Когда-нибудь мы тоже станем звёздами

Шаркающие шаги нарушают гнетущую тишину мёртвой улицы. Вокруг полуразрушенные панельные, многоквартирные дома стоят пустыми и безмолвными. За их окнами — тьма. Внутри остались вещи жильцов: фотоальбомы с запечатлёнными моментами счастья, мебель, которая помнит прикосновения рук и тепло сердец. Каждая комната хранит воспоминания о смехе детей, о тихих вечерах у старого телевизора, о ссорах и примирениях. Но теперь всё это — лишь эхо минувших дней, застывшее в ожидании возвращения тех, кто ушёл навсегда. Панельки повсюду, они скрипят от ветра, где-то падает штукатурка, пугая парня, бредущего по проезжей части. Город Н, некогда бурлящий жизнью, теперь погружён в зловещую тишину. Его улицы, когда-то заполненные смехом и гомоном, теперь окутаны завесой забвения. Время, словно неумолимый враг, стерло с лица этого места все следы человеческого существования. Природа забрала своё: деревья пустили корни под асфальтом, по стенам некогда жилых домов тянутся к небу стволы плюща и вьюна. На окраине города раскинулось кладбище брошенных автомобилей. Их искривлённые кузова, покрытые слоем пыли и ржавчины, словно призраки прошлого, рассказывают о забытых поездках и мечтах. Здесь, среди, в разобранных на запчасти машин, можно почувствовать дыхание времени — оно тихо шепчет о тех, кто когда-то спешил по этим улицам, о тех, кто оставил свои надежды и страхи в этих металлических оболочках. Марки машин давно устарели и канули в прошлое, уступив место новым блестящим авто, которые даже не знают об этом месте. Парень поворачивает голову и рассматривает покрытые пылью кузова, вспоминая некоторые из них по рассказам родителей. Брошено осталось всё. Больница вдали напоминала парню хоррор фильмы, но таких фильмов здесь явно ещё нет. Парень идёт к ближайшему зданию. Уже издалека видно обвалившуюся крышу и тонкий, дрожащие кирпичные стены и огромную труба рядом, которую держит сгнивший металлический каркас. —Что за чёртова дыра... У меня что, проблемы с головой или галлюцинации? Я только что был в лесу... Парень провёл рукой по блондинистым волосам и вздохнул. Вокруг была темнота, хоть глаз выколи, единственным источником света были звезды на небе, которые сливались воедино в зеленоватом свечении млечного пути. Парень шёл и смотрел на небо. Такого неба не увидеть в городе, где фонари и свет фар, засвечивает даже глубокое чёрное небо. —Если бы я мог видеть такое каждый день, то жалко было бы пытаться накладывать на себя руки... хотя видимо я этого и не сделал, раз живой… хах—Ему было сложно оторвать взгляд от неба, а в голосе и мыслях звучало облегчение. Школьная форма парня была на удивление чистая, разве что на белом рукаве под пиджаком была пыль. Его пиджак серый, с заострённым воротником, задняя часть которого была чёрная, а так же маленький ламинированный бейджик с его именем и названием школы на груди. Под ним была чистая и выглаженная белая рубашка с галстуком, заправленным в голубую шерстяную жилетку с чёрной полоской на вырезе. Парень брёл к заводу, пиная ногами в некогда белых кроссовках мелкие камни, поднимая пыль на серые штаны. Он помнит, как вышел из школы с тяжёлой головой, а потом все в тумане. Как он сюда пришёл? Что это за место? Разве такое место существует вообще? Эти вопросы крутилась в голове парня, не давая ему покоя. Подойдя к заводу, парень понял, что здание ещё в более плохом состоянии, чем он видел издалека, но всё же пошёл внутрь. Под ногами захрустел разбитый кирпич, ветки и остатки штукатурки, треск которых разнесся эхом по заводу. Пройдя вглубь между развалин, парень чуть не споткнулся о камень, что заставило его взглянуть не только на небо, но и на землю. Там, среди мусора и остатков здания, была дыра, уходящая на этаж ниже. Заглянув, он увидел огромных размеров серое крыло самолёта. —Ахренеть... Почему тут одно крыло… Где двигатели или что там ещё должно быть..? Он говорил тихо, чтобы вдруг не нарваться на неприятности. Отойдя от дыры, под ногами перестали хрустеть обломки кирпичей, и послышался металлический гул лестницы. —Чёрт.. отсюда и упасть можно...— Парень не успел договорить, когда нога с треском провалилась вниз через ржавую ступеньку. —Бля, бля, бля... больно то как, черт тебя дери. —Хей…? Парень, ты в порядке? Из-за стены выглянул мужчина в чёрной маске на половину лица. В темноте не было видно его лица. Минхо не выглядел обеспокоенным, скорее удивлённый, пока оглядывал школьную форму на парне, который явно был напуган. Парень промолчал и попытался вытянуть ногу из ступеньки, с шумным вздохом он освободил ногу, порвав штанину и порезав об острые металлические прутья руку и ногу. Удержать равновесие довольно тяжело на узкой и хлипкой лестнице, поэтому следующее что увидел Минхо, то как смесь школьной формы и человека покатилась по лестнице вниз с грохотом и стоном. Минхо сунул руки в карманы спустился к парню, который явно не чувствовал себя хорошо, и увидел бейдж с именем на сером пиджаке школьника. —Хан Джисон, да... никогда тебя здесь не видел.—Хо изогнул бровь, не понимая как здесь мог оказался ребёнок—Ты конечно эпично пролетел сейчас, больно? Хан поднял голову, с негодованием смотря на старшего, и начал демонстративно подниматься, стараясь выглядеть спокойным, несмотря на боль в ноге. —Я в порядке так что... —Идти нахрен своим путём?—Минхо с насмешкой договорил за Ханом. —Умный, да? Вот и молодец. Я пошёл.— Хан хромая развернулся, намеревался уйти. Доверия к внезапно возникшему незнакомцу не было, оно и понятно. Какой мужчина в здравом уме будет сидеть на заброшенном заводе? —Странный парень.. эх, но долго не протянет, такой хиленький и самоуверенный идиот. — Пожав плечами Минхо двинулся к другому выходу.

