Frail Time

      Едва добравшись до своей комнаты в общежитии, Хенвон первым делом схватился за влажные салфетки, стирая с лица кровь, которую случайно размазал, пока прикрывал ладонью нос. Выглядело все, конечно же, крайне плачевно. Белую рубашку теперь точно надо было отдавать в какую-нибудь химчистку, потому что не попасть на нее крупные капли просто не могли, кожа побледнела, или так просто казалось. В любом случае, Че ощущал себя слишком разбито и видел себя таким же в отражении соответственно. Он не смог ничего сделать. Снова. Но, по крайней мере, теперь точно стало ясно, что даже если и не Минхек, то кто-то за этим стоял.       Тяжело выдохнув, Хенвон упал на кровать. Явно было еще что-то, что ему нужно было сделать этим вечером, но сил уже ни на что не хватало. Хватало их только на то, чтобы прикрыть глаза и провалиться в сон. Организм взбунтовался, не позволяя Че даже поставить будильник на нужное для того время, чтобы не проспать утром.

***

      Уже на следующий день Хенвон оказался в школе только ко второму уроку, благополучно проспав энергомеханику, преподаватель по которой в срочном порядке вызвал его к себе после занятий. Стоило ожидать, что его будут ругать, или скорее сразу подготовиться к этому. Голова болела так, что даже таблетки не помогали, а желудок, словно забывая что такое голод, даже не пытался подавать каких-либо признаков жизни. За прошедшие три дня, похоже, он вернулся в то свое подростковое сознание, раз все было именно так, и раз отношения с его друзьями, от которых он пытался медленно отстраниться, вернулись на свое место. — С тобой все в порядке? — обеспокоенно спросил Мингюн, сидевший за партой справа от Хенвона. Тот явно не был виноват в том, что Че потерял память, но после случившегося даже смотреть на него не хотелось. — Более менее, — просто ответил парень, не желая вести каких бы то ни было разговоров. Стоило еще раз подумать, еще раз все проанализировать, но пока что, за те недолгие минуты, когда череп разваливался не до конца, Хенвон вновь и вновь приходил к тому, что никто, кроме Минхека, не смог бы устроить ему такой аттракцион. Но какие у того были мотивы — вот это не понятно. Да, он явно не самый хороший человек, но на первый взгляд издевался над Кихеном в их компании только с посылом развлечения. Вот только выяснить это уже вряд ли получится. Нужно было продвигать свой план дальше, и если кто-то контролировал жизнь Хенвона, он должен попытаться сделать так, чтобы если не Ли, то остальные сами не захотели принять его обратно в компанию.       «Сейчас умру,» — подумал сам про себя Че, доставая из портфеля еще одну обезболивающую таблетку, чтобы закинуть ту в рот и запить бутылкой с водой. Вот теперь чувство голода стало более ощутимым, потому что Хенвон буквально чувствовал, как прохладный поток заполняет желудок. И поесть, естественно, он просто не успел. — Хенвон, ты ведь можешь и не терпеть, — со стоящей перед ним парты развернулась одна из одноклассниц. Та, что с необычно черными звездными волосами. Правда сейчас от вида, как медленно плывут в дали блестящие светила, слегка подташнивало. — Я могу позвать знакомую из другого класса, у нее есть дар к лечению, — тихо проговорила она, видимо, чтобы не беспокоить умирающего в тяжелых вздохах школьника. — Да, пожал… — хотел было согласиться Че, как вдруг на край его парты с тяжелым стуком упала чья-то сумка. И на чьей-то сумке, зачем-то висел брелок, настолько пронзительно звякнувший, что Хенвон почти скорчился от приступа в голове. — Пусть само проходит, — шикнул в его сторону Кихен, и если по началу было желание возмутиться, то сейчас оно совсем пропало. Как только личность вторженца была опознана. — К тому же скоро урок начнется. В школьных правилах написано, что в чужие классы заходить запрещено, — заметил он и удалился. Единственное, что Че успел рассмотреть, что теперь на щеке Ю был наклеен пластырь.       Хотелось только покачать головой, но по понятным причинам Хенвон не смог этого сделать. Даже если он не контролировал своего тела, то вину свою все равно чувствовал. Глаза вновь неотрывно уставились на спину Кихена: парень спокойно сел за свою парту, доставая из-под нее кем-то подмененную на листовку с улицы тетрадь. Один из одноклассников посмеялся, наблюдая за тем, как напрягся Кихен, но тот и сейчас промолчал. Он ведь умел быть грозным. Так почему не хотел? Все выглядело так, словно Ю живет мыслью: «не реагируй и они отстанут», но прошло уже столько времени и при этом никто не отставал. Он же должен был понять, что этот подход просто не работает! — Я же говорила ему быть более аккуратным с вещами, — вздохнула одноклассница, которая также наблюдала за всем происходящим, а после оглянулась на поднявшегося из-за парты Хенвона. — Эй, ты куда? Урок и правда скоро начнется, — она попыталась вернуть Че на место, но тот, сохраняя невозмутимое выражение лица, подошел к посмеявшемуся парню. — Эй, верни ему тетрадь, — Че облокотился рукой о стену над невысоким и слегка смугловатым типом, не столько для устрашения, сколько для уверенности, что не пошатнется от возможных возмущений. — Что? С чего ты взял, что я у него эту тетрадь забрал? — вскинул густую бровь юноша, буквально сверкая искрами в пальцах. Еще не хватало здесь пирокинетика. С таким прогрессом в управлении, он просто спалит класс, стоит вывести чуть сильнее. — Ты смеялся и явно наблюдал, момент был очень подходящий. Отдай ему тетрадь, — настойчиво повторил Че, в упор смотря на пробежавшую в чужих глазах тревогу. — Я же говорю, что у меня ничего нет! — возмутился собеседник, складывая руки на груди, пока за спиной раздались шаги. — Хенвон, ты что вообще устроил? — спросил Ю, оказываясь достаточно близко, чтобы положить ладонь на плечо Хенвона и насильно развернуть его в свою сторону, на что от него только отмахнулись, сбрасывая руку с плеча. — Если ты собрался писать на листовке, то пожалуйста, я вернусь на свое место, — также хмуро посмотрел на своего старосту Хенвон, после чего вернулся обратно взглядом к парню, которого зажимал в угол. — Если не хочешь, чтобы я сказал об этом учителю, отдай сейчас же. Или мне стоит вернуться на несколько часов назад и посмотреть, есть ли у тебя что-то в парте или нет? — понизил голос парень, от чего школьник все же дрогнул и нехотя засунул руку под парту, вытягивая белую тетрадь, подписанную аккуратным и стройным почерком, явно ему не принадлежавшим. — Да что с тобой вообще не так? — спросил Ю, пока Че только дернул плечами. — Забирай. Видеть больше этого не могу, — шикнул он в ответ, возвращаясь к себе за парту, пока весь класс наблюдал за необычной картиной, как за новой серией известного во всем мире сериала.       