Переписки и ревность

Сегодня был вечер готовки. Да, не надо удивляться, что они регулярно вносили в свой план отдельную графу для этого, несмотря на то, что девушки как минимум могли питаться в дорогих ресторанах до конца своих дней, даже если будут съедать по десять приемов пищи ежедневно. Тем не менее, совместное приготовление дарило то чувство единения, которого иногда так не хватало в череде рутины. Завтра у Лютор с Дэнверс годовщина — пять лет, как они знакомы. Да, не сильно пафосно, но, учитывая, сколько всего они пережили за это время, год идет за десять. Ну и год официальных отношений, конечно. Но они так долго находились на той грани передружбы недоотношений, что эта цифра кажется оскорбительно маленькой. В любом случае, завтра будет хороший день. И вот сейчас Лена и Кара стояли на просторной кухне, освещаемые мягким светом лампы, пока по комнате разносился приятный запах готовящейся пищи. На фоне играл плейлист из любимых Карой песен Тейлор Свифт, и Лена изредка тайком едва слышно подпевала, хотя она, конечно же, не любит Тейлор Свифт. Эта музыка просто не в её вкусе. Да и петь она не умеет, что уж говорить. Тем не менее, лицо Кары каждый раз озаряла улыбка, когда до её чутких ушей доносились слабые звуки, исполняемые Лютор. Если Лена и фальшивила, то Дэнверс не заикалась по этому поводу совершенно. По правде говоря, она считала, что все звуки, издаваемые Леной, были очаровательными. Дэнверс пританцовывала, качая бедрами, и Лена соврала бы, если бы сказала, что не отвлекалась периодически на эти покачивания. Такие наблюдения можно считать травмоопасными, учитывая, что в руках у Лютор был нож для мяса. Кара буквально светилась от счастья. Конечно, ведь сейчас рядом с ней были две любимые её вещи: еда и Лена. Вернее, Лена и еда. Безусловно, Лютор вставала на первое место во всех списках. У генерального директора же списков вообще никаких не было. Даже пытайся она их составить, все они состояли бы из одного-единственного пункта, который крутился сейчас на кухне в такт музыке рядом с ней, изредка подворовывая крабовые палочки из салатницы. Да, Лена была счастлива в этот момент. Как и каждый день на протяжении последнего года. Неожиданно телефон Дэнверс, который лежал на столешнице между девушками, ожил, и на экране появилось уведомление о новом сообщении. Лютор рефлекторно повернула голову и уже было потянула руку, чтобы взять телефон и передать его своей девушке, как Кара буквально подлетела к ней и подхватила гаджет раньше, чем Лена вообще успела до него дотронуться. Всё, что успела увидеть Лютор, было: У меня в арсенале много чего есть) Как ты смотришь на… И это даже не потому, что Кара слишком быстро забрала телефон. Просто больше не влезало в строку уведомления, и нужно было заходить в мессенджер, чтобы прочитать продолжение. Но даже не это насторожило подсознание Лены. А имя пользователя. Вернее, его отсутствие. Вместо имени, прозвища или ещё чего-либо стоял обычный смайлик. Смайлик цветочка. Кому Кара может поставить цветок на имя контакта? Обычно она использует забавные прозвища для близких и друзей. Например, Уинн у нее был Компьютерным гением, Джеймс — Душный Громила (и это потому, что он в какой-то из дней сказал Каре, что соревноваться с ней, кто больше выпьет на скорость виски, попросту нечестно. Конечно, Дэнверс не учитывала, что земной алкоголь её не берет), а Алекс — просто Мелкая. Это прозвище постоянно вызывало негодование у Дэнверс-старшей, потому что она как бы… была старшей? Но Кару это мало волновало, она просто любила подкалывать свою старшую сестру, ссылаясь на то, что она выше той на пару сантиметров. Сестры даже провели эксперимент, пригласив в качестве непредвзятых судей Лену и Нию. По десять раз перемерив рост обеим девушкам (буквально десять раз), все пришли к выводу, что Кара немного выше. Но эти 1 сантиметр и 2 миллиметра теперь выбешивают Алекс каждый раз, когда она видит собственный никнейм в телефоне Кары. Лена же была забита у Дэнверс как ЛЛ с сердечком. Непосвященные догадывались, что это просто Лена Лютор. Однако сама генеральный директор уже давно выпытала у Кары, что это было «Любимая Лена», а не обычные её инициалы. Но вот одинокий эмодзи Лютор видела впервые. Это заставило её озадаченно поднять глаза на блондинку, которая что-то быстро печатала в ответ, максимально