"Ничего страшного, перенесу."

-"чёртов пёс снова обдурил меня," -нервно процедил сквозь ровные белоснежные зубы покрасневший от злости халовианец, хорошо знакомый многим своей тонкой изящной фигурой, нежно-голубыми крыльями и безупречно уложенными волосами, чей янтарный взгляд мог проскользнуть в самые укромные уголки сознания и чётко прочитать стоящую перед ним "книгу". Его уважают и любят те, кого тот озарил своей дружелюбной улыбкой, а так же рукой помощи и до смерти боялись те, кому не повезло попасть под его осудительный взгляд, что будто божьими устами диктует их самые страшные грехи. Не смотря на то, что кресло главы Семьи занято уже много лет, все прекрасно понимали кто владеет Гармонией Пенаконии не на бумагах. Эталон баланса, держащий на себе всю хрупкую социальную конструкцию, никто не смеет перечить столь влиятельной личности, если жизнь дорога. Но никто не задумывается что чувствует этот "эталон", какой неизмеримый стресс испытывает и сколько времени он тратит, чтобы скрыть синяки цвета тёмных крыльев под глазами и впадины от недоедания на щеках. Он не должен выглядеть слабым, жалким, беспомощным, он должен быть безупречным. Кто знает что случится, если та самая единственная опора пошатнётся. Это будет на его совести. И уж тем более о таких вещах не думает вшивая шавка, плюющая на его чувства после того, как ей открыли душу, подпустили слишком близко. Теперь обманутая пташка стоит здесь, на краю всего, над чем трудился его приёмный отец. Он тяжело дышал в то время как по щекам бежали горькие слёзы, подбирая по пути лишнюю косметику и собираясь на остром подбородке. Как могла птица пасть перед червём? Пригласить в глушь под загадочным предлогом и в итоге мало того, что не прийти первым, так ещё и опоздать. А что если будущий глава Семьи сейчас нужен на Пенаконии? Что если без него что-то пойдёт не так? Что если всё рухнет? Как можно позволять себе самовольство при такой-то ответственности? Нескончаемый поток мыслей прервал мягкий стук слезы об смятый в кулаке лист бумаги. След от капли, почти ровно такой же как и вчера на подушке. -"больше никогда.."- он достал минималистичный кружевной платок, чтобы вытереть слёзы, а после выпрямился с гордым "хм!", развернулся и широким шагом направился к своей машине на выходе из переулка, бросив записку на месте, гнить рядом с грязными смятыми коробками и пустыми стеклянными бутылками из-под "Услады". Уже стоя у двери молодой человек нервно пытался найти ключи в карманах, не обращая внимания на шаги неподалёку, а как только нашёл - вставил ключ в замочную скважину. -"ну, вообще-то машину удобнее закрывать с пульта, не думаешь?"- халовианец слегка дрогнул, но не показал удивления. Повернув голову в сторону звука в поле зрения попал небрежный гончий, небритый, с галстуком, зажатым портупеей и парой грязных пятен на чёрной рубашке. "Видимо пару раз упал, пока торопился сюда, бедный" саркастично пронеслось в голове члена Семьи. -"так надёжнее,"- ответил он мужчине, почему-то посчитав свои долгом как-то оправдаться перед ним, хоть ему должно быть всё равно. -"видно ты не разбираешься в технике, я прав?"- ухмыльнулся пёс, опёршись рукой о кирпичную стену. Далее последовало короткое молчание. -"ты опоздал, я уезжаю,"- ровно и холодно проговорил пернатый, глядя в глаза виновнику торжества. Но его строгий взгляд на удивление не возымел эффекта, как и вчера в баре "Проснись и Пой", его это не оттолкнуло ни на шаг. Какой же напористый, почему из головы не выходят эти воспоминания? Их уже должны были вытиснить самые разные договора, графики и отчёты. -"ну птенчик-" -"Воскресенье,"- перебил тот крупного мужчину, которому осталось лишь навострить уши, -"господин Воскресенье, даже для тебя,"-и снова пауза. Галлахер, так звали этого послушного пса, застыл в недоумении. Воскресенье будто не мог или не хотел отрывать взгляд от его лица. Всё же отвернувшись и в спешке повернув ключ он увидел боковым зрением забинтованную руку, тянущуюся к его шёлковым перчаткам, хотя тот только что казалось стоял в метрах трёх. Он испугался, отдёрнув руку и влепив слегка согнутому гончему пощёчину, после чего тонкий парень уже не выдержал. -"ты хоть осознаёшь сколько стоит тот час моего времени, который я потратил на твою наглую морду?! Я — Воскресенье, член Семьи, я одна из самых влиятельных фигур в этой дыре! Думаешь можешь просто подсесть ко мне в баре, напоить, воспользоваться и теперь играться с моими чувствами?! Кем ты себя возомнил, ты-" С неизменно расслабленным выражением лица мужчина с каштановыми волосами просто повернул голову к халовианцу другой стороной. -"что ты делаешь?"