Упав на свой стул, Хенвон только выдохнул. Класс. Теперь он сам для себя походил на какого-то психа, который вчерашним днем избил, а сегодняшним утром помог. Если бы ему в жизни повстречался такой человек, то он непременно бы обходил его стороной даже при всех своих навыках. А все потому что не знаешь чего от таких ожидать. Но, что скрывать, Че и сам не знал, что от себя ожидать и в какой момент свет перед глазами погаснет. — Хенвон, давай серьезно, что с тобой в последнее время происходит? — спросил Минхек, с легким скрипом разворачивая свой стул к Че. — Может лучше сходить ко врачу? Ты максимально странно себя ведешь. У меня уже такое ощущение, что у тебя раздвоение личности, — обеспокоенно проговорил парень.       Может быть Хенвон и хотел бы ответить, уже перечеркнуть этот странный круг общения вокруг себя, принимаясь выстраивать продолжение его грядущего будущего, но преподаватель зашел в класс, заставляя всех смолкнуть и вернуться на свои места. Впрочем, с раздвоением личности Ли почти не ошибся. Стоило бы только выяснить, чего такого успел натворить Че за время, пока его сознание отсутствовало, конечно, исключая голодовку.       К концу второго урока голова все же нехотя, но прошла и теперь позволяла Хенвону хотя бы вздохнуть без боли. Одноклассники разошлись по своим группам общих интересов, сформировав небольшие кучки. Так сделали все, кроме, опять же, Кихена. Какой смысл иметь четкие принципы и границы, когда не можешь подружиться даже с Астерой? Тайна девушки с передней партой и космическими волосами была разгадана. — Ты такое представление пропустил на первом уроке, — начал посмеиваться Мингюн, решая замять весь инцидент с внезапной добротой друга и отвести тему в сторону. — Кто-то принес фаст-фуд в школу и у нас по классам ходили выспрашивали — кто провинился. Говорят какой-то студент от этого запаха начал есть все, что попадало под руку. Не представляю, насколько далеко может зайти юмор природы, — посмеялся приятель. — У нас в школе было и такое правило? — задумался Хенвон. Что ж, факт действительно забавный. Что вообще у них в школе не запрещено? Про чужих в классах парень даже не помнил до того, как Ю не сказал об этом. — Не знаю, кто их придумывает, гений или изверг, — вздохнул Дохван, откидываясь на спинку подставленного ближе стула. — Хенвон, пойдем выйдем, — внезапно прервал этот диалог Минхек, смотря на Хенвона с подозрением и напряжением. Он просидел с хмурым видом весь урок, и того стоило ожидать, учитывая всю уже показанную нетерпеливость этого парня.       «Самое время,» — подумал про себя Че, смотря на то, как Ли поднимается и шагает в сторону коридора. Там как раз были лишние уши, способные разнести сплетни по всей школе. Оставалось только надеяться на то, что тема будет нужная Хенвону. На удачу, перед тем как выйти следом, он даже коснулся плеча Мингюна. Может быть повезет прихватить его абсолютной удачи с собой?       В коридоре и правда было относительно шумно. Одна девушка из соседнего класса, сидя на облаке, парила прямо возле того самого пиротехника, с которым Че имел дело по утру. С другой стороны в их сторону шла группа звероподобных людей, что-то яро обсуждающая, а еще Хенвон заблаговременно не закрыл за собой дверь в класс. Впрочем, что-то ему подсказывало, что ее бы все равно открыли. — О чем ты хотел поговорить? — Че сунул ладони в карман, ожидая, когда Минхек заведет волнующую их обоих тему. — О тебе, — выдохнул он. — Хенвон, мы договаривались, что никто с корабля не прыгает, но ты ведешь себя так, словно тебя мотает из стороны в сторону, — Ли упер руки в бока, бросая тяжелый взгляд в сторону друга. — Один за всех, и все за одного, нам нужна практика, ты не забыл? — Практика? В чем? В том, чтобы использовать силы даже на тех, кто не защищается? — спросил Че, вздыхая, словно перед нырком на глубину. — Признайся честно, Минхек, это ты нас когда-то подначил на это? Мне уже надоели эти наши игры в злодеев, когда мы учимся в школе героев, — объявил Хенвон, чувствуя пристальные взгляды, коснувшиеся его спины. — Да что ты, — Ли сложил руки на груди, рассматривая своего приятеля. — Если не забыл, это ты все начал. Разве не тебя Кихен бесил больше всего? Разве не из-за него у тебя были проблемы с полицией? — спросил Минхек, заставляя Хенвона нахмуриться.       Оказывается, он не помнил даже причин. Ему казалось, что ее и вовсе не было, но теперь стало интереснее. Насколько же многое он забыл? Или скорее не прожил лично. — И что? Я больше не собираюсь заниматься этим. И советую вам всем прекратить, — на последнем предложении Че поднял свой тон голоса. — Мы все здесь учимся явно не для этого. Мне это опостылило. Не думаешь, что это отвратительно, особенно контролировать своими силами чужое виденье, — с нажимом проговорил Хенвон, стараясь параллельно по мимике парня прочитать, понял ли он, что Че ссылается на возможное знание о том, кто его контролирует. — Ха-ха, — Минхек глухо посмеялся. — Ты реально с катушек полетел. Тогда что это было вчера?! И позавчера! Прекрасно, тогда думаю, что нам больше не потребуется помощь друг друга, — Ли прошел вперед, ударяя плечо Че своим, не оставляя за собой никаких слов или подсказок.       «Еще и позавчера что-то сделал,» — покачал головой Хенвон, разворачиваясь, чтобы встретиться взглядом с чуть ли не всем классом. Заходить внутрь пока что не хотелось. Все на него смотрели странно, словно с претензией, даже та же Астера, которая, казалось, могла бы быть против всего, что делал ее класс по отношению к старости. Это напоминало какой-то жуткий кинофильм, в котором никому не хотелось, чтобы актер перестал играть свою роль. Но это продлилось всего секунду, и Че не был уверен, что именно это было.       