отвернув экран от Лены. Такого раньше не было… Лютор нахмурила брови: — Всё хорошо? Что-то случилось? Кара дернулась, словно только что вспомнила, что Лена стоит рядом, да так, что чуть телефон не выронила. Что ж, Дэнверс выглядела нервной. Вернее, более нервной, чем обычно. Потому что рядом с Леной блондинка частенько нервничала, особенно в самом начале их знакомства. Иногда забывая слова или буквы. Но видеть Кару такой, как сейчас… Это настораживало. — Да! То есть… нет, не случилось. Просто по работе! — Лютор конечно же не будет обращать внимание на то, что тон Дэнверс был на несколько октав выше её привычного голоса. — Ты же в курсе, что мы работаем вместе? — брюнетка остановилась в нарезке курицы и подняла одну бровь, посмотрев на свою девушку. — Да, но… Это… — голубой взгляд бегал по кухне. В поисках отговорки. — Это новый проект, который ещё не утвердился. Меня просили не говорить… Да, новый проект. Конечно. Учитывая, что в ДЭО всего три источника новых проектов: Алекс как директор, Уинн как главный изобретатель. И сама Лена, как внештатный консультант и просто гений. Лютор вернулась к готовке, помешав овощи на сковороде: — Хорошо, дорогая… Она просто надумывает слишком много. Ей срочно нужно отключить мозг. Иначе она сделает из мухи не то что слона, а космолет в другую галактику. В который потом в целом можно будет сесть и отправиться на поиски собственной кукухи. От изумрудного взгляда, конечно, не укрылось, что когда Кара закончила печатать сообщение, она положила телефон на свою сторону. Вне досягаемости зрения Лютор. Лена, остановись. Это всего лишь эмодзи в имени. Обычный цветок. Может, они играют с коллегами в феечек Винкс, и это просто Флора? Среди всех возможных вариантов, которые спавнились сейчас в гениальном мозгу, это был единственный, который устраивал Лену. Девушки продолжили готовить, будто ничего не произошло. Генеральный директор даже почти смогла отвлечься, смеясь и слушая мелодичный голос Кары, когда она поднесла лопаточку для сковородки к лицу, изображая своеобразный микрофон, подпевая музыке на заднем фоне. В конце концов, какая разница, кто как записан в контактах, верно? Это же просто для удобства. Лена совсем успокоилась, закончив обжаривать курицу с овощами и выключая сковороду. Дальше по плану был ещё один салат, пока Кара доделывала свои фирменные стейки. Когда Лютор подошла к холодильнику, чтобы взять продукты для следующего блюда, дисплей телефона Дэнверс вновь вспыхнул, озаряемый новым уведомлением. Лена не хотела читать сообщение, но глаза сами собой пробежали по строчке… Ладно, кого она обманывает? Она хотела прочитать это сообщение, особенно заметив, что оно снова от того же контакта с цветком вместо имени. О, дорогая… Как скажешь. Тогда может попробуем… Волна ревности захватила Лютор с новой силой. Но прежде чем она успела бы подойти и прочитать дальше, Кара на суперскорости забрала телефон, снова отворачивая экран от брюнетки. Какого хрена? Никто не смеет называть Кару «дорогая». Никто. Кроме самой Лены, разумеется. Это обращение вошло в их общение примерно с третьей их встречи и больше не выходило. И Лена с наслаждением до сих пор отмечала, как Дэнверс растекалась и таяла, когда генеральный директор называла её «дорогая». А теперь какой-то контакт с цветком вместо имени так к ней обращается. К девушке Лены Лютор, вообще-то. Может, она ошиблась номером? Или вообще не знает, кому пишет? Реакция Дэнверс говорила об обратном. Скрывание телефона, хотя до этого Лютор спокойно могла подойти к Каре и прочитать её переписку с любым человеком. Как и Дэнверс могла сделать то же самое. Просто потому что у них не было больше секретов друг от друга, они и так слишком много потеряли из-за всех тайн, что были между ними с самого начала. Сейчас же криптонка скрытничала так, словно у нее был тайный роман с кем-то на стороне, который она тщательно (не очень уж, если быть честными) скрывала. Нет, Кара не может так поступить. Она бы никогда не сделала этого. После всего, через что мы прошли… Лена, ты просто тупица. Хватит надумывать на Дэнверс то, чего она не способна совершить. Это беспочвенные обвинения. — Хэй, всё хорошо? — Кара обеспокоенно посмотрела на брюнетку, уже отложив телефон. Оказалось, что генеральный директор так и застыла перед открытым холодильником, прижимая к