«Vincere per te» Побеждать ради тебя

В тот день всё стало вдруг иным,

Как будто мир открыл мне свой секрет.

Тайны, скрытые, шептали мне в лицо,

И я, не зная как, пошла за ними в свет.

Чувства новые пришли, как странный дождь,

Неизведанные, будто в первый раз.

И сердце бьётся, в страхе и любви—

Теперь оно живёт, как в последний раз. Елиса Верковская.

Глава 1

"Ты будешь искать меня" Улица пылала огнями вывесок, музыка доносилась из открытых дверей бара, в который мы с Марком зашли на очередной «обычный вечер». Он заказал нам напитки и, как всегда, говорил о своей работе. Я кивала, изо всех сил стараясь не замечать, как взгляд тёмного брюнета с другого конца зала прожигает мне спину. Я уже видела его раньше, но почему-то сегодня он смотрел иначе. Словно ждал чего-то. Или предлагал. — Ты слушаешь меня, Елиса? — голос Марка вывел меня из мыслей. — Да, прости, задумалась. Ты что-то говорил про проект? — попыталась я сгладить неловкость. Но мои мысли снова ускользнули. Когда я обернулась, Марка уже не было рядом — он пошёл к стойке за новым коктейлем. А брюнет в это время подходил ко мне. — Не знал, что ангелы ходят по барам, — его голос был низким, почти гипнотическим. Я выдохнула и заставила себя ответить спокойно: — Только если им становится скучно. Он улыбнулся, и я почувствовала, как мои руки невольно сжались. В его взгляде было что-то слишком опасное, слишком уверенное. — Тогда тебе повезло, я умею развлекать. — Не сомневаюсь, — ответила я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. В этот момент вернулся Марк, и брюнет отошёл, оставив за собой только лёгкий аромат дорогого парфюма. ***** Когда я вернулась домой, мне казалось, что воспоминания о нём не покидают меня, как странное мучительное привидение. Я чувствовала, что он где-то рядом, даже если его не было в моей жизни. Его слова не покидали мой разум, и чтобы отвлечься я взяла свою сумку. Я искала телефон, но нащупала что-то твердое и странное. Это был кусок чёрной бумаги, который я не могла вспомнить, когда положила. Открыв её, я обнаружила письмо — простое, без каких-либо пометок или адреса. Лишь одна строка, написанная ровным, красивым почерком: «Ты будешь искать меня. Луциан» Сердце остановилось на мгновение. Я не могла понять, что это. Почему его имя? Почему оно оказалось в моей сумке? Я не помнила, чтобы когда-либо видела этот конверт, и точно не могла вспомнить, кто мог его туда положить. Письмо не было адресовано мне напрямую, но в нём было что-то настолько личное, что ощущение нарастающего напряжения захлестывало меня. Кто-то знал, что я буду искать его — что я буду искать Луциана. Я закрыла письмо и прочно зажала его в руке. Даже если это было нелепо, я знала одно: его имя теперь было в моей жизни. И не только в моём разуме, но и в самом сердце этой истории. Прошло несколько дней, но я всё ещё не могла выкинуть из головы тот взгляд. Он был… другим. Пожалуй, впервые я почувствовала, как передо мной стоит кто-то, кто знает больше, чем я. Кто-то, кто не боится подойти слишком близко. После того вечера я пыталась не думать о Луциане. Его имя, конечно, было мне не знакомым, но его взгляд был настолько сильным, что казалось, он оставил след в моей душе, и будто мы с ним давно знаем друг друга. Я попыталась убедить себя, что это всего лишь случайность. Он — просто мужчина, заигрывающий в баре. Но то, как он смотрел на меня… не было похожим на обычное любопытство. В нём было что-то большее. Что-то, что я не могла понять, но отчаянно хотела разгадать. — Ты задумалась, Елиса? — Марк положил руку мне на плечо, вырвав меня из мыслей. — Нет, просто устала, — ответила я, заставив себя улыбнуться. Он был рядом, и всё было так, как всегда. Но внутреннее беспокойство, которое я чувствовала, мешало мне сосредоточиться. Почему я думала о Луциане, а не о Марке? Что это было за ощущение? __________________________________________ 2 недели спустя После очередного дня на работе, я не могла нормально сосредоточиться. Я не заметила, как уже поднялась на 7 этаж. Открыв дверь, я сразу почувствовала запах ужина, который Марк, как всегда, готовил с удовольствием. Но даже этот знакомый аромат не мог скрыть того, что я была далеко не в порядке. Я вошла в квартиру, сняла пальто, и мне казалось, что весь мир за пределами этих четырёх стен продолжает вращаться, а я осталась где-то в тени своих мыслей. — Привет, — сказал