Он отошел к окну в коридоре, запрыгивая на небольшой выступ, чтобы устроившись, наблюдать за тем, как вся тройка его знакомых, повинуясь указу Ли, быстро поменялась местами с другими людьми. Вот только надолго ли? В конце концов из сажали на места в зависимости от вытянутого жребия. Вот тебе и друзья — одно слово и они уже бегут. Впрочем, так было на много удобнее и теперь можно было не переживать о том, насколько натянутой будет атмосфера вокруг. Обнаружить среди основной массы Кихена не удалось. Он, наверное, даже не поднялся со своего места. Но Хенвону все равно было интересно, как он отреагировал на такое заявление — просто пропустил мимо ушей, или же уже начал прикидывать вероятность того, что это была какая-то новая очередная подстава?       «Проблемы с полицией,» — Че сосредоточился на словах Ли, пытаясь вытянуть из головы хоть что-то, но все было пусто. Он даже не мог себе представить ситуацию, в которой бы оказался именно из-за этого праведника в летней школьной форме. Такое могло произойти с кем-угодно, но точно не с Ю. Они ведь даже не общались до момента, как все это не началось, верно же?       Хенвон тяжело вздохнул, ударяясь макушкой о нагретое солнцем стекло. В сложившихся обстоятельствах он едва ли мог доверять своей памяти, так что даже если для себя, все равно утверждать ничего не стал. Стоило бы понять все о том, что происходило с ним со времени начала школы. Должны же были остаться какие-то пометки и хоть что-то. А еще, раз он точно не знал, в какой момент его голова снова забудет несколько дней, нужно было как-то к этому подготовиться, и не ему одному.

***

      Стоя перед учителем квантовой механики в учительской, Хенвон осматривался. Он не помнил, оказывался ли тут раньше, но теперь мог в полной мере осмотреться заново: несколько отделенных перегородками столов, множество шкафов с документацией, а еще целый набор «усмиряющих предметов» прямо около выхода. Если честно, без последнего слова современности, из которой и прибыл Че, это больше напоминало орудие пыток, а не противодействующие устройства. Из них: несколько нитей для связывания силы, разделенных по длине и устойчивости, наручники (на вид, вполне обычные), на дне шкафа лежал сундучок с красным крестом, в котором, вероятно были пилюли и транквилизаторы, там же весели и особые предметы, которыми пользовались учителя. Что-то вроде плети с мелкими шипами, принадлежащей учительнице по тактике боя. Чон Хорам — ее то Хенвон почему-то помнил очень даже хорошо. — И так, Хенвон, ты понимаешь, что прогулял уже не один мой урок? — вздохнул мужчина с седыми волосами, но на лицо не было похоже, чтобы ему было больше сорока лет. По бейджику на кармане пиджака, Че понял, что его звали Сон Бекхен. — Я не знаю, как оценивать твои знания по своему предмету, когда ты из раза в раз пропускаешь контрольные работы. Что с тобой сегодня случилось? — Голова закружилась, не мог встать, — уже придумал для себя отговорку Хенвон, молча негодуя о том, что он заранее не побеспокоился о том, чтобы появляться хотя бы на одном из двух уроков на неделе. — Ты в курсе о существовании правильного питания? — сложил руки мужчина, только качая головой на подобное оправдания. — Давай поступим так, ты больше не пропускаешь мои уроки и принесешь мне все контрольные, которые мы делали. Я позволяю тебе их выполнить дома, но надеюсь на твою честность, — он достал из стола несколько листов, передавая их в руки школьнику. И смотря на все формулы, чертежи и вопросы, у Хенвона уже голова шла кругом. — Твоя сила может быть очень полезна в этом направлении. Не мало разработок может быть с ней связано. Если хочешь улучшить свой контроль времени, то должен понимать, что могут предложить тебе техники и как им самим объяснить, что тебе надо. — Хорошо, я вас понял, — вздохнул Че, убирая листы в свой школьный портфель. — До какого числа мне это надо сдать? — Посмотрим… — учитель взял в руки бумажный календарь, стоящий у него на столе, скептически осматривая даты и хмурясь. — На следующей неделе будет два урока. Если к первому не успеешь, сделай ко второму. Если я не получу от тебя работы, придется оставаться на дополнительные занятия в летние каникулы. — Спасибо, — кивнул Хенвон, уже разворачиваясь, чтобы направиться по своим делам, но его остановили. — Постой, — учитель остановил его и в следующий момент Че машинально поймал подброшенный в его сторону предмет, коим оказался протеиновый батончик. — Если не можешь много есть, то хотя бы ешь их. Все будет лучше, чем засыпать и сваливаться на уроках. — Я не… — хотел бы запротестовать парень, но в итоге только выдохнул. — Спасибо вам, — кивнул он, после чего вышел, вертя в руках сладость. Легко он отделался.       Конечно, решение было неплохое, но пока Хенвон был в своем уме, он вполне мог есть то, что было нужно для поддержания жизнеобеспечения организма. Конечно, сегодня на тренировку выйти не удалось, но завтра он планировал к этому вернуться. И все же, на сколько можно было понять по собственным ощущениям, иногда придется прибегать и к этому.       Прямо сейчас Че решил направиться сразу в сторону корпуса с клубами. Уроки как раз закончились, и ничего не мешало ему продолжать действовать. Волновало лишь то, что возможно он слишком торопится? У него еще было время. С переноса прошел всего месяц, а он уже шел надоедать Кихену в его небольшом тихом мирке. Не нужно ли было немного потянуть? Но если Хенвон не успеет построить хоть каких-то, пускай шатких, отношений со своим старостой, то в следующий раз, когда его голова откажется работать, будет совсем не весело объяснять ему, что он правда не хотел, и правда не думал делать что-то плохое. Еще какое-то время ему понадобиться на то, чтобы просто подобраться к Кихену поближе. Можно было бы разбавить свое странное с виду преследование тем, чтобы узнать, что случилось и с Чангюном, но пока что основная опасность заключалась именно в этом мозговитом парне. Если бы не Ю, то их группе не составило труда победить оборотня. И если бы не было Кихена, то всех тех краж, смертей и разрушений удалось бы избежать. Именно он был центром происходящего — в этом Че был уверен на всю тысячу процентов.       