Тигриные Когти, Оленьи Глазки (полная версия)

      Кажется, даже погода была против Тэхёна. Он шёл, наклонясь против ветра, его плащ трепало, дождь застилал глаза. Тэ не сразу понял, что окликнули именно его. Чивон опустил окно своего автомобиля и крикнул:       — Тэ, иди сюда! Куда тебя несёт?       А несло Тэхёна на работу. Отец велел ему подождать водителя полтора часа, но Тэ знал, что прямо в это время отец проводит важную сделку, и ему очень хотелось посмотреть, как тот будет вести переговоры. Идти от ВУЗа до работы отца — пятнадцать минут! Ждать водителя — полтора часа. Да они издеваются? Достав из рюкзака свой дождевик, Тэхён побежал в сторону работы отца.       Однако когда он был уже на полпути, ветер превратился в ураган, а нечастые капли вылились в сплошной поток. Тэхён почти не видел, куда идёт, и Чивон с его машиной были, как нельзя, кстати! Омега сел рядом, предварительно стянув с себя дождевик. Чивон ещё раз поинтересовался:       — Так куда тебя несёт?       — К отцу в офис, — улыбнулся Тэхён.       Но Чивон сказал:       — Мы едем в обратную сторону. Тэ, ничего не случится, если мы проедем пару кварталов, мой водитель сбегает в одну контору, а потом мы поедем к твоему отцу.       Тэхён нахмурился и уже хотел выйти, но замок двери щёлкнул, и Чивон насмешливо посмотрел на юношу.       — Ну, вот что ты вечно поднимаешь кипишь? Ты же понимаешь, что альфа тут — я, а значит, будет так, как сказал я. ОК?       — Не ОК! — возмутился Тэ. — У меня важное и срочное дело! Я опаздываю. Открой дверь!       — Никуда ты не опаздываешь, Тэ, — уверенно сказал Чивон, глядя на дорогу через плечо водителя. — Вези нас… Ну, ты в курсе.       Тэхён понял, что никто не собирается его слушать или отпускать. Они неслись в довольно плотном потоке, и он мог бы обратиться в зверя и навешать оплеух этим оборзевшим альфам, но рисковать десятками жизней ни в чём не повинных водителей и пассажиров этого потока он не желал. Поэтому решил, что сделает это, как только они прибудут на место. Однако неприятный запах разнесся по салону, Чивон повернулся к нему и, протягивая к его лицу тряпку сказал:       — Сладких снов, Тигрёнок!       Очнулся Тэхён в какой-то комнате. Он снова был привязан, но не так, как когда-то на корабле или в гостинице, а крепко обмотан скотчем, под которым уже немного онемела кожа. Рот его тоже был заклеен, но Тэ решительно замотал головой, и вскоре увидел, что у него за спиной уютно расположился человек в кресле. Видимо, он кому-то позвонил и тихо сказал:       — Он очнулся.       Дальше скрип мебели, шелест одежды, тяжёлые шаги альфы, и Тэхён понял, что остался в комнате один. Ненадолго, потому что вскоре кто-то вошел, и Тэ почувствовал запах Чивона. Этот альфа был не просто возбуждён. Было похоже на то, что он готовится к гону. Тэхён снова задёргался, но Чивон приблизился к нему, присел рядом на корточки и тихо сказал:       — Привет, любовь моя! Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть! А ты меня, живучая тварь?       Тэхён не понимал, что с этим парнем? В глазах его то плескалась нежность, а то бушевала ненависть. Тэ снова замотал головой, и Пак сказал:       — Сейчас я сниму с тебя скотч, и мы поговорим.       Он резко дёрнул за край липкой ленты, и Тэхён ощутил, как с болью сорвался верхний слой кожи. Он заскулил. Особенно пострадали губы, с которых ошмётками сорвало тонкую кожицу.       — Ой-ёй, какие мы нежные, — усмехнулся Чивон и пальцем надавил на кровоточащую нижнюю губу Тэхёна. Тэ клацнул зубами, и Чивон резко отстранился. — Не смей оборачиваться, Тигрёнок! У меня тут для тебя кое-что припасено на случай твоего непослушания, — и Чивон показал Тэхёну огромный баллон с лаком для волос и зажигалку: — Понимаешь, к чему я? Поговорим, как люди?       Тэхён кивнул, уверенный, что в любой момент Чивон может его поджечь — столько безумства плескалось в его глазах! Пак сел рядом с ним прямо на пол и спросил:       — Тэ, почему ты никогда не считал меня своим другом?       — Чивон, ты никогда не был моим другом, как я мог тебя считать таким?       — Не понимаю, — покачал головой альфа.- Я всегда был рядом с братом, но ты видел только его, а меня не замечал. Почему?       — А что ты делал, чтобы я тебя заметил, Чивон? Ты всегда на нас ворчал, спорил с нами, обижал моего Чимина, да и меня иногда. Как я мог считать тебя своим другом, скажи?       Чивон снова покачал головой:       — Тэ, но я же ревновал тебя.       — К кому? — поразился Тэхён.       — Ко всем, — горько усмехнулся Чивон. — К брату, к Мину, к Чону, даже к близнецам! Они все были рядом с тобой такими счастливыми. А ты — рядом с ними. И только я всегда был… лишним.       Тэхён в душе согласился, что и сам частенько так думал про брата Чимина, который, кажется, тяготился их обществом. Поэтому он снова спросил:       — Но, Чивон, что ты сделал, чтобы стать нашим другом? Мы все друг друга защищали, а ты только ругал нас. Мы поддерживали идеи друг друга, а ты нас критиковал. Мы защищали друг друга от чужих… и от тебя. Ты сам вёл себя так, что невозможно было назвать тебя своим другом!       Чивон кивнул. Он глухо сказал:       — Хо предал тебя, а ты продолжаешь его защищать!       — Это не так! — возмутился Тэхён. — Даже после помолвки он продолжает меня поддерживать, потому что мы остаёмся друзьями!       Чивон усмехнулся:       — У Хосока не было выбора, поэтому он тебя бросил, говоришь всем ты. Но что, если я скажу тебе, что он выбрал деньги вместо тебя. Ты для него всего лишь товар, не стоящий тех денег, которые он может потерять.       Тэхён понял, что говорить с Чивоном сейчас бессмысленно, и он просто слушал. Альфа продолжал:       — Чимин, твой бесценный дружок, ездил трахать тебя, а сам подставлял задницу Мину! И ничего тебе не говорил — это разве не предательство? А твои кузены настолько заигрались во взрослую жизнь, что чуть не стали, как травоядные, которые во время призыва пары не понимают, с кем они и что творят! Твои друзья, дорогой мой Тэ, насквозь гнилые! Но ты продолжаешь их защищать, потому что иначе просто сам захлебнёшься от той грязи, в которой вы все барахтаетесь.       — То есть, мы все уроды, один ты — в белом пальто? — уточнил Тэхён.       — Нет, я тоже в ддерьме. Но в отличие от других у меня действительно веская причина в нём находиться! Благодаря моему заднеприводному братику, мне приходится поддерживать репутацию семьи, а это стоит очень дорого, дорогой мой Тэ. Иногда — это жизнь любимого человека…       Словно что-то сложив в голове, Тэхён внимательно посмотрел на Чивона и спросил       — В парке, это ты меня толкнул?       — Я, — не стал отрицать Чивон. — Всё было спланировано до мелочей, но твой вес оказался недостаточным, чтобы от одного удара обрушилась скала. Тебя спасли, а мне пришлось снова и снова придумывать план, как тебя устранить. Вначале я тебя просто хотел похитить и жениться на тебе, сделать тебе малыша, и никуда бы ты от меня не делся, как папа Хо. Потом мне велели тебя убрать. Да, это я помог найти травоядным мастеров по изготовлению бомб, но кто знал, что этот Чон снова влезет? А ещё именно я смог подобрать «ключик» к вашему пилоту, потому что однажды заметил, как они переглядываются с вашим садовником. А ведь у обоих — семьи! И вот, я надавил на него, и он согласился оставить тебя в самолёте, а самому сбежать. Но рядом с тобой снова оказался этот Чон! Вы что, истинные с ним?       — Не говори ерунды! Такого не существует! — перебил его Тэ, уже кипя от гнева.       