себе стебельки салата и уставившись на полку с сыром, зарывшись в собственные мысли. — Да, всё просто чудесно, — Лена достала оставшиеся продукты и закрыла дверцу холодильника. Громкий хлопок оповестил всех в помещении, что Лютор не в духе. Учитывая, что холодильником в целом хлопнуть довольно тяжело. — Любовь моя, ты точно в порядке? — это обращение как бальзам на душу, в которой сейчас поднимался целый шторм. — Если ты устала, мы можем перенести готовку или вовсе остановиться. Или хочешь я сама закончу, а ты просто побудешь рядом и отдохнешь? — Нет, всё хорошо. Я в норме, дорогая, — последнее слово было произнесено с нажимом, будто Лена закрепляла за собой единоличное право так называть Кару. Дэнверс же лишь вопросительно подняла бровь, но вернулась к своим стейкам, которые начали немного дымиться, пока она отвечала на сообщения. Кара сказала бы мне, если бы у нее появился кто-то, верно? Мы договорились, что больше никаких тайн… Мысли Лютор снова завели её в те дебри, в которых она не хотела находиться. Поэтому она помотала головой, отгоняя все эти думы подальше. — Милая, ты не могла бы посмотреть рецепт на моем телефоне? Я не помню, что нужно ещё добавить в соус… Лютор, словно в каком-то трансе, вытерла влажные руки полотенцем и, обойдя Кару, взяла в руки её телефон. Включила. На экране появилась их совместная фотография, которую Дэнверс сделала в одну из их поездок на задании. Это каждый раз грело сердце Лютор, как и сейчас. Но вновь появившееся сообщение заставило темные брови сойтись на переносице, потому что: Ни слова больше, Дэнверс-соблазнительница. Хочу тебя… Лютор бросает телефон обратно на столешницу (втайне желая разбить гаджет вдребезги. Она способна купить своей девушке новый) и гневно смотрит на Кару, которая, ничего не подозревая, продолжает возиться со сковородкой. Но от громкого звука поворачивает голову в сторону разгневанной брюнетки. — Какого хрена, Кара? Дэнверс хмурится, не совсем понимая, что происходит. — Что случилось? Телефон разрядился? Я добавила не тот ингредиент? Ты не любишь перец? — Что? При чем тут готовка? — А что тогда? Кара осторожно откладывает приборы в сторону и выключает сковородку. Что бы ни разозлило Лену, ей кажется, что разговор будет длиться дольше, чем осталось жариться стейкам. Крылья носа генерального директора раздуваются в гневе. Настолько откровенные сообщения не могут быть двусмысленными. Как давно это у них? Неужели она была настолько слепа, чтобы не замечать? Или это началось недавно? Как Кара могла?.. — Кто тебе пишет? — решив не ходить вокруг да около, напрямую спросила брюнетка. Кара замялась: — Я же говорила, это по работе… — По какой работе, Кара? Я знаю все проекты, которые ведутся или планируются в ДЭО. Не смей врать мне, ты знаешь, я ненавижу это. — Я не могу тебе сказать, Лена, — Дэнверс потупила взгляд, теребя низ своей домашней футболки. — Почему? Потому что некто, кто называет тебя «дорогая», теперь хочет тебя отыметь? — Что? — Кара подняла глаза, полные непонимания. Она пропустила какую-то значительную часть своей жизни? — Если у тебя появилась любовница, могла бы сказать мне напрямую, а не прятаться вот так! — Лютор махнула рукой в сторону телефона, желая выплеснуть хоть часть того гнева и ревности, что бушевали сейчас внутри. — Лена, о чем ты говоришь? Какая любовница? — кажется, в голове Дэнверс начал складываться паззл. — Та самая, которая пишет тебе весь вечер, якобы по работе. Не держи меня за идиотку, Супергёрл. Какого черта происходит? О, это точно очень плохо. Обычно Лена называет Кару Супергёрл только тогда, когда она сильно чем-то недовольна. Ну или во время ролевых игр, но это явно не тот случай. С минуту Кара смотрела на Лютор, не моргая. Генеральный директор буквально могла видеть, как в голове блондинки вращаются шестеренки, складываясь в единый механизм. А затем Дэнверс просто… засмеялась? Лена не верила своим ушам. Она сказала что-то смешное? — Рао, Лена, я тебя обожаю. Я никогда не пойму, как твой гениальный мозг работает, чтобы придумывать такое. Увидев, что Лютор не разделяет её веселья, облокотившись бедром на столешницу и скрестив руки на груди, Кара быстро успокоилась. А затем, улыбаясь, спросила: — С чего ты решила, что у меня есть любовница? — У тебя новый контакт без имени, с цветочком. Ты никому не ставишь эмодзи