***

Хо шёл по улице и подбрасывал баллончик с краской в воздух, а затем ловил. Он шёл через старые дворы и многоэтажки. Тропинка постепенно зарастала травой, но местные уже давно ориентировались здесь и без видимых знаков. По правую руку девятиэтажный панельный дом, серый, с взбитыми окнами, осколками лежащими на на траве. Под ногой Минхо хрустнул один такой и вывел его из мыслей. Встряхнув головой, он обернулся и понял что уже близко к своему дому, точнее пустой панельке, в которой он занял одну квартиру и жил там. Придя домой, он просто ляжет спать, чтобы не думать ни о чём.

***

Хан Джисон за ночь, точнее за несколько часов, уже потерял счёт времени из-за бесконечного ночного неба, успел обойти весь близлежащий район. В поисках выхода, ведь "Я же как-то пришёл… значит, должен как-то уйти" Думал он, наворачивая уже третий круг вокруг района вдоль проезжей части. —Чёрт, ничего не понимаю. Я же пришёл сюда как-то, значит надо найти то место..—Он раздражённо пнул жестяную банку ногой, которая продолжала болеть и ныть.— И вот я опять здесь.. Уже знакомый завод отбрасывает тень от звёзд на Хана, пока он подходил. После долгого времени без еды и воды, сна и уже нескольких часов на ногах, хотелось спать. Джисон прошёл через развалины завода, надеясь что того старшего мужчины уже не будет здесь, и наконец-то наткнулся на пыльную коморку. Хромая, он спустился к комнате и открыл дверь. —Хотя бы так ... Хан опустился на пыльный диван, и устало потёр лицо руками. Он помнит, как вышел из школы и пошёл в неизвестном ему направлении, а дальше… а дальше он уже бредёт по улице. Несмотря на странность ситуации, он слишком устал, чтобы об этом думать. Тихий скрип дивана разносится по коморке, когда Джисон ложится на него, подкладывая руки под голову на подлокотнике, он засыпает

