Погоня за тенью

Перелет был долгим, но вполне комфортабельным. Хлопоты, связанные с длительными часами в воздухе, смягчались заботливым сервисом и атмосферой спокойствия, царящей в салоне. Я наслаждалась видом за окном, смотря, как под крылом самолета стелется бесконечный пейзаж, постепенно сменяющийся на знакомые очертания Далласа. Удивительно, но я никогда не думала, что снова окажусь здесь ради поиска эксклюзивных часов неверного богатея. Я бы с удовольствием попросила кого-нибудь из знакомых сделать эту работу за меня, но вот только таких людей у меня не оказалось. Даллас для меня был не таким уж родным местом — я никогда не имела близких друзей здесь, на которых могла бы положиться в такой важный момент. Связи, которые я завела за годы работы, не доходили до такой степени доверия. А учитывая, что у меня не было времени на поиски, мне предстояло действовать самой. Аукцион пройдет завтра вечером, и комната будет заполнена людьми, в ожидании более высокого предложения, готовых заплатить любые деньги за желаемый лот. Я должна заполучить эти часы, иначе буду вынуждена смириться с мыслью, что мне никогда не удастся их найти — пропадут в бездне времени, как многие вещи, которые мы любим, но не можем удержать. Нет, это не просто встреча с предметом. Это финал, который должен завершить потенциально скандальную историю. Сейчас же передо мной стояла более приземленная задача — найти гостиницу. Я не хотела задерживаться на улице дольше, чем можно, и рискнуть быть застигнутой врасплох среди Далласского движения. Собрав свои вещи, я направилась к выходу из аэропорта, следуя указателям, к стойке такси. Даллас встречал меня своим неповторимым стилем: история, записанная в каждом камне. С каждым шагом я чувствовала, как город начинает охватывать меня своими дарами и загадками. Едва сев в такси, я озвучила адрес подходящей гостиницы в центре. По пути я смотрела в окно, ловя мелькающие жалюзи и золотистые огни. Мой разум метался от ожидания к тревоге. Выбор гостиницы имел значение: это должно быть место, где я могу остановиться на ночь, и в то же время находится в близости к аукциону. Безопасность и комфорт — вот что было важно на данный момент. Как только мы подъехали к отелю, я ощутила, как напряжение и волнение вновь возникли во мне. Этот вечер был только началом — завтрашнему дню предстояло стать переломным моментом. Я была готова к вызовам, какие бы испытания ни ждали впереди. Аукционный дом «Lotus noir»[1] — стоило ожидать, что именно он окажется в центре этого дела. Один из самых влиятельных и престижных аукционных домов мира, он стал синонимом эксклюзива и роскоши. Его имидж безупречен, но, тем не менее, в некоторые ночи здесь можно обнаружить поистине интригующие вещи. В первую очередь, меня интересовал не только сам предмет, но и способ его получения — зачастую незаконный. Этот аукционный дом был удачным местом для сбыта награбленного, что делало его идеальной площадкой для теоретических спекуляций на всевозможных скандалах и интригах. «Lotus noir» славится своей репутацией и мастерством, при этом обеспечивая своих клиентов абсолютной конфиденциальностью. Их политика по защите личных данных клиентов позволяет как покупателям, так и поставщикам оставаться в тени — действуют чисто, тихо и скрытно. Зная об их скрытой деятельности, я понимала, что их методы работы были предметом множества слухов, но до сих пор ни одно доказательство не подтвердило их правдивость. Однако, чтобы стать клиентом в такую ночь, необходимо получить специальное приглашение, и именно тут все усложняется. Попасть туда мне, конечно, не удастся — у меня нет нужных связей, необходимых для этого рода доступа. Но я не собиралась оставаться в стороне. У меня были козыри, которыми я могла воспользоваться. Мой дядя, имеющий свои связи в мире искусства и антиквариата, всегда был помощником и советчиком. Он способствовал тому, чтобы я могла найти необходимые рычаги давления, которые были бы эффективными, даже если я не являюсь частью этого тайного мира. — Часы могут стоить дороже, чем ты думаешь, — произнес он с ухмылкой, его взгляд стал настойчивым, будто глубже понимая последствия своих слов. — И с ними связаны очень опасные люди. Ты уверена, что хочешь с этим связываться? В этот раз я не удержалась и рассмеялась в голос. Как же сложно было сохранять серьезный вид, когда собственный дядя пытался запугать меня, обрамляя свои слова мрачными предостережениями. В его интонации проскользнула нотка шутливости, хотя и жестковатой, что, конечно, добавляло