-уже более спокойным тоном спросил Воскресенье. -"знаешь как говорят: ударили по одной щеке - подставь другую,"- с ухмылкой ответил его вчерашний собутыльник. Подобный жест оставил пернатого в замешательстве, он не мог найти слов, чтоб ответить наглецу и просто молча стоял перед ним с застывшей гримасой, будто он вот-вот что-то ему съязвит, но этого не происходит. -"господин Воскресенье,"- нежный басистый голос на мгновение окутал разум, заглушая мысли и заставив себя выслушать, -"Пенакония от вас никуда не денется, если вы отдохнёте один вечерок." -"я уже отдохнул вчера." -"безусловно, но поверьте, то, что я собираюсь вам показать, стоит вашего часа, даже двух, трёх, всей грядущей ночи,"- Галлахер встал на одно колено, -"протяните мне свою руку." -"пф, с чего бы мне-" -"я сожалею, что ранил ваши чувства. Пожалуйста, дайте мне ещё один шанс". -"...я.."- Он уже чувствовал как подавленные эмоции пробивают барьер, но всё же сохранял строгое и холодное выражение лица. -"вы понравились мне с первого взгляда,"- тут лицо Воскресенья приобрело более удивлённый вид с горящим румянцем, -"ваш взгляд, грация, движения разжигают пламя в моём сердце. Наша встреча была лучшим событием в моей жизни и я бы отдал всё, чтобы то мгновение длилось вечно." Осыпанный комплиментами член Семьи невольно дрогнул, а зрачки немного расширились, ему уже очень давно не говорили подобных тёплых слов, даже дорогая сестра, которую он с каждой ступенью карьерного роста видит всё реже и реже. Казалось у него вскоре не останется близких людей, но видимо это была ошибочная мысль, буквально с неба на голову свалилась личность, которой Воскресенье не безразличен. "Не безразличен.." Пусть прошло немного времени, тем не менее в мыслях халовианца прошли самые настоящие дебаты и в итоге худенькая кисть в нежной белой перчатке легка на грубую крупную ладонь, после чего точно такая же опустилась поверх них обоих. Стоило ли наивно полагать, что в чём-то этот пёс может быть прав? Что все его слова - правда? Что он действительно может быть счастлив? Это будет последний раз, когда Воскресенье проявил перед кем-либо слабость, подставил оголённую спину прямо навстречу острому клинку, способному разорвать его хрупкое сердце. -"твои слова - правда?"-уже с совсем жалостным лицом спрашивает мальчишка с крыльями, он метафорически вверяет свою жизнь в руки простолюдина, с которым работал много лет, но не имел чести общаться - что за фатальная глупость. -"чистая правда." После этих слов взгляд Воскресенья наполнился наивной надеждой и его душа будто засияла, да так, что свет пробивается наружу. Но посмотрев ниже золотистые глаза увидели нарастающее, тёплое и переливающееся сверкание внутри их сложенных ладоней. Его удивлению не было предела, что происходит там внутри? -"вы должно быть не видели вживую процесс создания материи внутри мемории,"- всё так же ласково и чарующе произнёс Галлахер, глядя в самые для него красивые глаза в обозримой вселенной, -"это волшебное зрелище, словно просмотр старых мультфильмов студии "Часы" в детстве". Воскресенью не терпелось узнать, что этот чародей собирается ему показать. В нём проснулся ребяческий азарт и зрачки расширились шире чем обычно, в последний раз его взгляд был так полон удивления во время первых выступлений любимой сестры. -"теперь,"- чётко проговорённое слово мужчины заставило обратить на него внимание и поднять глаза, - "смотрите