Он никогда не считал Чивона другом, но и во враги не записывал, а теперь получается, что всё, что происходило с Тэхёном, так или иначе было подстроено или исполнено с помощью Чивона! Тэ так рассердился, что зарычал, но Чивон сказал ему:       — Не трать зря силы, Тигрёнок. Я знаю, что ты носишь ублюдков Чона, знаю, что у тебя всегда есть трекер, по которому мой брат тебя находит. Кстати, вот он, — усмехнулся Чивон, показывая разломанную электронную деталь. — Ещё я знаю, что твой омега измотал тебя, и теперь ты не так опасен, как был ещё три месяца назад. Поэтому Тэ, сегодня я воплощу свою мечту: я тебя вначале трахну, а потом убью — медленно и мучительно!       Тэхён прикрыл глаза и подумал, что, видимо, Чимин не зря не доверял своему брату. И теперь Тэ просто нужно потянуть время, потому что он уже чувствовал, что помощь прибудет, и очень скоро. Он спросил:       — Чивон, а если бы я считал тебя своим другом, что изменилось бы?       Альфа задумался, потом повернулся к омеге и сказал:       — Я вот сейчас подумал — ничего. Ты же не любил меня. То есть, мне хотелось бы стать не просто твоим другом, а любимым альфой, как Чон Чонгук. Но это ведь невозможно. Ты в него втрескался моментально, а меня не замечал всю жизнь. Так что, вряд ли мы с тобой это пережили бы как-то иначе. Скорее, я просто испытывал бы больше мук совести, чем теперь. Ладно, Тэ, ни к чему нам с тобой сейчас начинать наводить дружеские мосты. Давай, я тебя сейчас поимею, а потом…       — Ничего не перепутал?       На пороге стоял Чимин, позади него возвышался Мин Юнги, но рычал стоящий за их спинами Чон Чонгук. Чивон быстро схватил баллон с лаком, но не успел дотянуться до зажигалки, как его брат в один прыжок оказался с ним рядом, одной ногой наступил ему на руку с зажигалкой, а другой с разворота ударил коленом в ухо. Чивон покачнулся и упал. Юнги, недолго думая, подхватил валяющийся тут же рулон скотча и быстро замотал старшего Пака.       Чонгук уже освобождал Тэхёна, поглаживая его запястья и ноги, но не переставал удивляться:       — Тэ, если Чивон разбил твой трекер, то как же мы тебя нашли?       Тэхён быстро бросил взгляд на Пака, но тот едва заметно покачал головой, и омега ответил:       — Мало раздавить такой трекер — он от этого не перестаёт работать, — а сам старательно прикрывал рукавом обычный с виду шагомер.       Чивона сдали в полицию, и Тэхён дал показания о собственном похищении и о том, что у Чивона есть как минимум два пособника, которые и помогли привести в исполнение это похищение. Когда снова встал вопрос о трекере, Тэ сказал, что не особо в этом разбирается, а Чимин показал сайт, на котором купил этот трекер, и производитель уверял его, что и после нарушения корпуса трекер продолжает подавать сигналы какое-то время. То, что он теперь молчит — так ведь у него же не безграничный лимит!       Молодых людей отпустили. Тэхён продолжал жаться к Чонгуку, а тот, обмирая от счастья, даже забыл спросить, куда его отвезти? И привёз к себе домой. Только после того, как открыл перед омегой дверь, сообразил, что Тэхён не понимает, где он снова очутился?       — Прости, — сказал Чонгук. — Это — мой дом. Я переволновался, и вот — ты тут. Если хочешь, отвезу тебя назад, домой.       Тэхён посмотрел на вполне приличный особняк, но когда его глаза зацепились за окна, то взгляд уловил какое-то движение.       — Кто у тебя там? — поинтересовался он у Гука.       — Это папа. Он, наверное, ждёт меня, переживает. Хочешь, я вас с ним познакомлю?       — Хочу! — загорелся Тэхён.       Но Чонгук смущённо попросил:       — Только ты ничему не удивляйся. Он болен, много, что забыл. Меня совсем недавно вспомнил.       — Хорошо, — согласился Тэхён.       Они пошли к дому, и вскоре дверь распахнулась, а на пороге появился омега. Он побежал навстречу сыну, но обнял не его, а Тэхёна, приговаривая:       — Хёсин! Как хорошо, что ты пришёл!       Тэ растерянно смотрел на Гука, обнимая омегу в ответ, но, судя по выражению лица Чона, он и сам ничего не понимал, поэтому спросил:       — Папа, ты знаком с Хёсином?       — Конечно, это же — мой лучший друг! Он всегда меня поддерживал, даже когда все были против моих с твоим отцом отношений!       