Скрытые раны

      За окном лил дождь и поэтому Питер с тоской смотрел на залив, понимая, что сегодня останется без ежедневного вечернего патруля. Старк просто не позволит ему покидать здание базы в такую скверную погоду и оспаривать это было бесполезно. Как на зло, Харли уехал к своей маме в Теннесси, чтобы помочь ей с переездом, так что Паркер умирал от скуки. Наташа и Ванда, пригласив Марию Хилл и Пеппер Поттс устроили что-то вроде девичника. Старк улетел в Вашингтон по каким-то рабочим делам, а другим Мстителям было не до Питера. Конечно, он мог пойти и поиграть в бильярд с Баки и Сэмом, но там был Артем, а особой любви к психологу подросток не питал.       — Где Старк, смертный? — Питер даже не вздрогнул, когда за его спиной раздался голос Локи.       — В Вашингтоне, — спокойно ответил Паркер, даже не посмотрев на бога.       Локи громко фыркнул, закатив глаза. Ему был нужен Старк, но его, как всегда, не было на месте. Он посмотрел на парня, который выглядел грустным и даже расстроенным. Не то, чтобы Локи было какое-то дело до страданий какого-то подростка, которого он видел от силы несколько раз и то в бою, но ненависти к этому смертному бог не испытывал.       — Ясно, — сквозь зубы проговорил Локи, осматриваясь по сторонам. И хотя ему давно было позволено находиться на базе, он предпочитал коротать дни подальше от этого места, как и от Нового Асгарда, где все еще руководила Валькирия, — а ты чего такой… эмм… хмурый? — ему потребовалось некоторое время, чтобы найти подходящее слово.       — Тоска смертная, — отметил Питер, смотря на дождь, — хоть в петлю лезь, — он нервно усмехается, не посмотрев на бога.       — Ладно, кто-то еще на базе есть? — интересуется он.       — Да, Сэм и Барнс на втором этаже, — ответил Паркер, проведя пальцами по запотевшему стеклу.       Ничего не ответив, Локи направился на второй этаж. Конечно, он не относился к словам Питера серьезно, но вот поиздеваться над Мстителями ему всегда было в радость. С тех пор, как они смогли победить Таноса его образ жизни стал слишком простым и однообразным, так что вот такие небольшие шалости добавляли хоть какой-то азарт.       — Чего тебе, Локи? — с неодобрением интересуется Барнс, убирая со стола свой кий. Артем и Сэм сидели за столиком у окна и пили виски, болтая о чем-то. Баки от спиртного отказался и продолжил играть в одиночестве.       — Когда вернется Старк? — интересуется он, оглядев собравшихся. Артема он лично не знал, но уже слышал о нем от Стрэнджа, с которым временами путешествовал по разным измерениям. Маг оказался крайне недовольным от общения с психологом, поэтому советовал Локи держаться от этого несчастного бакалавра как можно дальше.       — Не знаю, — пожал плечами Барнс, отойдя от стола и посмотрев на непрошенного гостя, — но не думаю, что раньше, чем завтра.       — Ты можешь остаться в гостевой спальне, — вмешался в разговор Уилсон. Икнув от выпитого алкоголя, он продолжил, — сам знаешь, что тебя никто не прогоняет.       Локи усмехнулся. Да, идея остаться тут на ночь казалась ему неплохой. Тора тут не было и вообще он редко появлялся на планете с тех пор, как спелся со Стражами Галактики, так что никаких конфликтов его пребывание на базе вызвать не должно, ведь остальным Мстителям было на него до фонаря.       — Да, разумеется, — едва заметно улыбнулся Локи и уже собирался покинуть комнату отдыха, как на его лице появилась довольная ухмылка. Он обернулся на Сэма и Артема, после чего добавил, — кстати, тот пацан с паутиной совсем раскис, — отметил он, состроив гримасу полную сочувствия для большей убедительности, — вы бы за ним посмотрели, а то… ну мало ли.       Ему просто хотелось, чтобы спокойный вечер Мстителей закончился прямо сейчас и судя по тому, как во взгляде Сэма появилась тревога. Довольный Локи прошел в гостевую спальню, по пути заглянув в библиотеку за книгами. Он не планировал покидать комнату до позднего вечера, так что ему требовалось что-то, чем можно себя занять.              