***

В Городе Н особые правила. Ночь может длиться от часа до нескольких дней. Жители просто спят, пока не выспаться, а дальше уже живут и занимаются своими делами. Минхо потягиваясь, встаёт с кровати и сонно собирается на завод, там его граффити которое он хочет и должен дорисовать, но на это уходит слишком много времени. Проверив пейджер на отсутствие сообщений, он спокойно накидывает рюкзак с баллончиками краски на плечо и выходит из квартиры. Быстрые шаги по лестнице и вот мужчина вдыхает чистейший воздух и размеренным шагом идёт между домов уже знакомым путём. По ночному небу разлита река звёзд, плавно меняющая свой цвет из оттенков зелёного на мягое розово-фиолетовое свечение. Ветра почти нет, лишь редкий порыв прохладного воздуха ю колышет чёрные волосы Минхо, которые он тут же пальцами зачёсывает назад. Он привык здесь жить, уже не думал о выходе из города Н. Красота неба завораживала его каждый раз. Под обувью мужчины захрустел битый кирпич, значит он на месте. Он аккуратно поднимается по металлической лестнице, смотря на дыру от ноги Хана, которого он встретил некоторое время назад. —Этот школьник, скорее всего уже где-то умер. Слишком упертый и тупой. В этот же момент он слышал громкий удар, который содрагает ветхие стены здания. Хо кладёт рюкзак на ступеньки и спускается обратно, чтобы найти источник шума. Он осторожно открывает дверь коморки, где некогда отдыхали рабочие завода, и видит картину маслом... Хан Джисон, пока вставал не удержался на больной ноге и повалился на стопку старых окон и дерева рядом с диваном и сейчас сидел на грани слёз, пока в его ноге торчал осколок от разбившегося окна. —Хей, ты, что здесь делаешь, ребёнок? Ты как…?— Его взгляд падает на ногу парня и кровь. Воспоминания о своём прошлом сразу бьют в голову Хо, но переборов себя он подбегает к парню—Сиди и не двигайся. —Опять ты?! Остань! Я сам справлюсь!— Парирует Хан, хотя у самого дрожат голос и губы, от боли. Хотя он и сам понимает, что появление мужчины ему на руку, но всё равно не хочет принимать помощь. —Шкет... у тебя в ноге стекло, так что позволь помочь, если не хочешь умереть от инфекции или потери крови— Мужчина конечно преувеличивать, но по округлившимся глазам парня, понимает, что попал в точку— Убери руки от ноги. Хан закусывает губу, стараясь не плакать от боли и беспомощности, но всё же убирает руки от ноги и отворачивается. Минхо снимает платок, которым он обычно закрывал нос и рот во время рисования, беря его в одну руку, а другой продвигает ногу мальчика ближе, чтобы осмотреть. —Ты видимо в рубахе родился, Хан. Осколок вошёл глубоко, но не задел ничего важного. Хан испуганно смотрел на осколок, который был с его руку. Когда руки мужчины находились уже почти на окровавленной ноге парня, тот отдёрнул ногу, не давая Минхо помочь. Но Хан тут же пожалел о своём резком движении и слёзы хлынули по его щекам. —Совсем дурак, зачем дернулся?— Хо недовольно покачал головой, пока его терпение истощалось с каждым движением Хана— Если продолжишь дёргаться, я уйду—Хо был серьёзен, ведь он не был терпеливым и явно не питал особой симпатии к плачущим детям. —Вот и уходи! Мне больно и не нужна твоя помощь!—Хан прокричал сквозь слезы, упираясь и отворачиваясь от Хо. Минхо и правда хотел уйти и даже встает, делая шаг назад, от раздражения на его лбу вздулись вены, но он не мог оставить все как есть, поэтому остался лишь один вариант. Минхо садится на корточки спиной к Хану, закидывает его руки себя на шею и подхватывая того за таз чтобы парень не смог вырваться. Хо делает несколько шагов к выходу из коморки. —Ты что творишь!? Опусти!— Джисон пытается отбиться от мужчины, дрыгает ногами как маленький ребёнок и отталкиваться, однако Минхо суёт ему в руки свой портфель и, поправляя положение парня на спине, идёт в выходу с заброшенной фабрики. Пока Джисон ругается матом и продолжает сопротивляться, каждый раз ойкая от боли в ноге, в Минхо горит желание просто сунуть парню в рот тряпку, которую он так и не повязал на кровоточащую ногу школьника, чтобы тот замолчал. Минхо уже третий раз вынужден идти по этой тропе от завода домой, только теперь с большим ребёнком на плечах. —Шкет, тебе лет то сколько? Ревёшь и дрыгаешься как девочка в песочнице—На эту насмешку Хо, Хан закатывает глаза и фыркает. С протяжным скрипом открывается тяжёлая железная дверь подъезда. Минхо, придерживая её ногой, заходит в тёмный подъезд давно заброшенной панельной многоэтажки. —Мне семнадцать. И я не просил о помощи, поэтому не называй меня девчонкой!— Он попытался ещё раз вывернуться, но хватка Минхо была сильнее. Тишина многоквартирной панельки была нарушена тяжёлыми шагами Минхо, который нёс на спине Джисона, ступая вверх по лестнице. Открыв дверь, в нос Джисона ударяет запах сигарет и еды, а живот сразу урчит от голода. Пока мужчина несёт Хана в комнату, тот не успевает рассмотреть планировку, но то что это явно странное помещение, приходит ему в голову сразу после нескольких шагов. —Семнадцать? Выглядишь на четырнадцать и ревёшь также. Может лучше тебе ногу просто обрезать? Ну, чтобы не мучался—Минхо расплылся в хитрой, чутка угрожающей улыбке и положил парня на диван, точнее бросил, ведь после приземления Хан болезненно застонал, когда его зад пересчитал каждую старую пружину в диване. —А можно было как-то по-аккуратнее?—Хан потёр поясницу с негодование смотря на Минхо, который внезапно наклонился к Джисону—Хей хей! т-ты что делаешь...? Минхо загадочно ухмыльнулся, мысленно собираясь немного поиздеваться на парнем, и наклонился ещё ближе — а теперь молчи...