Никогда не

      Ксено никогда не плачет. Никогда не видит смысла тратить на это силы, а потом терпеть головную боль. Он лучше выделит время на изучение очередной темы по физике или химии. Да, глотая ком обиды и затыкая в себе ревущее чувство несправедливости. Зато он станет умнее всей школы и продолжит идти к своей мечте, несмотря ни на что.       Ксено никогда не плачет. Даже когда что-то не поддаётся его юному мозгу в тринадцать-то лет. Он упорно продолжает читать и учить, пока не начинает понимать. А дальше дело практики и опыта, который он постепенно набирает. Да, пока что в нём видят только маленького вундерекинда — Ксено не любит это слово — хвалят и постоянно говорят, что его ждёт большое будущее. Ксено знает. Поэтому и работает получше некоторых взрослых.       Ксено никогда не плачет. Даже когда находятся завистники его небольших успехов. Он просто не обращает внимание, но природный острый язык не даёт возможности промолчать до конца. Ксено не любит ругаться, но отстаивать свою точку зрения учился с малых лет. Это приводит к последствиям похуже, чем просто слёзы, но он никому об этом не рассказывает.       Ксено никогда не плачет. Даже когда его бьют в тёмном коридоре школы или на заднем дворе. Иногда по одиночке, иногда толпой. Ксено не винит их. Они всего лишь глупые люди, которые не умеют думать и не имеют страсть к науке. С такими Ксено водиться не любит, поэтому и ходит постоянно один. Вообще, то, что он будет изгоем класса из-за своих сильных способностей, он понял не сразу. Ксено казалось, что людям наоборот больше нравятся умные люди. Ведь с их помощью можно столько всего сделать, если правильно вести диалог.       Ксено никогда не плачет. Даже когда из глаз обидно льются слёзы, а свежий синяк под глазом наливается фиолетовым. Губа припухла, в носу стоит неприятный металлический запах. Шмыгать больно, но сопли жевать не хочется. Руки дрожат от бессилия. Он не знает как защищаться, более того, даже не умеет это делать. Да и не научится никогда. Его физическая подготовка оставляет желать лучшего. Поэтому к нему и цепляются. Маленький и слишком низкий (Ксено упорно верит, что ещё вырастет), значит не сможет дать сдачи.       — Чего ревёшь?       Ксено никогда не плачет. Поэтому не смотрит красными глазами на Стэнли, который как всегда пришёл его спасать. Ксено не нравится чувствовать себя беспомощным, но Стэнли в школе едва ли не самый крутой. Он уже курит, высокий, красивый и выглядит авторитетно. Ксено не понимает, почему Стэнли с ним возится.       — Ничего я не реву, — шмыгание, — чё пришёл сюда?       — Дурак, — фыркает Стэнли, — поднимайся, они больше тебя не тронут.       — Ты так каждый раз говоришь, — Ксено вытирает мокрое лицо рукавом рубашки и хватается за протянутую руку.       — А они каждый раз находятся новые…       С тяжёлым вздохом Стэнли помогает ему подняться. Ксено выдыхает, восстанавливает дыхание и наконец смотрит вверх.       — Снова куришь.       — Не начинай, Ксено.       — Не понимаю, зачем вдыхать этот ядовитый газ, — Ксено фыркает, — почему ты не на уроке?       — А ты?       Ксено закатывает глаза и злым взглядом смотрит на улыбающегося Стэнли.       — Стэн.       — Да там математика тупая, я не хочу… Бля, Ксено, нет. Я не то хотел сказать.       — Математика там тупая, значит? Я сейчас покажу тебе, кто здесь тупой.       Стэнли действительно боится. Потому что Ксено выглядит достаточно угрожающе, если дело доходит до его любимых точных наук.       Лекцию про пользу математики в жизни Стэнли слушает с сокрушённым лицом, пока они стоят в туалете. Ксено смывает кровь, осторожно обводит место синяков, но суровый взгляд от Стэнли не отводит.       — Слушай, Ксено, может тебе в медпункт? Синяки выглядят серьёзно.       — Забей. Дома помажу и пройдёт. Первый раз что ли.       Ксено отрывает бумажное полотенце и вытирает мокрое лицо, морщась, когда задевает особо больные места. Стэнли сзади как-то слишком притих, что в принципе для него характерно, но не после таких разговоров. Ксено с вопросом в глазах разворачивается, выкидывая скомканную бумагу. Стэнли стоит, задумчиво опустив голову вниз.       — Ну и чего ты?       — Пошли провожу тебя до кабинета.       — А то я сам дорогу не знаю.       — Не начинай, Ксено.       — Идём уже.       Ксено чувствует себя защищённым, когда Стэнли идёт чуть позади, давая ему пространство. Ксено так действительно спокойнее и проще. Стэнли знает, поэтому делает так, как ему нравится. Идеальное взаимопонимание.       — Спасибо, — кивает Ксено, когда они оказываются возле нужного кабинета, — а теперь иди на математику.       — Пойду, — Стэнли кидает в рот жвачку, — увидимся после уроков?       — Нам в одну сторону идти, конечно, — Ксено фыркает, — всё, пока.       Ксено смело открывает дверь и скрывается в классе. У него сейчас объяснение с учителем и очередные отмазки. Стэнли стоит до последнего, затем неспеша направляясь в собственный класс. Вообще, они учились вместе, но в разных группах. Стэнли не питал любовь к учёбе, поэтому его распределили в немного другой подготовительный класс. Ксено старается не думать об этом странном и страшном слове «военка». Они ещё маленькие.       Ксено никогда не плачет. Даже когда Стэнли не приходит в назначенное время. Наверное, пошёл гулять с какой-нибудь девчонкой. Ксено эти любовные страсти не присущи. Но подставу эту Стэнли запомнит и будет ещё долго вспоминать. Ладно, кого он обманывает. В очередной раз промолчит и просто обидится. Стэнли позже поймёт всё сам. И придёт извиняться.       Ксено никогда не плачет, но сейчас, когда он по темноте идёт один по наизусть заученной дороге, слёзы второй раз за день льются из глаз, мешая нормально видеть перед собой. Ксено чувствует жгучую обиду и не понимает, почему вдруг дышать так больно. Он всего лишь ребёнок. Так почему должен испытывать подобные эмоции, характерные для ревнующих взрослых?       — Дурак. Идиот. Придурок. Ненавижу его!       Злость выплеснуть не получается, потому что Ксено по своей природе всегда был спокойный. Иногда вспыльчивый, но не до такой степени, чтобы громко кричать и бросать что-нибудь хрупкое в стену. Хотя его характер только формируется и скорее всего в будущем ещё сто раз изменится. Из-за дурацкого Стэнли, который…       — Опять ревёшь.       — Отвали от меня.       Ксено ожидал чего-то такого. Как только им стукнуло тринадцать, так у Стэнли сразу стукнуло по мозгам. Только если у Ксено в нужную сторону, то у его друга нет.       — Чё случилось опять?       — Я же сказал, — Ксено зло на него смотрит через плечо, — отвали. Или плохо слышишь?       — Они снова тебя били? Те же самые? Дай рюкзак возьму.       Ксено не выдерживает. Резко останавливается, скидывает со спины портфель и всплёскивает руками. Стэнли замирает.       — Ты совсем тупой? Я же сказал: не трогай меня!       — Так ты обиделся что ли? — Стэнли с ухмылкой закуривает сигарету и это становится последней каплей.       — Не смей больше ко мне подходить. Играйся со своими подружками, понял? Ты мне не нужен.       Ксено нагло врёт. И Стэнли это знает.       — Увидел, значит.       У Ксено внутри что-то ломается. Нижняя губа от обиды трясётся сильнее.       — Я не хочу тебя видеть.       — Ксено, не начинай. Ты не понимаешь. Это нужно для поддержания образа. Чтобы она давала мне списать, когда тебя нет на занятиях.       Говорить напрямую Ксено, что он чего-то не понимает — такую ересь мог сделать только Стэнли. Ксено чувствует себя брошенным и преданным. А ещё абсолютно глупым. Но злость резко сходит на нет. Сил никаких не остаётся. Одинокая слеза катится по острой скуле и капает с подбородка.       — А я тебе нужен только для списывания?       — Что? Нет, Ксено…       — Ты отвратительный. Мерзкий. Противный. Ужасный. Больше не подходи ко мне, понял? Иначе ударю.       Ксено никогда не плачет. Но сейчас, стремительно забегая на крыльцо собственного дома, а после внутрь, он рыдает навзрыд, как маленький ребёнок.       Чувства мешают науке. Он закроет своё сердце на замок и никого туда не пустит. Никогда.