колорита ситуации. — Ты каждого своего клиента так запугиваешь? — ответила я, стараясь не выдавать, насколько его слова задели меня. — Я не спорю, общая картина выглядит потрясающе и заставляет понервничать, но с драматизмом ты немного перестарался. И зачем было нужно разыгрывать этот спектакль при мне? Он пожал плечами, но в его глазах я заметила искорку веселья. Дядя прекрасно знал, какие эмоции он вызывал, и не собирался скрывать этого. Его представление о риске и опасностях было частью того, что делало его позиции в мире коллекционеров и антикваров столь сильными. Он всегда знал, как тонко оперировать своими словами, чтобы вызвать у собеседника нужные эмоции. — Скажем так, я просто хочу, чтобы ты была осторожна, — ответил он, расправив плечи и придавая своим словам более серьезный тон, несмотря на все резкие нотки, что продолжали напоминать о бурной смеси шутливой и тревожной атмосферы. — Этот мир – не просто сделки и продажи; он может быть частью игры с гораздо большими ставками, чем ты представляешь. Я взглянула на него с долей удивления, понимая, что за его словами скрывались наблюдения и опыт. Истории о художниках и органах власти, завуалированные в мифы о похищенных реликвиях, начали всплывать в моей памяти. Мир антиквариата полон драматизма, и я ощущала себя не совсем в своей тарелке, будто увязла в водовороте его увлечений. — Хорошо, я понимаю, но даже с этим знанием я не могу отступить назад, — произнесла я, давая себе установку. — Я должна довести это дело до конца, независимо от того, насколько оно опасно. За всю свою карьеру я ни разу не терпела поражения и не собираюсь начинать сейчас. Его взгляд стал более серьезным, и я заметила, как он оценивающе смотрит на меня, взвешивая мои слова. Он, похоже, осознавал, что я не просто наивная плутовка, не понимающая рисков. Я была готова бросить вызов ситуации, даже если она была наполнена неизвестностью и предостережениями. — Ладно, я тебя понял, — наконец сказал он, слегка усмехнувшись. — Но учти, что в этом мире ты будешь одна. Я смогу помочь, но только до определенной степени. А остальное — это твоя игра. Слова дяди повисли в воздухе, и я ощутила, как внутри меня нарастает уверенность. Теперь, когда я осознала, какие чувства у него вызвала моя решимость, мне стало ясно, что самая сложная часть игры только начинается, и мне придется действовать на грани возможного. Я знала, что впереди ждут непростые решения, и была готова вступить в бой. — Ну так все-таки, что тебе известно об этих часах? — спросила я, пытаясь сосредоточиться на теме, даже когда внутри нарастало волнение от перспективы, которую открывал передо мной дядя. Я сцепила руки, ощущая кровь, стучащую в висках. Дядя сменил позу и, уставившись на меня, задумчиво потирал подбородок с отросшей щетиной — этот жест всегда означал, что он погружен в мысли. Я знала, что он раздумывает над тем, имеет ли смысл делиться тем, что он знал, или, возможно, что-то лучше оставить в тайне. — Тебе повезло, — наконец произнес он, поднимая взгляд к потолку, будто собираясь с мыслями. — Приди ты на несколько дней раньше, и я бы ничем не смог бы тебе помочь. Однако буквально вчера до меня дошел слух, что часы такой же модели планируют выставить на аукционе. Мое сердце забилось быстрее. Я почувствовала, как надежда заполнила меня. Эти часы действительно могли быть именно тем, что я искала. Я насторожилась, зная, что стоит внимательно отнестись к каждому слову дяди. — А учитывая то, что таких часов едва ли дюжина наберется во всем мире, — продолжал он, его голос тихо и уверенно тянулся в воздухе, — вероятность того, что это именно те часы, которые ты ищешь, крайне высока. Слова дяди на миг повисли в воздухе, как будто я оказалась в пространстве между ожиданием и реальностью. Я пыталась быстро осмыслить информацию, которую он только что озвучил, разбирая каждое его слово. Я знала, что данная редкость будет привлекательна не только для меня, но и для других коллекционеров, что значило, что мне придётся готовиться к конкуренции. — Почему ты не сказал мне раньше? — спросила я, чувствуя, как возбуждение поднималось внутри. —Как ты узнал об этом аукционе? Дядя слегка ухмыльнулся, его выражение стало более легким, как будто он был готов поделиться частью своих секретов. — У меня есть свои источники, — ответил он с улыбкой, указывая на старые книги и заметки, разложенные на столе. — Я веду свои исследования и поддерживаю старые связи. Мир антиквариата — это не только любовь к предметам, — добавил