paint me the ocean

Кончик мастихина касается поверхности деревянной палитры, набирая нужный цвет. Боковой стороной его лезвия тонкие пальцы проводят краской по холсту, делая аккуратные штрихи. Холодный ветер с окна дует в лицо, заставляя Минхо жмуриться, всматриваясь в вид за окном. Карие глаза бегают туда-сюда, перенося живую картину на холст, делая чёткие очертания высоты и заснеженных вершин гор. Ничего, кроме ущелья реки, горных хребтов и растительности. Ни единого живого существа, кроме животных и пролетающих над местом птиц. Всё именно так, о чём мечтали они с Джисоном: жить для себя в тихом, умиротворенном месте, подальше от неприятных шумных соседей, суеты с самого утра, пробок и сигналов машин на дороге. Медленный ритм жизни, меньше стресса, вызванного быстрыми темпами городской жизни. Люди, которые чаще всего встречаются на их пути, — семьи, переехавшие сюда для того, чтобы обеспечить своим детям более спокойное и безопасное детство, пожилые пары, решившие провести старость в тишине, подальше от городской суеты, и те, кто просто ищет уединенность и меньшего контакта с людьми. Ли глубже вдыхает прохладный воздух, наполненный свежестью утра, а краски на палитре, несмотря на их маслянистую плотность, будто схватываются под легким прохладным дуновением. В комнате пахнет краской, деревом и немного кофе, стоявшем в чашке на подоконнике. Тишина, лишь редкий порыв ветра колышет занавеску. Здесь, вдали от города, даже ветер кажется тише. Минхо случайно дотрагивается кончиком пальца до носа, оставляя след холодной коричневой краски на носу, от чего жмурит его. Цвет его светлых каштановых волос приятно сочетается с коричневым вязаным свитером. Остатки краски смешиваются на руках, создавая новые оттенки, он проводит пальцами по ладони, наблюдая, как цвета переплетаются между собой. Скрипучая деревянная дверь открывается. Ли оглядывается назад — но не для того, чтобы узнать, кто к нему пожаловал. Территория, на которой они проживают, была безопасна, и никто чужой просто так сюда не проберется. — Вот ты где, — родные руки ложатся на плечи, пальцы мягко постукивают по ним. — Я уж было подумал, что кто-то похитил мое сокровище. Хан наклоняется к нему, целуя мочку уха. Минхо фыркает и мягко смеется. — Я рисую новую картину, — говорит он, откладывая мастихин, чтобы не заляпать себя ещё больше. Затем поворачивается к Джисону, глядя на него снизу, сидя на стуле, и обнимает его поперек талии. — Остальные три, которые ты рисовал на этой неделе, еще не успели высохнуть. — старший осторожно убирает волосы с глаз мужчины своими чистыми руками. — Карамельный. — Брось. — тихонько смеётся Минхо, смущённо поджимая губы. — Холсты скоро закончатся, — подмечает младший, лениво водя пальцем по краю палитры. — Хочешь, я побуду твоим холстом? — Не шутишь? — большие глаза Ли становятся ещё больше. — У меня довольно широкая спина, — Хана смешит его реакция, он хрипло посмеивается, стягивая с себя футболку. Ткань мягко скользит по коже, оставляя после себя приятный холодок. — Без намека на что-либо. Я просто хочу, чтобы ты оставил на мне следы своих пальцев. Не используй кисть. Его слова выбивают Минхо из колеи. Он сглатывает, ловя себя на том, что невольно разглядывает изгибы спины Джисона, плавные линии лопаток. — Ляг на постель. Хан ухмыляется и ложится животом на белую постель. Ткань простыни приятно охлаждает разогретую кожу. Он слышит, как Минхо копошится у рабочего столика, выдавливая нужные краски на палитру, запах масла и краски становится насыщеннее. — Не дергайся. — он проводит пальцем по спине, оставляя холодный след синей краски. Тело Джисона покрывается мурашками от прикосновения масла на прохладных пальцах Минхо. Он чувствует, как длинные пальцы вырисовывают что-то на его коже — пытается понять, но нежные касания сбивают с мысли. Хан мурчит, окончательно расслабляясь, подстраиваясь под движения его пальцев и ладоней. — Ты уже засыпаешь? Я ещё не закончил. — Твои касания усыпляют. Я так расслабляюсь в твоих руках, ты знаешь? Действуешь как снотворное. — Он кладёт голову на руки, глубже погружаясь в ощущения. — Продолжай. Минхо улыбается ещё ярче и оставляет маленький поцелуй на его шее. Они сидят в тишине, не чувствуя неловкости. Хан вздрагивает, когда Ли случайно проводит пальцами по бокам, щекоча его. Руки, пальцы, лицо — всё измазано в масляных красках. Минхо аккуратно слез с Джисона, у которого спина затекла от долгого лежания в одной позе. — Разомни мне мышцы. — Хан хрипло говорит, тихо стонет от неприятных ощущений. — Ты и так весь в краске. Мы испачкаем всё, детка. — Минхо усмехается, но всё же касается его, чувствуя, как под пальцами напрягаются уставшие мышцы. Его движения мягкие, неторопливые, и напоследок он оставляет поцелуй на плече. Затем тянет его за руку и ведёт к зеркалу, берет телефон, делая пару снимков, чтобы показать ему. — Ты выбрал море. — Джисон не сдерживает яркой улыбки, прижимается губами к его лишь на мгновение, утягивая в ленивый поцелуй. Глупо улыбается, шепча в губы тихие слова благодарности. — Потому что ты ассоциируешься у меня с морем. Тихий и умиротворенный. Оно кажется холодным, но когда заплываешь дальше и окунаешься с головой, становится тепло. Минхо прижимается к его груди, обнимает за шею, оставляет поцелуи на ключице, щеках, подбородке, губах. Хан смотрит на него как на самое драгоценное, прикрывает глаза, прижимаясь лбом к его лбу. — Я очень люблю тебя. И целует. Целует. Целует. Сильные руки обвивают талию, пальцы Минхо ложатся на спину, пачкаясь в краске. Но ему всё равно. Они падают на кровать — грязные, липкие, зацелованные. Лежат в объятиях друг друга, прикрыв глаза, чувствуя лишь тепло. Только дождь за окном заставляет их подняться. Минхо приподнимается с его груди, зябко ежится от прохладного воздуха и тянется к окну, чтобы закрыть его, не давая каплям попасть в комнату. — Нам нужно принять душ, мы оба в краске. — Ли стягивает грязный свитер, переодеваясь в тёплую футболку. — Боюсь, это затянется. — игриво протягивает старший, ловя на себе взгляд Минхо. Тот только закатывает глаза и уходит в ванную, настраивая воду до нужной температуры. Отмыть всё, что они натворили, оказалось не так просто — потребовалось время и усилия. Но они того стоили. Они смеялись, играя с пеной, которая густо покрывала их руки из-за количества мыла, которым они пытались очистить кожу. С трудом, но они справились. Переодевшись в чистую одежду, парни помогли друг другу высушить волосы, а после плюхнулись на кровать, устало прикрыв глаза. — Подожди… — Минхо резко приподнимается на локтях, глядя на Джисона большими глазами. — А ты не менял постельное бельё? Джисон открывает рот, осознавая… Они лежат прямо на простынях, измазанных краской. Несколько секунд они просто смотрят друг на друга, а потом заливаются смехом от собственной глупости.