Вдруг Ансук начал пристальнее вглядываться в лицо Тэхёна. В предвечерних сумерках Тэ и его папа действительно были очень похожи. Однако теперь, когда Ансук подошёл поближе, сходство стало едва уловимым.        — Ты не Хёсин! — возмутился Ансук.       — Верно, я его сын, Тэхён.       Чонгук с непониманием смотрел на папу:       — Как так получилось, что господин Ким и мой отец не узнали в лесу друг друга? Тогда, при первой встрече?       Ансук сразу понял, о какой встрече говорил сын, поэтому объяснил:       — Мы с Сином дружили, но наши альфы не были знакомы между собой, потому что Ким Ёнсун был не из нашего ВУЗа, пришлый, так сказать. Как и Пак Пенхва, и Чон Чанбен, и Ким Тоюн. Я их почти не знал, слышал только от Хёсина.       — А Чхве Чихо… — попробовал догадаться Чонгук.       — Да, он учился с нами, — подтвердил Ансук.       — Вот, почему наши отцы его не помнят! — возмутился Тэхён. — Ну, до чего же хитрая мразь!       Ансук потрогал юношу за локоть и спросил:       — Как дела у Хёсина, Тэхён?       — Отлично. Если хотите, можем вас к нему отвезти, хоть сейчас, правда, Гук?       Альфа согласно кивнул, усадил обоих омег и повёз по знакомому адресу. Тэ отправил папе сообщение, что везёт к нему старого друга. Когда они подъехали к особняку Кимов, Хёсин уже стоял у ворот и с интересом смотрел на того, кому Чон помогал выйти.       — Ансук?       — Хёсин!       Два омеги бросились в объятия друг друга и разрыдались: когда-то они были лучшими друзьями, потом им пришлось общаться тайно, а затем следы Ансука и вовсе потерялись! И теперь Хёсин прижимал к себе друга, боясь выпустить его хоть на мгновение. Сумерки сгущались и, наконец, у ворот появился господин Ким. Он посмотрел на мужа, на приклеившегося к нему омегу и велел:       — Син, не морозь гостей, веди их в дом. А с тобой, — ткнул он в грудь Тэхёну, — мы сейчас очень серьёзно поговорим!       Однако перед Тэ выступил Чон и сказал:       — Я могу всё объяснить.       — Я в посредниках не нуждаюсь! — заявил Ёнсун, схватил Тэхёна за руку и потащил его в свой кабинет.       За ними спешил Чонгук. Когда господин Ким хотел закрыть перед молодым альфой дверь, Чон зарычал:       — Это — мой омега! Я его не оставлю!       — Я — его отец! — возмутился господин Ким.       — А я — будущий муж! — не отступал Чонгук. — И вы сами дали согласие на этот брак!       Разговор и впрямь оказался не из приятных:       — Я велел тебе ждать моего водителя! Тэхён, почему ты такой бестолковый?       Тэ слабенько отбивался, поглядывая на Чонгука, который, не видя реальной опасности для своего омеги, не вмешивался.       — Отец, я хотел посмотреть, как ты будешь заключать сделку, а пока Со приехал бы за мной, я всё пропустил бы!       — Поздравляю, ты ничего не пропустил! — злобно процедил господин Ким. — Потому что вот этот молодой человек позвонил мне прямо в момент заключения сделки и сообщил, что кто-то тебя похитил! Естественно, я всё бросил и начал развивать деятельность по поиску тебя. И теперь мне придётся заново наводить мосты с партнёрами, потому что они решили (и это правда!) что для меня важнее люди, особенно близкие, чем их деньги!       — Отец, — вдруг очаровательно улыбнулся Тэхён, — а возьми меня на следующую встречу. Пусть они посмотрят, ради кого ты сорвал сделку.       Тэхён говорил так мягко и соблазнительно, его пальцы легонько касались то запястья, то локтя отца, а ресницы порхали, то прикрывая, то распахивая медовые омута. Чонгук громко сглотнул, Ёнсун посмотрел на него и сказал:       — Теперь ты понимаешь, кого выбираешь? Да, сынок, думаю, если Хёсин поработает над твоим стилем, мы сможем вернуть эту сделку в нужное нам русло!       После ужина в доме Кимов, Ансук, сидя в машине рядом с Чонгуком, тихо сказал:       — Тэхён очень красивый мальчик, Чонгук. Но точно ли ты сможешь обуздать его? Он привык всё решать сам, как и ты. Как говорится, два медведя в одной берлоге уживаются редко…       — Папа, Тэхён — тигр, — объявил Чонгук. — И он носит моих детей. И нет, я женюсь на нём не только поэтому, а потому что давно и очень сильно его люблю. Наверное, как когда-то вы с папой.       