Доверие

Эдди сегодня весь день ходил хмурый, часто поглядывая на Стива и ходя за ним, но совсем не разговаривая. В конце концов, чуть позже обеда, Харингтону это окончательно надоело, поэтому целенаправленно повернулся к Мансону, пришедшему за ним тенью на кухню. — Эдди, — позвал он, по обыкновению уперев руки в бока, из-за чего тот от неожиданности округлил глаза, уставившись на своего парня. — Что случилось? — а затем заломил брови от переживания. — Ты сегодня сам не свой. Мансон нахмурился ещё больше, задумавшись на минуту, а затем выдохнул и поднялся с места, осторожно подходя к возлюбленному, который, кажется, расслабил позу. Он медленно взял его за руки, и Стив почувствовал, насколько Эдди напряжён, поэтому стал легко поглаживать его ладони. — Всё в порядке, Эдс, — зашептал Харингтон, тепло улыбаясь. — Я рядом. Ты можешь доверится мне. Я не обижу. Когда Мансон стал вампиром, то первое время боялся вообще всех, переживая за то, как к нему теперь отнесутся, особенно ещё сам не зная своего тела. Со временем у него появились доверенные люди, но он до сих пор боялся сделать что-то не так даже перед ними. Стив был самым близким, одним из первых, узнавших кто он, и пока единственный, знающий все особенности организма своего парня, которые тот знал сам. Эдди глубоко вздохнул, выдохнул и прислонился своим холодном лбом к тёплому, прикрывая глаза, чтобы успокоиться. Харингтон внимательно следил за всеми его действиями, пытаясь разъяснить, что же случилось и что делать. Спустя минуту, моргнув, он увидел летучую мышь, сидящую у него на ладони, вместо Мансона, держащегося за неё. Малышка смотрела на него большими, кажется, напуганными глазами-бусинами, совсем не двигаясь некоторое время. — Эдди? — удивлённо спросил Стив и осторожно поднял вторую руку к животному, но пока не дотрагиваясь. Мышка дёрнулась, отскакивая в сторону, чуть ли не падая с широкой ладони. Она не даст кому попало трогать свою легко повреждаемую кожу, чтобы потом умереть. — Эдс, — ещё раз позвал парень, успокаиваясь, замечая, как ушки зверька дёрнулись, улавливая форму имени. — Всё хорошо. В этот раз он попытался плавно коснуться животного, и то далось ему, слегка отворачивая голову в сторону, чтобы скрыть мордочку. Харингтон как заворожённый наблюдал за своими действиями, ведь не знал, что его парень так умеет, размышляя. — Как давно ты узнал? Мышь издала звук, подобный фырку, и Стив усмехнулся. Кажется, Эдди не собирается давать ответ на этот вопрос. Простояв так ещё какое-то время, Харингтон заметил, что зверёк стал тихо, чтобы не обратили внимание, переползать вниз головой, схватившись за один его палец. Метнув взгляд в окно, он понял, что сейчас полдень, а это значит, что летучая мышь хочет спать, поэтому так местится. — Эдс, если ты будешь так спать до вечера, то у меня сильно устанет рука, — напомнил Стив, и Мансон тут же вскарабкался обратно, крепко прижимая крылья к себе, защищаясь, из-за чего тот вздохнул. — Ты же помнишь, у меня над кроватью есть такая перекладина? Тот понял намёк и, раскрыв крылья, оттолкнулся в воздухе, начиная пропульсию в сторону комнату своего парня. Харингтон тут же последовал за ним, внимательно наблюдая. Когда он зашёл в комнату, зверёк уже висел вниз головой рядом с книжной полкой, обняв себя своими лапками. Кажется, Стиву нужно остаться здесь до тех пар, пока не стемнеет, поэтому он взял начатую вчера книгу с прикроватной тумбочки и открыл её на последней страницы, начиная читать. Хотя, всё время до заката он размышлял о сильном доверии своего партнёра в свою сторону, что очень сильно согревало.