он, — это также умение собирать информацию и замечать детали, которые для большинства остаются незаметными. В этот момент я поняла, что моя решимость идти дальше и раскручивать эту паутину связей может быть мне весьма полезна. Я ощущала, что именно сейчас мне нужно принять активные меры и укрепить свои позиции. Понимание того, что дядя может стать моим союзником, лишь добавляло мне уверенности. — Так, где будет проходить аукцион? — поинтересовалась я, сосредоточив взгляд на нем. Дядя медленно опустил руки, его лицо снова стало серьезным. — Аукцион пройдет в «Lotus noir». Но доступ к нему не так-то прост. Нужен специальный пропуск, приглашение, которое нелегко заполучить. И, как я говорил, за этими часами могут охотиться не только коллекционеры, но и те, кто не остановится ни перед чем, чтобы заполучить их. С каждым новым словом я ощущала, как растёт волнение в душе, но вместе с этим возникало непередаваемое чувство решимости. Я была готова к вызову, и ничто не могло остановить меня на этом пути. Я глубоко вдохнула, пытаясь собраться с мыслями, ведь происходившее вокруг напоминало шахматную партию, где каждая фигура имеет значение, а каждый ход требует тщательной стратегии. — Что нам нужно сделать, чтобы получить доступ к аукциону? — спросила я, пробегая глазами по его лицу в поисках подсказок. Стремление достать информацию его насторожило, но дядя все равно выглядел готовым ответить. Я вспомнила, как он когда-то рассказывал мне о сетях влияния вокруг «Lotus noir». Основная идея состояла в том, что многие антиквары и коллекционеры не прочь поддержать своих союзников, особенно когда речь идет о потенциальной выгоде. Уверенность в возможности создать нужное давление вселяла в меня надежду. Я могла бы использовать связи дяди, чтобы разузнать подробности о предстоящем аукционе. Подъезжая к зданию «Lotus noir», я чувствовала, как адреналин бурлит в венах. С налетом старины и аурой богатства здание, притягивало не только любителей искусства, но и охотников за редкостями. Я должна была оставаться на чеку и быть готовой к самым неожиданным поворотам событий. В этот момент я поняла, что мир, в который я собираюсь углубиться, насыщен не только красотой и элегантностью, но и опасностями, которые обитают в тенях. С каждой минутой, проведенной рядом с этим домом, я ощущала, что этот шаг может стать началом чего-то гораздо большего, чем простая охота за часами. Это могло быть началом игры, в которой ставки будут высоки, а последствия непредсказуемы. Но я была готова на все ради своей цели, ради того, чтобы раскрутить клубок возрастающей интриги, даже если для этого мне придется рисковать всем, что у меня есть. Я сделала шаг в аукционный дом, и мгновенно была поглощена атмосферой роскоши. Это заведение действительно оправдывало статус лучшего в мире; глядя вокруг, я заметила высокие мраморные колонны, витающие потолки с изысканной лепниной и мягкое освещение, исходящее от хрустальных люстр, которые переливались всеми цветами радуги. Зал наполнили экстравагантные предметы искусства и антиквариата, выставленные под внимательным взглядом историй, которые ждали, чтобы их рассказали. Подходя к стойке администратора, я обратила внимание на изящные детали интерьера, начиная с полированных деревянных панелей и заканчивая аккуратными букетами свежих цветов, украшающих каждую горизонтальную поверхность. За стойкой сидела милая девушка с приятной внешностью, ее костюм подчеркивал утонченность, а в глазах читались профессионализм и доброжелательность. — Добрый день, — произнесла я, стараясь не выдать волнения. — Меня интересуют одни часы, достаточно редкие. «Eternal Inspiration», если быть точнее, от Timeless Elegance. Вот их фотография. Я извлекла фотокарточку, на которой красовалось изображение часов, сияющих как звезды на ночном небе. Сложные детали и безупречное качество исполнения давали понять, что это не просто аксессуар, а воплощение самого времени, запечатлённое в золоте и драгоценных камнях. Девушка слегка прищурилась, рассматривая изображение, но вскоре ее лицо напряглось, и она покачала головой. — Ох, нет, — произнесла она с легким сожалением. — Такой редкости у нас нет. Вам предоставили ложную информацию, извините. Словно поток холодного воздуха обрушился на меня, и волна разочарования заполнила внутренне пространство. Но в глубине души я осознавала, что такая реакция была вполне ожидаемой. Этот аукцион был закрытым, предназначенным для избранных, и часы, о которых шла речь, вероятнее всего, находились в руках