Марк, стоя у плиты. Его голос звучал тепло, но я заметила в нём лёгкую настороженность. Он внимательно посмотрел на меня, словно пытаясь понять, что случилось. — Ты как? Я попыталась улыбнуться, но получилось скорее похоже на слабое, едва заметное движение губ. — Привет, — отозвалась я, сбрасывая сумку и снимая обувь. — Всё нормально, просто устала. Я пошла в ванную, пытаясь немного освежиться. Мы оба знали, что "просто устала" — это уже слишком часто повторяющаяся фраза. В последние недели у меня было ощущение, что я не высыпаюсь и не отдыхаю как следует. После работы не было сил даже на разговоры. Когда я вернулась на кухню, Марк уже сидел за столом, и его взгляд был достаточно острым, чтобы я почувствовала, что он что-то ждал от меня. — Как на работе? — не отрывая взгляд от ужина спросил Марк. — Как всегда нормально. Он отложил вилку в сторону и посмотрел на меня, не скрывая лёгкого раздражения. — Ты что, так устала, что даже не можешь нормально поговорить? — сказал он с недовольным оттенком. — Ты ведь только что пришла, а уже в каком-то своём мире. Я замерла, чувствуя, как внутри меня поднималось беспокойство. Он прав — я действительно не могла собраться с мыслями, чтобы вести нормальный разговор. Но он не знал, что творится у меня в голове. — Просто день был тяжёлый, — отвечаю, садясь за стол и аккуратно прикасаясь к чашке с ароматным зелёным чаем. — Немного не в настроении, вот и всё. Он покачал головой, явно разочарованный. — Ну, я вижу. Как всегда "вот и всё". Ты постоянно так говоришь. Я уже не помню, когда мы просто сидели вместе без того, чтобы ты была "уставшей". Может, тебе стоит взять выходной? Или хоть на час не думать о работе? Ты вечно как в тумане. Мне, конечно, понятно, что у тебя тяжёлые дни, но и мне, наверное, тоже нужно немного отдыха от того, что ты постоянно в таком состоянии. Его слова укололи меня. Я не могла оправдаться — не было сил и желания объяснять, что моя усталость не только физическая. На самом деле, я чувствовала, что какие-то вещи, которые раньше казались мне очевидными, теперь будто отдалялись от меня. Я не могла избавиться от воспоминаний о письме. И даже в этом моменте я не могла думать о Марке как о том, с кем можно просто поговорить. — Ты прав, — я тихо сказала, стараясь не разозлить его ещё больше. — Просто сегодня не мой день. Я действительно устала. Хочется просто немного побыть в тишине. Марк не был бы собой, если бы не попытался что-то ещё добавить. Он вздохнул, положил руки на стол и посмотрел на меня, чуть более мягко. — Я понимаю, но ты и так все время в этом напряжении. Я что, должен тебя вечно жалеть, чтобы тебе стало легче? Ты не думаешь, что нам стоит как-то это всё решать? Я почувствовала, как мне стало неудобно. Он, конечно, не хотел меня обидеть, но я понимала, что он тоже нуждается в отдыхе. В отдыхе со мной. А я вместо этого уставала всё больше и больше, поглощённая своими мыслями. — Я… правда не знаю, что тебе сказать, — произнесла я, опустив взгляд. — Всё просто не так, как раньше. Это не просто усталость, понимаешь? Марк, кажется, понял, что я не могу дать ему чётких ответов. Он встал и отошёл от стола, раздражённо задвигая стул. — Я устал от того, что ты постоянно говоришь, что "не так, как раньше", — сказал он, раздражённо. — Ты меня просто игнорируешь. А я не могу ждать, пока ты вернёшься в себя. Я хочу, чтобы ты была здесь, со мной, а не в этом мире "непонятного напряжения". Ты можешь хотя бы на минуту оставить свои проблемы и просто поговорить со мной? Я подняла глаза, чувствуя, как в груди всё сжимается. Его слова звучали слишком правдиво, и я понимала, что он имеет право быть раздражённым. В какой-то момент я сама начала чувствовать, как отдаляюсь от него, поглощённая своими внутренними тревогами. — Я не хочу тебя игнорировать, — тихо сказала я, сглотнув. — Просто… мне нужно время. Я не могу объяснить, что происходит, но я постараюсь. Обещаю. Марк только покачал головой, но не сказал больше ничего. Он молча прошёл в другую комнату, оставив меня одну за столом. Я чувствовала, как в груди комок становится всё плотнее. Я не могла найти силы и объяснить ему, что на самом деле меня терзает не просто усталость. Но я понимала, что если не откроюсь, то всё больше буду терять не только связь с ним, но и с собой. Я вздохнула, снова взяв в руки письмо. Не зная, что делать с тем, что оно вызывало внутри меня.