внимательнее, "господин", не проморгайте момент". Грубые тёплые ладони медленно ослабили хватку и раскрылись подобно цветку лотоса, а оттуда брызнул фонтан ярких цветов и что-то вылетело из самого его эпицентра, пока зритель был отвлечён общей картиной, завораживающей и пробивающей до мурашек. Это "что-то" было сферическим и небольшим, оно кружило над ними и по окончанию беспорядочного парада лучей света разных оттенков удалось разглядеть в яркой точке маленькую милую птичку. Она была будто частично прозрачной и неестественно светилась, подобно птицам оригами, наполняющих Пенаконию, только вот конкретно эта выглядела по-настоящему, весело летала, быстро хлопая своими крохотными крыльями и задорно чирикая. Отражение грёзы кометой мелькнуло в глазах Воскресенья, оставив отпечаток на подкорке его сложной, но чувственной души. Однако пташка исчезла так же быстро, как и появилась, только странная сверкающая пыльца и блёстки неспешно падали вниз, ложась на тротуар, бортик машины и на голубые волосы с перьями. Вокруг снова стало темно и сыро. -"ну как? Понравилось?"- обронил Галлахер, выжидая хоть какую-то реакцию. -"как ты... это сделал?.."- восторг в глазах молодого человека пусть и немного спал, но настроение у него уже точно более разговорчивое. Пёс был прав, он такого вживую ещё не видел, грёзотворцы только и делают, что возводят красивые, но холодные и бездушные небоскрёбы, бесконечные здания, монументы, статуи, дороги. Воскресенье уж точно не видел настолько.. живое творение, -"кто ты такой? Хранитель памяти, крематор, загадочник, фикциолог, недотёпа? или вообще-.." -"ну-ну,"- Галлахер положил руку на плечо халовианца, -"точно не то, что ты хотел сказать,"- неоднозначный ответ в купе с самодовольной улыбкой снова начали подбешивать неуравновешенного парня. -"что "ну-ну"? Что "ну-ну"?! Всё ещё не хочешь мне ничего говорить?!". -"я лучше покажу,"-мужчина артистично наклонился, завёл одну руку за спину, а вторую протянул вперёд ладонью вверх, -"ты уже доверился мне и ничего плохого не случилось, что скажешь?". Воскресенье стоял в замешательстве, мысли роились в его голове подобно мухам, -"я "знаю" тебя всего два дня и за два дня ты умудрился стать самым напитым паразитом в моей жизни, ты это знаешь?"-шёлковая перчатка неохотно легла на грубую кисть гончей, та почти сразу слегка сжала её. -"рад что ты согласился," - Галлахер ободряюще подмигнул бледному юноше и встал на ноги, -"пошли скорее". Широким шагом пёс повёл птенца в направлении границы, где кончалась страна грёз, а тот старался поспеть за ним, смотря вперёд, в темноту. Казалось они шли уже очень долго и внезапно стало темнее, Воскресенье не видел какого-либо света даже боковым зрением. Обернувшись он заметил как далеко они отошли от Пенаконии, город грёз уже почти растворился в атмосфере мемории. Воскресенье одолевали сомнения, ему хотелось повернуть назад, но его гид шёл уверенно и не замедлялся ни на секунду, это придало ему смелости. В конце концов Пенакония на горизонте испарилась и вокруг были только он, его пёс и окутывающий мрак. -"осторожно, смотри под ноги,"- внезапная фраза выдернула Воскресенье из раздумий. -"что ты имеешь ввиду? Здесь буквально-" Тут до лодыжки что-то дотронулось. Взгляд халовианца сразу устремился к полу, где его озарил лёгкий тёплый свет. Под ногами буквально расцветала жизнь, вырастала трава и цветы. Растения были на вид гладкие и стеклянные, но при этом они двигались, пошатывались от собственного веса, а внутри играл фонтан из жёлтой и фиолетовой сверкающей пыльцы, подобно блёсткам в стеклянном шаре с водой. Взгляд зацепился и за странные расширяющиеся круги, появляющиеся всякий раз как ступня ложится на поверхность, неужели тут повсюду разлита вода? но влага совсем не чувствуется и подошва не промокает. Вокруг становилось светло так же неторопливо как и наступала тьма. На небе показались скопления звёзд и звёздной пыли, мимо пролетали крошечные кометы, оставляя за собой след из всё той же пыльцы, она же текла в океане под ногами, потоки света простирались далеко вперёд, а вокруг уже разрослось целое поле стеклянной травы. -"где мы?"