тех, кто не желал их публичного обсуждения. Чувствуя, что подхожу к пределу ожидания, я решила сменить тактику. — Как странно, — произнесла я, стараясь звучать уверенно. — Разве не сегодня ночью ваш дом проводит закрытый аукцион? На мгновение ее глаза забегали, но она быстро вернулась к прежнему спокойствию. Она знала, что ее место было безопасным, однако я определенно поймала ее в замешательстве. Словно искра зажглась внутри меня, и я продолжила, чувствуя прилив уверенности. — Тогда придется обратиться в полицию и сообщить о краже этих часов и о вашей подпольной деятельности, — произнесла я с чуть заметной ухмылкой, осознав, какой это могло произвести эффект. — Моих знаний и связей будет достаточно, чтобы перевернуть это место с ног на голову. Я заметила, как ее уверенность слегка поколебалась. Она сжала губы и посмотрела на меня с подозрением. Я знала, что исполняю опасную партию, но в то же время это был последний шанс раскрутить ситуацию в свою пользу. — Подумайте сами, — продолжила я, используя каждую долю обаяния и авторитета, что было во мне, — как громко прозвучит новость о том, что в вашем аукционном доме скрываются редкие антикварные часы, а ваши сотрудники отказываются в этом признаваться. Это будет скандал, который испортит репутацию вашего дома, и я уверена, что ни один коллекционер не захочет связываться с подозрительными сделками. Девушка, явно сбитая с толку, медленно наклонилась к телефону на столе, и я заметила, как ее рука слегка дрогнула. Кажется, она осознала, что давление с моей стороны — это не просто шутка. Мне больше не нужно было скрывать свои намерения. Я не собиралась останавливаться на этом. — Мистер Картер, — произнесла она, сжимая в руке трубку телефона, как будто ища поддержки в этом непростом разговоре. Ее голос стал более серьезным, что выдавало ее внутреннее напряжение. — Здесь девушка интересуется часами. Теми самыми часами. Прошло еще несколько секунд ожидания, которые прервал щелчок, с которым кладется телефонная трубка. - Пойдемте со мной, я вас провожу. Есть что-то странное в том, как быстро меня перевели из состояния просто слушателя в важного игрока. Следуя за ней, я попыталась сосредоточиться, стараясь не выдавать свои мысли. Мы поднялись на второй этаж, где луч света пробивался сквозь огромные окна, открывая вид на искрящиеся здания и тротуары, заполненные проезжающими автомобилями. Но сейчас это не имело никакого значения: впереди был кабинет владельца аукционного дома. Дверь открылась, и мой взгляд скользнул по помещению, наполненному атмосферой власти и статуса. За массивным столом сидел статный мужчина, облачённый в строгий костюм. Морщины вокруг глаз говорили о многолетнем опыте, а серебряные нити в его темных волосах подчеркивали серьезность его натуры. Его мужская харизма наполняла пространство и заставляла меня понять, что он — человек, который не потерпит слабости, и его время на вес золота. — Кто вы? — произнес он, его голос был низким и полным уверенности. Он смотрел на меня с любопытством, но в его глазах читалось настороженное отношение. Сразу к делу — это правило, знакомое мне и понятное. — Не имеет значения, кто я такая, — произнесла я с холодной уверенностью, стараясь не выдать волнения. — Главное то, сколько нулей останется на вашем счету, когда репутация «Lotus noir» упадет ниже девятого круга ада. В этот момент крупные фигуры и их деловые схемы больше не имели значения для меня; я решила повернуть ситуацию в свою пользу. Взгляд мужчины стал острым, как лезвие ножа. Он явно не ожидал, что я не буду начинать с прелюдии. Мое прямое заявление остановило его на месте. В воздухе повисло напряжение, потому что каждый из нас знал, что от этого разговора зависит судьба не только моего запроса, но и всей схемы, по которой функционировала эта организация. — Вы мне угрожаете? — его голос стал немного жестче. — Это не та игра, в которую вы хотите играть. Поверьте мне. — Угрожать? — усмехнулась я, чувствуя прилив уверенности. — Я просто ставлю факты на место. Вы, мистер Картер, стоите перед выбором. Или вы предоставляете мне то, что я ищу, или рискуете столкнуться с последствиями, которые могут разрушить не только вашу карьеру, но и сам аукционный дом. Я заметила, как он задумался, прищурившись. Этим Заявлением я бросала вызов не только ему, но и всем, кто был причастен к этой незаконной схеме, где круглые суммы и репутация переплетались в тяжелую массу, способную раздавить неподготовленного человека. Я была готова рискнуть. [1] Черный лотос (франц.)