Войдя в коридор клубного корпуса, он почти сразу налетел на какого-то парня, который, в свою очередь, очень вовремя открыл одну из первых дверей. У того в руках было несколько колб. И пусть они не столкнулись, но, испугавшись, незнакомец выронил одну. Стекло треснуло, а алая жидкость, расползшаяся по бетону зашипела, оставляя за собой достаточно глубокую вмятину. — Вот блин, — шикнул парень, открывая уже другую, чтобы вылить на образовавшуюся лужу, пока та не проела кафель и бетон. — Осторожнее! — хмуро упрекнул он Хенвона, который мог только вскинуть брови. — Ты сам резко открыл дверь, я тут при чем? — не мог не возмутиться такому Че. — Да-да, иди уже куда шел, — отмахнулся от него деловитый школьник, продолжая бубнить себе под нос. — Теперь ремонтников звать придется.       Решив проигнорировать происшествие, Хенвон двинулся дальше, замечая, что в одной из комнат вовсе испытывали новые устройства. В прошлый раз, когда он тут был, было тихо и спокойно. Какое-то время звучал только голос Кихена, но сейчас шум стоял такой, словно он оказался на поле боя. Классам точно не хватало звукоизоляции, а еще более — надежных материалов.       Добравшись до нужной ему двери, Че постарался скинуть с себя ощущение неловкости. В конце концов он тут не только из-за Ю, но и из-за того, что хочет освежить в памяти то, чем занимался когда-то давно. И из-за того, что у него появилось какое-то лишнее время, которое стоило бы куда-то деть, иначе Хенвон точно уже самостоятельно повесится в своей ничем не примечательной комнате общежития. Хотя, про лишнее время конечно он преувеличил, домашней работы задавали столько, что можно было и не выходить вовсе. Теперь он мог со всей четкостью сказать, что учиться тяжелее, чем работать. На работе, по крайней мере, не требуют запоминания настолько большого объема информации.       Коротко постучавшись, Че зашел внутрь. Класс был относительно просторным. Несколько самых разных музыкальных инструментов сразу бросались в глаза: фортепиано и арфа стояли по разные стороны, а у стены были сложены виолончель, труба, и несколько чехлов со сборными инструментами. Была и гитара. — О, Хенвон! Ты надумал к нам вступить? — тут же подпрыгнула с сидения та девушка, которая приставала к нему не так давно. Ее голубые глаза смотрели так пристально, что стало немного неловко. Слишком уж проницательным был этот взгляд. — Ну… Да, пришел узнать, чем вы занимаетесь, — согласился Че.       Помимо них двоих в классе также было еще трое девушек, которые вмешиваться в диалог не стали, но смотрели на нового гипотетического участника с нескрываемым интересом. Из примечательного, на сей раз невидимка не стала исчезать, просто уперлась взглядом в ноты, словно ее ничего особо не интересует кроме них. Немного очаровательная реакция для той, кто от одного взгляда решил, что пора исчезнуть из этого мира. К слову, Кихена все еще здесь не было. Но может оно и к лучшему. — Ты уже играл на чем-нибудь? — спросила девушка. — Ах, да, меня зовут Ким Сорам, приятно познакомиться, — она улыбнулась, после чего развернулась. — Там сидят О Камин, До Енде и Хван Минджи. С Минджи вы уже виделись в тот раз, — объяснила она. — Камин наша виолончелистка, Енде только учится играть на лире, а Минджи ее обучает. Я сама играю на нескольких инструментах: на фортепиано, трубе и немного виолончели, — она кивнула в сторону инструментов. — Звучит круто, — улыбнулся Че. — Я раньше учился на гитаре, но вряд ли многое вспомню. Слишком давно это было, — проговорил он, после чего Сорам быстро достала из чехла нужный инструмент и протянула в руки Хенвону. — А… Я ведь долго не играл, это немного неловко, — нехотя, но принял в руки гитару парень, после чего безропотно сел на ближайший стул. — Ничего-ничего, у нас немного несобранный клуб, так что тебе нечего переживать. Мы все здесь учимся, — закивала девушка, находя себе место возле фортепиано, пока Че, не будучи уверенным в своем слухе, открыл настройщик гитары на телефоне. — А Кихен только поет? — поинтересовался Хенвон, пока пальцы неловко, но все же перебирали нужные струны. — Он тоже иногда садиться за фортепиано и за гитару, — проговорила Ким. — Скоро спортивный фестиваль и мы готовим небольшое выступление, так что если не против, мы бы хотели надеяться на твою помощь.       Струна взвизгнула от неожиданности, также, как и внутренняя неуверенность Че: — Но я же только пришел, а вы, наверное, уже не один месяц это готовите, — попробовал сопротивляться он, но девушка, как и в прошлый раз, позиций сдавать не собиралась. — Ты ведь уже играл, значит быстро освоишься. Нам просто не хватает немного людей, если ты будешь играть на второй гитаре, все будет выглядеть куда интереснее, — Хенвон уже честно сомневался в своей затее примкнуть к этому музыкальному клубу прямо сейчас. Но он уже был тут и уже изъявил желание, просто так теперь от него не отстанут. — Ладно… Но я предупреждал, — вздохнул Че, откладывая телефон в сторону, когда гитара начала издавать более-менее хорошие звуки.       Немного неловко, что теперь за ним так пристально следили, но Хенвон зажал на пробу пару аккордов, которые помнил, и наиграл легкую мелодию, которая засела у него в голове после учителя из обычной школы на всю жизнь. Ничего сложного, но глаза Сорам засветились: — То, что нужно! — воскликнула она, прихлопывая в ладоши, после чего отошла в сторону, чтобы достать бланк для заполнения на вступление. — Вот, держи… — она протянула руку и Че успел только взять листок, в момент, когда дверь открылась и внутрь, не глядя, зашел последний участник клуба.       