***

      Стэнли к нему больше не подходит. Ксено ходит в школу и обратно один. А на переменах старается лишний раз не выходить из кабинета, чтобы не нарваться на хулиганов. Стэнли стал больше времени проводить с девочками. И со стороны кажется, что его совсем не заботит состояние Ксено. Оно и к лучшему. Сам Ксено как-нибудь эту потерю переживёт. У него контрольные на носу, а ещё новые курсы по физике, на которые он сразу подал заявку в числе самых первых.       В принципе, ничего не изменилось. Стэнли и раньше не особо часто был рядом, хотя они знакомы чуть ли не с самого рождения. Но его присутствие всё равно ощущалось. Ксено старается отогнать эти мысли куда подальше. У него есть наука и ему этого более, чем достаточно.       — Ты слышала? Стэнли собирается поступать в военное училище!       — Уже решил? А не рано ещё?       — Да какая разница! Зато представь, какой он будет красивый и сексуальный военный. Ах…       Ксено хочет блевать. Невольно став свидетелем этих сплетен, желудок скрутило так сильно, что он чуть не побледнел. Ему не надо об этом думать. Это не его дело.       Если их дороги снова разойдутся, Ксено будет только рад. Пусть Стэнли найдёт себе красивую девушку, которая будет ждать его со службы. А Ксено пока нацелится в НАСА и будет совершенствовать науку. Да. Так и будет.       — Смотри, это Стэнли!       — Пошли подойдём к нему!       О, ну конечно. Ксено с трудом давит довольную улыбку. Стэнли наверняка пришёл к нему извиняться. Как это всегда было. Ничего не изменилось. Он же прекрасно знает, что Ксено сказал те слова на эмоциях и на самом деле так не считал. Вот сейчас эти девки в изумлении откроют рот, потому что Стэнли проигнорирует их и пойдёт к нему. Победа у Ксено в кармане.       — О, привет, девочки. Как дела?       Ксено резко поднимает голову. И почти в голос возмущается. Стэнли даже не посмотрел в его сторону, сразу же усевшись за одну из парт. Его милое выражение лица и добрый тон, обращённый уже к нескольким девушкам заставляет Ксено с треском сжать карандаш в руках. Надо же.       — Наконец-то ты перестал водиться с тем ботаном.       — Да. Ты же такой крутой, а он всего лишь заучка.       — Ещё и нудный.       — И некрасивый.       Ксено с громким хлопком закрывает учебник по физике и встаёт со своего места, привлекая к себе всеобщее внимание. Молча встаёт, пристально смотрит на Стэнли, а потом, когда проходит мимо, просто говорит:       — А вы шлюхи.       Урок прогуливает у медсестры, сославшись на плохое самочувствие. И почему из-за Стэнли и его девок Ксено должен срывать собственное обучение? Не важно, что он спокойно может изучить эту тему дома. В школе дают необходимую базу, которую он хочет получать. Пора прекращать этот цирк.

***

      — Ну что, ботаник, списать дашь?       — Нет.       — Пидора ответ.       Ксено выдыхает, когда ему под ноги плюют. Раньше в такие моменты всегда вовремя успевал Стэнли. Но теперь Ксено один и нужно было что-то делать самому. Вариант плавать головой в унитазе ему не нравился. Есть туалетную бумагу тоже. Но и списывать просто так он не позволит.       — Дайте мне пройти.       — Тетрадку давай сюда, — лидер группы закуривает.       — Я уже сказал: нет.       — По хорошему, значит, не хочешь. Ребят, сюда.       Ксено делает вдох.       Сначала удар по рёбрам, потом в живот. После этого сзади чуть ниже затылка и под колено, чтобы Ксено упал на землю. Руки заводят за спину, пока другие хватают его за волосы и тянут. Всё сопровождается матами и смехом. Ксено терпит сквозь крепко сжатые зубы. Он же никогда не плачет.       — Что, нет больше твоего дружка? Некому тебя защитить?       Ксено молчит. Получает по лицу. Вновь под глазом и прямо в нос кулаком. Кровь течёт фонтаном, дышать становится всё труднее.       — Я ещё и нассу на тебя, умник.       — Мамке своей в рот нассы, придурок, — хрипит в ответ Ксено, — кучка говноедов.       В себя Ксено приходит только через какое-то время. Непонятная подворотня, в которой крыса доедает его нетронутый обед. Тетради валяются разорванные. Ручки и карандаши уже не найти. Голова нещадно раскалывается, тело ломит и совсем не слушается. Кажется, нос окончательно сломан. Завтра в школу он точно не пойдёт.       Кое-как прогнав крысу, Ксено собирает свои вещи и ковыляет домой. Он совершенно не думает о Стэнли.

