из-за начавшегося месива борьба за флаг начала отходить на второй план.       В конечном итоге, сбитый с ног одним из своих же демонов, капитан Эспада с воплем рухнул с мостика, упав прямо к ногам собравшихся вблизи полосы ангелов. — Непредвиденное препятствие, капитан? — спросил Серафим, подав тому руку. — Вы не ушиблись? — Ролен! — Ираз сплюнул на землю и поднялся, проигнорировав протянутую ладонь. — Защищаете своего любовника, а? Позорище для демона, даже бывшего! В настоящем бою… — В настоящем бою я вам помогу, — перебил его Серафим со своей обманчиво-спокойной дежурной улыбкой. — Надеюсь, раньше, чем ваше малодушие приведет вас к бесславной гибели.       Разъяренный, Ираз порывисто шагнул к ангелу, но влупился лбом в золотой экран и, отпрыгнув, получил вдобавок слепящую вспышку. — Не нужно так близко подходить, — посоветовал Серафим. — Это мой первый и последний совет для вас. У меня гораздо меньше терпения, чем у капитана Лё Мере, так что второго предупреждения не будет.       — Вот уж не думал, — смеялся Ран, пока они шли с Серафимом на обед. — Что ты можешь быть таким…мстительным. — Это вовсе не месть, — на лице ангела появилась та самая лукавая улыбка, которая раньше редко сходила с его лица, но теперь Ран ее почти не видел. — А урок элементарной вежливости. — Кстати, а где Ситри? — Он просил тебе не говорить, — Серафим отвел глаза. — Извини. — Ха! Словно это не он, а я сливал про него инфу, а не наоборот! — воскликнул Ран. — Я не знаю, почему Сертран делает так, как делает, — Серафим пожал плечами. — И не хотел бы это обсуждать. — Слушай, — телегрей остановился, встал напротив ангела и взял его за плечи. — А ты теперь тоже мне не доверяешь? — Почему? — искренне удивился ангел. — Ты не сделал мне ничего плохого. Ты спас того, кого я люблю, и я буду вечно тебе за это благодарен. — А ты… ты бы спас того, кого люблю я? — тихо спросил Ран, опустив голову. — Конечно, — без промедления ответил Серафим. — Обещаешь? — Ран, — ангел протянул ему свою ладонь. — Я тебе клянусь.       Ран пожал Серафиму руку, и странное золотое сияние скрепило их рукопожатие.