Ансук судорожно вздохнул и прошептал:       — Какой неудачный пример.       Чонгук протянул руку и взял его ледяные пальцы, поднёс к губам, подышал на них и сказал:       — Я смогу защитить и тебя, и его, и наших детей. Верь мне!       — Я верю тебе, Чонджу, — проговорил Ансук, и Чонгук еле сдержался, чтобы не поправить его.       ***       Чонгук долго не решался сказать дяде, что он порвал с Араном, чтобы начать встречаться с Тэхёном. Произошло это сразу после того, как Чивон попытался похитить Тэхёна. На следующее утро Чонгук позвонил Арану и сказал, что женится на другом. Омега, естественно, устроил истерику и пообещал, что сделает всё, чтобы испортить жизнь ему и Тэхёну, но Чонгук спросил:       — Готов ли ты в глазах всего света стать вором?       — Что? Как это? — не понял омега.       Чонгук решил потратить время на объяснение:       — Аран, ты украл у меня браслет стоимостью в один процент от всего моего состояния, когда мы ужинали в ресторане вместе. Я купил его для любимого омеги, но после ужина у меня его не оказалось, остался только чек и несколько видео, где я, ожидая тебя, любуюсь им, а потом, после ужина, судорожно ищу его, но не нахожу. За кражу такой драгоценности ты сядешь в тюрьму не меньше, чем на пять лет. Поэтому, сейчас ты хорошенько подумаешь и дашь мне ответ: ты останешься на свободе и с браслетом, будешь мне во всём подчиняться или сядешь в тюрьму с опороченным именем?       Омега принял верное решение, и Чонгук велел ему пока просто держать язык за зубами. Но сейчас он пришёл в дом дяди с твёрдым намерением всё рассказать и выпалил с порога:       — Дядя, я решил, что моим омегой должен стать Ким Тэхён!       После того, как Сонджу потерял единственного сына и разоблачил Чхве, кажется, у него стало «не всё в порядке с головой». И теперь он с горящими глазами забегал по комнате.       — Отличный план, Гук! — похлопал в ладоши Сонджу. — Если ты женишься на одном из авторитетов мясожоров, то никто из них тебе слова поперёк не скажет, и ты сможешь продвигать наши планы в жизнь!       — Нет, дядя, — возмутился Чонгук. — Я хочу с ним для начала повстречаться, а уже потом надеюсь, что у нас получится что-то более серьёзное, потому что мне нравится именно этот омега и никакой другой. И я не позволю использовать его в каких-то грязных целях! И вообще, прошу запомнить, что, хоть я и травоядный, но характер у меня ещё тот, и за своих я растерзаю любого — руками, рогами, копытами!       Дядя внимательно посмотрел на племянника и сказал:       — Видел бы тебя сейчас твой папа! Он обязательно тебя вспомнил бы, Гук. Ты говоришь, как твой отец. Когда он сказал, что зверь его избранника — волк, мы, естественно, все были против. Но он, прямо как ты сейчас, сказал, что за Ансука и их детей порвёт любого. И я ему верю. Может, в тот день, когда его не стало, именно он защищал Ансука. Пусть, он выбрал не такого мужа, какого хотели видеть рядом с ним остальные, но он был счастлив рядом с этим хищным омегой! Поэтому, Гук, можешь быть уверен — я приму любой твой выбор. Вам будет сложно, ведь и его родственники могут быть против, но если вы выстоите, то ваше счастье будет самым светлым!       Чонгук с удивлением посмотрел на дядю и его быстро меняющееся настроение, сделал себе в голове пометку, что нужно будет показать его специалистам, и сказал:       — Я хочу пригласить Тэ в наш ресторан. Ты мог бы посодействовать и заказать нам столик?       — Конечно, Гук. Приходите, всё будет готово. Ты хотел бы с ожиданием или с готовым меню?        — Готовое. Всё самое полезное для моего Тигрёнка и его малышей! — попросил Чонгук.       — Отличный выбор, господин Чон, — усмехнулся дядя и набрал номер директора ресторана.