Когда Локи ушел, Артем и Сэм переглянулись. Стрелецкий был наслышан, что словам трикстера верить нельзя, чаще всего он врет, как дышит и делает все, чтобы кого-нибудь достать или задеть, но сейчас у психолога возникали какие-то опасения насчет правдивости этих слов. Питер в самом деле ходил каким-то подавленным или даже расстроенным уже несколько дней. Это настораживало психолога и оставив пустую рюмку на столике, он направился на первый этаж.       Питер сидел на диване и скучающе смотрел на выключенный экран телевизора. Было какое-то необъяснимое чувство тоски и отчаянья, которое он не мог преодолеть. Вероятно, ему в самом деле стоило поехать к Мэй и провести пару дней с ней. Они итак стали мало общаться в последнее время, особенно после того, как у Мэй завязался роман с Хеппи Хоганом. Да, теперь. когда Питер был частью Мстителей, у него всегда была компания, поэтому отсутствие общения с тетей не ощущалось так остро, как раньше, но он все равно жутко скучал по ней и по тем уютным домашним вечерам, которые у них были.       — Ты в порядке? — Артем рухнул в кресло так резко, что Питер вздрогнул. Он быстро кивнул в ответ и снова уставился на телевизор, — тебе не кажется, что его для начала нужно включить? — иронично отметил Стрелецкий, мотнув головой в сторону телевизора.       — Ах, да, — растерялся Питер. Он порылся в подушках и нашел пульт от телевизора.       — Ты уверен, что в порядке? — в голосе Стрелецкого появилась тревога, которой не было изначально. Он видел, что Питер сильно нервничает, явно опасаясь того, что расспросы психолога не закончатся просто так на пустом месте и Артем будет ждать ответов на свои вопросы.       — Будем считать, что да, — Питер попытался изобразить подобие улыбки, но получилось слишком напряженно. Артем сочувственно покивал ему в ответ, после чего пересел на диван и похлопал Паркера по спине.       — Рассказывай давай, — требовательно просит Артем, не собираясь отступать от начатого. Слова Локи слишком плотно засели ему в голову, да и состояние Питера служило подтверждением того, что бог был близок к правде.       Питер не знал, что ему ответить. Желательно такое, чтобы Стрелецкий как можно скорее оставил его в покое и ушел по своим делам. С другой стороны, парень боялся того, что Артем сочтет его проблему надуманной и не серьезной, а его самого инфантильным плаксой, который не в состоянии справиться со всякой ерундой самостоятельно. Они сидели в тишине слишком долго и Паркеру даже стало не по себе.       — Просто скучно, — попытался отвертеться парень, — все разъехались, а мне просто нечем заняться, — отчасти это было так, хотя Питер понимал, что причина его проблемы лежит куда глубже, но он не был уверен в том, что готов копать в этом направлении.       — Просто скучно? — с недоверием уточнил Артем, посмотрев на парня. Тот только сильнее занервничал, — да ладно, — отмахнулся психолог, снова хлопнув Питера по спине, — рассказывай уже.       — Ну я думал, что моя жизнь будет немного другой, когда я приеду на базу, — пояснил Паркер, с тоской посмотрев на телевизор, где мелькали кадры какого-то рекламного ролика, — а по факту, все те же запреты и ограничения. Все относятся ко мне, как к ребенку.       Питера жутко злило то, что происходило в его жизни сейчас. Он помог спасти вселенную от Таноса, участвовал в масштабной битве и рисковал своей жизнью, но отношение к нему со стороны Мстителей все еще было такое, словно он грудной ребенок, который ничего не может сделать сам.       — Ожидание не совпало с реальностью, — констатирует Стрелецкий, — к сожалению, такое бывает, когда родители или наставники не принимают взросление своего подопечного, но это можно изменить?       — И как же? — скептически уточнил Питер, так как не был уверен в том, что хоть что-то в этом мире может изменить отношение Старка к нему.       — Веди себя взрослее, — пояснил Артем, — иногда важно показать то, что ты достаточно взрослый, чтобы заслужить к себе отношение, как к взрослому. Ну и да, я поговорю с Тони, когда он вернется на базу, — пообещал Стрелецкий, — но ты сам должен делать шаги, чтобы что-то изменить.       — Хорошо, — одобрительно кивает Питер, у которого уже появилась пара идей, как все организовать, — спасибо, — пискнул он, встав с дивана.