Едва развернувшись, Кихен так и встал в ступор, когда увидел, кто там сидел. Он пару раз открыл и закрыл рот от удивления, а после нахмурился: — Ты что здесь опять забыл? — спросил он, не желая даже подходить ближе. — Кихен, у нас новый участник, — весело проговорила Ким. — Вы принимаете всех, кого захотите? Да вы посмотрите, как он гитару держит! И вообще, мне тебя откровенно и в классе с головой хватает, — он уперся взглядом в Хенвона, заставляя того поежится. Может быть он и правда поторопился. — Да ладно тебе, — выдохнула Енде, вытягивая ноги. — Вроде бы неплохо играет, а нам и правда человека не хватало. — И что теперь? У нас почти все готово, вы хотите принимать его? — возмущенно встроил Ю, складывая руки на груди. — С такой компанией я не собираюсь работать, не боитесь, что он просто разломает все инструменты? — Кихен, успокойся, я и правда сюда пришел только из-за музыки, — проговорил Хенвон, которому совершенно не понравилось то, что его начали обвинять в том, что он даже не сделал, и делать не собирался. — Да кто тебе поверит? Вот так сейчас это работает, да? Отъебись от меня хотя бы здесь, — прошипел Кихен, уже разворачиваясь на выход.       Хенвон поднялся, отставляя гитару в сторону и следом перехватывая парня за руку. Че буквально почувствовал, как напрягается Ю. Пришлось его тут же отпустить, потому что заставлять его вспоминать все пережитое — не входило в планы. — Можем выйти поговорить? — выдохнул Хенвон. Устраивать разборки перед группой девушек было бы не очень прилично, да и он не хотел зарывать себя перед другими сильнее, чем уже было. — Ладно, — бросил староста, выходя из класса и тут же направляясь в дальний край корпуса.       Пришлось идти в напряженном молчании минут пять, прежде чем Кихен остановился возле стены и пустого класса, бросая на Хенвона почти что испепеляющий взгляд. Он тесно прижимал руки к груди, стоял достаточно скованно, чтобы можно было понять, что в любой момент Ю уже готов был защищаться. Поначалу Че казалось, что каким-то образом его издевательства никак не трогали одноклассника, но теперь точно было видно, что ему предельно некомфортно, и что он точно также опасается его, как и Хенвон Кихена. — Ну и? Что в этот раз? С какой стороны ты решил зайти? — прямо спросил Ю. — Если тебе так нравится играть со мной, то я поиграю, но какого хрена ты приперся? — Я правда не собираюсь ничего делать, — незаметно Че отошел еще на шаг в сторону от парня, почти отзеркаливая его позу. — И я правда пришел только ради игры. — С чего вдруг? Тебя же не интересует ничего кроме поспать и побить? — слова Ю были резкими, но все же оправданными. И как оправдываться за свое прошлое поведение Хенвон откровенно не понимал. — Я уже сказал это сегодня. Я не собираюсь больше причинять тебе вред, поэтому расслабься. Мы можем даже не контактировать. — Прекрасное предложение, мне очень нравится, но я не понимаю, как ты себе это представляешь, когда нужно репетировать! Кроме того, гитара всего одна. Не знаю, что ты там хочешь, но я не собираюсь отдавать тебе свой инструмент, — все равно не стал идти на уступки Кихен, и будто сжался только сильнее. — Я могу попросить родителей привезти мне свою, — проговорил Хенвон. — В этом не будет проблемы. — О да, конечно, — раздраженно усмехнулся Ю. — Но проблемы не будет, когда ты свалишь отсюда, и не вернешься. Хочешь передо мной извиниться, так не показывайся!       Хенвон глубоко вздохнул. Конечно, Кихен был прав в чем-то, как минимум в том, что для начала ему надо было оставить его в покое, но было одно большое «НО», как и говорил, Че хотел попасть в этот клуб не только ради того, чтобы наблюдать и менять свои отношения с Кихеном. Ему хотелось посмотреть на что он еще был способен, кроме своих геройств. Подумать, определиться, и, либо прогнать страх и двинуться все по тому же пути, или же решиться идти в неизвестность. — Кихен, я признаю, что это было бы лучшим вариантом, — послышался удовлетворенный хмык со стороны, пока Че только вздохнул. — Но я правда собирался заниматься и не более. Мы находимся тут безумное количество времени, и, как ты вероятно знаешь, в общежитии шуметь нельзя. Может быть я сейчас переключусь с тебя на что-то более полезное? Ты не думаешь, что староста не должен запрещать ученикам своего же класса учиться? — Ты — другое дело. Ты буквально всю мою учебу пустил по одному месту, — вскинул руки Ю. — Но из-за чего?! — Верно, из-за чего? — повторил этот вопрос, смотря прямо на Ю. Может быть хоть сейчас он узнает, что именно случилось между ними, что за полиция, и что за инцидент?       Вот только Ю на секунду замер, хмуря брови. Молчание затянулось на несколько секунд. — Да один черт знает, я без понятия, на что ты так взъелся! — еще более раздосадованно воскликнул парень. — Все, хватит этого с меня. Или уходишь ты, или ухожу я, — объявил Кихен, быстро шагая, чтобы ретироваться из этого пространства, но Хенвон, даже не смотря на собственные опасения, сдаваться не собирался и вновь перехватил Кихена. — Давай так, — пришлось отпустить, потому что парень внезапно дрогнул и уже готов был вмазать со всей силы в ответ. Вот бы ему такую прыть в сам разгар этих издевок. Хватило бы, чтобы напугать оппонента. — Этот клуб будет залогом. Если я тебя хоть раз трону, то уйду из него, не оглядываясь.       Кихен повернулся к нему. В его глазах читалось только недоверие, но вопреки сомнениям, пока что он не отвечал, хватаясь за эту странную предложенную сделку. По его лицу буквально было видно сколько пчел жужжало внутри, но, кажется, он так и не смог придумать минусов для отказа. — Хорошо, допустим, — Ю снова сложил руки на груди, смотря на Че снизу вверх. Стояли они на редкость близко. — Отлично. Тогда ты даже не думаешь издеваться надо мной, не повышаешь голос, не пытаешься как-то дотронуться. Даже если я услышу твои оскорбления со стороны — свалишь. Устраивает? — Договорились, — усмехнулся такому ультиматуму Хенвон. — И, — Кихен ткнул его в грудь. — Даже не думай прикасаться к моей гитаре. Ненавижу, когда ее кто-то трогает. — Хорошо… но ведь уже прикоснулся? — неловко спросил Че, поднимая руки в капитуляции. Все же от части Кихен был немного забавным, даже когда злился. — На этот раз прощаю. Надеюсь, что ты ее хотя бы настроил правильно, — шикнул Ю, а после пошел, или скорее сказать побежал, в сторону клуба.       