на имена! К тому же, она назвала тебя «дорогая». Никто не называет тебя так, кроме меня, — изумрудные глаза опасно сверкнули гневом. — Ах, да, а ещё она сказала, что хочет тебя. Я что-то забыла? Сарказм так и лился из уст Лютор. Её точно держали за идиотку. Смотря на сияющее лицо Дэнверс, Лена не могла понять, что происходит. Неужели Кара настолько счастлива, что теперь не придется скрываться? — Ты моя гениальная глупышка, — ласковое обращение сбило с толку, когда Кара потянулась к отброшенному телефону, чтобы разблокировать его и протянуть Лютор. Вопросительно посмотрев на свою всё ещё девушку, Лена приняла гаджет, опустив глаза. Это была та самая переписка с цветочной девушкой. Только с самого начала. Кара: Эби, привет! Слушай, мне нужна твоя помощь. Хочу сделать Лене сюрприз) ✿: Привет, Кара! Да, конечно. Что именно тебя интересует? Кара: хотелось бы чего-то необычного. Букеты уже приелись. Что можешь предложить? ✿: У меня в арсенале много чего есть) Как ты смотришь на корзинки вместо букета? И простоят дольше, и что-то новенькое. Кара: Звучит интересно! Есть примеры? Дальше следует несколько фотографий красивых корзинок с цветами, которые Лютор пролистывает, даже не глядя. Кара: Красота! Мне нужна самая дорогая! Лена заслуживает только лучшего… ✿: О, дорогая… Как скажешь. Тогда может попробуем эти? Дальше ещё несколько фотографий разных наборов цветов, уже более разнообразных и массивных. Кара: А есть комбинация из роз с ландышами и ещё чем-нибудь? ✿: Ого, вот это запрос! Почему именно они? Кара: Просто увлекаюсь языком цветов. ✿: Ты первый человек, который действительно этим интересуется. Что же ты вычитала в интернете? Кара: Розы — это искренняя любовь и страсть, а ландыши использовались раньше для предложения руки и сердца. ✿: Ни слова больше, Дэнверс-соблазнительница. Хочу тебя предупредить, что за ландышами крайне тяжело ухаживать. Но если у тебя действительно такие серьезные намерения, я готова сделать индивидуальный заказ специально для тебя. Лена подняла глаза на сияющую и немного смущенную Кару. Она была такой тупицей. Все патенты и награды можно было выкинуть в мусорку, потому что из-за своей «гениальности» она только что чуть не разрушила собственное счастье. — Так это всё… — Лютор даже не знала, что можно тут сказать. Теперь всё стало на самом деле очевидным. — Я просто хотела сделать тебе сюрприз, Лена, — Кара смущенно улыбнулась, пока её щеки очаровательно розовели. — Ты знаешь Эбигейл из цветочного напротив, поэтому я вбила её с помощью смайлика. Чтобы сохранить интригу. Девушки усмехнулись. Эта интрига чуть не привела к серьезному скандалу. — Прости, Кара. Я такая дура, — Лена отложила телефон и закрыла лицо руками, качая головой из стороны в сторону. Девушка почувствовала, как сильные руки обняли её и крепко прижали к себе, успокаивающе поглаживая. — Всё хорошо, — где-то над ухом мягкий голос Кары обволакивал, как теплое одеяло. — Но я испортила твой сюрприз, — Лютор виновато подняла глаза, чтобы заглянуть в спокойные сияющие океаны. — Ничего страшного, Лена. Главное, чтобы тебя больше не терзали сомнения и предположения, — Кара подняла руку и провела пальцами по щеке любимой. — Я никогда тебя не предам, Лена Лютор. Легкое прикосновение мягких губ к её губам, но столько чувств и невысказанных признаний было в этом поцелуе. Кажется, генеральный директор никогда не привыкнет к прикосновениям Кары, а её ноги всё так же будут подгибаться каждый раз. — К тому же, — Дэнверс отстранилась, а на её губах появилась дразнящая усмешка, — ты очень сексуальна, когда ревнуешь. Возобновленный поцелуй, на этот раз более влажный, чем предыдущий, и Лена уже не может сдерживать собственные звуки, несмотря на то, что музыка давно поставлена на паузу. Все мысли улетучиваются из головы с той же скоростью, с какой Кара переносит их в спальню. Ужин остался забыт на плите. Хорошо, что Дэнверс выключила сковороду. Только глубокой ночью после нескольких (десятков) признаний в любви и обещаний, Лена вспомнила про часть переписки, где фигурировали ландыши. Осознание прострелило мозг, словно пуля. Ландыши использовались раньше для предложения руки и сердца. Но на этот раз Лютор решила не бежать впереди паровоза, а дождаться, когда что-то действительно произойдет. Но она уже знала, что в любом случае ответит согласием.