***

      На стрессе Ксено подхватывает простуду, поэтому лежит пластом дома. В моменты, когда вирус отступает под натиском таблеток, Ксено продолжает учиться, узнавая лично у учителей, какую тему они сейчас проходят. Больше ничего делать не хочется. Ксено прячет обиду внутри. Стэнли ни разу не объявился.       В один из вечеров дома раздаётся звонок в дверь. Ксено хмурится, не понимая, кто мог прийти так поздно, ещё и в настолько плохую погоду. За окном по ощущениям был ураган и смерч в одном. Кутаясь в плед, он идёт открывать и тут же хочет закрыть дверь обратно. На пороге стоит мокрый до нитки и побитый Стэнли. Ксено в ужасе.       — Учителя просили передать тебе бланки на конкурс, иначе ты не успеешь подать заявку.       Ксено ничего не отвечает. Просто затягивает Стэнли за руку в дом и закрывает дверь. Потом молча ведёт его прямо в ванную, усаживает на бортик и забирает рюкзак, откладывая его в сторону. После протягивает полотенце и лезет за аптечкой.       — Дрался.       — Да.       — Зачем?       — За тебя.       Ксено молчит. Обрабатывает избитые костяшки Стэнли, вытирает кровь и мажет синяки и ссадины. Осторожно повторяет то же самое с лицом, стараясь не поддерживать долгий зрительный контакт.       — Спасибо.       — Вот сменная одежда. Мокрую повесь на батарею.       Ксено достаёт из рюкзака нужные бумаги и уходит из ванной, продолжая кутаться в плед. И пока он в комнате заполняет бланки, Стэнли приходит несколькими минутами позже. Тихий, как и всегда, но Ксено научился различать его шаги от любых других.       — Почему ты не сказал?       — Живой и ладно.       — Нет, Ксено, не ладно.       — Не хочу об этом говорить.       — А я хочу.       — С девками своими разговаривай.       — Ксено.       — Стэнли.       Эти «кошки-мышки» начинают раздражать. Но Ксено делает вид, что ему всё равно. Просто молча заполняет бланки, пока Стэнли угрожающей тенью стоит сзади. Это всё слишком сложно. Не детским умам разбираться с подобным.       — Нет у меня никаких девок.       — Ага, я видел.       — Прости, я виноват. Но это не значит, что я предал тебя, кинул или что-то такое. Ты сам сказал к тебе не подходить.       — А ты так сразу и послушался, молодец, — сарказма в тоне Ксено хватит на всю Америку.       Тишина за спиной означает только одно. Неверное, Стэнли ушёл, не в силах больше слушать. Ксено снова остался один.       Но резкие объятия со спины ощущаются как тиски. Ксено замирает, чувствуя, как Стэнли зарывается носом в волосы на его голове. Горячее дыхание обволакивает затылок. Ксено сглатывает.       — Я обещаю тебе, что никогда тебя не оставлю.       — Правда? А как же твоя военная служба?       — До неё ещё куча времени. Которое я не хочу тратить на бесполезные ссоры. А ты?       — И я, — Ксено кивает, слегка откидываясь назад, — ты тоже прости, Стэн.       Ксено смотрит вверх и, встречаясь с чужим нежным взглядом, слегка улыбается в ответ. И правда, зачем тупо ругаться, когда можно просто наслаждаться обществом друг друга. Пока есть возможность…       Этот холодный и дождливый вечер они проводят за просмотром «Доктора Кто».