Невольно Хенвон выдохнул наблюдая за парнем. Все же в груди появилась какая-то радость. У него появилось время не только на одно из старых хобби, но и на то, чтобы как-то изменить мнение Кихена о себе. Может быть это было и удачей, что они смогли договориться именно таким образом. Хотелось бы в это верить, но было лишь одно «но» — Че не знал в какой момент его голова снова отключится, если, конечно, контролировал его не Минхек. Может быть, хотя бы такой откровенный тычок в небо оправдает себя? — Ну как? — раздался голос из-за двери, когда Кихен только вошел внутрь. Девушки явно ждали ответа о том, будет ли у них новый музыкант или нет.       Опережая ответ на вопрос, Че с улыбкой выглянул из-за двери, махая в их сторону, давая понять, что теперь он тоже может считаться частью клуба, пусть и на испытательном сроке. Но другим об этом не так обязательно знать. — Теперь мы точно сможем выступить! — подпрыгнула от радости Сорам, тут же подбегая к Че с заявкой на вступление. — Заполнишь и отнесешь нашему куратору, преподавательнице по тактике боя, госпоже Чон Хорам, ты же знаешь ее? — Да, конечно, — кивнул Че, отходя в сторону единственной парты, а за одно и места, на котором можно было что-то писать. — Тогда, как закончишь, возвращайся, мы выдадим тебе ноты, — проговорила уже Енде. — Только вот у нас одна гитара… — У меня есть дома, я попрошу родителей привезти, — кивнул парень, не отрываясь от своего занятия.       И снова это странное ощущение. Хенвон на секунду оторвался, чтобы осмотреться вокруг. Странно. Он тут никогда не был, но тем не менее складывалось впечатление, словно он просто что-то забыл. Забыл, как падает свет сквозь шторы на окнах, забыл, как шумно бывает в классах самоподготовки, забыл, что такое общаться не о гадостях, а о более приземленных и веселых вещах. Дежавю буквально преследовало его каждый раз, стоило только оказаться возле или внутри. Это странно, но может быть голова пытается вспомнить его младшую школу? Там тоже было весело, а еще было много увлекательных людей. Но все еще не так. Че словно оказался в добром сновидении, в котором хотелось задержаться подольше и не просыпаться от него.

***

      Держа в руках ноты, Хенвон почувствовал это уже более ощутимо. Что-то меняется. И то, что это что-то меняется, ему нравилось. Под ногами, словно лежала перьевая подушка, на которую не больно падать, словно ему можно было отпустить мысли на миг и не зацикливаться. Это было чувство полета, которое Че не помнил, что бы чувствовал так явно в своей уже достаточно долгой жизни. Что-то детское и совершенно неискушенное взрослой жизнью, что-то также давно забытое.       Выйдя из здания школы, он взял в руки телефон, чтобы позвонить отцу и приложил к уху, вслушиваясь в гудки: — Алло, что-то случилось? Ты редко звонишь, — заметил мужской голос на том конце, пока Че думал, как яснее передать свою просьбу. — Привет, нет, все в порядке. Я хотел спросить, ты не мог бы вечером привезти мне гитару? — спросил он, спокойно направляясь в общежитие. — Хорошо, но тебе ведь нельзя играть в общежитии, поэтому ты ее оставил, разве нет? — поинтересовался отец, по звукам, куда-то направляющийся. — Да, но я решил вступить в музыкальный клуб, а там не хватает инструментов. — Хорошее решение, у твоей сестры день рождения в начале осени, исполнишь что-нибудь? — улыбка просочилась в голос отца и невольно Хенвон остановился, прислушиваясь.       И сколько же он успел потерять за столько лет? Что с ним произошло, раз он смог отдать все ради того, чтобы спасать, как на поверку отказалось, достаточно гнилой мир? Он уже давно не слышал улыбки в голосе отца, не видел, чтобы им интересовались или беспокоились. Он знал, что переезд родителей был нужным и правильным решением, но тем не менее после их связь почти пропала. Не то чтобы Че был таким плохим сыном, но каждый раз он сильно уставал, забывал, появлялись сотни дел, которые сулили выбор между человеческой жизнью и одним единственным звонком. — Конечно, — улыбнулся про себя парень, продолжая свой путь. — Слушай, можно странный вопрос? — он поднял голову к небу, всматриваясь в мирно плывущие облака на нем. — И какой вопрос может быть в твоем понимании странным? — посмеялся мужчина. — У меня когда-нибудь были проблемы с полицией? — открыто спросил Че. — Просто… Может еще от болезни не отошел и не могу вспомнить. — С тобой все в порядке? Может быть еще раз ко врачу сходишь? — наперед произнес отец. — Нет, все в порядке, просто расскажи мне, если помнишь, — Хенвон покачал головой так, словно мужчина находился прямо напротив него. — Ну… Ты один раз пробрался в закрытую зону, где тебя поймали. Больше ничего в голову не приходит, — выдохнул мужчина. — Мы с этим уже давно разобрались, или кто-то решил вспомнить? — Разве что я сам, — выдохнул Че. Он и правда этого совсем не помнил. — А что это за зона была и ко сколько лет это было? — Ты тогда только в твою школу пришел, четырнадцать. А на счет зоны не знаю, полиция отказалась говорить, куда тебя занесло. Проблем конечно было много, но этот вопрос уже давно закрыт, — проговорил отец. — Ладно, я иду на деловую встречу, вечером позвоню как подъеду. Блесни там в своем клубе. — Хорошо.       Оторвав телефон от уха, Хенвон еще раз глубоко вздохнул. Что за запретная зона? Что за полиция? Вопросов стало как будто бы еще больше. Он думал, что это что-то незначительно, но раз даже полиция отказалась говорить, а его воспоминания стерлись, возможно это должно было быть чем-то важным. И каким боком вообще здесь был Кихен? Если только предполагать логичную цепочку действий, в которой бы он мог обозлиться на него, то это только если Ю сам его туда привел, а потом оставил и сбежал. Да, Че бы злился долго на такой поступок, но не на протяжении же четырех лет?! Это было уже слишком. Он злопамятен, но не настолько. Все таинственнее и мрачнее. Может быть это кто-то из охраны стер воспоминания об этом? Но тогда куда же пропадали остальные? Не может же быть, что охранник той зоны пошел за ним прямо в школу, чтобы доставлять еще больше проблем мелкому пареньку, который только начинал учиться жить самостоятельно?