-озадаченно спросил Воскресенье. -"мы наконец покинули пределы Пенаконии, птенчик,"-Галлахер резко остановился, -"садись." Они стояли будто на краю водопада, буквально в нескольких сантиметрах от них весь этот поток магии сливался куда-то в пустоту. Щетинистый мужчина уселся, свесив левую ногу, а правой подперев локоть. Воскресенье последовал его примеру и присел рядом, но в более приличной позе. -"часто ты здесь бываешь?"- спросил юноша. -"на самом деле нет, это второй раз когда я оказываюсь тут,"- пёс медленно откинулся назад и лёг на землю, положив ногу на ногу, а руки под голову, -"это было очень-очень давно, но я отчётливо помню это место, оно крепко засело у меня в памяти." -"понятно.." Перед ними по дуге пролетела падающая звезда. Воскресенье так же лёг, сложив свои руки на талии и оставив ноги в ровном положении. -"здесь.. красиво.."- проронил глава Дубов. -"агась, поэтому я пригласил тебя сюда." Юноша отвернулся и прикрыл лицо крылом. -"Галлахер.." -"м-да?" -"ежели я вам так нравлюсь, почему же вы тогда разбили мне сердце? Почему вы ушли?"-он повернулся к собеседнику в ожидании ответа. -"а тебя это так сильно ранило?"- Галлахер повернулся лицом к Воскресенью. Тот с немного задетым видом снова отвернулся. Мужчина вздохнул. -"птенчик, мне жаль, но такова взрослая жизнь, особенно у кого-то вроде меня." -"что ты имеешь ввиду?" -"слушай, время было позднее и мне надо было вставать на работу, сам понимаешь. Я не могу сделать звоночек и отменить или перенести работу, как встречу какую-нибудь." Воскресенье усмехнулся с такой аналогии. -"это вы на что намекаете?" -"ну, такая привилегия есть только у важных персон вроде вас, господин Воскресенье." Халовианец на это тихо похихикал. -"а что смешного?" -"да ничего, просто.. ну я так переживал, а такое простое объяснение было на поверхности, глупо как-то." -"я ведь тоже одинок, птенчик,"- Воскресенье расправил крылья и снова направил взгляд на гончего, -"у меня же ни семьи, ни друзей нету, коллеги и люди в общем только по делу обращаются. Да у меня, чёрт возьми, даже золотой рыбки нет, только представь!" -"да, тяжело.." Они оба никак не осмеливались взглянуть друг на друга, из-за чего повисла неловкая пауза и было слышно только тихое журчание воды. Но пауза продолжалась недолго, Галлахер приподнялся, снова приняв сидячее положение, за ним последовал его собеседник, обнаружив что тот смотрит куда-то вниз обрыва. -"ты же никогда не видел китов?"- неожиданно спросил мужчина с улыбкой на лице, после чего главе Дубов не оставалось ничего кроме как так же взглянуть вниз. Стоило ему это сделать как тишину нарушил громкий всплеск. Из-за водопада с пением вырвалось огромное существо, похожее на морское млекопитающее. Оно подобно той птице было слегка прозрачным и светилось, только в разы ярче. Гигантский сгусток приятного жёлтого света по дуге полетел вверх и вскоре оказался над парой, те наблюдали за чудом мемории, один просто смотрел, а другой не мог оторвать глаз от восхищения. За существом так же оставался след из пыльцы, что падала и ложилась на всё находящееся внизу, в том числе и на гончего с халовианцем. Воскресенье перевёл взгляд на Галлахера, его озарял свет и маленькие частички отсвечивали на его волосах, плечах и лице, он выглядел очень эффектно, аж заставил покраснеть бедолагу. Почувствовав на себе взгляд мужчина тоже посмотрел на партнёра, устремив взор прямо в его бесконечно глубокие жёлтые глаза. В этот момент юноше не стало неловко, ему казалось что он готов доверить этому псу себя, свою жизнь, своё сердце. Пока они любовались друг другом, кит уже закончил свой трюк и позади них нырнул обратно в воду. -"Галлахер.."- Воскресенье положил ладонь ему на руку и несильно сжал. -"нам не пора возвращаться? Вдруг у тебя какая-нибудь важная встреча." На это молодой человек только наклонил голову, не отрывая взгляда от ярких красных глаз, и улыбнулся. -"ничего страшного, перенесу."