Проклятая связь

Всё началось с их связи, с этого проклятия. Шен помнил тот день, когда его жизнь и жизнь старейшины Муана переплелись. Он ощущал его боль, страх, тревогу и радость. Шен даже мог читать его мысли — всё это было частью их связи. И вот сейчас, лёжа на диванчике в своих покоях в замке, Шену пришла в голову совершенно безумная мысль: а что, если он… если он возбудится? Нет, нет, нет! Нужно выбросить это из головы! Но всё же, вспоминая бледноватые губы старейшины, Шен невольно прикоснулся к своим. Мягкие… В его прежнем теле губы были плотными и часто трескались от недостатка жидкостей, а тело — куда крепче и больше. У Шена же оно было хрупким, даже лебезным. Возможно, всё дело в том, что чужая душа завладела им? Если так подумать, то в оригинальной новелле автор описывал главного злодея как строгого, жёсткого мужчину, от чьей красоты погибло множество женских сердец. Но это было так давно, тогда душа этого попаданца ещё не была заточена в теле проклятого старейшины. И что в итоге вышло? Шен, непобедимый заклинатель, глава Чёрного Лотоса, — это господин со средним телосложением, чьи волосы всегда свободны и он даже не умеет их заплетать! Мелкий и хрупкий… Что его душа сделала с этим телом? Со всем? В оригинальной новелле автор в дополнительной главе вставил постельную сцену. Сначала Шенн не мог понять, кто этот герой. Но когда женщина из борделя произнесла имя «Шен», он осознал, что это не главный герой, а тот, кого он так ненавидел — главный злодей! Это уму непостижимо! Он прекратил чтение дополнительных глав, но его психика уже никогда не будет прежней. Когда-то он считал оригинального Шена самой последней тварью на земле, но тогда он не знал, через что прошёл этот заклинатель. Возможно, Шенн должен ненавидеть Шена только за то, что тот — злодей. Как раньше. Но как раньше уже не будет. Даже мельком ощутив на себе груз потерянных воспоминаний проклятого старейшины, он уже не будет прежним.  Выдохнув, «Шен» снова вспомнил Муана, интересно, чем он сейчас занимается? Будь Шен немного способнее к ощущению их связи, то определённо почувствовал, чем занят старейшина. Даже в этом Шен уступал Муану, ведь мечник ощущал их связь куда лучше его. «А там я... Шен всё тот же, как его описывал автор?» - румянец на щеках перескочил ещё и на ушки, а тепло внизу живота не позволяло Шену сосредоточиться.  — Ничего же не случится, если я только взгляну... Он ловко сунул руку в нижний подол одежды, нащупав то самое, что тяготило его душу, он выдохнул. В живую «он» не был так хорош, как описывал автор, но что ещё ожидать от главного злодея? Он же не главный герой с 30-сантиметровым... Тонкие длинные пальцы скользнули по головке. Волна прошлась по телу Шена, с его уст сорвался лёгкий стон, а румянец перескочил на костяшки пальцев. Всё запылало и судилось, а он так слаб, чтобы этому противостоять. «Ничего же не будет, если я...» Он провёл ладонью вверх и вниз, снова и снова. Тяжело дыша, он сглотнул слюну и закусил нижнюю губу. Шен даже не помнил, на какой ноте перед его взором возник прославленный мечник. Его белоснежные волосы растеклись по плечам, а белоснежные одеяния придавали ему вид изысканного небожителя, сошедшего с небес, являя свой образ этому проклятому старейшине. Это ли не благословение? Или милость? Насыщенный сладкий аромат сопровождал лёгкую походку, от которой по кончикам пальцев Шена прошлись мурашки.  «Муан!..», - мысли были ему неподвластны, а смутные образы неконтролируемы.  Он кончал так быстро, должно быть, его душа действительно ослабила это тело, или всему виной долгий перерыв. Ничего же не случится, если он будет заниматься этим чаще? Ведь запретный плод сладок только тогда, когда ласкает губы.  Выдохнув, Шен отбросил от себя дурные мысли и, зарывшись в одеяло, прикрыл веки.

***

Муан перебирал бумаги, накопившиеся за то время, что они с Шеном прибыли на сторону зимнего короля. Столько бумаг накопилось, столько важных дел, а ведь за окном уже стемнело. И, пожалуй, Муану следует завершить свои принудительные «пытки». Подписывая документ о подаче зерна на другой пик, Муан ощутил колкость у себя между ног. Первое время он просто игнорировал это чувство, но после быстрого роста этого ощущения Муан заметно покраснел. В немом шоке он уставился на колонну в штанах, она поднялась, и Муан совершенно не мог найти этому причину. Он ни о чём таком не думал и... От чего же? Он даже не прикоснулся к себе, но ощутил сладкие, манящие прикосновения, соблазнительные, стоп, прикосновения?... Словно кто-то другой играл с ним, но в кабинете больше никого нет. Неужели кто-то навёл на него порчу, проклял или подписал что-то не то? Может чай? Нет, это невозможно... А горячие прикосновения продолжались, они передвигались с головки до самых корней, безжалостно лаская мастера Муан.  И тут его пронзила догадка... Связь... Шен... Неужели он делает это... С кем-то? От таких выводов венка на лбу прославленного старейшины напряглась. Нет! Надо гнать эти мысли! Шен не мог делать это с кем-то, ведь так? Скорее всего, он просто решил расслабиться. Расслабиться? Даже смешно. И, должно быть, Муану следует рассердиться или ощутить отвращение, но то возбуждение Шена, которое повлияло на его, затмило всё, кроме желания большего, страстного.  Сдерживая желание прикоснуться к себе и ускорить движения, он понимал, что это может испугать Шена. Если Муан ощущает это, то и Шен, вероятно, тоже. Не стоит торопиться, пусть наслаждается моментом... Хм... Это даже интересно и увлекательно — ничего не делать, но получать удовольствие. Муан слегка откинулся на спинку стула и наблюдал, как его член подрагивает и краснеет.  Всё закончилось так быстро, что Муан просто не мог сдержать разочарование. «А Шен-то слабачок в таких делах», - ухмылка скользнула по лицу старейшины, он прикрыл лицо руками. Что это, чёрт возьми, только что было? «Надо с ним поговорить на эту тему», - подумалось старейшине. Его мысли путались, он невольно возжелал продолжение. Это всё он –проклятый старейшина Шен. Это его вина! «Ну или не стоит поднимать тему пока».