***

      И так, получив в свой комплект гитару и проучившись один день под взгляды одноклассников и преподавателей, исследующих большой чехол, который Хенвон таскал с собой, он наконец-то мог подняться из-за своей парты и направиться в сторону клубного корпуса. Сказать, что не сиделось на месте — это ничего не сказать. Внутри разгорелся ажиотаж. Хотелось вспомнить, все, что он когда-то учил. Отец, как предсказывая поведение сына, в придачу положил еще целый учебник, заполненный когда-то обыгранными мелодиями, так что заняться было чем. Несмотря на контрольные по энергомеханике, которые весели грузом на плечах, Че все равно предпочел свое хобби. Все равно он уже сегодня неплохо постарался: утренняя пробежка и занятия обратно вернулись в его жизнь, физкультура (под удивленный взгляд Кихена) тоже, а Минхек с остальными двумя даже говорить с ним не хотели. Но не то, чтобы Хенвон этого сильно заметил. — Ты в клуб? — внезапно раздалось из-за спины, так, что Че чуть не подпрыгнул. — У тебя есть какая-то привычка подкрадываться к людям со спины, — выдохнул Хенвон разворачиваясь к Кихену. — Да, в клуб. — Передай, что я задержусь в студсовете, приду где-то через полчаса, — не удостоив вниманием первое выражение, быстро кинул Ю, а после убежал в противоположную сторону.       Но, если так подумать, Кихен впервые казался обычным. Не раздраженным, не злым, не саркастичным. Всего фраза — а уже какой прогресс! Нужно было продолжать в том же духе. Может быть тогда все пройдет, как по маслу.       В двери музыкального класса Хенвон зашел первым. Но это было ему даже на руку. Он самоотверженно пустился в этот бой, но тем не менее совсем зеленым никак не хотел показаться. Нужно было понемногу вспомнить все то, что знал когда-то. И ему все равно на то, что прошло уже двадцать лет, с тех пор, как он занимался всерьез. В университете он еще пару раз брал в руки гитару, но только ради каких-то вечеринок, а сыграв одну песню, прощался с заклятой подругой до конца вечера.       Поставив стул поближе к окну и достав черную лакированную акустику, Че вздохнул. Еще в своем общежитии он успел поменять струны и слегка отмыть пыль, так что теперь инструмент буквально сиял в руках. — Когда я в последний раз вообще брал ее в руки? — спросил сам себя парень, вздыхая. За его каникулы по болезни, кроме первого дня, больше не приходило в голову поиграть, так что ответ оказывался очевидно весомым.       Потратив около пяти минут, чтобы струны зазвучали нормально, Хенвон положил перед собой ноты и пробежался по тем, которые более-менее еще помнил. Оказалось, что помнил не так уж и плохо, как думал. Была другая проблема, даже две. Первая — его пальцы закостенели и теперь переходы не давались так, как должны были. Вторая — металлические струны. Каждый, кто хоть раз держал в руках такой инструмент, знал, что через пару часов игры на пальцах будут как минимум волдыри, как максимум — сразу кровь. До последнего, конечно, лучше не доигрывать, но вот первого не избежать.       Че поставил перед собой учебник на штатив, чтобы открыть самую первую мелодию. Ее он вспомнил неплохо и сыграл даже почти что чисто, если не считать коротких заминок. Следующая далась уже сложнее, но все еще приемлемо для его длительного перерыва, но вот с третий были серьезные проблемы. На ней, собственно, разыгрываться он и закончил, предпочитая сосредоточиться на нотах, которые ему дали вчерашним днем.       Хенвон попробовал раз, попробовал второй, а потом плюнул и отошел к фортепиано, чтобы определиться с длительностью. На гитаре, он словно не слышал нужных ему долей, и это немного подбешивало. — Не знала, что ты еще и на фортепиано играешь, — вошла в класс девушка, которую вчерашним днем представили, как О Камин. — Проблемы с длительностями? — поинтересовалась она.       Если честно, Камин выглядела достаточно строгой, хоть и носила черные распущенные волосы, которые доходили ей до середины спины. Ее челка прикрывала брови, а лисьи глаза выглядели от части хищно. Она немного походила на Кихена, но только если от того, чувствовалась повсеместная энергия, даже когда тот молчал, то он нее что-то недвижимое, как скала. Этим она немного напоминала Шону. — Что-то вроде. Я уже давно не занимался, — проговорил Хенвон, чувствуя себя в такой компании немного неловко. Но не так, если бы первой пришла та девушка-невидимка, которая очень усердно старалась не встречаться с ним взглядом. — Просто тренируйся и все получится, — она отошла к виолончели, которая стояла в углу, и достала инструмент из чехла. — Хочу предупредить, что моя сила напрямую связана с музыкой. Я могу иногда случайно создать иллюзии или передать настроение мелодии напрямую. А ты, как я помню, можешь поворачивать время вспять? — она подобрала свободный стул, поднося его к фортепиано. — Удобно. Можно поесть, отмотать время, и еще раз поесть. — Что-то вроде, — забавно, конечно, что первое, о чем она подумала — это еда, но все же все произнесенные слова не имели совершенно никакой эмоциональной окраски. И она может передавать ее через музыку? Может быть, это какой-то побочный эффект сил? — Дай мне ноту «до» малой октавы, — попросила Камин, после чего осторожно начала подкручивать колышки, достигая нужного звучания, а после начала делать это на слух до момента, пока не попросила проиграть оставшиеся ноты.       Хенвон выдохнул, отходя в сторону, чтобы взяться обратно за гитару. Вот только пока девушка настраивалась, у него уже вылетела из головы мелодия, которую он наиграл, чтобы запомнить. — Я могу прислать тебе запись, с которой мы перекладывали партии, так будет проще сориентироваться, — заметив чужое замешательство, произнесла она.       В момент, через несколько минут, когда они начали слушать музыку, подошли и трое других девушек, что-то бурно обсуждающих. Они быстро перекинулись приветствиями, быстро разошлись по углам, забирая собственные инструменты. — А где Кихен? — спросила в конце концов Сорам, осматриваясь по сторонам. — Попросил передать, что задерживается в студсовете. Но, — Хенвон отодвинул рукав, чтобы посмотреть на часы. — Скоро должен быть на месте. — Хорошо, тогда настроимся, пока его ждем, — кивнула Ким, вытаскивая из чехла свою трубу, которая вчера точно стояла вне.       Вообще, у Хенвона этот вопрос назрел еще сегодня утром, но как в их компанию, которая собирается выступать, как-то затесалась труба? В мастерстве Сорам он не сомневался, особенно то, как быстро она пробежалась по нотам, но все же во многом труба просто выбивалась из общего настроя. Затем же произошло то, что он никак не ожидал. Минджи встала из-за арфы, сажая за нее Енде, Камин встала из-за виолончели, меняясь с Сонам, а сама отошла к фортепиано. То есть, они просто встали и поменялись всеми инструментами друг с другом?       Кихен в итоге пришел только через десять минут начала репетиции, в которой Хенвон уже чувствовал себя очень странно. Даже не потому, что был единственным парнем среди четырех девушек, к этому он некогда привык в младших классах, а скорее потому, что явно прослеживалась разница между уровнем игры местных учителей и учеников, а также им самим. Пришлось очень постараться, чтобы сыграть более-менее нормально. Но, возможно, это и было правильно, но Че очень любил к себе придираться в моментах, когда считал, что точно хочет быть лучше.       Когда же пришел Кихен, все стало еще более запутанно. Староста каждый раз косился на нового члена клуба, когда тот допускал ошибки в самых простых местах, и этот его взгляд явно говорил: иди домой тренироваться. Только домой Хенвон не собирался, даже тогда, когда репетиция закончилась и все начали собираться по домам. — Было весело, — улыбнулась Енде. — До завтра, — она махнула рукой и вышла из класса. Также потом поступила и Камин и Минже, в итоге остались только они с Кихеном и Сорам. — А ты не собираешься? — спросила девушка у Хенвона, который продолжал упорно наигрывать место, которое никак не хотело получаться правильно. — Еще ненадолго задержусь, — ответил он, отставляя гитару в сторону, чтобы немного отдохнуть. Пальцы уже болели, хотя прошло всего два часа. — А ты? — она повернулась к Кихену, который тоже почему-то не собирался уходить. — Я еще хочу позаниматься, — так же ответил и он. — Тогда я пошла, — махнула Ким, на прощание. — Не забудьте запереть класс и отнести ключ в учительскую.       После легкого полученного кивка, энергичная девушка выбежала из класса, оставляя тот в зловещей тишине. В зловещей, потому что Хенвон буквально нутром чуял, что Кихен остался не просто так и сейчас будет делать разбор полетов нерадивому ученику, который решил взяться за инструмент. Но прошла минута, вторая, а Ю просто продолжал играть, не отрываясь. — Мне казалось, что ты сейчас начнешь меня ругать, — усмехнулся Че, возвращая гитару на свою ногу. — Ты играешь лучше чем я думал, — просто ответил Кихен. — Мы же договорились, я не трогаю тебя, а ты не трогаешь меня. С чего мне тебя ругать? — Просто ты всю репетицию бросал на меня испепеляющие взгляды, — улыбнулся Хенвон, продолжая с того места, на котором остановился. И теперь уже Ю отложил гитару в сторону, чтобы передохнуть. — Потому что ты делаешь самые глупые ошибки, которые я видел, — прокомментировал свои взгляды Кихен, после чего поднялся, чтобы размяться.       На пару минут снова воцарилось гробовое молчание, нарушаемое только мелодией, которую Хенвон повторял из раза в раз. Через какое-то время получаться начало лучше, но и играть он больше не мог. Пальцы уже болели настолько сильно, что тряслись, стоило только надавить чуть сильнее. С тяжелым вздохом пришлось отложить инструмент. — Пожалуй, я закончу, — проговорил Че, убирая все разложенные ноты и инструмент обратно в футляр. — Ага, — отозвался Ю, но потом снова замолчал.       Немного напряженная атмосфера, но ничего не поделаешь. По крайней мере, они не поругались — и это уже достижение, которое можно было бы и отпраздновать. Вот только жаль, что сегодня Кихен решил не петь, а хотелось бы и послушать, как в прошлый раз. Просить об этом сейчас… Нет, все же Хенвону еще дорога его жизнь, так что сознательно нарываться на спор пока что не хотелось. — До завтра, — махнул на прощание Че и вышел из класса, все равно чувствуя, что этот день был прожит не насмарку.